Случайная связь

***

       Спустя 5 дней. 27 декабря. Торговый центр.        Наконец-то наступил день рождения Урараки. Девушка особо не ждала его, так как это всего лишь очередной обычный день для неё. Раньше она с удовольствием праздновала свой праздник, а сейчас Очако привыкла сидеть вместе с семьёй за ужином и есть праздничный тортик. Но в этом году шатенка очень хотела провести этот день с Бакуго. От самого начала и до конца. Однако старалась сделать так, чтобы Кацуки не был агрессивен или раздражителен. Всё же он не особо любит людей.        Поэтому, проснувшись сегодня утром в объятиях сонного парня, Очако сразу же захотела пойти в торговый центр, чтобы купить торт и остальных продуктов к вечеру. Ну, а также она думала, что купить себе на следующий год. Хотя это было не самым лучшим решением, так как перед Новым годом людей куда больше в подобных местах. Все плетутся в спешке, пытаются найти подарки для своих близких или же просто работают куда больше, чем обычно.        — Круглолицая, какого чёрта мы пришли сюда? — раздражительно спросил Бакуго, терпя этот шум, доносящийся до его ушей.        Весь торговый центр был полон людей. Все о чём-то болтали, куда-то шли, что-то искали, тем самым раздражая парня. Кацуки понимал, что у девушки праздник и ему стоит быть немного терпеливее. Но когда столько раздражающих факторов в одном здании давят на него — очень трудно себя контролировать. Лишь симпатичная мордашка моти кое-как могла справиться с этим, но не так, чтобы он перестал на это нагнетать.        — Успокойся, Кач-чан, — милый невесомый поцелуй в щёку Кацуки. — Быстро всё купим и уйдём, — и такая же милая улыбка на этом кругловатом личике. Бакуго просто не мог слегка не смутиться от подобного и не закрыться на какое-то время. Ему стоило и правда быть немного спокойнее: всё же у этой девушки день рождения, так что можно побыть пушистым хотя бы один день.        — Подлиза, — с лёгкой усмешкой произнёс Бакуго, вновь переплетая пальцы девушки со своими.        Проходя мимо милых магазинчиков, Урарака постоянно пыталась зайти в один из них, чтобы подольше посмотреть на столь приятные предметы. Кацуки же постоянно брал её за талию и отводил от подобного, так как знал свою моти. Кач-чан понимал, что это всё займет много времени. Сейчас им стоило найти небольшой бисквитный тортик и к нему несколько лакомств. Но из-за огромной толпы людей было трудно разобраться, куда стоило идти. Везде сплошные очереди, только рождественская музыка, играющая во всем здании, как-то придавала уютную атмосферу. Ну только Очако так казалось, Бакуго лишь мечтал воспользоваться причудой и всех разбомбить по сторонам.        — А вот и он, Кацуки, — позвала девушка, легко смеясь. Её настроение ничто не могло сейчас испортить. Ей так нравилось проводить свой день рождения с человеком, которого она любила. Да и тем более быть наедине с Бакуго уже приносило ей неимоверную радость и счастье.        — Вижу я всё, дуреха, — процедил как-то хрипло Бакуго, кося свой взгляд на вывеску магазина, которая уже била ему по глазам.        Людей в помещении было достаточно, чтобы потратить ещё больше времени от этого дня. Но, пока девушка с яркой улыбкой на лице выбирала себе тортик, Кацуки неохотно стоял в очереди. Ещё и оглядывал своим презирающим взглядом всех вокруг. Но взор парня был всегда прикован к Урараке. Пока она так сияет и выглядит слишком мило в своей недлинной куртке, круглолицая могла приманивать взгляды чужих парней, которых Бакуго без промедления взорвал бы.        — Наконец-то выбрала, — подбежала к Кач-чану радостная Очако, не скрывая улыбку на лице. Его выражение лица сразу сменилось на спокойное, так как он мог лицезреть столь приятную моську. Не выдержав, он наклонился, чтобы легонько поцеловать девушку в щёчку. А когда Урарака почувствовала на щеке приятную мягкость губ, она сразу же обернулась, увидев тёплый взгляд ярко-алых глаз. Смущение автоматически залило всё её лицо, отчего она сразу же закрыла его руками.        — Постой тут пока, мне надо позвонить, — погладив по голове смущающуюся моти, Бакуго вышел из помещения, чтобы позвонить маме. Хотел предупредить её, что не придет домой сегодня, хотя сам планировал наведаться к родителям.        Пока Кацуки негромко ругался со своей матерью, Урарака всё с нетерпением ждала, когда сможет попросить свой тортик на кассе. Ей нравилось думать о том, как пройдёт сегодняшний вечер. Они вдвоём с Бакуго сидят сначала с её родителями на ужине, а после идут в общежитие, чтобы тайком прокрасться в её комнату и уже отпраздновать вдвоём. Поесть тортик, посмотреть в обнимку фильм и вместе заснуть. Хотя каждый выходной так проходил у них, но без торта. На его замену приходили чай, печенье или чипсы.        — Следующий, пожалуйста, — наконец-то, спустя какое-то время пришла очередь Очако. Бакуго решил подождать её на снаружи, наблюдая так с расстояния, чтобы ни одна живая душа не смела трогать его круглолицую.        Только Уравити была готова подойти к кассе чуть ближе, как послышались непонятные взрывы. В один момент всё окрасилось в темноту, рождественская музыка сменилась на тишину и повсюду слышались непонятные вопли людей. Обстановка сразу же накалилась, что уж не сказать о парне. Он был уже весь встревожен, так как крупные куски потолка начали обваливаться. Дым от каменных глыб сразу же распространился по всему зданию.        Кацуки старался взять себя под контроль. Ему надо было и людям помочь, и найти Урараку, которую, естественно, перестало быть видно. Одни лишь куски камня и несколько прохожих, которые выбегали с криками из помещения. Бакуго пытался успокоиться, ведь все эти выкрики и вопли просто били по нему. Тело всё тряслось, пока он старался подняться. Руки дрожали как у кого-то алкоголика. Было трудно сосредоточиться и понять, куда направиться. Ничего не было видно.        — Урарака! — нервный крик, пытающийся найти её. Достав немедленно телефон из кармана и включив фонарик, парень побрёл через осколки камней вперёд к магазину. Тем самым он пытался всех выпроводить оттуда, чтобы показать им, что какой-никакой герой всё же присутствует. — Очако! — никто не отвечал. Глаза нервно бегали по сторонам, дыхание рвало грудную клетку. Кач-чану было тяжело. Самые тупые фантазии в голове уже обретали краски и очертания реальности. Вдруг её придавило? — он старался взять себя в руки, помогая всем, кто едва уцелел.        — Тут ещё девушка, — кто-то из незнакомцев нервно показал пальцем на камень, а после направился к выходу. Бакуго снял с себя куртку, чтобы было проще двигаться. И, подбежав к месту, что ему показали, он сразу нервно сглотнул.        — К-кацуки, — тихо прошептала Очако, стараясь не показывать ему, что ей ужасно больно. Тусклая улыбка, старающаяся показать счастье, сразу отразилась на её лице.        — Урарака, примени причуду на камень, — Бакуго пытался отдавать отчёт своим действиям. Ведь всё, что ему сейчас хотелось, — это кричать и стараться успокаивать Урараку, ноги которой придавил булыжник.        Кое-как дотянувшись до камня, Очако применила свою причуду, чтобы убрать его со своих ног. Адская боль отдавалась в голове, нельзя было точно сосредоточиться. Всё звенело, ничего не было слышно. Хотелось лишь кричать, чтобы как-то приглушить звон в собственной черепушке. Даже голос Кач-чан лишь со второй попытки кое-как достиг её сознания.        — Х-хорошо, — неуверенно твердил Бакуго, смотря на полностью поникшую Очако.        Взяв её на руки, Бакуго старался аккуратно передвигаться, чтобы вытащить её из этого здания. Всё его лицо сотрясало от ужаса, так как было страшно смотреть на ноги Уравити. Одни сплошные гематомы и царапины, которых не было видно от исходящей из них крови. Кач-чан пытался взять себя в руки. Старался помочь всем как только мог. Урарака видела это; она винила себя в том, что не может толком помочь ему. Они же герои. Они должны помочь сейчас окружающим, пока вторая волна взрыва не произошла.        — Помогите! — крики были повсюду, нельзя было точно понять, куда надо было бежать. — Спасите! — всё было как в аду. Молящие выкрики со всех сторон, испуганные до ужаса люди, не знающие, что делать и куда идти. Всё окрашено в кромешную тьму, лишь неяркий фонарик Бакуго кое-как освещал путь ему.        — К-кацуки, — с трудом окликнула его девушка, стараясь здраво мыслить и не отключаться из-за пульсирующей в ногах боли, — положи меня, — Урарака знала, что Кацуки скорее помрёт, нежели положит её на эти развалины.        — Дура, не неси чушь, — в голосе Бакуго была лишь одна дрожь. Он даже не мог как обычно разозлиться на неё. — В-всё будет хорошо, — парень сам не мог поверить в свои слова, не то что девушка.        Вся ситуация говорила о том. что лучше уже точно не будет. Им оставалось лишь спасти других как можно скорее. Кто знает, когда прибудут про-герои.        Но Очако не хотела слушаться парня. Применив свою причуду на себе, она вылетела с его рук и следом опустилась на землю. Ноги ныли пуще прежнего, стоять было невыносимо трудно. Кровь замарала весь пол, осыпанный в камни. Снова начало звенеть в голове, поэтому было трудно разобрать маты Кацуки, которые сыпались из-за её действий. В глазах всё больше начало тускнеть, но даже так она старалась оставаться непоколебимой. Но лицо всё равно отражало жгучую боль.        — Ты что творишь? — Уравити плохо его слышала. Всё своё внимание она старалась отдать пострадавшим, лежавшим рядом с обломками, а то и под ними.        — Мне надо помочь им, — причуду девушка не отменяла. Ей было легче сделать себя слегка невесомой, чтобы сильно не напрягать ноги. — К-кацуки, нам надо помочь им. Прошу тебя, — её улыбка, отразившаяся на лице через силу. Даже в такой ситуации она старалась идти по примеру Дэку. Ей нельзя было сдавать сейчас.        «Плевать на ноги, — пыталась разговаривать сама с собой Урарака, чтобы не терять сознание. — Им нужна помощь. Нужна. Помощь, — девушка старательно шла на вопли людей. Пыталась открывать глаза всё шире, чтобы увидеть, где они. — Ты же герой! Давай!»        — Не смей умереть! — Кацуки побежал в противоположном направлении, чтобы взрывами убрать булыжники около входов в магазины.        Не смей.        Сейчас оба пытались помочь всем, кого видели. Благо, небольшая часть центра обрушилась, но этого хватило, чтобы полностью всё вышло из-под контроля.        — Спасибо, — испуганные голоса просто благодарили девушку, которая корчила лицо от боли в ногах. Но всё так же стараясь улыбаться через силу, Очако убирала булыжники в сторону.        Было очень тихо, не считая каких-то шорохов с потолка, который в любой момент мог ещё больше обвалиться. Этот звук брал за живое. Нервы шалили, как ошпаренные. Бакуго пытался рывком всё подорвать, несильно обновляя и так будоражащую обстановку. Он всё желал, чтобы помощь наконец-то появилась. Такой день был испорчен непонятно какой хернёй.        Прошло много времени с того момента, как Бакуго в последний раз видел Урараку. Они разделились, чтобы помочь другим… но не было слышно, чтобы кто-то находился в опасности. Сейчас все были устремлены к эвакуационному выходу, который чудом не был придавлен камнями. Но не только Очако волновала сейчас уставшего парня, а запах чего-то горелого. Будто где-то началось небольшое возгорание, хотя признаков чего-то яркого не было видно. Но вот удушающий дым хорошо проникал в лёгкие, сильно сжимая их. От нехватки свежего воздуха Кацуки уже терял трезвое сознание.        — Все выжившие быстро сюда! — через какое-то время донёсся звук громкого микрофона. Бригада пожарных и несколько про-героев зашли в здание.        Почему-то Бакуго не обратил на них внимание: он пытался найти Уравити. Парень пытался держать себя в руках, что уже плохо получалось.        Всех уже тихо эвакуировали, быстро осматривая каждый уголок пострадавшего центра. А Бакуго лишь блуждал в поисках Урараки, крича её имя так сильно как только мог. Лишь вина за то, что его не было рядом с ней, помогала ему держаться. Всё же ненависть была хорошим энергетиком.        — Очако! — ярко-красные глаза начали снова дрожать в испуге. Рот вместе с носом был сразу прикрыт рукой, чтобы меньше дыма просочилось внутрь. Ведь он наконец-то нашёл и Очако, и источник возгорания. Ещё чуть-чуть — и здание подорвётся от сжигающих баллонов.        — К-кацуки, — ноги совсем не слушались. Руки девушки были все в ссадинах, а подушечки пальцев были слегка покрыты царапинами, отчего нельзя было полностью воспользоваться причудой. Рассудок Урараки ещё находился в трезвости, правда, её кашель об этом не мог точно сказать. В лёгких был уже давно удушающий дым, не позволяющий сделать вдох. — Я помогла им, — её искренняя улыбка, которая кривилась от каждого вдоха, была неотразима. Она и правда была рада тому, что отдала всю себя ради других.       Дура.        Бакуго, не медля, взял её на руки, стараясь много не дышать и осторожно бежать по этим руинам. Все уже давно покинули эту часть ада, поэтому всё было не так уж и плохо. Надо было быстрее дойти до выхода, который открыли герои.        — Бакуго! — тихий крик прозвенел в ушах парня.        Почти перед самым выходом послышался треск на потолке, словно оповещая, что на них сейчас упадёт ещё один осколок бетонной плиты. Что и произошло… булыжник обвалился рядом с парой, жестоко раня своими краями спину Бакуго. Толстовка была со спины вся изорвана. Появившиеся глубокие раны сразу были залиты алой кровью. Вся спина была окровавлена. В ушах звенело, не было ничего слышно. Лишь слабым эхом Кацуки невнятно слышал голос Урараки. Глаза совсем не могли ничего различить. В лёгких стало туго.        Стало совсем темно.