Падение.

Собор Парижской Богоматери горел, а звон его колоколов скорбно и тревожно разносился по всему Парижу. - Скажите, а для чего мы боремся? – внезапно задал вопрос Адриан. - Что ты имеешь ввиду? – Сощурил глаза Нино. - Я... Я не знаю как это объяснить, - потянулся к затылку Адриан, - но у меня есть чувство, что всё это как-то зря. У нас осталась буквально пара часов, верно? Надежды мало, вера иссякает, начинают подтачивать страхи. Вот ты, Нино, как думаешь, даже если мы остановим Маринетт, сможешь ли вернуть назад Алью? Я не уверен, восстановится ли Маринетт после очищения, если оно произойдёт, то что насчёт Альи? Или ты, отец, как думаешь, как скоро всё восстановится в Париже, если мы не имеем при себе магии, наподобие Чудесного Исцеления? А вы, Мастер Фу? Для чего вы спасаете мир? И даже если это удастся, то достигнете ли вы того, о чём мечтали? - С чего ты вдруг стал таким фаталистом, Адриан? – мрачно спросил Габриэль. – А что до твоего вопроса, то в мире есть не только Франция, но и другие страны, в которых живёт множество учёных. У меня всегда есть надежда на лучшее, и она останется со мной до конца. - Я... Просто забудьте. Что-то накрыло внезапно... - отмахнулся парень. - Адриан, как бы не казалось это странным, - тихо сказал Хранитель, - но я делаю всё это, потому что хочу жить. Мне страшно умирать, ибо я не знаю, что уготовано мне там. Поверь, в моей жизни хватало дерьма, которое порой я сам совершал, чтобы попасть в очень некомфортные условия существования на той стороне. Нино промолчал. Но решимость в его глазах не угасла.

***

- У нас остался последний шанс, - сказал Хранитель. – Если мы сейчас не справимся, этот мир ничего не спасёт, и мы окажемся, возможно, в небытии. - Отличная мотивация, - с сарказмом заметил Адриан. – Тогда вперёд. Они вчетвером осторожно приблизились к воротам, которые совсем недавно штурмовали. К их удивлению, сейчас рядом с ними никого не было, что было очень подозрительно. - Может, она созвала их всех наверх к себе? – неуверенно предположил Нино, с опаской поглядывая на кокон вокруг Эйфелевой Башни, что был сейчас прямо над ними. - Не в её стиле, - пробормотал Адриан. – Я, скорее, поверю в то, что она здесь одна, а остальные, - он обернулся назад, - вот дерьмо! - Не выражайся! – по привычке рыкнул Габриэль. - Я был прав! Они отрезают нам путь назад! – выпалил Адриан. - Значит, мы окружены, в ловушке, и они сейчас атакуют всем скопом? – уточнил Нино. - Не совсем, - покачал головой его друг. – Думаю, она хочет справиться с нами лично, потому отрезает нам пути отступления. Собственно, конечно, это ловушка, но благородная... - Пф! – своим одним фырком Габриэль выразил своё отношение к «благородству» со стороны Маринетт. – Не верю в это. - А что нам остаётся? – понуро сказал Адриан. – Только вперёд с мимолётной надеждой... Под пристальным вниманием со стороны многочисленных обращённых, они вошли в кокон. И, что примечательно, двери за ними захлопнулись не с лязгом и скрипом, а очень тихо, как шёлковые. - А где атмосфера ужаса, страха, безнадёжности? – возмутился Адриан. – Где все сопровождающие элементы последнего поединка? Позор, так облажаться, Маринетт! - Адриан! – вновь одёрнул его Габриэль. - Он просто бравирует, - проворчал Плагг. - Разве не видите, что его трясёт так сильно, что мне пришлось вылететь из его кармана? - Спасибо за поддержку, Плагг, - пробормотал Адриан. Больше никто не проронил ни слова, пока они не поднялись на вершину Башни. - За дверью нас ждёт смерть, - глухо сказал Нино. - Но только преодолев её можно спасти себя и других, - поддержал его Адриан. - И начнётся вновь из жизни круговерть, - положил руку на дверь Хранитель. - Состоящей из воспоминаний плохих, - закончил Габриэль и толкнул дверь. - О, а я уж вас заждалась! – радостно воскликнула Маринетт, развернувшись в кресле к ним лицом. – Как я рада вас видеть! Впрочем, вы прибыли вовремя, прямо перед самым последним актом драмы. - Прекращай театральщину, Маринетт, - проворчал Нино. И тут же швырнул в неё что-то вроде длинного дротика, который попал в подставленный под удар мизинец и отскочил от него. - Потрясающе, - невольно вырвалось у Адриана. - То ли ещё я могу, - ухмыльнулась Маринетт. – То ли ещё... Ни Нино, ни Габриэль, ни Мастер Фу не заметили, как и когда Адриан оказался за их спинами. Точно так же они не ожидали удара с его стороны чем-то парализующим, из-за чего всё тело, кроме глаз, языка и мышц, отвечающих за речь, не чувствовалось. - ... сможешь ты, любимый, - закончила Маринетт и, подскочив к парню, впилась в его губы поцелуем. - Что за на?! – хором выдали лежащие на полу «спасители мира». - Сюрприз, да? – ухмыльнулся Адриан. – Всё могло пойти не так в любой момент, вы ожидали удара в любой момент, но в итоге он пришёл оттуда, куда вообще не смотрели. - Зачем? Зачем, Адриан? – прошептал Габриэль. - О, всё просто, - с удовольствием начал отвечать он. – Впрочем, отвечу на все незаданные уточнения. Предательство? Строго для плана, разработанного мной вместе с Маринетт. К тому же, - мерзко, что будь у них троих возможность шевелиться, то их передёрнуло бы, ухмыльнулся парень, - это у нас в крови, не так ли отец? Как и любовь к театральщине, как и долгосрочные планы, как и эгоизм. Знаешь, я часто думал о том, что не похож на тебя вообще ни капли. Сейчас же я вижу, что это не так. Зачем мы всё сделали это? Потому что мы любим друг друга, - он погладил голову Маринетт, - и нам никто не нужен для этого. - Ну, раз нам уже и так, и так конец, то, может быть, расскажете, как вы всё это придумали и разыграли? – тихо спросил Хранитель. - Почему бы и нет? – пожала плечами Маринетт. – Придумал всё Адриан, а исполнение было целиком и полностью на мне. - Когда я обнаружил в твоём сейфе книгу по Камням Чудес, - начал Адриан, - и не надо делать такие глаза! Конечно, тогда я в первый раз не понял, что это за фигня, но потом мне стало любопытно. И я вновь её достал оттуда с помощью Плагга. Потом уже при прочтении пришла в голову мысль, что шифр не может быть настолько простым, но в итоге выяснилось, что так и оказалось. - И в чём же была загвоздка? – полюбопытствовал Фу. - Надо было всего лишь приставить зеркало, - усмехнулся он. - Так просто? – разочарованно выдохнул старик. - Я сам сначала не поверил, - кивнул блондин, - но потом оказалось, что так и есть на самом деле. - Потом, этот... лохматишка каким-то образом узнал об моей и об твоей личности, - кивнула Габриэлю Маринетт. - То есть ты... - договорить Габриэлю не удалось. - Да. И если насчёт тебя я тогда огорчился и разочаровался, то вот при виде Маринетт моё сердце начало трепыхаться. Но... Сранная магия Камней Чудес. - Это как так? – спросил Хранитель. - То что нифига не получается быть владельцам Камней Божьей Коровки и Кота быть вместе, если только не соблюсти некоторые условия. - Например, что до определённого момента один из них не должен ничего знать о втором, - продолжила Маринетт. – Даже когда я изучала записи из Книги, я думала, что допёрла до этого сама, а мне не намекнул Адриан. Даже когда я выстраивала свой план по получению акумы, он не был полностью моим - идеи мне подкидывал он, но так, что я его ни разу не заподозрила. - Дело было за малым - спровоцировать Лилу, - хмыкнул Адриан, всё также поглаживая Маринетт. - И обо всех деталях я узнала чуть позже, когда мы вчера встретились на крыльце лицея, когда Адриан посмотрел мне в глаза и разрешил прочесть свои мысли и воспоминания. - То есть, всё это время вы?.. – хрипло сказал доселе молчавший Нино. - Именно. Настоящая любовь проявляется лишь между двумя людьми, объединяя их в единое целое. Когда говорят, что кто-то любит ещё кого-то, это вовсе не так. Заботится, ухаживает, переживает, присматривает, всё это - не любовь. Любовь - самое эгоистичное чувство, что можно представить, а настоящая любовь бывает только у законченных эгоистов. Габриэль, Фу и Нино молчали. Первый, потому что сам создал условия для всех произошедших событий, и теперь его душило такое глубокое чувство вины, что хотелось рыдать взахлёб, хотя он знал, что у него не получится - врождённая невозможность плакать. Второй, потому что тоже терзался чувством вины. Но слабым. Ему, откровенно говоря, было пофиг на всё, лишь бы выжить. Недаром тогда, когда можно было спасти Орден, удрал. Ведь если бы он остался, то тот бы процветал, но за счёт его жизни. А Нино молчал, потому что предательство своего лучшего друга просто не могло оставить след на внутреннем мире. И больше всего на свете ему сейчас хотелось исчезнуть, раствориться, никогда не появляться больше нигде... Лишь бы не переживать всё это снова. - Любовь - это когда тебе, кроме самого себя, нужен ещё кто-то, кто чувствует то же самое, что и ты, - неожиданно жёстким голосом закончил Адриан. На протяжении всей этой речи Адриан начинал понемногу светиться, а когда он закончил, то сияние с его стороны слилось со светом, исходящим от Маринетт. - И вы, как и этот мир, - Маринетт щёлкнула пальцами, после чего за её спиной появилось какое-то круглое, мерцающее отверстие, - нам не нужны. Вы и так уже все трупы, а мы уходим. Навсегда. - Вместе, Моя Леди? – протянул руку Маринетт Адриан. - Вместе, - кивнула она. После чего исчезли из разрушающегося мира, шагнув в портал.