Нежность

Высовываю из-под покрывала руку и тянусь к ней, а внутри всё дрожит. Что если она проснётся, если заметит, что я собираюсь сделать. Прикасаюсь к её лицу и нежно провожу пальчиком по её линии скул. Прикасаюсь к её губам и вновь прячусь под одеялом. Чувствую себя преступницей, укравшей что-то прекрасное, и чувство это кошмарит меня изнутри. Это какой-то не проходящий азарт, а внизу живота так приятно и жарко. Снова тянусь к ней за «добавкой», я снова хочу испытать это чувство. Нерешительно провожу рукой её лицу, касаюсь её носика и губ, прикасаюсь к её шее, к её волосам. Наверное, это во мне материнский инстинкт просыпается, желание о ком-то заботиться, кого-то гладить. Снова прячу руку под покрывало и просто любуюсь ею спящей. Никогда не думала, что спящие люди настолько красивы. Она кажется мне уже мисс этого лагеря, или мисс нашей школы, только без капли лоска, без слоя тоналки и накладных ресниц. Полностью живой, полностью естественной. Присматриваюсь – а у Ирки шикарные ресницы, ничего наращивать не надо. - Эй, - неожиданно раскрывает она глаза, так что я даже пугаюсь и делаю вид, что сплю. – Ты что меня только что гладила? - улыбается она. - Нет. Прости, ты не так поняла… – заикаюсь я. – Я просто ходила на курсы макияжа, и мне показалось твоё лицо… - всё меня заперло, дальше уже не придумывается на ходу. Нужно было заранее продумать отмазку, а сейчас уже поздно. Густо краснею я. - Прости, мне так стыдно, - честно признаюсь я и опускаю глаза. - Юлька, ты чего? - Ира прикасается к моему подбородку и смотрит мне прямо в глаза. – Это не стыдно, делать другому человеку приятно. А ты ведь хотела мне сделать приятно, да? - Да, - печально сознаюсь я. – Ты мне понравилась спящей, и мне захотелось к тебе прикоснуться. - Ну так продолжай, не останавливайся, - она вынимает мою руку из-под покрывала и прижимает её к своему лицу, к своим губам. Но это уже не кажется мне таким желанным просто потому что перестало быть запретным. Я провожу рукой по её лицу и опускаюсь ниже, прикасаюсь к её плечу, к её руке, а сама в глаза ей смотрю. - Ты, наверное, Бог знает что обо мне подумала, - вздыхаю я. – Осуждаешь меня. - За что? – удивляется Ирка. – Мне тоже женское тело кажется притягательным. Оно же создано, чтобы радость дарить и вдохновение. Если твоё тело чего-то хочет, дай ему это. В конце концов, мы в первый и последний раз живём на этом Свете. - Согласна, - улыбаюсь я, поглаживая её по плечу. - М-м-м, - мурлычет она и прижимается щекой к моей руке. – Юль, это так приятно, ты не пробовала массажами заниматься. - Даже на курсы ходила, - сверкаю я глазками. – И мамке массаж делала. - Тебе обязательно надо развивать это. У тебя талант, - она замирает и смотрит мне прямо в глаза, а я смотрю на неё. И мы тянемся друг к дружке губами. Но за секунду до поцелуя Ирка улыбается и головой качает: - Наверное, это лишнее, - она всё делает мягко, так чтобы меня не оттолкнуть и не обидеть. Но я и сама всё понимаю. - Согласна, - улыбаюсь я. - Подруги, - она протягивает мне пальчик, и я его пожимаю своим мизинчиком. - Подруги, - улыбаюсь я. Поднимаюсь с кровати и потягиваюсь. Чувствую лёгкое наваждение у себя внизу живота. Я даже прикасаться к себе боюсь, такое там всё горячее. Встаю на носочки и снова тянусь вверх, но не могу сбросить это жар. Неужели я реально возбудилась, я же себя даже не трогала. Да ну, не может такого быть. - Ты что меня соблазняешь? – улыбается и смотрит на меня Иришка. - Нет, нет, - смеюсь я. Она такая прикольная. - А я уже возбудилась, - Иришка садится на мою половину кроватки и обнимает меня за талию. Я чувствую её нежные, но очень сильные пальцы на своей пояснице, и они опускаются ниже. Боже, как же я хочу, чтобы она ухватила меня за задницу. Я просто мечтаю об этом. Опускаю глаза и смотрю на неё. - Что-то мы заигрались с тобой, - говорю я и мы обе весело начинаем смеяться, а Иришка валит меня на кровать и гладит по спине. А сама я нерешительно прикасаюсь к её волнующему телу и не могу понять, что со мной происходит, почему мне так хорошо. И почему так тепло внизу. Мне так и хочется себя потрогать там под трусиками. Сейчас отойду в туалет и буду себя теребить. Мне тринадцать я уже умею мастурбировать. Но глядя на Иришку я не хочу никуда идти. Мы лежим на кровати и обнимаемся, она проводит рукой по моей спине, а я глажу её по волосам. Нам так хорошо вместе. - Давай вставать, – наконец говорит Иришка. – А то так и будем целый день валяться. - Хорошо, - мурлычу я. Поднимаюсь с кровати и получаю от неё довольно гулкий шлепок по попе. – Ай, - наигранно обижаюсь я. - Не могла удержаться, - говорит она, - у тебя такая аппетитная попка. - Спасибо, - улыбаюсь я, - жаль только сиськи маловаты, - сжимаю я свои груди руками. - Ничего, - внимательно осматривает она мою талию. – Это поправимо, вырастут ещё. Тут в комнату заходят девчонки, а я вся краснею от стыда и начинаю судорожно одеваться. Иришка же сидит как не при делах, смотрит на меня и лыбится. Ей-то ничуть не стыдно. - На море идёте? – спрашивает нас Танюха. Я испуганно смотрю на Ирку, и она за меня отвечает: - Да. - Что-о-о-о? – удивляется Ленка. – Ир, ты же никогда на море не ходишь! - А сегодня решила составить вам компанию. Девчонки не обращая на нас внимания, переодеваются в купальники. А я не могу при Иришке. Меня сразу бросает в краску, как представлю, что нужно перед ней до гола раздеться. Да она ещё и так навязчиво пялится на меня и ухмыляется при этом. А сама кстати даже не думает переодеваться. Вот как пришла с ночи в своей футболке, так и лежит на кровати не шевельнётся. - Ты будешь переодеваться? - спрашиваю я её, разыскивая свой сдельный купальник. Мне его мамка так аккуратненько на дно чемодана запаковала. - Я не купаюсь, - говорит Иришка. - Она не купается, - повторяет за ней Танюха. - Ага, - с отвращением смотрит Ирка на других девчонок, - я в июне накупалась так, что мне никогда больше не захочется. - Ну ладно, - отворачиваюсь я и снимаю с себя футболку. Надеюсь, дверь плотно заперта. А то я сейчас стою голенькая в одних трусиках и расправляю свой купальник. «Ты что его прям на трусы одевать собралась?» говорит мне внутренний голос. И я сгорая от стыда и стягиваю с себя трусики. Чувствую палящий взгляд Иришки на своей пятой точке, но нечего не могу с этим поделать, другие же девочки передо мной раздеваются, значит, и я могу. Надеваю купальник, но от волнения не сразу попадаю ногами в нужные дырки. Но когда я его всё-таки напяливаю, Иришка поднимается с кровати и шепчет мне на самое ушко, так чтобы никто не слышал. - Юлька, ты такая красивая, я тебе прям завидую, - догадываюсь, что говорит она о моей попе. Но вместо того чтобы гордится, я от стыда сгораю сама не знаю почему. - Пошли, - говорит она и берёт с собой пляжную сумку. Я надеваю шлёпки на платформе и накидываю парео. А она забрасывает наши полотенца к себе. - А вы что уже подружки, - радостно смотрит на нас Ленка. - Нет, мы просто вместе спим, - отвечает Иришка, и я не могу удержаться от смеха. Она такая забавная. Вот только я одна смеюсь, другие девчонки не смеются. Да и пофиг на них. Смотрю на Иришку, беру её за руку, и мы выходим из комнаты. Внизу нас собирает вожатая. Несколько раз пересчитывает по головам и проверяет новеньких. - Сейчас идём на пляж, а после сразу, не переодеваясь, на обед… Новеньким нужно выбрать кружки, кто и где будет заниматься. - Что за кружки? – спрашиваю я Иришку. - Фигня всякая: рисование, фотография, литературный клуб, вышивание крестиком. - Я бы на рисование пошла, - пожимаю плечами. – Люблю рисовать. Иришка делает полшага вперёд и бестактно перебивает вожатую: - Мы с Юлькой хотели бы на рисование записаться, - говорит она. - Хорошо, записываю. Юль, как твоя фамилия, а вот нашла. – Она ставит себе отметку, а после непонимающе косится на Иришку. – Но на кружки только новенькие записываются, а ты здесь уже третий заезд. - Но я ведь никуда не записана, вот решила приобщиться. - Умница, Ирочка, ты купальник взяла, купаться будешь? - Нет, - качает она головой. Вожатая вздыхает, и ещё раз окинув нас взглядом, ведёт на море. Солнце, море, пляж, о чём только можно мечтать. Я плохо плаваю и поэтому плескаюсь возле берега, а Иришка к воде даже не подходит. Сидит себе на деревянных брусках поставленных вдоль набережной и смотрит в мою сторону. Когда наши взгляды пересекаются, она мне улыбается. А я улыбаюсь ей. Такое чувство, что мы знаем друг друга уже тысячу лет. Чёрт, как же это круто, что я с ней познакомилась. Она такая классная, правда мне не нравится, что она курит уже которую сигарету за сегодня. Я на это смотреть не могу и отворачиваюсь. Когда я выхожу на берег и выкручиваю волосы, она протягивает мне полотенце. - Спасибо, - благодарю я. Но вожатая тут как тут: - Ирочка, ты не могла бы курить в другом месте, – едва сдерживается она. - А чем вам это место не подходит? – Разводит она руками. – Здесь же курить не запрещено. - Просто все детки купаются, а ты куришь. Я не буду забирать у тебя пачку, это непедагогично, но я сообщу об этом твоей матери. - Сообщайте. Моей матери на меня пофиг, - отмахивается Иришка. – Иначе бы он не сбагрила меня в этот лагерь на всё лето. - Она машинально подкуривает. - Нет, это уже терпеть нельзя, – вырывает у неё из рук сигарету вожатая и рвёт её на маленькие кусочки. - Да ладно, я возьму ещё одну, - безразлично отвечает Иришка, и вытягивает губами из пачки новую сигарету. - Юль, ну хоть ты на неё повлияй как-то, - поворачивается ко мне вожатая. - Я? – удивлённо переспрашиваю. - Ага, повлияй на меня, - смеётся Иришка и мне почему-то тоже так весело рядом с ней, а почему я и сама не знаю. - Ладно, - опускает от бессилия руки вожатая. Всё равно она ничего не может сделать. - Правильное решение, - говорит Иришка, выпуская колечко дыма, от которого я закашливаюсь. – Поздно меня воспитывать. Раньше надо было. - А реально, лучше бы ты не курила, - говорю я, но уже жалею о своём морализаторстве. - Ты правда так считаешь? – улыбается Иришка и на меня смотрит. - Не-е, - качаю я головой. – Я вообще за свободу во всём, - сажусь рядом с ней и прислоняюсь мокрым плечом к её плечу. - Спасибо подруга, - пускает она ещё одно колечко дыма.