«Тени»

Вскоре школьные будни и повседневная рутина настолько заполнили жизнь Локи, что он даже ненадолго забыл о том сне. Школа, дом, музыка – эта была именно та последовательность дневных дел, которая целиком и полностью поглотила юношу. Несколько по-иному обстояли дела у Люка: даже несмотря на то, что парень ходил на костылях, даже несмотря на то, что некогда он потерял авторитет среди сверстников – это не мешало ему теперь пользоваться популярностью среди девушек и проводить с ними уйму времени. Он был красив, неимоверно обаятелен и обладал хорошим чувством юмора. Но главное, у него было то, что почти на все сто процентов покоряет сердца всех девушек – недосягаемость. «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей» - кажется, это было девизом Люка в отношениях с противоположным полом. Локи совершенно не понимал эту позицию друга. «Ты ведь обманываешь их, - говорил он подчас товарищу, - это нечестно по отношению к девушкам. И как только они не понимают этого!» Люк лишь добродушно смеялся на эти слова друга: «Старик, они сами хотят быть обманутыми, разве ты не видишь? Это ведь женщины, им сердечная боль нужна не меньше, чем пища и вода. К тому же, я никогда не обманываю их, потому что ничего не обещаю – я всегда готов честно ответить на их вопрос о моём отношении к ним, только они почему-то никогда не спрашивают… видимо, хотят быть обманутыми, - несколько цинично заключал он. – А вот ты, старик, если не изменишь своего отношения к женщинам, всегда будешь один». «Уж лучше я весь иссохну, лучше с ума сойду, зато никогда не буду стеснять своей души, дружище», - с ухмылкой и с ноткой наивности в голосе отвечал ему Локи. И такое отношение Локи к женщинам было неслучайно: навсегда засели в его голове воспоминания детства, когда хмельной отец обижал мать, а он ничего не мог сделать. Поэтому теперь женские слёзы были для Локи тем, чего он не должен был допускать. Наравне с этим у него появился свой, особенный взгляд на женщин – ему хотелось в любой видеть прекрасное. И он видел. Он умел восхищаться женской красотой не в том пошлом смысле, в котором обычно восхищаются молодые люди его возраста, а как-то особенно, почти по-взрослому. И как будто назло Люку и его утверждению девушки с какого-то момента начали замечать его «скромнягу» друга, даже сходить по нему с ума. Но Локи чувствовал, что не влюблён, а потому всегда соблюдал некую субординацию в общении с ними. Он мог быть лучшим другом, отличным товарищем, хорошим советником, но этим всё исчерпывалось. «Старик, ты такими темпами девственником останешься до самого колледжа!» - смеялся порой Люк, чем никогда не мог смутить Локи. Он лишь загадочно улыбался, и на лице его появлялось что-то вроде ухмылки: «Что ж, раз до самого колледжа, то так тому и быть».

***

Локи прогуливался по центральной площади городка, в котором жил: он не подготовился к контрольному тестированию по биологии, а потому нужно было как-то убить время, пока не закончатся занятия в школе, и можно будет пойти к Люку. Он лениво шагал от одной торговой лавки к другой, где понемногу разговаривал то с одним, то с другим продавцом или владельцем лавки. Все они были для него хорошие знакомые, так как знали его с детства, ведь мальчишкой он проводил здесь много времени. Особенно дружен он был со стариком Спенсером, владельцем мороженой лавки. Вдоволь наговорившись со стариком Спенсером о современной политике и нынешнем образовании, Локи пошёл бродить по мощёным кирпичом старым улочкам. По дороге он пинал попадавшиеся под ноги камешки и считал шаги. И вот ему на глаза попалась какая-то пробка, которая застряла меж кирпичных плит. Локи усмехнулся сам с собою, помотал головой и нагнулся, чтобы достать её. - Что-то потерял? – услышал он говоривший сверху женский голос и подскочил от неожиданности, словно ужаленный. Ошибки быть не могло: серые глаза, каштановые волосы и полунасмешливая улыбка – это была она, та девочка из далёкого прошлого. Только теперь она уже была взрослой девушкой. И весьма привлекательной. - Нет, у меня просто шнурок развязался, - сказал первое, что пришло в голову Локи. - Правда? А я думала, что тебе пробка зачем-то нужна, - с лёгкой насмешкой говорила она, убирая за ухо непослушную прядь волос. Локи почувствовал, что его словно поймали в каком-то страшном преступлении и сейчас начнут допрашивать, а он и отвертеться-то не сможет. Но от страха его словно накрыло какой-то невидимой волной, и теперь он уже ничего не боялся. - Если честно, - с улыбкой начал он, - это напомнило мне один эпизод из детства… я вытаскивал пробку, а ты играла со знакомыми мальчишками. - И почему ты так уверен, что это была я? – несколько саркастично спросила она, но было видно, что её тронуло то, что сказал Локи. - Не знаю. Просто мне запомнился этот момент, вот всё. Я был ещё совсем маленький, обиделся на ребят, которые не захотели со мной играть, и от скуки мотался здесь. - А сейчас с тобой тоже не захотели играть ребята? – не прекращала смеяться она. - Перестань! – оборвал её Локи, потому что почувствовал, что не в силах совладать с нею, - почему ты смеёшься на каждое моё слово? Разве я говорю что-то смешное?! И почему ты говоришь со мной так, словно я ребёнок?! - Ты и есть ребёнок, - просто отвечала она, не переставая улыбаться, - не горячись ты так. Я не хотела над тобой смеяться, прости, - с тоном снисходительности добавила она. «Вот гарпия, а не девушка! – думал Локи про себя, не в силах отвести взгляда от её лица. – Терпеть не могу таких самодовольных барышень! Но тогда почему я до сих пор стою здесь, прикованный к этому месту?..» - Меня зовут Эвелин, - произнесла она вдруг. - Локи, - обиженно буркнул он в ответ ей. - Вот что, Локи, - дружелюбно начала Эвелин, - может быть сходим куда-нибудь, выпьем, м? Зароем топор войны, так сказать. «И никуда я с ней не пойду, к чему мне это? Вот разве что она бы мне хоть капельку была симпатична, тогда бы это имело смысл. Да и я обещал Люку сегодня встретиться. Нет, пойду домой». - Почему нет? – неожиданно для самого себя ответил он. - А ты не такой бука, как казался, - игриво ответила она, - тогда идём. «Я пропал! И зачем я только согласился? Вот дурак! Мог ведь вежливо отказать, а теперь останусь наедине с этой фурией – она меня съест с потрохами!» Они сидели в кафе под открытым небом. Посетителей было много, отчего Локи чувствовал себя немного неуютно, ведь ему казалось, что все вокруг смотрят на него и понимают, как он сконфужен. - Я, кстати, здесь работаю официанткой, - сказала Эвелин, равнодушно листая меню, - только у меня сегодня выходной. - Ты? Официанткой? Что-то как-то я не представляю, как настолько гордая девушка может совмещать себя с такой услужливой профессией. - Ну, я ведь не собираюсь быть официанткой всю жизнь, - всплеснула она руками, - мне всего двадцать два, надо же с чего-то начинать. - И чего же ты хочешь? – сощурив глаза, чтобы лучше улавливать смену выражений её лица, спросил Локи. - Пока не знаю, но точно хочу уехать отсюда. Ты, надеюсь, не глупый и понимаешь, что это место – это дыра, в которой можно только прозябать. - Я как-то не склонен так думать, - немного напрягшись, отвечал он, - мне не хочется называть «дырой» место, где я родился. - Ох, да ты, малыш, у нас патриот! - Хватит, Эвелин! – вспылил Локи. - Что такое? – удивилась девушка. - Не называй меня так! - Прости, Локи, - вновь смеясь, говорила она, - я всё время забываю, какой ты ранимый. «О, боже, дай мне сил вытерпеть эту девушку! Она невыносима!» - Знаешь, если ты считаешь, что можешь смеяться над каждым моим словом, только потому, что на шесть лет старше меня – смейся, только не будь уверена, будто бы всё, что ты говоришь абсолютная истина. Эвелин молчала и смотрела в глаза своего собеседника. Она продолжала улыбаться, но уже не насмешливо – восхищённо. - Ты такой отчаянный и смелый, что это как минимум достойно того, чтобы от тебя сходили с ума твои сверстницы. Это ведь так? - Я не знаю, - вновь смущённо отвечал Локи, так как был обезоружен её восхищением, - не думаю. - Даже не могу сказать, что именно может быть привлекательного в твоём худом теле и скованных движениях, но что-то есть такое в твоих глазах – какая-то трагедия что ли – что не может не привлекать, Локи. Ты какой-то необычный – не безликий, как все мужчины вокруг. Локи было особенно непривычно слышать в свой адрес слово «мужчина», но из её уст оно звучало так естественно, что ему даже не хотелось её поправлять. - Я должен идти, - опомнился Локи после минутного молчания, повисшего в воздухе, - я совсем забыл, что хотел встретиться с другом. - Ну что ж, Локи, - Эвелин сделала особенный акцент на слове «Локи», - удачи тебе. Юноша спешно встал и, стараясь не оборачиваться, чтобы не увидеть вновь её серых глаз, направился в сторону дома.

***

«Эвелин… как давно я не видел этого лица, этого горделивого выражения глаз, этих подёрнутых насмешкой губ – она никогда меня не любила! Да, так она сказала последний раз, и, скорее всего, что это правда. Никогда. Разве никогда? Совсем никогда? Этого не может быть, она лукавила. Ох, Эвелин, сам дьявол писал твою судьбу и диктовал тебе каждый шаг!.. Но что за женщина! Сколько бы я ни проклинал тот день, когда встретил её, я никогда не жалел о том, что было. Если бы судьба предоставила мне шанс вернуться в прошлое и сказать ей «нет», я бы повторил всё с самого начала так, как оно было. Нет, от любви не отказываются ради личного счастья. Разве я могу все свои чувства, все эмоции, все горести и переживания, через которые мне пришлось пройти ради этой любви, просто взять и выкинуть? Нет. Это было, и я благодарю судьбу, что было именно так!.. Жаль только, что я больше никогда не увижу её, а самое страшное, что никогда более не услышу…»