Фокусировка

Два месяца назад у Питера нехило так прибавляется поклонников. Его Инстаграм-страница буквально взрывается от сообщений и подписок, а виновница подобной шумихи скромно украшает полотно фотографий личной страницы, состоящей из однотипных закатов и вида с высоток. Два месяца назад Питер и Тони празднуют первую годовщину отношений. Паркер фотографирует Старка и команду как сумасшедший, много, почти всех подряд. В памяти ноутбука до сих пор остались портреты мстителей. Именно два месяца назад Питер публикует первую личную фотографию Старка – тот вальяжно полулежит на диване, в руках чашка какао с принтом Человека-Паука, а сам Тони почти спит. Уставшее лицо озаряется слабой подсветкой от домашнего кинотеатра. Питер вообще не помнит ни название фильма, ни сюжета. Их тогдашний день оканчивается просмотром какой-то винтажной комедии, и Питер с абсолютно пустой головой просто берёт и постит только что сделанную фотографию. Тони, естественно, не против – он с ехидным любопытством ждет результата, а Питер глупо залипает на красиво вылепленные запястья мужчины. Буквально на следующее утро Питера ожидает закономерный взрыв интереса – все хотят ещё, хотят знать, кто находится по ту сторону объектива, им нужно всё. Питер смущён, но очень и очень рад. Хобби приносит сладкую радость, Тони украдкой улыбается ему каждый раз, а команда умиленно наблюдает и, изредка, комментирует фотографии. Наташа оставляет ехидный смайлик, Клинт – вот уж кто любитель соцсетей, –пишет что-то саркастичное. Небольшие подколы приходятся общественному интересу как плеск бензина в костёр – люди буквально сходят с ума, гадая над личностью неизвестного фотографа. СМИ от них не отстаёт. Второй фотографией становится их общий рабочий стол и Тони, весь перемазанный в масле. На Старке обычная белая растянутая майка и рабочие штаны, но вид в меру накачанных мышц заставляет Питера благоговейно замереть и, не отводя взгляда, вытащить из заднего кармана Старкфон. Тони вообще почти всегда выглядит как порнозвезда, но в тот момент мужчина пробивает любые пределы сексуальности. Фото дышит моментом перерыва в кипучей работе, фантомный запах машинного масла забивает ноздри. Они с Тони без устали работают над раритетной машиной и в перерыве растекаются по столу и стульям. Старк откидывается на спинку стула, крепкая шея обнажена и Питер чувствует как бьётся сердце прямо под кожей и не может отвести глаза. Паркер постит фотографию за рекордные две минуты, наскоро настроив пару фильтров, чтобы композиция была более четкой и атмосферной, и буквально кусает Тони за шею, целует пульсирующую жилку, обводит языком дёргающийся кадык. День они заканчивают весьма продуктивно. В постели. – Питер, босс ожидает вас на кухне, – мерно встревает Пятница, пока мальчишка вытирает волосы махровым полотенцем после душа. – Уже скоро приду. Питер отбрасывает полотенце куда-то за комод и натягивает валяющиеся поблизости боксеры – черные, дорогие как Ролекс, они приятно обхватывают нежную кожу внутренних бёдер. Тони имеет хороший вкус. Всегда. Мимолётный взгляд на панорамные окна разливает мягкое тепло где-то под сердцем. Так происходит каждый раз. Питер, любящий просыпаться с лучами солнца, ранее лишенный подобной прихоти в маленькой квартирке, готов танцевать от пузырчатой радости – окна, затемнённые с внешней стороны являются идеей Тони, и хоть сам Старк ненавидит все, что прямо или косвенно напоминает будильники, раз за разом встаёт вслед за Питером. На кухне Паучка ждёт самый божественный мужчина в его жизни. *** – Чува-а-ак, – потрясённо тянет в трубке Нэд, – это просто чума. Полтора миллиона лайков за два часа. Питер фыркает. Телефон он удерживает одним плечом, а руки тем временем споро завязывают Тони галстук. Их небольшая, но милая традиция, вышедшая из шутливого спора никогда не нарушается. Если Питер хочет, что Старк поехал на официальные собрания, встречу с инвесторами, а не спихнул неинтересные дела, как утверждает мужчина, на Пеппер, то Питеру нужно собственноручно завязать Тони виндзорский узел. – А что будет, если вы сфоткаетесь вместе! – натурально хрипит от восторга Лидс и Питер видит как дрожат уголки губ Старка – Тони вот-вот готов рассмеяться. Глаза мужчины блестят и Питер намекающе дёргает за почти завязанный узел. Он всем выражением лица сигнализирует прекратить потешаться над их с другом разговором. – Не думаю, что Тони будет рад атаке СМИ, – рассеянно бормочет Питер и в последний раз поправляет тёмный, почти черный галстук, – Не думаю, что люди будут рады его роману с человеком почти на двадцать лет младше, это не учитывая мой пол. С той стороны фыркают почти в точь в точь как стоящий перед Питером мужчина. Руки Тони ласково обнимают Паучка, перебирают складки ткани на футболке, которую Питер вероломно присвоил ещё пару месяцев назад, и зарываются в растрепанные волосы. – Ты серьезно, друг? Да ты же Человек-Паук. Супергерой. Ты любимец публики. Питер снова зажимает Старкфон ухом, ответно обнимает Старка за талию и незаметно, чтобы Нэд не заподозрил, вдыхает терпкий парфюм – от Тони пахнет так потрясающе, что все рецепторы паучьей мутации готовы капитулировать. – Вот именно. Не хочу для Тони проблем. Повисает молчание. В тишине слышны только их размеренные вдохи и выдохи, за окном разворачивается солнечная вакханалия жаркого лета, а сильные твердые пальцы Старка мерно массируют кожу головы. – Чува-а-ак, – многозначительно роняет Лидс, – ты серьезно считаешь, что Тони Старку не насрать? Тони почти хрюкает от железобетонной уверенности в своих словах Нэда Лидса, и поспешно прижимается губами ко лбу Питера, дабы сдержать смешки. Прямо над ухом тикают часы, дорогие, слегка громоздкие, но Тони они идут. На его вылепленном запястье они смотрятся уместно, на контрасте некоего изящества линий. У Питера начинает зудеть прямо под ложечкой от желания сфотографировать эти руки, запечатлеть эстетику мужской, увитой выступающими венами руки. Длинные пальцы Старка словно созданы покорять безвольное сердце Паучка. – Готов поспорить, Старк в любой момент готов тебя засосать перед журналистами и чхать он хотел на замшелых ретроградов. Три. Два. Один. Тони не выдерживает и громко, заливисто смеётся. Чуткий слух Питера слышит каждую составляющую грудного смеха, и от этого ему хорошо. Тони в последнее время редко так самозабвенно смеётся, почти всегда только рядом с Питером. От этого тепло на душе. – Питер?! Какого хрена ты не сказал, что Железный Человек рядом?! – Успокойся, Нэд. Он почти всегда рядом. Лидс потрясённо молчит, а после Старкфон буквально разрывает от громкого вопля друга: – И ТЫ МНЕ НИ СЛОВА НЕ СКАЗАЛ?! Питер сдавленно хрюкает и поспешно прощается – Нэд способен возмущаться несколько часов подряд, а машина уже почти приехала. Им нужно спускаться. Питер размыкает объятия, с довольной улыбкой на губах ловит Старка за руку и решает идти в ва-банк. Поворачивает пару раз их сцепленные руки, чтобы и часы, и восхитительно прекрасные длинные пальцы находились в кадре, слегка оттягивает белоснежные манжеты подальше, и фокусирует мощную камеру Старкфона на кисти руки Тони. Первый шаг к признанию сделан. – Великолепно, – тихо выдыхает Питер.