Гейская любовь или о сложностях написания песен 18

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
ШАРЫ

Пэйринг и персонажи:
Александр Беличенко/Вася Звёздкин
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Драббл, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Алкоголь Дружба Открытый финал Повседневность Романтика Философия Флафф Юмор Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Такими темпами новый альбом выйдет через пять лет...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
10 октября 2019, 01:16
Звёздкин сидел на кровати, обхватив колени и положив на них голову. Он внимательно следил за Сашей, что устало переставлял аккорды, иногда поглядывая на сто раз перечёркнутый текст песни, принесённый другом. - Такими темпами новый альбом выйдет через пять лет, - заключил Вася. Беличенко поднял взгляд на друга и обречённо кивнул. - Ты уверен, что это конечный результат? – он кивнул на бумажку со стихами. Звёздкин выдохнул, взял листок и перечитал содержимое тысячу первый раз. - Ты прав, - нахмурился он и порвал бумагу, кидая бело-серые кусочки на пол. Саша посмотрел им вслед. - Прочли, а теперь и сжечь не грех, - усмехнулся Беличенко и снова перевёл взгляд на гриф гитары. Но после минутных гляделок, он нахмурился, убрал инструмент со своих колен и поставил на пол. - Это пиздец, - прошептал Вася. – Мы же… Не перегорели? – с трудом произнёс он. Самым страшным кошмаром Звёздкина было потерять интерес к музыке. Он жил этим и просто не представлял себя без гитары в руках. Он точно знал, что, если его кошмар станет реальностью, он просто сыграет Кобейна в своей выдуманной сценке. Других вариантов развития событий он не видел. Он ненавидит профессию учителя и в жизни никогда не зайдёт в школу. Свои художественные навыки он уже давно потерял. А просто безделье, вполне вероятно, приведёт его к алкоголизму, деградации, и он просто станет обыкновенным Васей из Барнаула, доживающим свой остаток. А это далеко не то, ради чего он начинал любимое дело. На Васины глаза стали наворачиваться слёзы, которые он искусно сдержал и, сделав глубокий вдох, успокоился. - Давай поменяемся, - сказал он, вставая с кровати. Он взял со стола какую-то бумажку, покрутил её, проверяя, не является ли она важной, взял простой карандаш и кинул это всё Саше. Сам он взял в руки гитару. Неожиданно для себя он стал наигрывать «Безразлично», но на половине песни нахмурился и остановился. - Думаю помидорки что-то заподозрят, - кивнул он, переводя взгляд на друга. Саша усмехнулся, не отрывая взгляд от листочка, на котором уже пару раз что-то чиркнул. - Что-то получается? – после десяти минут работы в полной тишине, не считая Васиных попыток что-то сбрынчать, поинтересовался Звёздкин. Беличенко молча порвал испорченный листок и кинул его к предыдущему. Вася тяжело выдохнул и поставил инструмент туда, где взял. Он подошёл к окну и отодвинул шторы. Вид за ним нисколько не вдохновил, а лишь усугубил Васино состояние. Он некоторое время посмотрел за серыми облаками, прошёлся взглядом по желто-зелёным деревьям, которые ещё сопротивлялись осени. Звёздкин на секунду даже улыбнулся, пока не увидел резко посыпавшийся хлопьями снег. Он взвыл и повернулся к другу. Саша скучным взглядом наблюдал за ним. Посмотрев в зеркало, Вася заметил, что сквозь серое небо стало пробиваться солнце и слегка улыбнулся, хотел было развернуться к окну, но его напугал друг, глаза которого резко загорелись. - Стой там, где стоишь! – приказал он, рассматривая приятеля. Звёздкин слегка выпрямился, не понимая, что происходит. Он сложил руки на груди, неловко смотря на друга. Саша не сводил с него глаз, завороженно осматривая. Беличенко прошёлся взглядом по чужим выразительным скулам, не менее выразительным ключицам, по чужим ярким волосам, сквозь которые пробивался бледно-жёлтый свет солнца, и, наконец, заглянув в чужие чёрные блестящие, словно ночное звёздное небо, глаза, с воодушевлением схватил гитару. Около десяти минут он переставлял аккорды и наигрывал различные переборы, всё время фыркая – не то. Когда Звёздкин сделал неуверенный шаг от окна, Саша нервно крикнул: «Стой!», отчего Вася окоченел и даже побоялся поправлять волосы, которые неприятно щекотали лоб. Но вот, блаженно улыбнувшись, Саша выдал целую мелодию. Её настроение было сложно уловить. Она звучала грустно, но звоном, сквозь басы, пробивалась какая-то надежда. Звучало это действительно восхитительно, очень искренне. Завороженный Звёздкин попросил друга повторить, что Саша, конечно же, сделал, улыбаясь ещё сильнее. - Охуенно, - улыбнулся Вася. Беличенко скромно улыбнулся, смотря на свою музу. - Ах да, можешь отходить, - посмеялся он. Звёздкин сел на кровать рядом с другом. В комнате воцарилась неловкая тишина. - Думаю, теперь текст легче написать, - ляпнул, что первое пришло в голову Саша и почесал затылок. - Мне всё равно ничего в голову не лезет, - расстроился Вася. Беличенко грустно поджал губы, понимая, что наступающая тишина станет ещё более неловкой. Ему срочно надо что-то придумать и, желательно, поддержать друга. - Ты меня вдохновил, - снова не подумав, сказал Саша. - Я догадался, - подняв брови, усмехнулся Вася. – Блин, вдохнови меня на текст, - грустно усмехнулся он. - Как? - Да ладно, Сань, я пошутил. Хотя… - Звёздкин задумчиво оглянулся. – Встань у окна. Беличенко подошёл к окну. Звёздкин, прищурившись смотрел на него. Заметив сарказм в его взгляде, Саша недовольно выдохнул и рухнул обратно на кровать. Вася посмеялся, но потом понял, что от этого другу не очень приятно. Звёздкин пододвинулся к нему и обнял. - Ты попытался, - усмехнулся он, чувствуя, как чужие руки обвивают его талию. Беличенко прижал парня ещё сильнее и начал гладить его по лопаткам, провёл ладонью по рёбрам и вдоль позвоночника. Он сделал глубокий вдох. Ему казалось, что чем глубже вдох он сделает, тем дольше будет Васин запах оставаться с ним. Вася запустил руку в чужие волосы и начал перебирать их пряди. Голова Беличенки покоилась на его плече, и он почувствовал на шее неровное дыхание друга, после чего обратил внимание на его сильное сердцебиение. - Это ведь не выглядит странно? – уточнил Вася, почёсывая чужой затылок. - Не, просто дружеский мужской секс, - посмеялся Саша, дыханием обжигая шею друга. Звёздкин засмеялся и отстранился. Он поправил волосы и посмотрел другу в глаза и, отчего-то, почувствовал неловкость. Вася подошёл к столешнице и достал оттуда листочек. - Сыграй ещё раз. Беличенко послушно взял в руки гитару и стал наигрывать мелодию. - Хуй, хуй, хуй, - запел Звёздкин. – Мужицкий секс и хууууй. Саша засмеялся, переставая играть. Звёздкин гордо поднял голову. - Это ты меня вдохновил! Беличенко засмеялся ещё больше, и Вася его поддержал. Звёздкин рухнул обратно на кровать и положил голову другу на колени. Взял рядом лежащий карандаш и, покусывая его, задумчиво смотрел на листик. - Может, написать о безысходности? – пожал плечами Саша. - Было, - нахмурился Вася. - Может о любви? - Не формат. - А у нас есть формат? – усмехнулся Беличенко. - Писать всю песню только о любви – херня. - Гейская любовь? - Ты Василия Лугового слушал вообще? - Да, и фит с ммб, - задумчиво кивнул Саша. - Может, - Вася сел в кровати, - если напиться, дело лучше пойдёт? - Отвратительная идея, - почесав затылок, прошептал Беличенко. – Что из алкашки у тебя есть? Звёздкин улыбнулся, после чего покинул комнату. Вернулся он с ещё более яркой улыбкой и бутылкой виски. - Ты уже бахнул? – посмеялся Саша. Вася открыл бутылку и сделал глоток прямо с горла. - Теперь да. Кстати, у меня нет чистых кружек, и мыть я их не собираюсь, - предупредил он, делая ещё глоток и направился к кровати. – Так что пьём так, - пожал плечами и протянул бутылку другу. Беличенко принял бутылку из чужих рук и небрезгливо отпил её содержимое. - Ну что? – спросил Саша, посмотрев в пустой листочек, на который уже двадцать минут смотрит друг. - Знаешь, я догадывался, что это не поможет, - посмотрев на бутылку в своих руках, грустно произнёс он. – Просто бухнуть хотел. - Та же херня, - признался Беличенко. - А ещё, будь мы трезвыми, - деловито начал Вася, - ты бы возразил, если бы я сделал так. Звёздкин улыбнулся и положил голову на чужую грудь, обхватил худую талию и уткнулся носом в шею. - Не возразил бы, - положив одну руку на талию и начав поглаживать чужие лопатки, прошептал Саша. - Ну блин, зря пили, - надул губки Вася, прижимая друга ещё ближе. - Вот на счёт поцелуя возразил бы, - задумчиво произнёс Беличенко. Вася отодвинулся и, прищурившись посмотрел на друга. После того, как Саша обратил на него внимание, он посмеялся. - А сейчас не против? - Ты издеваешься или не издеваешься? – нахмурился Беличенко. - Смотря что ты ответишь, - тихо произнёс Звёздкин и затаил дыхание. Саша захлопал глазами и стал глупо хватать воздух ртом, не понимая, стоит ли ему отвечать правдиво, или это всё глупый подкол. Боже, как же он облажается, если это действительно шутка. Вася отвёл взгляд от чужих глаз и перевёл его на приоткрытые губы. Он почувствовал невероятное притяжение и не смог ему противостоять. Звёздкин приподнялся на локте и аккуратно коснулся столь желанных губ. Беличенко, так же аккуратно, моментально ответил на поцелуй, вкладывая в него своё восхищение этим человеком, все свои мысли и всё своё вдохновение. Вася отстранился и взял в руки листок и карандаш. - Знаешь, гейская любовь – это вечная тема, - с задумчивым видом произнёс он, после чего оба парня расслабленно посмеялись. - Ну и что будем делать, когда протрезвеем? – выдохнул Беличенко рассматривая друга. Вася посмотрел на полупустую бутылку и пожал плечами. - Мы можем максимально оттянуть этот момент, - он взял виски и довольно улыбнулся. - Отвратительная идея, - нахмурившись, прошептал Саша, смотря, как Вася делает глоток. - Будешь? - усмехнулся он, протягивая бутылку. Беличенко пожал плечами, забрал бутылку и сделал глоток под Васин заливистый смех.
Примечания:
Извините меня за столь примитивный фанфик, но разве это не мило?
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.