vi
9 сентября 2019 г., 22:32
В машине все сидели тихо, из радио доносилась лёгкая летняя песня, отдающая заезженной попсой, но подходящей для поездок в машине. Вот только ни у кого из сидящих не было настроения подпевать приставучим строчкам. Самый младший сидел, не отворачивался от окна и лишь изредка косо поглядывал на сидящего рядом друга. Чонгук был благодарен хёнам хотя бы за то, что его бывшего они усадили перед ним, а не с ним.
— Чимин, — школьник оторвался от окна, — я, конечно, всё пониманию, у вас с Юнги-хёном разнообразная личная жизнь и всё такое, но на кой-чёрт вы потащили к себе Тэхёна? Ему, что, негде ночевать?
— Он просил не разбрасываться подробностями, но у него проблемы с владельцем квартиры, поэтому мы с Юнги предложили ему пожить у нас какое-то время. Всё равно в мастерской много места пустует, — Чимин старался переходить на шепот, дабы их разговор оставался между ними.
— Значит, «не разбрасываться подробностями», да? — передразнил его младший. — Вы провели в палате от силы час, а ты уже прикрываешь его зад? И какие могут быть проблемы с владельцем квартиры, если это и есть его квартира?
— Мелкий так психует, будто ревнует, — заметил Юнги, который и был за рулём. — Хуже парня может ревновать только бывший парень.
— Если Юнги-хён продолжит в таком духе, то он тоже станет бывшим, но уже для Чимина, — сострил Чон.
— Эй, почему ты Юнги всё время хёном называешь, а про меня забываешь? — Чимин толкнул младшего в плечо.
— Потому что ты вообще не тянешь на хёна, вы оба ровесниками выглядите, — Мин усмехнулся, наблюдая за надутым лицом своего парня через зеркало заднего вида.
— Мин Юнги, ты сейчас точно договоришься, и этот мелкий окажется прав! — Пак указал пальцем в сторону Чонгука.
— Вот прекратишь меня называть «мелким», тогда и начну хёном называть, — теперь губы надул брюнет.
Один Ким ни разу не подавал голоса. Он прижимал к груди пакет со своими грязными вещами, новые ему одолжил Чимин. Тэхёна окатывало внутреннее тепло каждый раз, когда в зеркале или в отражении на окне мелькало улыбающееся лицо младшего. Чонгук улыбался, большего он не мог пожелать для себя.
На месте их квартет разделился: Чонгука и Тэхёна отправили распаковывать продукты, которыми Мин Юнги и Пак Чимин успели закупиться по дороге домой. Чон метал молнии своим взглядом в друга, который вот так просто бросил его на амбразуру, оставив с бывшим наедине, когда сам, не отлипая от своего парня, о чём-то щебетал.
Чонгук тяжело выдохнул и понёс пакеты с продуктами на кухню, пока Тэхён плёлся за ним. Младшему было тяжело до сих пор переварить всё обилие ранее услышанного. Его выписали гораздо раньше, чем Кима, но всё это время он провёл в какой-то прострации. Чонгук не мог для себя определить: верит ли он в услышанное и хочет ли верить в это вообще?
Раскладывая продукты по полкам, он даже не замечал, сколько раз его одежда соприкасалась с тэхёновой, сколько раз руки обоих тянулись к одному и тому же предмету. Мысли мешали почувствовать случайное прикосновение родных подушечек пальцев на своей коже.
Вот только Ким подмечал каждый из этих моментов. Его обжигала холодная кожа младшего, а шерстяной свитер казался настоящим кактусом. Тэхён понимал, что не имеет права даже думать о том, как завязать с младшим разговор, но ему так хотелось вновь услышать его голос, вновь посмотреть в глаза, которые когда-то встречали его со словами «доброе утро». Ким трясёт упаковкой из-под хлопьев, обращая тем самым внимание на себя, и как бы спрашивая, куда можно это положить.
Чон Чонгук не глупый, он всё прекрасно понимает, но он не готов пока к зрительному контакту с этим человеком. Звук хлопьев в упаковке пробуждает его из раздумий. Он не подымает глаз на стоящего в нескольких шагах Ким Тэхёна, лишь указывает на среднюю полку над раковиной лёгким кивком. Горло слишком пересохло, чтобы выдавить из себя хоть пару слов.
— «Мы с Юнги предложили ему пожить у нас какое-то время,» — стал передразнивать своего парня Мин. — И где это Юнги с такой щедростью разбрасывался своей жилплощадью, напомни мне, Чимин-и?
— На минутку, нашей жилплощадью, а вообще, — он выглянул из угла коридора на кухню, дабы убедиться, что там их точно не слышно, — у Тэхёна реально большие проблемы и Гуки реально может пострадать.
— Так на кой чёрт ты разрешил остаться у нас человека с большими проблемами, и от которого может кто-то пострадать? — по-прежнему недоумевал Юнги.
Пак выдохнул и собрался с новыми силами.
— Всё на самом деле сложно, даже очень…
— Раз всё сложно, зачем ты ввязываешься в это, Мин-и?
— Прекрати меня перебивать и дослушай! — зашипел на него Пак. — Давай дождёмся, когда Чонгук уйдёт, и Тэхён снова нам всё объяснит, а тебе в особенности.
— Любишь ты приключения искать на свою попку, Пак Чимин, — смиренно выдохнул Юнги.
— Если бы не любил, я бы не нашёл тебя, — с улыбкой на губах он чмокнул Мина в уголок губ. — Вы поладите с Тэ, не сомневайся.
xxx
— Ты собираешься отпускать меня или нет? Чонгук, сидя на коленях у старшего, никак не мог выбраться из объятий старшего. — А зачем мне это? — Ну, Тэ, на нас уже люди смотрят, — Чон стал упираться руками в грудь парня. — Пошутили и хватит, не смешно уже. Тэхён не собирался ослабевать свою хватку, он ещё ближе притянул к себе брюнета, поглаживая поясницу того и забираясь пальцами под толстовку. — А что если я не шутил и действительно хочу, чтобы ты так всегда был со мной? — Как «так»? — Чон изогнул вопросительно бровь. Ким закатил глаза. Они с Чонгуком всегда успевали друг друга вогнать в краску. Ему было неловко смотреть прямо в глаза младшего. — Тэхён, — младший промочил свои губы, слегка поджав нижнюю, — ты хочешь встречаться? У парня резко округлились глаза. — Планировалось, что этот вопрос задам я, — откашлявшись, ответил тот. — Так ты хочешь? — Раз я изначально хотел предложить, то как ты думаешь? — Ким поднял глаза на Чонгука. — А ты сам хочешь? — Да господи, хён, просто скажи «да», — Чонгук устал от того, как ломается старший. — Да. — И я тоже хочу, — улыбкой ответил на согласие младший. Тэхён не мог скрыть своей радости, он сильнее прижался к Чонгуку, а губы стали покрывать мелкими поцелуями щеки. Школьник заливался смехом от щекотки, которую создавали губы Кима на его шее. Его руки сами тянулись к застёжке спортивной куртки Тэхёна. — Тэ, только обещай мне, — прервал их публичные ласки Чон. — Да, Гук-и? — Обещай, что не разобьёшь мне сердце, — улыбка пропала с лица младшего. — Иначе я не вынесу этого. — Обещаю, но тогда и ты пообещай мне кое-что, — Тэхён прищурил свой лисий взгляд. — Обещай, что если когда-нибудь я всё же разобью тебе сердце, ты постараешься разлюбить меня. Сделаешь всё, чтобы разлюбить, если надо — возненавидеть меня. — Обещаю. Возлюбленные скрепили свои обещания поцелуем, не думая о том, что когда-нибудь им придётся их нарушить.xxx
Трое школьников во главе со второгодником смотрели на Чон Чонгука во все глаза, что были полны недоумением. — Ещё раз повтори, что ты хочешь устроить? — переспросил самый старший, Ким Сокджин. — Месть, — спокойно ответил Чонгук. — Ты пересмотрел дорам, Чон? — Ча Ыну спрыгнул с парты. — Какая месть, ты видел вообще нас? Мы школьники. — Вы школьники, я был бы уже студентом, если бы меня не оставили на второй год, — вставил своё Джин. — Не суть, — продолжал Ыну. — То, что ты собираешься сделать, походит больше на сценарий какого-то боевика. Дешевого, правда, но всё же. — Да мы сами превратимся в мясо, и нас уже будут соскребать с асфальта, — дал о себе знать Чо Ынхо. — Прекратите кудахтать! — Чонгук ударил по учительскому столу. Их компанию спасало то, что занятия были окончены, и кроме них в классном кабинете никого больше не было. Без разбирательств не обошлось бы, услышь это кто-нибудь из учителей. Чон выдохнул и с новыми силами повторил: — Нет ничего сложного. Каждый из нас посещает секцию по боксу, простым элементам борьбы мы обучены, но соль в том, что драться-то нам не придётся. — Ты минутами ранее говорил обратное, — буркнул Сокджин. — Нет же, — махнул на него рукой младший. — Мы придём на место, где обитает эта банда, заведующая всеми этими подпольными боями без правил, станем провоцировать и давить на слабо, те ринутся отвечать, но полиция уже будет на месте. — Сомнительный какой-то план, — скептически оценил Чо. — А если они раньше полезут на нас, полиция может и задержаться, а мы уже будем где-то за городом ехать в багажниках, — Ыну отличался своей дальновидностью, поэтому не мог не предвидеть худшего — по его мнению — исхода. — Ты ходишь на бокс или уроки балета? Так или иначе, мы не будем с пустыми руками. Чонгук поставил перед друзьями свою спортивную сумку, из которой достал несколько бейсбольных бит. — Для большего впечатления можно вбить гвозди остриями наружу, я так в фильме видел, — добавил Чон, осматривая озадаченные лица друзей. — По тебе плачет Тарантино, — выдавил из себя нервный смешок Ынхо. — Чонгук, — Джин со всей серьёзностью в глазах посмотрел на младшего, — это же всё не ради справедливости, не так ли? То, что ты рассказал о своём бывшем… — он слегка поджал губы. — Он всё ещё тебе не безразличен? Чону не хотелось отвечать на прямо поставленный вопрос. Он и сам понимал, что своим молчанием и так выдаст достаточно. Отведя взгляд к окну, брюнет зажмурил их. — Вы не обязаны соглашаться. Я просто хочу сказать, — он вновь посмотрел на собравшихся, — что при любом раскладе я туда пойду. — Маленький говнюк, ты нас просто вынуждаешь согласиться, — Джин хлопает по плечу друга и берёт в руки одну из бит. — Ты на слишком многое готов ради любви. Смотри, чтобы она тебя не погубила, — уже прошептал ему на ухо старший.
