Драбблы

Стоит только попросить Краткое содержание: Если очень хочешь вернуть потерянное, то пробуй отыскать любой ценой. *** Склад пропах влажной пылью, плесенью и деревянной стружкой. Они шли между стеллажей под мигающими лампами. Помещение некстати напомнило Гарри Выручай-комнату. — Вы же по таким делам, мистер Поттер? Вроде того? — Вроде. Пространство магически расширено? — Самую малость. Аренда у магглов дорогая, знаете ли, — он издал наигранный смешок. — Но никто не заметил, уверяю вас, Министерству не стоит… Мы пришли! Смотрите! Пенберри не солгал. У стены клубилась серая масса, точно сжатый туман — жуткий, смотреть туда не хотелось. Наверно, такое могло скрываться под плащами дементоров. — Магглы его не видят, только чувствуют, но они убеждали меня, что слышат голоса. Сказали, из угла что-то шепчет. Я не слышу ни звука. А вы? За трухлявой вуалью перешёптывались те, кого нельзя слышать, и туда падал Сириус — медленно, как в кошмарном сне. Тогда Гарри столкнулся с Завесой в первый раз — но не в последний. Гарри слышал. — Нет, — он сглотнул, облизал пересохшие губы. — Мне нужно остаться одному. — О, разумеется, сколько вам угодно. Я буду в офисе, дорогу вы помните. Надеюсь, — Пенберри снова засмеялся, — вы не исчезнете. Дождавшись, когда он скроется за стеллажами, Гарри вплотную подошёл к отвратительному пятну. — Эй, — он достал палочку из джинсов. — Люмос. Голоса умолкли, серая круговерть колыхнулась и попятилась от света. — Не знаю, что ты такое, но у меня есть просьба. Я могу поговорить кое с кем? Нечто выжидало. Ни шёпота, ни движения, но Гарри чувствовал интерес. — В Министерстве никто не знает про Завесу. А кто знает, те молчат. Ублюдки. — Гарри крутнул палочкой, по стене пробежала зыбь. — Но ты-то можешь рассказать. Это вроде разлома, — зашептал он, склонясь ещё ближе. Ему чудился смрад и холод, исходившие из центра серого пятна. — Я могу пройти? Он потянулся рукой, очертания пятна поплыли и начали мерцать. — Нет! Я больше не буду трогать, обещаю. Шипение, вначале тихое, потом громче, но слов Гарри не разобрал. — Я хочу поговорить с Сириусом. Прошу. Сириус! Серое внутри пятна жадно затрепыхалось, оно тянулось навстречу, и Гарри готов был податься вперёд. — Сириус! — Мёртв? — предположил бесплотный голос. Гарри отпрыгнул и, не удержавшись, свалился на бетон. — Он жив, ты, тварь! — Гарри кинулся к стене, но пятна как не бывало. Всё повторялось. Какой по счёту раз? Восьмой? — Вернись! Ему приснился их дом. Паучьи коконы пустуют в углах, замызганное окно за грязными портьерами. На стёклах копоть от свечей. — Всё ещё дождь, — пробормотал Сириус и одной рукой подгрёб его себе под бок. — Только рассвело… — Уже утро, — возразил Гарри, заставляя ладонь Сириуса спуститься с талии к низу живота. — Гарри. Пальцы Сириуса казались прохладными по сравнению с разгорячённой кожей над пахом. Они дрожали, трогали так неуверенно. — Гарри… — Я хочу, — он переплёл их пальцы, потянул руку ниже. — Ты ведь всегда сделаешь то, что я хочу? — Гарри закинул ногу ему на бедро, потёрся о твёрдый член Сириуса. Неуверенность испарялась. — Бери. Возьми. Пожалуйста. Только так, чтобы меня не стало тоже. — Тихо, ш-ш-ш... — Сириус! Наяву, куда его выбросил сон, осталась лишь рука Гарри, и он задвигал ею безжалостно, до тянущей боли. — Нетнетнет, — он перевернулся на спину, раскинул ноги. Вокруг витал кисловатый запах простыней: дешёвый гостиничный номер в Плимуте, пятнадцать фунтов за ночь, никаких портьер, никаких дополнительных постояльцев. На потолке, когда-то чисто выбеленном, растеклось тёмное пятно, чуть пульсирующее. Уличный фонарь позволял хорошо его разглядеть. Гарри облегчённо выдохнул. Он продолжил двигать рукой, теперь быстрее, и кончил, забрызгав живот и тонкие, застиранные простыни. — Нашло меня? — обратился он к пятну. В тишине невнятно раздалось всхлипывание — или чавканье. Так Дадли в детстве впивался в сочные фрукты, причмокивая и шумно глотая. — Мы договоримся, — Гарри стёр ладонью тёплые капли с кожи. — Всегда можно договориться.