«Тени»

- Я могу поинтересоваться, куда ты собираешься? Локи только что вернулся с собрания акционеров своей компании и стоял на пороге спальни, внимательно наблюдая за тем, как Эвелин неспешно и деловито упаковывала некоторые свои вещи в дорожную сумку. - Нам нужно пожить раздельно, - серьёзным тоном ответила она, - отдохнуть друг от друга, понимаешь? - Нет, не понимаю, - решительно произнёс Локи, сложив руки на груди. Эвелин на секунду застыла, бросив своё занятие, выпрямилась и не присущей ей неловкой походкой подошла к мужу. - А я понимаю лишь одно: мы испепелим друг друга, если не сделаем паузу. Я устала с тобой бороться, Локи, я так больше не могу… мы никогда не уступим друг другу, это однозначно. Поэтому нам нужно немного побыть поодиночке и решить, насколько мы важны друг для друга, и стоит ли свеч эта игра, которую мы затеяли, решив пожениться. - Что значит «затеяли игру»? Эви, я никогда не играл с тобой. Даже если ты выражаешься образно, меня всё равно тошнит от этих слов, - он нервозно тряхнул головой и отошёл от неё, - ненавижу, когда ты начинаешь так говорить. Он облокотился на спинку стула руками и печально опустил голову. Эвелин виновато смотрела на его согнутую спину, борясь с желанием подойти к нему и, обняв, утешить, попросить забыть её глупую затею… но она стояла на месте и, сжимая руки в кулаки, продолжала просто смотреть. - И мне не нужно отдыхать от тебя, - тихо произнёс он, - я не для того на тебе женился, чтобы отдыхать потом. Я хотел всегда быть с тобой, даже когда трудно, даже когда невыносимо, когда кажется, что всё потеряно – я хочу быть с тобой, Эвелин. Потому что у меня больше почти ничего не осталось. - Прости, - выдавила она через силу холодным тоном, - но я уеду. Я уже вызвала такси. - И всё решила без меня… - Да, Локи. Потому что я знала, что ты скажешь. Но поверь мне, так будет лучше. Это не навсегда, это временно. Она бросилась к нему, подняла его голову, чтобы на прощание взглянуть в его лицо, крепко поцеловала и, взяв сумку, направилась к двери. - Эвелин! Услышав своё имя, она остановилась у самой двери и обернулась. - Я тебя люблю. Я знаю, что ты делаешь и к чему ведёшь весь этот абсурд. Но как бы ты ни поступила, то, что я к тебе испытываю, будет неизменно. Просто хочу, чтобы ты знала это. Эвелин лишь кивнула ему в ответ и, отворив дверь, поскорее вышла, пока слёзы не хлынули из её глаз.

***

Поначалу отсутствие Эвелин не приносило Локи каких-либо огорчений, так как думать об этом было некогда: в компании назревали серьёзные изменения, она выходила на совсем другой уровень, а потому личная жизнь в данный момент первостепенной не представлялась. Локи много разъезжал по миру, совершенно не бывая дома. Но спустя три недели Локи почувствовал, как сыт работой по горло, а всё, чего он хочет, это просто побыть немного с женой. Он изредка звонил ей, но разговоры были короткие и сухие: Эвелин всё время была занята, куда-то торопилась, неохотно рассказывала о том, как ей живётся вдали от дома и редко спрашивала о том, как дела у самого Локи. Она отдалялась от него, Локи это чувствовал. Он знал, что она уже рассталась со своей прежней жизнью и уже на пути к новой, а он всё ещё жил прошлым. «Как я могу отпустить её? Как могу позволить ей стать чьей-то ещё? Мы так глупо расстались, даже не объяснившись, даже не поставив точку. Нет, я должен её увидеть! Я должен потребовать от неё объяснений!» После долгих и утомительных перелётов и деловых встреч Локи наконец вернулся в Нью-Йорк, в свою опустевшую с уходом Эвелин квартиру. Тишина и одиночество вновь стали его каждодневными спутницами, а душевную боль помогал заглушать лишь алкоголь. Не зная, чем заполнить остаток своего дня, Локи со скучающим видом сидел на диване, лениво листая телеканалы, надеясь найти хоть что-то интересное. «Реклама, рекламы, тупой фильм, снова реклама, мировые новости… ах, как же утомило! Вот есть что-то удручающее в этом человеческом существовании… но что-то во мне переменилось, я знаю точно: отныне я целиком и полностью уверен, что не хочу вновь в Асгард. Я хочу остаться здесь, жить этой жизнью, страдать, как страдают смертные, хочу любить, как прежде – как смертный. Я хочу знать, что ценна каждая минута моей жизни, потому что она чертовски коротка!» Локи вновь вспомнил Эвелин, и эмоции волной захлёстнули его. Он встал с дивана, снял со стены антикварный нож, который когда-то привёз из Арабских Эмиратов – серебряный, ручной работы – встал напротив стены, где висела какая-то картина и, прицелившись, запустил нож в неё. Попав точно в центр, а именно в нарисованную башню, Локи победно усмехнулся: метание ножей некогда было его коронным в боях с неприятелем, и сейчас было как-то особенно приятно вспомнить что-то из прошлой жизни, то, в чём он всегда был несомненно хорош. «Мне бы сейчас на поле боя, - с задором думал он, - с удовольствием надрал бы кому-нибудь задницу!» В голове Локи тот час же нарисовалась картина того, как он случайно увидел Эвелин в ресторане с каким-то мужчиной, в которого бы он изящно и метко запустил кинжал, как это поразило бы Эвелин, и она бы, как в кино, бросилась в его объятия со страстным голливудским поцелуем… И усмехнувшись тому, как все эти глупые юношеские грёзы могли родиться в его голове, Локи вытащил нож из картины и повесил его обратно на стену. «Позвоню Люку, - подумал он вдруг, - по-мужски поделюсь с ним, как делал это раньше. Может, станет легче». В трубке шли короткие гудки, но Люк не отвечал. С каждым гудком Локи терял надежду на то, что сможет хоть кому-то выговориться и на время заглушить своё отчаяние. Так и не дождавшись ответа, он повесил трубку. В последующие дни Люк так же не отвечал на телефонные звонки. Как это ни странно, но с этого момента попытки Локи дозвониться до Эвелин тоже не увенчивались успехом. Он понимал, что связывать эти два события глупо и бессмысленно, как и много лет назад, но странное, щекочущее нервы предчувствие не покидало его ни на минуту. Кинув телефон на соседнее сидение, Локи торопливо завёл автомобиль и направился в сторону дома Люка. «Глупо! Глупо! Зачем я это делаю? А если это действительно правда? Что если они и впрямь… о, нет, лучше бы я не знал этого!» Резко затормозив на красный свет, Локи потёр лицо руками, пытаясь прийти в себя. «Почему я думаю об этом, как о свершившемся факте? Ведь ничего не доказано. Почему меня так мучает всё это?.. Да когда же загорится зелёный свет, чёрт подери?!» Кое-как притормозив у дома Люка, Локи со всех ног бросился к дому. Уже зайдя в дом, он нервозно стучал по кнопке лифта пальцами, наивно надеясь, что так лифт спустится быстрее. - Старик? Люк был явно обескуражен, увидев друга на пороге. Он был спросонья и ещё не успел одеться. – Я вообще-то не ждал гостей… - Я ведь твой друг, верно? Разве я не могу заявиться без приглашения? - Ааа… ну, вроде бы можешь. А что за срочность? - Никакая. Ничего. Я просто так зашёл. Локи нагло зашёл в квартиру, даже не удосужившись снять пальто и обувь, и стал беспокойно оглядываться по сторонам: повсюду был лёгкий беспорядок, на столе в гостиной стояла пустая бутылка вина и пепельница. - Ты вроде не куришь. - У меня просто сегодня… гм… ночная гостья была, - уточнил Люк, сконфузившись. Локи вновь почувствовал приступ дикой ревности, безумие завладело его разумом и чувствами: он направился в спальню Люка и, резко отворив дверь, застыл на пороге – никого. Только смятая кровать, пустая пачка сигарет на тумбе и стойкий запах женских духов. Её духов. И пачка её любимых сигарет. «Нет, это просто совпадение. Я ошибаюсь. Она не может… вернее, Люк не может так поступить… да что же это со мной?» - Локи, ты спятил?! Какого дьявола ты вот так врываешься ко мне, да ещё и осматриваешь мою квартиру, словно легавый в поисках наркоты?! - Ничего… Я просто… Я не знаю, что со мной происходит, - Локи, как в бреду, озирался по сторонам и произносил бессвязные речи. – Я думал, что вы с ней… то есть, ты и она – что вы тут вместе… Люк, моя жена послала меня ко всем чертям, она меня бросила, не отвечает на звонки… и ты тоже, вот мне и взбрела в голову эта бессмыслица. Прости. Он обессилено опустился на пороге комнаты, прижавшись спиной к открытой двери. Люк, немного погодя, сел с ним рядом. - Люк, скажи мне правду, - полушёпотом произнёс Локи. – Я знаю, что ты лжёшь. Мне плевать, если ты её трахаешь, но мне не плевать, что ты лжёшь мне. - Вот тут ты не прав, старик, - протянул Люк, - тебе никогда не будет плевать, если твою Эвелин трахает кто-то, кроме тебя. Ты одержим ею, она сводит тебя с ума. Вы оба сводите друг друга с ума, и не в самом хорошем смысле этого выражения. Вот только ты мучаешься больше, чем она. Люк встал с пола и виновато посмотрел в лицо Локи. - Ты прав, Локи. Прости меня, старик, но я ничего не мог с собой поделать! Она пришла, вся такая… свободная и независимая, такая соблазнительная… Я не знал поначалу, что там у вас, но она сказала, что всё кончено. И ещё сказала, что я всегда был её слабостью. Ну как тут устоишь? Я знаю, что полный козёл, что я недостоин твоей дружбы, знаю, что не должен был этого делать … и вдвойне подло то, что я молчал… Локи молчал. Он медленно поднялся, подошёл к тумбе, где лежала пачка сигарет Эвелин, достал последнюю штуку, поднял с пола зажигалку и закурил. - Ничего, - спокойно ответил Локи, - переживу. Знаешь, Люк, я столько всего повидал, столько всего пережил и столько всякого дерьма натворил сам, что просто не имею права тебя судить. Мне ли кого-то осуждать? Я ненавижу тебя сейчас, я готов вырвать тебе сердце и протолкнуть поглубже в твою глотку – единственное, что меня сейчас удерживает, так это, что я отдаю себе отчёт в том, что когда-нибудь мой гнев утихнет, а то, что нас связывает – останется. Страх сковал всё существо Люка, пока он слушал слова, что произносил его друг. Ему до сих пор было непривычно и диковинно слышать подобное от него. - Прости меня, старик. - Умоляю, Люк, заткнись! Если ты ещё раз скажешь «прости», то я всё-таки сделаю то, о чём говорил! Лучше скажи мне одну простую вещь: моя жена для тебя что-то значит или она просто очередная девка на одну ночь, коих у тебя сотни? - Я не знаю, - растерянно отвечал Люк. - Опять лжёшь! Да что с тобой за чертовщина творится?! Почему ты мямлишь и не можешь быть со мной откровенным, каким был всегда? С тобой вроде никаких асгардских воспоминаний не случалось, ты должен быть прежним. - Ладно, хорошо! Хорошо, я просто переспал с ней, вот и всё! Она классная девка, но не более! Она от меня тащится, а я нет, вот и вся правда! Локи снова молчал, ничего не отвечая. Он был опустошён и раздавлен. Непонятные мысли лезли ему в голову, непонятные чувства он испытывал к той правде, которую только что узнал. Ему на момент показалось, что его вовсе ничего и не удивило, словно он когда-то давно знал, что именно это однажды и случится, так чего теперь страдать, кричать, рвать и метать? - Я пойду, - тихим голосом сказал Локи. Он медленно поплёлся прочь из дома Люка, прочь от этого «места преступления» и от этого «преступника», которого он не прекратил считать своим другом, но которого сейчас ненавидел всем сердцем. Локи не сел в машину, он пошёл пешком, по дороге забредя в какой-то паб, где взял бутылку виски, после чего продолжил путь до дома, но уже выпивая. Все чувства смешались в нём воедино, всё вокруг потеряло значение и суть. Иногда Локи казалось, что его вообще не существует, настолько ощущение реальности стало покидать его. И вдруг яркая вспышка света озарила ночную тьму, и разноцветные огоньки замерцали перед глазами. Чей-то знакомый мужской голос, зазвучал где-то поблизости, а сильная рука схватило его за плечо – и в следующий же миг Локи очутился посреди Радужного моста. Ошибки быть не могло: он в Асгарде. Но зачем? Кто его сюда вернул? Локи был уже слишком пьян, чтобы осознавать происходящее.

***

Очнувшись утром в своём чертоге, Локи вскрикнул, а затем подскочил на кровати: вчерашнее происшествие ему не приснилось. На диване, что стоял неподалёку от окна он увидел своё старое одеяние – совсем новое, аккуратно разложенное. Но Локи не стал переодеваться, а поспешил на поиски Всеотца: без сомнения, это было его рук дело. С силой распахнув двери в тронную залу, Локи обнаружил там отца и Тора за завтраком, но они явно ждали его. - А, проснулся! Ну, проходи, проходи, - дружелюбно приглашал Один за стол сына. - Какого чёрта ты творишь?! Верни меня назад! - Зачем? – удивился Один. – Ты разве не рад тому, что твоё наказание отменено? Ты снова дома, в Асгарде, чего тебе ещё желать? - Я не просил тебя об этом! Мне нужно в Мидгард, верни меня назад сейчас же! Один резко встал со стула и грозно посмотрел на Локи. - Нет! Отныне тебе запрещено возвращаться в Мидгард! Локи был растерян, он не верил ещё до конца в то, что говорил отец. Земля была для него чем-то столь привычным, обыденным и близким, что он не мог себе даже представить, что кто-то может запретить ему туда возвращаться. - Я не могу, вот так всё бросить… ты не понимаешь… - Я всё сказал, - решительно произнёс Всеотец. – А теперь садись с нами, мы рады тебя видеть. - Мне нужно в Мидгард, прошу! Богом кляну, верни меня туда, совсем ненадолго! У меня есть кое-какое неоконченное дело. Один удивлённо уставился на Локи, владыка Асгарда не мог понять, что его удивило больше: то, что Локи не хочет возвращаться в Асгард или то, что он по-мидгардски «клянёт его богом». - Обсудим это позже – не сейчас. А пока сядь, у нас впереди разговор. Локи охватили паника и страх. «Только не сейчас! Только не теперь! Что я опять такого натворил, что он снова наказывает меня? Мне нужно домой! Я должен объясниться с Эвелин!»