Маленькие лучики солнышек 2 7

An. love 2 автор
Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Описание:
Продолжение работы "маленькие лучики солнышек"

События после того, как вернули стену Мария, но ещё не увидели моря.

Посвящение:
Моей подруге и фанатке данного фэндома Оле Филатовой

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Ребят. Эта работа была написана на моем старом аккаунте. Получилось так, что он у меня удалился, и войти в него я не смогла, поэтому я завела новый:
Мой бывший аккаунт - Аn. love
"Маленькие лучики солнышек 1" - https://ficbook.net/readfic/7592649

Возрождение

21 августа 2019, 22:42

Флэшбэк

Завтра состоится важная миссия. Человечество попытается вернуть себе земли, которые были утрачены еще много лет назад. Естественно без потерь не обойдется, но жизни людей, что положили головы за правое дело, умрут не зря. За всё своё существование у них было огромное количество вылазок, которые заканчивались полным провалом, и разведкорпус выслушивал далеко не теплые слова в свой адрес. Но со временем всё изменилось в лучшую сторону. В Шиганшине, в подвале дома Эрена Йегера хранится вся правда о тех, кто не давали покоя людям уже какой год. О тех, чьи названия нагоняли ужас и страх. О тех, кто унесли жизни тысячи людей, о тех, кто отняли большую часть земель человечества. И вот завтра настанет тот день, когда мы всеми усилиями вернем то, что утратили и так жаждаем вернуть обратно. — Катрин! Помоги посуду вымыть! — Да, пап, иду! — Катрин отложила книгу и вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Она пришла на кухню, где стоял Армин, мыв тарелки, чашки и мелкую кухонную утварь. Увидев краем глаза дочь, он улыбнулся: — Я уже часть вымыл. Вытри, пожалуйста. — сказал он, отдавая ей полотенце. — Угу, — Катрин взяла тарелку и начала её вытирать. Дальше наступила полная тишина. Армин домывал последнюю чашку, то и дело поглядывая на дочь, которая со хмурым лицом бережно вытирала посуду. Иногда она замирала и, тяжело вздыхая, снова принималась за работу. Внезапно Катрин ойкнула и чуть не выронила из рук посудину. На благо поймать она успела. — Что с тобой? — Армин отложил чашку в сторону и внимательно посмотрел на дочь. — Да так. Задумалась. — Катрин отвела взгляд в сторону. Да, она задумалась. О следующим дне. Она знала, что возможно потери будут. Она знала о громовых копьях. Она знала о сыворотке, что превращает человека в титана и, которая сможет спасти умирающего солдата. Только вот солдат много, а инъекция одна и сделают ее только одному человеку. А вдруг её отец окажется в списке раненных? Вот этого Катрин боялась больше всего и именно об этом она сейчас думает. Она тяжело вздохнула, отвернулась, чтобы спрятать подступающие слёзы и, продолжила вытирать посудину. — Нет, Катрин. Я вижу, что-то стряслось. — он подошёл к дочери, — Рассказывай. — Ну, я просто… Как сказать, — Катрин опустила глаза, думая, как правильнее ответить. — Не бойся. Я всё выслушаю и постараюсь понять. — Армин сжал руки дочери в своих. — Когда мы с тобой друг друга не понимали? Мы же отец и дочь. — Пап, ты ведь не умрёшь? — выпалила вдруг она. — Правда? — С чего это мне умирать? — Ну ведь это опасно лететь с этими копьями на бронированного. А колоссальный? Они могут вас прихлопнуть как человек комара. А если ты это… Того… А я не хочу становиться сиротой… — Катрин начала всхлипывать. — Не будешь ты сиротой. Даже не смей об этом думать. Обещаю, будет всё хорошо. Потерпи ещё чуть-чуть. Вот я вернусь, и мы куда-нибудь вместе сходим. Хорошо? — Угу, — Катрин с такой надеждой посмотрела на отца. В глазах снова стало мокро, и она снова заплакала. — Иди ко мне, — Армин развел руки и заключил в свои объятия дочь, мягко целуя в голову. — Солнышко моё. — Сильные, — произнесла Катрин, — У тебя руки сильные и теплые, — сказала она ещё раз и сильнее прижилась к отцу. — Я вернусь. Обещаю. Потерпи немного…

***

И он не вернётся… Катрин сидела за столом в доме тётушки Молли. Перед ней была тарелка супа, но она не ела. Ей принесли сладости, но она отвернулась, будто это был чеснок или молотый перец. Она смотрела в одну точку уже какую минуту. Хотелось плакать, но слёз не хватало. В глазах была пустота, они больше не сверкали той голубизной, как раньше. Рядом сидели Лиза и Лилия. Они молчали, изредка поглядывая, то на Катрин, то друг на друга. И у той, и у другой было искреннее сожаление, но на данный момент они ни чем не могут помочь. Тишину прервала Лилия: — Десмонд сволочь. Пришёл, рассказал раньше прежнего, да и отец его. Проезжал мимо Шиганшины именно в тот момент и взбрело в голову главное посмотреть. — Это не их вина. — ответила Лиза. — Это случилось и ничего не поделаешь. Мы бы всё равно об этом узнали. — Она права, — кивнула Катрин. — Это случилось. — Путь в детский дом мне обеспечен. Я никому больше не нужна. — Ну почему же… — начала Лилия, но её прервали. — У вас у всех хоть матери есть! А у меня только папа был! Пусть… Пусть он вечно был занят, но он любил меня, я была нужна кому-то! Сейчас бы я всё, всё отдала, чтобы повернуть время вспять! Я бы попросила у него прощения за всё, что было в моей жизни. Уж лучше бы я умерла, но не он! — выкрикнула, захлёбываясь в слезах Катрин. — Катрин, — прошептала Лиза. — Простите, меня вынесло. Спасибо, что пришли, но я хочу побыть одной. — Да, конечно. Держись, — приговорила Лилия и ушла вместе с Лизой. Катрин вытерла слёзы. Как же она от них устала. Она выпила воды. Вздохнула. Снова отпила глоток, и внезапно её лицо изменилось, будто она нашла ответ на вопрос, который решали много лет. — Так. Подождите-ка. У них же есть эта сыворотка а-ля титан. Если они поймали этого так называемого Бертольда, то они могут скормить его этому неразумному титану, что от сыворотки. Исходя из этого он сможет стать вновь человеком с силой колоссального. Ага. А если вдруг папе сделают эту инъекцию, то он выживет. Вот только там скорей всего не только он. Но во всяком случае, если так должно случиться, то пусть. Неважно какую силу он обретет. Главное, что он будет жить и будет рядом со мной. Господи, пожалуйста, сделай так… После таких мыслей появилась крошечная надежда. Катрин смогла успокоиться и даже поела.

***

Эрвин или Армин. Сложный выбор. Но похоже, что Эрвин куда важнее. — Эта инъекция достанется Эрвину, — сказал Леви, доставая ампулу и шприц. Дальше началась настоящая борьба за выживание. И наплевать, что они не подчиняются начальству, наплевать, что командир разведки умрет. Наплевать! Лишь бы спасти Армина. — Капитан. Вы слышали о море. О большом соленом озере. Мы еще в детстве хотели взглянуть на него. Я позабыл о нём. У меня была цель отомстить за мать, но Армин он не такой… А представьте, что у вас сейчас выбор между командиром и вашей Лилией. Я уверен, выжила бы Лилия. Ведь вы ее любите, хоть этого и не показываете. Вот и Армин… У него такая замечательная дочь. Она так на него похожа: и лицо, и глаза и волосы, и манера общения, привычки и мечты. Вылетая Арлерт, ни с кем не перепутаешь. И Армин… Все для неё, всё для дочери. Как не спросишь, что он у него в руках, отвечает, что Катрин. И неужели после этого всего она станет сиротой, она больше не будет счастлива. Никогда. — проговорил Эрен. — Вот именно! У командира, что есть семья, дети? — выкрикнула Микаса. — Когда Катрин и наша дочь упали в реку, из нас троих он страдал больше всех. Его тогда еле-еле в чувство привели. Неужели Катрин, должна это ощутить на себе? Неужели она это заслужила?

***

В парке, на скамейке сидела вся компания. Каждый сидел молча и не смел и слово проранить. Будто они играли в молчанку на ценный приз. К ним подошел Десмонд. Лиза также молча посмотрела на него и подвинулась. Дес сел рядом и удивительно посмотрел на всех присутствующих. Каждый смотрел куда-то вдаль и главное на на одно и тоже место. Десмонд тоже взглянул туда, куда смотрели все. Смотрели на скамейку, что была напротив. На ней сидела Катрин, облокотившись на руку и смотрела вниз. Одета она была, как обычно: коричневое платье с голубым воротником, на плечах кофта, в волосах лента белого цвета. Глаза были опущены до такой степени, что казалось будто её ресницы закрывают всё лицо. Да, виду неё был хуже некуда. Она не ела, не пила, даже не читала. Просто сидела или лежала и больше ничего. — Она даже похудела, — сказал Джим. — Тебе лишь бы пожрать. — шепнула ему на ухо Мерида. — Если бы ты остался сиротой, ты что, ел бы что ли? Не думаю. — Молчу, молчу. — отмахнулся Джим. — И всё же. Вам не кажется, что Катрин не такая хмурая, как утром? — задумчиво проговорила Лилия.

***

— Ребята!!! Помогите!!! Энни!!! Райнер!!! — Бертольда не стало в одно мгновение. Да, зрелище не из приятных. — Капитан, почему вы сделали инъекцию Армину? — Я решил, что ему пора отойти. Мы пытались затащить его обратно в ад, из которого он еле-еле вышел. Его партия сыграна. Пусть отдыхает. Эрвин, я обещал, что прикончу звероподобного, но с этим придется подождать. — Он уже умер, — тихо сказала Ханджи. — Понятно… — Всё! Пошли Армина доставать из этого чёртого титана. — крикнул Эрен.

***

Катрин легла на кровать и посмотрела в потолок. Настроение было, конечно же, ужасное, но как говорится надежда умирает последний. Что-то в глубине души она чувствовала, что её отец жив. Эти мысли смогли немного её успокоить, и Катрин, уставшая от слёз провалилась в сон. Катрин ничего не снилось. Ну, как сказать не снилось. Снилось. Но было всё серое и скучное. Да, даже во сне она не могла расслабиться. Внезапно, она начала куда-то падать. Подул ветер, и Катрин почувствовала сладкий запах, который стал её в своём роде гипнотизировать. В лицо летела какая-то дрянь, которую она не смогла разобрать. В глаза ударил яркий свет, и перед ней возникло белое полотнище, на котором огнём выжигалось слово «одиночество». Где-то из темноты кто-то шепнул: — Бедная, бедная девочка. Она никому не нужна. Все её бросили. Отец погиб, — последние слова звучали с заметным акцентом. — Что? Бросил тебя отец. Не любит он тебя. — звучал сладкий голос. — Нет. Он меня любит. Он сможет выжить. Я это знаю. Он ведь мне обещал, что вернётся. — Но не вернулся. Что же за отец такой, который оставляет маленькую шестилетнюю девочку на произвол судьбы в этом жестоком мире. Любил бы, не погиб. Смирись. Твоя судьба — одиночество. Ты не нужна никому. — говорил незнакомый голос. — Одиночество, — прошептала Катрин, — А ведь и правда. Я ведь с самого рождения была никому не нужна. Я всегда была одна… Одна… — Да, да. Одна навсегда… Катрин врезалась в то самое полотно. В глазах отражалось, то слово, что было на нём. Снова подул ветер, и она снова стала падать неизвестно куда.

***

Ну вот. Армин жив. Эрвин мёртв, и для выжившего это слишком сильный большой удар. — Не понимаю. Почему вы сделали инъекцию мне? Разве спасти командира Эрвина было не верным решением? Зачем? — Да потому что дочь у тебя есть! Которая чуть ли сиротой не стала! Армин, очнись! Вспомни о ней! — крикнула Микаса. — Дочь… — прошептал Армин. — Катрин! Точно!

***

Разведотряд вернулся домой в количестве девяти человек, но не всё было так замечательно, как хотелось бы. Приехав домой, Армин тут же побежал домой к дочери, на пороге он увидел тётушку Молли, чем сильно напугал её своим присутствием. Тётушка приняв его за призрак, замахала руками и начала отбиваться тем, что плохо лежало. — Вы же погибли… — сказала она успокоившись. — Откуда вы знаете, и где Катрин? — Вы живы? Но как? — Лучше скажите, как вы узнали о моей гибели. Но об этом позже. Где моя дочь? — Долго объяснять как я об этом узнала, а вот Катрин. Она вчера днём уснула и не проснулась. — Что? Нет. Вы хотите сказать, что моя девочка… — отцовское сердце Армина забилось с бешенной скоростью.  — Доктор сказал, что это глубокий обморок. Она может проспать неделю, две, а может и месяц. Я не знаю.  От таких слов у Армина внутри всё перевернулось, он побежал в комнату дочери. Увидел он её такой несчастной, бледной, похудевшей, до слез. Армин сразу же понял из-за чего это всё произошло. Он бросился к кровати, обнимая сонную дочку, заливаясь слезами и, прося прощения: — Катрин, солнышко, я вернулся. Я рядом с тобой. Проснись, пожалуйста… Я никогда от тебя больше не уйду. Но Катрин глаза не открывала, а только немного сопела во сне и, вздрагивая, прошептала: — Папа… Не уходи… — и из закрытых глаз полились слёзы. — Я здесь, — прошептал Армин, беря руку дочери в свою и, крепко сжимая её. — Прости… Прости меня…

***

Бесконечная тьма… Одиночество… Несчастье… Серость… Катрин до сих пор падала. Сколько уже туда она летит, никто не знает. Как же вокруг темно… Незнакомый голос до сих пор звучал в голове, помогая осознать Катрин, что в её жизни никто её не любит. — Да, я никому не нужна. Меня никто не любит. — прошептала Катрин, но вдруг: — Катрин! — крикнул до боли знакомый голос. Её бережно подхватили на руки и крепко обняли. — Что? Кто? — спросила она тихим голосом. — Ты куда убежала? Я тебя уже давно дома жду. — Папа! Ты… Не можешь… Ты ведь погиб… Это всё глюки… — Кто тебе сказал? Я же сказал, что вернусь. Я когда-нибудь тебя обманывал? Я всегда рядом с тобой. — Па… па, — Катрин прижилась к отцу, не желая с ним расставаться. Стало тепло. — Катрин… — силуэт стал постепенно растворяется. — Папа! Не надо! Не оставляй меня снова одну! Я тебя прошу! Папа!!! Катрин… Катрин… — Папа! — она распахнула глаза. Слёзы успели намочить не только лицо, но и подушку. Катрин отдышалась и почувствовала, что ее руку сжимают. — Тише, солнышко, тише… — шептал ласковый голос, — Я рядом. Я с тобой. — сильная крепкая, но такая родная рука легла на её голову.  — А? Что? — Катрин поднялась. Перед ней сидел её отец. Живой, здоровый, как ни в чём не бывало. — О Боже… — только смогла произнести она.
Примечания:
Короче, я вернулась.
Вот так вот
Надеюсь вы рады моему возвращению.
Как глава?