Нежность

Я захожу в нашу комнату, а там никого. Ну и отлично, значит можно спокойно переодеться и приготовиться к вечернему побегу, хотя сомневаюсь, что мы далеко убежим. Просто так забавно - настоящий побег из лагеря, я же никогда ничего подобного не совершала. Следом за мной в комнату буквально влетает Танюха. Она пытается вести себя естественно, но я же вижу, что она что-то от меня скрывает. И тут она первой начинает говорить: - Прикинь, только что случайно твоего Кирилла встретила. «Ну встретила и встретила, тоже мне событие. Да мне давно пофиг на него, можешь забирать его со всеми потрохами. Мне он и даром не нужен». - Бывает, - отвечаю я и продолжаю перебирать свои вещи, решая, в чём лучше бежать из лагеря. - Он говорит, что всё тебе простил, и хочет с тобой помириться, - продолжает она. - Ладно, пусть мирится, - спокойно отвечаю я а мысли все в сегодняшнем побеге. И тут Танюха пускается в пространные рассуждения: - Заешь я тебя понимаю Юлька, я бы тоже расстроилась если бы меня, такой как Кирилл бросил, он тот ещё красавчик, тебе повезло что вы с ним вместе. «А мы с ним до сих пор вместе? Я-то думала, Иришка отбила (в прямом смысле слова) у него желание называть меня своей девушкой». Поднимаю глаза и внимательно смотрю на неё. - Да я не расстроилась, - говорю. – С чего ты взяла? - Ну я же вижу какая ты ходишь, всё время глаза прячешь… «Психолог блин. Походу ты совсем в людях не разбираешься, раз понятия не имеешь что у меня на душе. Ну ладно, продолжай». - Хочешь, я могу поговорить с ним, помирить вас и всё будет как раньше. Ну мы же всё-таки подруги. - А почему ты решила, что я хочу встречаться с Кириллом? – Задаю я самый очевидный вопрос. - А с кем? – Логично, ведь больше не с кем, в нашем лагере из симпатичных парней только Лёша, но он как бы занят, так что остаётся Кирилл. - Да может ни с кем, - спокойно отвечаю я. - Так же неинтересно, а для кого ты каждый день тогда наряжаешься и красишься, не для девчонок же. - А что если для девчонок, - отвечаю я вполне себе правду. - Ладно, подруга. Я тебя поняла. Я поговорю с ним, с тебя фенечка, - ещё и улыбается по-дурацки. А я смотрю на неё, а про себя думаю: «Ой дура, и как тебе живётся-то такой дурой». Переодеваюсь в кроссовки и обтягивающие джинсики для побега. Блузочку с длинным рукавом, чтобы локти были прикрыты, когда мы будем карабкаться по горам. Беру кепку, чтобы глазки прикрывать в знойные жаркие дни, ещё рюкзачок свой беру и бросаю туда косметичку, чтобы даже на время побега быть красивой. «Конечно, а воды питьевой взять не догадалась. Гениальный блин план побега». Говорю сама себе. Собираю вещи и выхожу из домика. Быстро нахожу тайную тропу и иду на наше место. Иришка уже тут как тут, давно меня ждёт, интересно, куда она переодеваться ходила, если в комнате её не было. Она сидит и курит, глядя на вечерний город с высоты. Мне кажется это идеальная площадка для наблюдения. - Чего так долго? - спрашивает меня Иришка. - Да, заболталась с одной дурочкой, - отмахиваюсь я. - С какой именно? С Танюхой или с Ленкой. - С Танюхой. Смотрю, ты всех дур на перечёт знаешь. - Тупые овцы, - говори она себе под нос. – Ну что, пошли, - выбрасывает она бычок и протягивает мне руку. - Идём, - отвечаю я. И она утягивает меня за собой через непроходимые «джунгли» и тайные тропы. Мы идём вдоль покосившегося забора, через заросшие виноградником участки и заброшенные дома, пока не выходим на точно такую же площадку где-то далеко за городом. - Ир, ты завела меня в такие дебри, без тебя мне теперь назад не выбраться, - говорю. А она поворачивается ко мне, убирает локон волос с моего лица и целует меня в губы. Как будто мы ещё не нацеловались. - Сделаем привал, - предлагает она и расстилает свою подстилку. Я сажусь на подстилку, прямо на твёрдый камень. - Неудобно? - улыбается Иришка, глядя как я мощусь на подстилке. - Есть немного, - соглашаюсь я. - Облокотись на меня, - она садится рядом и складывает ноги лотосом, а я кладу голову её на коленки. - Так стало удобнее? - мурлычет Иришка, проводя рукой по моим волосам. - Ага, - улыбаюсь я и зажмуриваюсь, глядя на закат. А она любуется мною и гладит. - Юль, а тебе никогда не говорили, что у тебя красивые глаза? - Шутишь что ли, - смеюсь я. – Говорили, конечно. - Значит, я повторюсь. А какой у тебя цвет глаз: серый, зелёный, голубой? - Серый, наверное. Но я и сама не знаю, иногда мне он кажется зеленоватым, но голубым никогда. - Да, серый перламутровый, глубокий. Господи, какой же он глубокий. И такой красивый. Знаешь, говорят глаза – зеркало души. Но это не так, глаза это и есть душа. Они показывают мне твою душу. - И какая же, по-твоему, моя душа, - улыбаюсь я. - Очень ранимая, очень мягкая, очень нежная. Слушаю её, слегка приоткрыв рот, ловлю каждое её слово и не могу поверить: - Это ты в глазах моих глазах прочитала? – А мне прямо не верится что такое возможно. - И в глазах тоже. У тебя взгляд девочки, которая попала в беду, которая запуталась, которую срочно надо спасать. - И ты, конечно же, хочешь спасти меня? - Да, - кивает Иришка. – Я как будто стою на берегу и протягиваю тебе руку и всё что ты должна сделать - эту руку схватить. Беру её за руку и внимательно смотрю в её глаза: - Считай, я уже схватила, - и в ответ на эти слова она снова меня целует. Мне кажется, мы слишком часто стали целоваться. Хотя, почему бы и нет, мне нравится с ней целоваться, я люблю целоваться, люблю прикасаться к её нежным девичьим губам, люблю чувство её языка у себя во рту. Просто я люблю девочек. Я никогда себе раньше в этом не признавалась, но меня по жизни угнетала необходимость когда-то в будущем встречаться с мужчинами. Они никогда не вызывали у меня интереса. А с другой стороны девушки, такие мягкие, такие нежные, такие красивые. Иногда они бывают просто сказочно красивы, невообразимо, невероятно красивы. Мужикам до них как до солнца. И как можно оставить всех этих красоток без внимания и увлекаться мужчинами? Таких, наверное, называют лесбиянками. Но я не лесбиянка. Я просто, такая как я есть, не осуждайте меня за это. - Знаешь, мне так нравится с тобой целоваться, - мурлычу я. – Мне ничего на свет больше не надо, лишь твои губы для поцелуев. - А мне нравится, когда ты лежит у меня на коленках, и я глажу тебя по волосам, - она поднимает глаза и смотрит куда-то в небо. – Сейчас прост какой-то сказочный вечер. Мне кажется, он не повторится уже никогда. Вечер, когда мы с тобой наконец-то счастливы. - И больше не будем никогда, - смеюсь я. – Получается, мы только что прожили с тобой самый счастливый момент в нашей жизни, и дальше жить уже бессмысленно? - Да ладно тебе, я знаю, как добыть ещё немножко счастья для нас, - она запускаю руку мне пол футболку и мнёт мои крохотные сисечки. - М-м-м, не надо я возбуждаюсь. - Так я же этого и добиваюсь. - Ир, ну давай начистоту, никакая я не лесбиянка. И то что мне с тобой хорошо имеет какое-то другое вполне логичное объяснение. - Какое объяснение? - Я не знаю, - смеюсь я. – А ты действительно решила загрузить меня этими раздумьями в такой вечер? - Нет, нет, нет, ни в коем случае, – отвечает Иришка. – Но я знаю, как сделать его ещё чуточку слаще. - Ты что, купила пахлаву на пляже? - Пытаюсь я пошутить. - Круче, я купила вино, - она достаёт пластиковую полтора литровую бутылку с зелёной крышечкой от спрайта. - Ты серьёзно, я ещё никогда не бухала, - загораются у меня глаза. - Ты много ещё в этой жизни не делала, - она проводит рукой моей щеке, и мы опять целуемся. А после она задирает мою маечку и нежно целует мой сосочек, доставляя мне просто невообразимое наслаждение. Дождаться не могу вечера, когда мы с ней под одеялом будем друг друга гладить. «Ой, ведь мы же убежали из лагеря. Скоро стемнеет и нас хватятся». - Надо будет вернуться в лагерь, пока нас искать не начали, - вылезает моя правильность. А с другой стороны, зачем взаправду убегать из лагеря, если можно сделать это как бы понарошку. Мы вроде и сбежали, а никакого кипиша не будет. Но Иришку, похоже, этот кипишь совершено не волнует. Она наливает в крышечку чуть-чуть вина и даёт мне выпить. Здесь так мало, всего один напёрсток, что я выпиваю всё без задней мысли. - М-м-м, какое же оно сладенькое и как пахнет, - мурлычу я. – А всё вино такое вкусное? - Нет, только это, - отвечает она и выпивает свой колпачок, а после делает пару глотков прямиком из горла. – Уж поверь мне, я много всяких вин перепробовала. - Охотно верю, - говорю и делаю пару глотков прямо из бутылки вслед за ней. М-м-м, похоже, мне уже дало в голову. Я уже чуточку пьяненькая. После меня опять прикладывается Иришка, а я выпиваю свои положенные три колпачка. Как оказалось, пьянею я быстро. - Юль, Юль, с тобой всё в порядке, - говорит Иришка и машет рукой у меня перед глазами. - Ага, - отвечаю я и улыбаюсь. - Ты такая прикольная, когда пьяная. А ну пройдись, - смеётся надо мной Иришка. Я встаю, делаю пару шагов и падаю прямо в её объятия. И мы весело и долго смеёмся. - Похоже я уже готовая, - улыбаюсь я. А в ответ на это Иришка снимает с себя футболку обнажая свои налитые груди. Обожаю её сосочки, обожаю её загорелое тело. - М-м-м, а можно. - Посисяться? - смеётся она. – Конечно можно. - Только ты никому не расскажешь, а то меня все будут считать лесбиянкой, - я прижимаюсь к ним носиком. Вожу по сосочку язычком, а после нежно захватываю ртом, пытаясь как можно глубже в себя засосать. Меня это так заводит, что внизу живота уже всё огнём горит. И так и хочется раздеться. - Не сдерживайся, - шепчет мне Иришка и наливает ещё один колпачок волшебного нектара. Я беру его на язычок и смазываю им её сосочек. Её груди такие мягкие, такие налитые такие естественные, такие удивительные. Обожаю сосаться, обожаю сама сосать, обожаю девочек и всё тут. «Юль, похоже, ты розовая. Окончательно и бесповоротно». «Я знаю, только ч-ч-ч-ч-ч», - сама себя уговариваю я и продолжаю играть с её сосочками. А Иришка только рада мне свои дойки предоставить. Вот у всех девочек какие-то прыщики, а у Иришки настоящие груди. Это так мило. - А я говорила тебе, что мечтала стать парнем. И чтобы они не выросли, спала на животе. - А они выросли – облизываю пальчик и нажимаю на её сосок. – Тебе приятно? – мурлычу я. - То, что ты делаешь? Очень. - И мне приятно для тебя это делать. Как бы я хотела оказаться сейчас в нашей с тобой постельке, ласкать и целовать тебя всю ночь. - Не поздно ещё вернуться. - Ну ты же знаешь, вдруг девочки заметят, и про нас всякие слухи ещё поползут. - А тебе не пофиг, мне давно уже забить на чужое мнение. - Мне тоже, - отвечаю я и снимаю с себя футболку.