ato de kangaero

Когда Ричи осознал, что произошло, было уже поздно. Эдди нигде не было и на звонки он не отвечал, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как вернуться в зал, к Айле. Она задавала ему много вопросов и Ричи было до боли неприятно ей врать. Он чувствовал себя полнейшим куском дерьма: вытворяет такие вещи, которые не просто попахивают, а разят изменой. Его сердце сжалось, когда девушка сказала: «ты должен был пойти с ним, мало ли что случится! Ричи, заботься о нём и не бросай, он такой хороший мальчик». Ох, Айла, если бы ты знала, что было буквально пятнадцать минут назад, то никогда бы такого не сказала. Ричи дал себе обещание рассказать ей обо всём, как только сам более-менее разберётся. Сейчас же всё, чего он хотел — оказаться дома и остаться наедине со своими мыслями, хорошо обдумать произошедшее и понять, как жить дальше, как себя вести, что делать с Эдди. После окончания фильма он проводил Айлу до её дома и вежливо отказался остаться у неё на ночь. Он хотел домой, где так очень кстати никого нет, никто не помешает его тревожным самокопаниям. Ричи волновался за Эдди, дошёл ли он нормально домой, как он шёл раздетый и как пойдёт завтра в школу без куртки? Эта мысль заставила его свернуть в сторону дома Каспбраков. Было около десяти вечера и на улице в такое время довольно морозно; Ричи не спеша брёл по тёмной улице, а под ногами хрустели последние осенние листья. Зима уже через пару дней, а это значит, что скоро День рождения, Рождество, Новый год — целая куча праздников, на которые в данный момент было абсолютно плевать. Он не знал, почему вообще подумал об этом. Ричи уже в сотый раз прокручивал в голове поцелуй с Каспбраком. Он сам поцеловал Эдди. Он не был пьяным и Эдди не был под наркотой, оправдать своё поведение какими-то «вспомогательными» факторами парень больше не мог. Их попросту не было. А это значит, что пришло время поговорить с самим собой начистоту. Совсем ненормально, что он кидается на другого парня, как бешеный, прижимает того к стене и с очевидным удовольствием целует. Вот так друзья не делают точно. Он аккуратно положил куртку на коврик под дверью, не решаясь беспокоить миссис К. Тем более, Ричи не был уверен, что друг вернулся домой, и тогда куртка Эдди в его руках вызвала бы целый шквал странных вопросов. Было жаль расставаться с вещью, она приятно пахла Эдди и он всю дорогу прижимал её к груди. Обойдя дом кругом, он примерно понял расположение комнаты Каспбрака — в одном из окон на втором этаже горел тусклый свет, и от этого стало немного спокойнее. Ричи удержался от желания кинуть мелкий камешек в стекло, чтобы привлечь внимание Эдди. Не сейчас. Он поговорит с ним потом. Оказавшись в своей комнате, парень устало упал на кровать и закрыл глаза, даже не удосужившись включить свет. В темноте думается лучше и... откровеннее. Зачем он накинулся на Эдди? Потому что тот до чёртиков возбудил его, когда прикасался к ладони. Это выглядело неправильно и запретно, а такое, как известно, воспринимается куда ярче и острее. Ричи никогда не возбуждался от других парней, да и представители мужского пола не обращали на него никакого внимания до появления Эдди. И ему нравилось внимание друга. Нравилось, когда к нему прикасается именно он, нравилось трогать Каспбрака, нравилось смотреть на его милое лицо, нравилось болтать с ним и заставлять смеяться, нравилось вызывать в нём разные эмоции, безобидно дразнить; нравилось представлять, как он поможет ему избавиться от Патрика и тогда друг взглянет на него по-другому, нравилось... нравился Эдди. Окей, он признался себе, что Эдди его привлекает. Осознать это совсем не сложно, если перестать врать самому себе. Он разрешил себе это признать. Но что делать дальше? У него есть Айла, она любит его, а он — её. Ричи не любил строить планы на далёкое будущее, но всё же иногда представлял, как они вместе уедут из Дерри, когда он закончит школу, будут учиться и жить в одной квартире, затем поженятся и станут той самой счастливой парочкой, которые встречаются со средней школы и потом живут всю жизнь вместе. И сейчас он впервые осознал, что не хочет этого. Всё вдруг показалось жутко скучным, банальным и нелепым, будто его предназначение было в другом, будто он создан совсем не для спокойной семейной жизни с примерной девушкой. Возможно, Эдди понравился ему ещё в первый день, когда он подумал, что тот милый. А возможно, когда Ричи впервые ощутил вкус его губ на своих и вполне серьёзно задумался, что не против повторить. Ричи не знал. Он запутался и не хотел каких-то кардинальных изменений в своей жизни. Впрочем, изменения пришли сами собой с осознанием чувств к Эдди. Теперь ему придётся с этим жить, мириться, приспосабливаться и ждать, когда всё пройдёт само. Ревность к Эдди теперь выглядит абсолютно логичной. Ричи захотелось себе треснуть: если он не планирует с ним никаких отношений, то какого чёрта так ревнует к Стэну? Почему нельзя просто порадоваться за друзей? Ведь это лишь поможет охладить его мимолётные чувства к Каспбраку. Наверное. Более-менее разобравшись с чувствами, Ричи вновь начал прокручивать в голове поцелуй. Ему до сих пор казалось, что он чувствует вкус его губ, слышит тяжёлое возбужденное дыхание, а в воздухе ощущает знакомый запах его тела. Хотя, запах Эдди ощущался как-то уж слишком реально даже для яркого воспоминания. Ричи понюхал руки, которые пропахли Эдди и стянул с себя рубашку. Втянул въевшийся аромат и невольно застонал. Это отбрасывало его на пару часов назад, в туалет кинотеатра, где происходило такое, что несомненно перевернёт их привычную дружбу с ног на голову. По крайней мере, они оба будут помнить о случившемся и не смогут общаться как раньше. Как минимум до того момента, пока не поговорят серьёзно, без всяких утаек и секретов. Возможно, этот разговор навсегда прекратит их общение.

***

Первым уроком была проклятая биология. Зато совместная с параллельным классом, поэтому Ричи точно сможет увидеть Эдди и после урока выцепить на разговор. Однако, увидел друга он ещё по пути в класс и, прикинув, что времени до звонка достаточно, незаметно подкрался сзади. Схватил ничего не подозревающего Каспбрака за руку, чтобы в этот раз он точно никуда не убежал. Тот резко обернулся. — Эдди, пошли, — попросил он испуганного парня. Ричи не выпускал его ладонь из своей, и было совершенно плевать, как это выглядит со стороны. На удивление, Эдди не стал сопротивляться, а просто опустил глаза в пол и позволил себя вести. Он выглядел расстроенным. Ричи привёл его на пожарную лестницу, где перед первым уроком точно никого не бывало. Там было довольно грязно, под ногами валялись бычки, а единственная лампочка перегорела ещё пару месяцев назад. Освещением служило лишь небольшое окошко на лестничном пролёте. Зато тихо и никто не помешает, — подумал Ричи. — Ричи, прости, я не хотел, чтобы всё так получилось, — Эдди заговорил первым, пока Тозиер молча доставал из рюкзака сигареты. Он боялся поднять взгляд. Боялся того, что скажет Ричи. Боялся увидеть его рассерженным. Ричи глубоко затянулся и выдохнул дым в сторону. — Не хотел? — Да, — подтвердил Эдди, смотря куда угодно, но не на Ричи. Они стояли в метре друг от друга, Ричи опёрся спиной на перила лестницы, а Каспбрак неловко переминался с ноги на ногу, не зная куда деть свои руки. — И не хочешь повторить? — Ричи медленно подошёл ближе, почти вплотную. — Н-нет, — Эдди волновался всё сильнее. То ли от запаха сигарет, то ли от близости Тозиера его начало мутить. — Ты расскажешь о вчерашнем Стэну? — Расскажу. А что? — Оу, тогда мне надо начать бояться, — усмехнулся Ричи, втаптывая недокуренную сигарету в пол. Отвратительные сигареты, надо было покупать привычные Marlboro. — Почему? — Эдди удивлённо посмотрел на него. — Ну вы же типа встречаетесь, — он внимательно следил за выражением лица Каспбрака. При этих словах Эдди дёрнулся и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Ричи быстро добавил: — Он будет ревновать и пойдёт, например, разобьёт мне нос. На самом деле он с трудом представлял Стэна, разбивающего кому-то нос, но почему-то захотелось сказать именно так. Ричи сам не знал, чего пытается добиться этими словами. — Что за бред? — Эдди скривился. — Во-первых, мы не встречаемся, а во-вторых, ему всё равно с кем я целуюсь. Мы не парочка, ясно? — Но вы целовались и ты сказал, что он тебе нравится. — И что? С тобой мы тоже целовались, но мы же не встречаемся, верно? — Эдди поглядывал в сторону коридора, надеясь улизнуть. Звонок прозвенит с минуты на минуту. Или нет? — Целовались, — согласился Ричи. — Но ты не говорил, что я тебе нравлюсь. Ох, закрой свой рот, пока не наболтал лишнего. — Ты позвал меня, чтобы просто подоёбывать? — терпение Эдди было на исходе. Он не собирается вестись на провокации Ричи и абсолютно не понимает, чего тот добивается. Каспбраку казалось, что тот догадался про его влюблённость и теперь специально издевается, подбивает клинья к этой щекотливой теме. Где чёртов звонок. — Ну, вообще-то это я хотел извиниться, — Ричи посмотрел ему в глаза сверху вниз, выглядывая эмоции. Хотелось дотронуться до лица и он крепче сжал руки в кулаки, чтобы не допустить прикосновения. — Прости, что накинулся на тебя вчера. Я только потом подумал, что ты, может, этого не хотел. Хотя когда мы сидели и ты взял меня за руку, мне показалось... — он замолчал и отвёл глаза. Сказать или не сказать? — А, пофиг, забудь. В общем, извини. Ричи отошёл чуть назад, увеличивая пространство между ними. Дышать стало в разы проще. — Ого, я думал, ты злишься, что я взял тебя за руку, — признался Каспбрак. Ведь это он спровоцировал в Ричи порыв поцеловать его. Если бы не он, то они бы спокойно посмотрели фильм и разошлись по домам. — Я не злюсь, — Ричи улыбнулся. Эдди был милым и он не хотел отрывать взгляд от его лица. — Ладно, виноваты оба. Давай просто забудем про это и не будем париться? Эдди неприятно кольнула эта фраза, но он не подал виду. А что, если я не хочу забывать об этом? — Окей, забыли, — выдавил лёгкую улыбку. — Пошли на урок?

***

Вчера вечером вернулась Беверли и поэтому Эдди вернулся за привычную первую парту, сев рядом с подругой. Ричи немного расстроился — он уже привык, что Каспбрак сидит впереди него на биологии, и всегда можно ткнуть его ручкой в спину, взъерошить волосы, потрепать за щёку — в общем, потрогать. Да, Ричи был жутким кинестетиком и у него постоянно чесались руки трогать всех и всё подряд. И особенно Эдди Каспбрака. После урока на нём повисла Беверли. — Привет, Рич! — она крепко обнимала его, радостно улыбаясь. — Привет, Бев, — Ричи улыбнулся в ответ. Он только сейчас понял, что соскучился по подруге. Сколько её не было? По ощущениям, пару месяцев. — Как поездка? — Нормально, но я сильно скучала по Биллу и всем вам, — они стояли в коридоре около шкафчиков и Ричи запихивал в рюкзак учебник по алгебре. — Слушай, а что я пропустила? Эдди подружился со Стэном? После урока они вместе куда-то ушли. Наверняка Эдди просто не терпится растрепать ему про вчерашний поцелуй, — подумал Тозиер и от этого в груди неприятно кольнуло. Он не хотел, чтобы Стэн знал об этом. — Ага, типа того. — Подробнее, Ричи, мне же интересно. — Давай после школы погуляем и я тебе всё расскажу? — Новостей за это время действительно скопилось немало и Ричи уже не мог держать всё в себе. Ему хотелось кому-то выговориться. — Отлично. А то у меня чувство, что я пропустила что-то интересное. Твоё чувство тебя не обманывает, Бев.

***

После уроков Ричи терпеливо ждал, пока Беверли попрощается с Биллом. Она бы с удовольствием взяла и его на прогулку, но Тозиер заранее предупредил, что хочет поговорить только с ней. Биллу некоторые вещи пока что знать не обязательно. Погода была ясная и солнечная, поэтому они решили просто посидеть в парке, съев по хот-догу. По пути в парк они болтали о делах Бев, о том куда она съездила и чем занималась. Девушка, оказывается, уже присмотрела университет, в который они с Биллом будут поступать после двенадцатого класса. Они расположились на самой чистой скамейке и распаковали хот-доги. — Давай, выкладывай, что тут происходило без меня, — она посмотрела на чистое небо и немного зажмурилась от яркого солнца. Ричи подумал, что она сама как солнце в их компании. Всегда яркая и позитивная, добрая и... тёплая? Да, от неё так и веяло уютным теплом. — С чего бы начать, — Ричи укусил хот-дог и медленно прожевал. — Короче, мне нравится Эдди. — Что?! — глаза Беверли полезли на лоб, а губы начали расползаться в шокированной улыбке. — Серьёзно что ли? — Ага, серьёзно, — Ричи сказал это так, будто ему было легко и просто, будто он не загонялся из-за влечения к другу и не отрицал его довольно долгое время. — Так, и ты решил начать рассказ с этого? Наверняка там есть какая-то предыстория или типа того, — Бев отложила свой хот-дог подальше и потёрла в предвкушении руки. Её глаза буквально светились от нетерпения. — Боже, Бев, ты так реагируешь, будто я признался, что выиграл миллион долларов, а не рассказал, что я чёртов гей. — Почему сразу гей? Стоп, а что с Айлой? А Эдди знает? Тозиер обречённо вздохнул. Но он знал, на что подписался. Слишком уж долго знает подругу, ей только дай повод помучить вопросами. — Начнём с того, что у Эдди есть один секрет, который я нечаянно узнал. Потом взял у тебя его номер, ну, ты помнишь, — он задумался на секунду, почёсывая бровь. — Узнал некоторые штуки за которые он меня убьёт, когда узнает, что это я ему пишу. — Погоди, то есть ты не говорил, кто ты?! — Ага. — Он точно тебя убьёт, Ричи. — Да я уже догадался, — парень невесело усмехнулся. — Так вот. Как-то раз он был у меня дома, — даже не спрашивай почему, — и мы поцеловались. И ещё раз целовались вчера, там всё сложно и это я виноват, но Эдди вроде как не в обиде. — Так, ладно, — Беверли поудобнее устроилась и поправила волосы. — А что сам Эдди говорит на всё это? — Ничего, мы решили просто забыть и жить дальше, как раньше. — Он говорил, нравишься ли ты ему? — Он говорил, что ему нравится Стэн. — Оу, теперь ясно, почему он ходит со Стэном, — её лицо вдруг стало серьёзным. — Тогда как так вышло, что вы с ним целуетесь? — Без понятия, Бев. Я, кажется, упустил тот момент, когда всё пошло по пизде, — Ричи тяжело вздохнул. — Айле, если что, я ничего не говорил. Но расскажу потом. — Насколько серьёзно тебе нравится Эдди? — Не особо серьёзно. Думаю, это быстро пройдёт. Я справлюсь. Беверли решила, что хватит с Ричи вопросов на сегодня. Вместо этого она пододвинулась к нему и крепко обняла, вкладывая в объятие больше, чем можно выразить словами. Она знает, как для Ричи важны прикосновения и как сильно они на него влияют. — Ты не расскажешь, какой там у Эдди секрет, да? — Неа, не расскажу, это слишком личный пиздец. — Ладно, я так и подумала. Но надеюсь, там просто личное, а не что-то плохое. Ричи вдруг задумался: если ситуация с Патриком вдруг достигнет невообразимого пиздеца и это будет всерьёз угрожать Эдди, то должен ли он молчать и всё равно сохранять это в тайне? Или должен рассказать остальным друзьям, чтобы они вместе помогли Эдди? Должен ли рассказать взрослым? Но кому? Как только он вспомнил о Хокстеттере, в нём начала закипать такая злость, что захотелось тут же сорваться с места и пойти придушить этого сумасшедшего ублюдка. Он до боли сжал кулаки, а на лице, видимо, слишком ярко нарисовались его эмоции, что Беверли подозрительно покосилась на него. — Ричи, ты меня пугаешь. С Эдди точно всё хорошо? — Нет, Бев, с Эдди нихуя не всё хорошо, — замолчал на мгновение. — Я предлагал помощь, а он отказался, — Ричи сжал челюсти до зубного скрежета. Почему, чёрт возьми, он только сейчас об этом всём вспомнил? Теперь он злился и на себя. Носился со своими дурацкими гейскими переживаниями, когда Эдди подвергается такому ужасу. Друг ведь ничего ему не рассказывает. Ричи стало не по себе от мысли, что, возможно, прямо в этот момент Патрик заставляет Эдди делать какие-то грязные вещи, или что это происходило, например, вчера. Они встретились в кинотеатре и Эдди, как обычно, смеялся и выглядел вполне довольным жизнью. Но кто знает, что происходило за пару часов до встречи? Его вновь могли заставить отсасывать, а Ричи об этом даже не думал. — Я просто еблан, — тихо сказал он, пребывая в шоке от внезапного осознания. — Я пойду к нему прямо сейчас. — Я с тобой, — девушка была напугана его поведением. Она ещё никогда не видела Ричи настолько серьёзным и разозлившимся. — Нет, иди домой, Беверли. — Но... — Пожалуйста. Я расскажу всё, но не сейчас.

***

Эдди почти в хорошем настроении вышел из школы, сегодня был последний учебный день на этой неделе и впереди целых два выходных. Он планировал поделать домашние задания и вечером позвать Тозиера погулять. Они болтали на ланче, но этого оказалось чертовски мало; с Ричи хотелось проводить больше времени. Эдди решил для себя, что глупо бегать от своих чувств и ему стоит пустить всё на самотёк — что будет, то будет. Да и не было никакой мотивации ограничивать себя в общении с ним. В конце концов у него будет возможность просто болтать с Тозиером, гулять, возможно даже обниматься по-дружески. Ему действительно этого хотелось. Быть может, он узнает друга получше и чувства пройдут сами собой. Он шёл вдоль аллеи и жмурился от яркого солнца — погода то что надо. Эдди погрузился в приятные, но смущающие воспоминания с Ричи, улыбаясь как влюблённый дурак. После утреннего разговора с ним с сердца будто упал тяжелый камень: он осознал, что всё не так уж плохо и что вчерашний вечер легко сошёл ему с рук, никто на него не наорал, не назвал глупым геем, не запретил ему приближаться к себе. Может, если бы он внимательнее смотрел по сторонам и не был настолько поглощён приятными мыслями о Ричи, он бы всё же заметил преследующий его со школы автомобиль. И тогда был бы шанс убежать, скрыться за домами, забежать в магазин. Но он не заметил. Поэтому, как только он оказался подальше от остальных возвращающихся домой школьников, справа от него почти бесшумно остановился знакомый авто. Эдди не успел ничего осознать, как из него тут же показался, конечно же, Патрик Хокстеттер. Каспбрак остановился. — Котёнок, — его губы растянулись в угрожающей улыбке. — Сейчас ты поедешь со мной. — Куда? — спросил Эдди. Все мысли вдруг вылетели из головы. За последнее время он прилично отвык от Патрика, на какое-то время даже забыл о его существовании, а если и вспоминал, то наивно надеялся, что тот потерял к нему интерес. — Не задавай вопросов. — Его лицо вдруг стало серьёзным. — Быстро сел в машину. Эдди посмотрел по сторонам. Он не собирался убегать, уже точно поздно, а вот если кто-то из друзей увидел бы его садящимся в машину Патрика — это было бы уже опасно. Но среди редких прохожих не было никого и близко походящего на его друзей. Парень изо всех сил пытался не выдать накатывающий страх и отвращение. Возможно, его снова везут, чтобы заставить отсосать. Воспоминания о прошлом разе не были сильно яркими, потому что разбавились какой-то наркотической дрянью, которую дал ему Патрик уже по пути домой. Но всё же делать это снова он был не готов, даже для их уговора. Чем ближе он приближался к автомобилю, тем беспокойнее ему становилось. Когда они подъезжали к Нейболт-стрит, он наконец понял, куда его везут. Они были тут с Патриком не единожды, и каждый раз, когда его затаскивали в жуткий заброшенный дом, он закатывал истерику, за что получал парочку смачных ударов по лицу. В этот раз всё было иначе. Он не собирался истерить и вырываться, как бы сильно ни хотелось. Пора начать сопротивляться чёртову извращенцу, который только и ждёт его страха и слёз. Патрик всегда привозил его сюда, когда он в чём-то провинился, по мнению Хокстеттера, конечно же. — Ты знаешь, почему ты здесь? — спросил тот, когда они вышли из машины. — Без понятия. Я сделал что-то плохое? — Верно. И за это ты будешь наказан, — Патрик с угрожающей улыбкой подошёл к нему, положил руку на щёку и погладил почти нежно. Эдди напрягся. — У меня мало времени, поэтому быстро вали в дом. Шевелись! — патлатый толкнул его в грудь, заставляя сделать шаг назад, в ограду старого дома. Эдди послушно развернулся и медленно поплёлся к разваленному крыльцу. Почти не страшно. Патрик его не убьет, а остальное можно пережить. Он сам толкнул скрипучую деревянную дверь и вошёл в затхлую прихожую, где воняло грязью, крысиным дерьмом и... разлагающимися животными? Дом всегда был одинаковым — полуразрушенная мебель и прочий хлам покоились под толстым слоем пыли, наверное, не одно десятилетие, а воздух был настолько спёртым, что у Эдди начинались приступы тошноты, стоило сделать хоть вздох. Он натянул ворот куртки на нос, чтобы хоть как-то себе помочь. Патрик резко толкнул его в спину, чтобы он пошевеливался, но Эдди этого не ожидал, поэтому неловко полетел вперед, приземлившись на четвереньки. Замечательно, теперь его руки и колени перемазаны каким-то дерьмом. Парень стиснул зубы и молча поднялся. — Ты знаешь куда идти, пошевеливайся, — рыкнул патлатый. Они прошли в гостиную, точнее, в комнату, некогда служившей гостиной этому дому. Патрик тут же упал на затхлый диван, подняв в воздух столб пыли. Это, похоже, его не очень волновало. Он вообще чувствовал себя здесь комфортно, будто находился в приличном отеле, а не в вонючем старом доме. — Прежде чем я начну, — Эдди встал напротив него и потупил взгляд в пол. — Можно узнать, за что ты меня наказываешь? Патрик поднял на него раздражённый взгляд. Эдди и вправду не знал, что он сделал не так. Если это из-за того, что они давно не виделись, то это вина Хокстеттера — он сам не звал его. А Эдди ещё не сошёл с ума, чтобы по доброй воле искать с ним встреч. — Не строй из себя тупицу, Каспбрак, — Патрик стиснул зубы. — Ты прекрасно всё знаешь сам. — Нет. Патрик дёрнул его за руку на себя. — Не беси меня, Каспбрак. Ты знаешь, чем это может закончиться. Эдди теперь упирался коленом в диван, между ног парня, а лицо располагалось почти впритык к чужому. Он чувствовал его несвежее дыхание на своей коже и это лишь усугубляло тошноту. Если его вырвет Патрику в лицо, в этом будет виноват лишь сам Патрик. Этот дом всегда плохо на него влиял. — Прости, но я правда не понимаю, — Эдди с наивным взглядом уставился на него. Он соврал сам себе, когда подумал, что даже не представляет, за что его наказывают. Просто хотел узнать, насколько много Патрик знает про Ричи, это важно. Ведь весь их договор держится на шантаже, а чем больше компромата, тем в более выигрышной позиции находится Хокстеттер, и тем более привязан к нему Эдди. — Хорошо, котёнок, — Патрик улыбнулся и усадил его к себе на колени. — Возможно, ты и вправду такой тупой. И ты должен благодарить меня за мою доброту. Я даю тебе подсказку: Балабол. Эдди вмиг переменился в лице. Откуда, блять, Патрик прознал про парня из переписки? Сам Балабол показал ему? Ледяной страх пробежался по позвоночнику. Что, если его всё это время специально разводил кто-то из дружков Патрика? Что, если... — Балабол? Что? Откуда ты знаешь про него? — Ты надо мной издеваешься?! — Патрик резко схватил его за горло. — По-твоему, я слепой, блять? Я видел вас сегодня в школе, как минимум. Эдди поморщился и вцепился ему в руку, пытаясь ослабить хватку. О чём он говорит, чёрт побери? Он был с Балаболом в школе? Но он не общался ни с кем, кроме Стэна и... стоп. — Подожди, — прохрипел он. Патрик тяжело дышал ему на ухо. — Кто такой Балабол? Это... — он закашлялся, потому что Хокстеттер усилил хватку, предупреждающе зашипев из-за его несообразительности. — Хватит, блять! Думаешь, если притворишься тупицей, я не накажу тебя за твою возню с этим щенком Тозиером?! Не дождешься. Эдди затих. Патрик сейчас подтвердил то, о чём он подумал полминуты назад. Балабол — это Ричи. Внутри вмиг образовалась пустота, и он даже перестал пытаться оторвать руку Хокстеттера от своего горла. Всё разом встало на свои места. Эдди не был шокирован и не чувствовал злости. Его просто охватило липкое разочарование от лжи Ричи. Разочарование его предательством. Он поник и с пустым взглядом ослаб в руках Патрика. — Трахаешься с ним? — выдохнул Хокстеттер ему в ухо, опустив вторую руку Эдди на промежность. Каспбрак занервничал. За пару недель он явно отвык от его прикосновений. Ледяная рука с горла переместилась ему под одежду, грубо сжимая кожу. — Нет, — уверенно ответил Эдди. — Он меня бесит. — Не ври мне. С силой ущипнул за сосок. Эдди зашипел. — Я не вру. Мы даже не друзья. — Раздевайся. Эдди поднялся с нагретых колен и начал неловко стягивать с себя одежду. Руки не слушались, а оголённую кожу обдавало холодом. В доме было ещё морознее, чем на улице. — Полностью, — приказал Патрик, видя замявшегося в одних трусах и носках парня. Его пробил озноб, стоило только избавиться от последних вещей: то ли от низкой температуры воздуха, то ли от похотливого взгляда Хокстеттера. — Поцелуй меня. Он послушно забрался на колени. С отвращением признал, что вернуться хоть в какое-то тепло было приятно. Чем быстрее он это сделает, тем скорее пойдет домой. С этой мыслью наклонился к лицу Патрика и неуверенно прикоснулся к губам. Вспомнил поцелуй с Ричи, и по телу мгновенно пробежала волна мурашек. Представляя, как целует друга, он углубил поцелуй. Возможно, совсем неправильно представлять Ричи в такой ситуации, но это помогало ему отвлечься от реальности и хоть немного скрасить свою участь. Патрик не отвечал на поцелуй, а просто смирно сидел, ожидая... да кто его знает, что он там ожидал. Эдди это не нравилось. Он ненавидел, когда его заставляли брать инициативу на себя. Когда принуждают, у тебя нет выбора — просто подчиняешься, делаешь, что говорят и тебя отпускают, ты — жертва. Но если приказов не поступает, но ты примерно представляешь, что от тебя ждут, выполняешь ожидаемое, возникает чувство, что это отчасти происходит по собственному желанию. Но это было не так. Эдди происходящее не нравилось совершенно. И лёгкое возбуждение лишь от воспоминаний Ричи. Он снова вспомнил про его предательство, и даже та кроха приятного давления в паху покинула его тело. Отстранился от губ Хокстеттера. — Почему ты не отвечаешь? Тебе не нравится? — Не задавай вопросов. Просто делай своё дело, Каспбрак. Эдди взглянул в его глаза и всё же увидел в них туманную дымку, как бывает когда Патрик возбуждён. — Что мне нужно делать? Мне нужно... — он опустил взгляд на его пах и пальцем указал на свой рот. — Ты догадливый, когда нужно, — Патрик улыбнулся своей фирменной зловещей улыбкой. — Но сейчас у меня нет на это времени. Эдди попытался сдержать облегчённый вздох. Вышло слабо и Хокстеттер уловил этот момент. — Можешь не радоваться. Сегодня вечером я заеду за тобой. Я приготовлю тебе особенный сюрприз, — он притянул Эдди к себе за шею и лизнул мочку уха. — Ох, тебе понравится. Ммм, как же я жду этого, ты даже не представляешь, — он толкнулся пахом в тело парня и глухо простонал. Каспбрак напрягся. Это звучало до ужаса отвратительно и опасно. Патрик был не очень сообразительным, по оценке Эдди, но фантазии на разные гадости ему всегда хватало. Его затрясло. — Тсс, не бойся, — Патрик нежно провёл рукой по его спине, спускаясь к ягодицам. Крепко сжал, массируя пальцами и медленно продвигаясь к... Эдди в ужасе дёрнулся, когда тот надавил указательным пальцем на задний проход. — Сиди спокойно. Эдди почти перестал дышать, а сердце забилось в три раза быстрее. Там Хокстеттер его ещё никогда не трогал и он молился, чтобы до этого никогда не дошло. Конечно, он предполагал, что тот однажды может потребовать полноценный секс, но явно был не готов к этому. Можно ли вообще когда-то быть готовым к сексу с Патриком? — Расслабься, блять. Я не собираюсь делать это сейчас, — будто прочитав его мысли, раздраженно сказал патлатый. — Я должен тебя наказать за твои таскания с уродцем Тозиером. Ложись. Эдди не смел перечить. Лёг на колени Патрика, как тот указал, задом кверху. Хокстеттер зашарил по карманам и выудил оттуда нож. Эдди понял это по звуку расправляющегося лезвия и прикосновению острия к ягодице. — Патрик... — он испугался. — Н-не надо. — Нет, котёночек. Ты провинился и я должен тебя наказать, — он легко провёл лезвием по гладкой коже, на которой тут же выступила дорожка из мелких капелек крови. Место пореза защипало и Эдди задёргался. Он начинал паниковать. — Я ведь предупреждал, что будет, если ты с кем-то спутаешься, верно? — второй порез был сильнее. — Ты должен принадлежать только мне, помнишь? — Я не... у меня ничего нет с ним, клянусь, — Эдди захныкал. Когда нож переместился на правую лопатку и вошёл в кожу достаточно глубоко, чтобы кровь тут же начала стекать по коже, Каспбрак испугался всерьёз. Рана отдала тугой болью. — И именно поэтому ты с ним шляешься за ручку по школе? Ну уж нет, ты меня не обманешь. Нож медленно проскользил к горлу, опасно надавливая на артерию. От страха на глаза навернулись слёзы и Эдди всхлипнул. Если он дёрнется, его могут нечаянно прирезать. — Тише, мой мальчик, — в голосе Патрика слышалась восторженная улыбка. — Я всего лишь играюсь. Тебе повезло, что у меня хорошее настроение, — вдавливая лезвие в горло, сказал он. — Обещаешь, что будешь только моим мальчиком? — Д-да, о-обещаю, — Эдди старался даже не дышать, поэтому слова давались с трудом. Боже, как же он боялся этого проклятого ножа. «Прекрати, прекрати, прекрати. Пожалуйста, прекрати». — Я тебе поверю. — Отвёл лезвие от горла, но тут же вернулся к порезам на ягодицах. — Но ты всё равно будешь наказан. После этого он обхватил тело Эдди свободной рукой и развернул нож остриём к коже так, будто собирался вонзить. — Будешь дёргаться, сделаешь себе только больнее, — предупредил Хокстеттер и, сильно надавливая, принялся выводить первый штрих. Эдди закричал от внезапно сильной боли и непроизвольно дёрнулся. Болевая вспышка тут же пронзила его ягодицу. — Хватит! — громко закричал он, стискивая руками дряхлую ткань дивана. — Пожалуйста, не надо! — Заткнись! Лежи спокойно и всё закончится быстро, — в голосе прозвучало раздражение и Эдди испугался сильнее. Он попытался заставить себя успокоиться и отвлечься от боли — сейчас опасно бесить сумасшедшего Хокстеттера. Это может очень и очень плохо закончиться. Это действительно было не долго, как Патрик и обещал. По итогу на коже красовалось криво выведенное «МОЙ», еле различимое из-за крови, залившей ягодицы и бёдра Эдди.

***

Ричи быстрым шагом шёл в сторону дома Каспбраков, время от времени переходя на бег, когда тревожность начинала зашкаливать. У него было дурное предчувствие. Так бывает: живёшь спокойно, ничто не предвещает беды, но внезапно подумаешь о плохом и больше не можешь отделаться от этой мысли, пока не убедишься, что всё хорошо. Он шёл к Эдди, чтобы проверить, что с ним всё хорошо. Его охватило дежавю, когда он вновь, как в прошлый раз, увидел мелкую фигуру Эдди издалека, примерно на том же месте. Правда в этот раз он не сидел на тротуаре, а просто мялся на одном месте за пару домов до своего. Ричи понял, что что-то случилось с первого взгляда. Даже с такого расстояния. Тревожность и волнение охватили с большей силой и он тут же сорвался с места, повторяя в голове лишь «нет, нет, нет, только не это». Эдди услышал гулкие звуки подошвы по асфальту, когда Ричи был в паре метров от него. Запыхавшийся, он подлетел к парню. — Эдди, — он развернул его к себе лицом, сразу всматриваясь в глаза. Теперь он сразу поймёт, если того вновь накачали наркотой; но взгляд был ясным и резким. Даже чересчур. Бегло осмотрел его внешний вид и охнул от ужаса: вся его одежда была перемазана в крови и грязи. — Эдди, блять, что случилось?! Откуда на тебе кровь?! — О, Ричи, — Эдди странно улыбнулся, в его глазах загорелись злые огоньки. — Ах да, простите за мою невежливость, Ричи Балабол Тозиер.