5 декабря 2009 года. Академия Далтон, Вестервиль, штат Огайо
Удивительно, но Себастьян быстро привык к Далтону и Огайо в целом. Да, он не часто выходил за пределы школы, но ему было и тут неплохо. Он чувствовал себя на удивление легко и свободно. Эти широкие лестницы с позолоченными перилами, высокие своды потолков, расписанные под небеса и огромные двери – все дарило ощущение чего-то родного и привычного. Бастиану казалось, что тут он король. Только он здесь появился, как к его ногам упало все, о чем можно мечтать: его полюбили учителя, он начал бороться за соло и лидерство в хоре, обзавелся друзьями, занялся лакроссом. Это обнадеживало. Баст чувствовал, что плохо ему тут уж точно не будет. Сейчас парень собирался на тренировку. У него был довольно обычный день. Семестр безжалостно заканчивался. Все исправляли оценки, поэтому Смайту было скучно. Себастьян покорил всех учителей с первого же появления здесь, поэтому ему сложнее было получить «неудовлетворительно», нежели «отлично». Да, он учил домашние задания, готовился к зачетам, но, тем не менее, ему это давалось куда проще, чем его сокурсникам. Собрав все вещи, Бастиан решил принять душ. Его тело все еще ныло от занятия физкультурой, которое закончилось несколько часов назад. Забравшись под душ, Баст включил практически ледяную воду. Спустя несколько секунд капли начали скатываться по его рельефному телу, оставляя там мокрые дорожки. Любой человек, увидевший его хоть раз обнаженным, не мог его уже забыть. Не важно, натурал он или натуралка, гей или лесбиянка, тело этого парня оставляло свое клеймо на каждом без исключения. Кожа Себастьяна сама по себе было очень светлая, но это не мешало ей отливать золотом. Парень как будто бы светился, блистал и искрился, когда на него падал свет. Жилка на шее парня нервно пульсировала, будто желая разорваться. Его плечи были широкими и, наверно, любой бы почувствовал себя за ними, как за каменной стеной. Грудь Бастиана была скалой, если так можно сказать о ней. Она как бы вздымалась надо всем, превознося таким образом своего хозяина. Кубики пресса были постоянно напряжены. По косым мышцам вода ручейками стекала к паху. Сегодня, во время репетиции Соловьев, до Себастьяна дошли слухи, что буквально через несколько дней, а то и раньше, в школе появится новенький. Никто не знал, что представлял из себя этот парень, но все были заинтригованы, ведь не любого могут взять в академию посередине года, да еще и в конце семестра. Наверное, он был из семьи очень влиятельного человека. Конечно, большинство учеников были именно из таких семейств, но почти все из них учились тут с первого курса или хотя бы с начала учебного года. Каждый Соловей слышал хоть что-нибудь о новичке: кто-то говорил, что он безумно красив, кто-то, что поет, как Бог, но никто не знал причину, по которой парень переводится сюда. В голове шатена складывался портрет папенькиного сыночка, который вечно прячется за маминой юбкой: худощавый блондин с ясно голубыми светящимися глазами, открытой улыбкой, которого все любят, холят и лелеют. Баст не любил таких парней. Он не чувствовал к ним ничего, кроме отвращения. Возможно, он просто завидовал им, а может просто недолюбливал, неважно, факт все равно оставался фактом: Бастиан сделает все, чтобы он ушел отсюда так же быстро, как и явился. Ему были не нужны соперники. Через 10 минут парень вышел из ванной и начал одеваться. Из его головы никак не выходил этот новенький, хотя они даже не были знакомы. Себастьян бы с удовольствием не ходил сегодня на тренировку, настолько ему это надоело, но было нельзя. Скоро должны были начать сезонные соревнования, к которым он был совершенно не готов, потому что занимался лакроссом всего несколько месяцев. Собравшись, Себастьян вышел из комнаты и направился в сторону поля. Он был уже практически у раздевалки, как его внимание привлекла толпа, стоящая около кабинета директора. Она не могла остаться незамеченной, потому что такого обычно не случалось как минимум из-за того, что сам директор изредка появлялся в школе. Баст подошел поближе, но не увидел, из-за чего все собрались. Тем не менее, в этой толпе он разглядел темную макушку Ника, которая маячила то с одной стороны, то с другой. Он подозвал друга и спросил, что случилось. - Ты еще не в курсе? Там что-то произошло и этот новенький уже с завтрашнего дня числится в академии, а сегодня переезжает в общежитие, - Ник был на взводе и не мог говорить нормально, он кричал и периодически спотыкался на том или ином слове. - Новенький уже в академии? Отлично. Я так понимаю, он там? – Смайт и сам знал ответ, поэтому не дождался подтверждения Ника. – Опиши мне его. Вот тут Дюваль уже замялся, что еще больше подогрело интерес Смайта. - Ну, в общем… Я даже не знаю, как его тебе описать. Кудрявый брюнет, очень кудрявый, невысокий, но с очень привлекательным телом, загорелый. Привлекательный, очень привлекательный. Но не думаю, что тебе много дает мое описание, он скоро должен выйти, сам и посмотришь, - Ник был в растерянности. Да и Бастиан с ним заодно. Он никак не ожидал такого поворота событий, не ожидал, что парень совершенно не подойдет под его описание. Спустя какое-то время за дверью кабинета послышалось движение, что могло означать лишь одно: кто-то сейчас оттуда выйдет. И да, люди не ошиблись, только все успели отойти от двери, как оттуда вышел парень. Он был одет довольно просто, но явно недешево. У Себастьяна был будто бы нюх на дорогие вещи, и здесь они явно были такими. Да, новенький был явно не папенькин сынок и за юбку матери не прятался, о чем свидетельствовал тщательно замаскированный, но все равно заметный синяк вокруг правого глаза. Парень был среднего роста, мускулистый и безумно кудрявый. Увидев эти волосы, Смайту захотелось провести по ним рукой, зарыться в них носом. Лицо у парня тоже было притягательным: плавные черты лица не смотрелись женственно, как часто это бывает с парнями, треугольные брови-домики делали его очень наивным с виду, а медово – зеленые глаза приманивали к себе каждого, кто в них смотрел. Новенький взглянул на Баста и улыбнулся ему, а Себастьян сразу начал забывать о всех своих планах насчет изгнания этого парня из Далтона. Он не знал, натурал он или гей, ему было все равно. Кем бы тот ни был, он добьется его. Savage Garden – I Knew I Loved You Maybe it's intuitionВозможно, это интуиция,
But some things you just don't questionНо некоторые вещи не требуют объяснений.
Like in your eyesК примеру, в твоих глазах
I see my future in an instantЯ увидел свое будущее в одно мгновенье,
And there it goesИ оно уже наступает...