Принцесса на лицо 19

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Sally Face

Пэйринг и персонажи:
Ларри Джонсон/ОЖП, Генри Фишер/Лиза Джонсон, Трэвис Фелпс/Эшли Кэмпбелл, Гизмо, Тодд Моррисон, Нил, Сал Фишер
Рейтинг:
G
Размер:
Миди, 61 страница, 11 частей
Статус:
закончен
Метки: Геймлит Нецензурная лексика От врагов к друзьям Романтика Счастливый финал Флафф Элементы слэша Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Описание:
— Всё! Я ухожу в чайный запой. — огласила свою точку зрения Эшли.
— Я с тобой.
— Сал и ты туда же? — Возмутился Ларри.
— Не возмущайся. Мы все в запой уходим, ведь скоро Новый Год, вот там точно все в запой уйдут. — глянув на календарь ответила я.
— Согласен с Василисой. — огласил своё мнение Трэвис.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Глава шестая: «Первый снег/переписка»

7 декабря 2019, 14:10
      Сейчас только два часа ночи, я не сплю, наблюдая через холодное стекло за улицей. Фонари освещают пустые улицы, крупные хлопья первого снега красиво переливаются на свету, создавая мини-звёздочки. Сейчас луна, как никогда большая, огромная, как серый диск, она одинока, миллионы звёзд, что окружают её не могут сравниться с её серебряной красотой. Посмотрев вниз, вижу тёмную фигуру. Ларри?       При одном упоминании этого имени, филейная часть начинает болеть. Кто ж знал, что у него рука тяжёлая? Состроив недовольную морду, по тихому надела кофту и серые треники, на цыпочках пробралась ко входу, натянула кроссовки и также по тихому куртку, шапку.       Во всём доме свет не горел, но было достаточно, лунного света, что бы всё увидеть. Аккуратно по стеночки, затем лестница и вот дверка. Открываю её и подхожу к фигуре Ларри. Каждой твари по паре. — Ларри, что ты делаешь? — шёпотом оповестила о своём присутствии Джонсона. — А ты почему не спишь? — развернувшись всем корпусом и посмотрев на меня сверху вниз, улыбался он. — Вопросом на вопрос не отвечают. — нагло улыбнувшись скрестила руки под грудью, прохладно как никак. — На улице погулять нельзя? — Да. — Кто запретил? — Я.       Оказавшись тут же зажатой между стенкой и тушкой Ларри, пискнула от неожиданности. Руки поставлены по стороне головы, путь снизу перекрыт, а я сильнее вжимаюсь в стенку. Стенка всегда была и остаётся моим лучшим другом. — Можно не надо? — А можно надо?       Улыбка сама расползлась по лицу, аж челюсть заболела. Карие глаза буквально смотрят в душу, хочется полностью раствориться в них, живой огонёк скачет в глазах, шумно выдыхаю, по спине мурашки, в животе что-то щекочущее и приятное тепло. Я не замечала ни мороза, жалящего кожу, ни сильного ветра, что бросал в лицо колючие снежинки, — ведь на душе было как никогда тепло. Сладкая истома. Его губы шершавые и тёплые, накрывают мои искусанные от нервов. Руки сами обвивают шею парня, он сильнее прижимает меня к себе, углубляя поцелуй. Слышу его стук сердца, он быстрый. В этом мире только я и он. Воздуха не хватает и нам приходится разорвать поцелуй, но не разрывая тёплых объятий. Слов не нужно, только тишина, падающий снег и лунный диск.       Так хочется, что бы это длилось вечно, но этого не будет. Скоро закончится школа, все разъедутся по институтам, коледжам, но надо жить сейчас, этим моментом.       Всю эту идиллию разорвал крики пьяных мужиков. Вцепившись мёртвой хваткой (так говорила Катька, надо будет звякнуть ей) в руку Ларришонка (чёт его трусы вспомнились) буквально потащила, а сзади послышался свист. Решив не палить наше место жительства, свалили в переулок, где темно (давайте без жопы афроамериканца? Ок? А то он бедненький замучался). — Мракобесие. — выдохнув белый пар, он поднялся и растворился в воздухе, те мужики ушли, а луна выглянула из-за туч. — Пошли домой. — в первые адекватную мысль произнёс Лар. — Погоду не пугай. Пошли.

***

      Валяясь на кровати, не сомкнув глаз за ночь. Через час прозвенит будильник, а я даже не знаю, как всё это может быть. Мои же мозги издеваются надо мной, прокручивая и прокручивая воспоминания на улице. Тихо поорав (да, я так могу) в подушку, выдохнула, свернула одеяло в сосиску, обняла ногами и сложив руки под подушкой в ладошки — заснула.

***

Семь двадцать. Сколько? Ну ладно.       Устроив потягушки, зевнула во весь рот, с довольным мычанием. Опустив ноги на холодный пол, подошла к окну. Я ослепла.       Всё белым бело. Будто большое белое и пушистое одеяло накрыло всё. Расплывшись по холодному окну, глядела на всю красоту. *Чирик-чирик* Че?       Найдя источник чирикания (это оказался телефон), тыкнула на экран. (У меня два телефона, один Кнопочка, а другой старый и доставшийся от мамы по наследству — маленький сенсорный телефончик). Ларри Джонсон: Го гулять? Сёдня школу отменили, а ещё устроили что-то типа «хе́ллоуи́н». И дискотэкэ будет, ты идёшь? Василиса Розина: И тебе привет. Сейчас только семь утра, если там бухла нет, то да, пойду Ларри Джонсон: Бухло там будет, кто-то обязательно принесёт из нашего класса, ты пойдёшь Василиса Розина: Кто сказал? Ларри Джонсон: Я Василиса Розина: Последняя буква в алфавите Ларри Джонсон: Ты идёшь! И это не обсуждается, я всё сказал -.- Василиса Розина: Ммм, какой недовольный смайлик (^.^). Аще, короче я спать Ларри Джонсон: Можно с тобой? Василиса Розина: Ток не возмущайся, что я на тебя ноги сложила Ларри Джонсон: Я иду Василиса Розина: Ага, шёл-шёл не дошёл, в кусты упал Ларри Джонсон: Какие кусты? У нас в доме кустов нет Василиса Розина заходила пять минут назад Ларри Джонсон: Тебе конец       Как хорошо, что придумали «Kate Mobile». Прочитано       Выйдя из комнаты прошлась по дому — гробовая тишина, а нет Танька в планшет играет, значит Сёма и Ксюха в садике. Топот, а я уже в комнате под одеялом, в углу кровати и стенки. Какого? Только что же было семь двадцать, уже ровно восемь.       Дверь с тихим скрипом открывается, а я уже представляю, какая участь меня ждёт от этого многоклеточного. Чу-чуть сделав обзор для глаз увидела ноги Ларри, (у него такие худые икры) тут же сделала «кокон» из одеяла и слушала, что же он будет делать дальше. — Вася, давай по хорошему, я не трогаю тебя и ты сама одеваешься и идёшь со мной или всё то же самое, только я буду тебя одевать. — я прямо чувствовала, как он нагло улыбается. — Обойдёшься. Я ещё маленькая. — Да? — Всё, свали в туман, как Ёжик из «Смешариков». — хотя как он увидел мои ковычкы? — Ладно. Времени ещё полно, а теперь вставай. — Нит. — Да — Сам вставай, — Я стою, а ты лежишь — Вот ты и стой, а я лежать буду — Вася, — Для вас я Василиса Васильевна (по папе). — Ну, что ж Василиса Васильевна, не хотите вставать сами, а вам помогу.       Хвать за ноги и потащил на себя, я же начала уползать от него, но он перевернул меня на спину и придавали к кровати своей тушей. Пытается отодрать одеяло, но не выходит. В ход пошла щекотка, но она не подействовала, так как я не боюсь щекотки. — Ну Вась, — проныл Ларри, охуев от такого поворота событий, показала свою морду, — не будь букой. — Ларри с тобой всё хорошо? Ты не где не падал? — Нет.       Но меня в наглую заткнули поцелуем. Попытавшись вырваться, но меня только вжали в кровать, углубляя поцелуй. Вновь это сладкое необъяснимое чувство, до дрожи в коленях, до хрипоты повторять одно имя и любить.       Сам поцелуй сначала без напора, нежный, исследующий, долгий, проводит языком по губам, но аккуратно, прикусить, но не сильно. Запустив свои руки в волосы Ларри, слегка оттягивая корни. Отрываемся друг от друга, улыбаюсь смотря в эти карие глаза.

***

      Идя по заснеженному парку, укутавшись в шарф и курточку, хрустим снегом, подходя к кафе, где нас ждут парни. — Да ладно! — пришлось закрыть рот Эшли, что бы лишние уши не слышали её ор. — По тише можно? — Да ты понимаешь? Нет?! Ты единственная, кто понравился, нет, точнее в кого влюбился сам Ларри Джонсон! Да ты избранная. — махая руками, и улыбаясь во все тридцать два зуба, чуть ли не прыгала шатенка. — Ага, он прям рок-звезда. — Вася, ну ты пойми, он красавчик школы и все девки за ним бегают, так, что будь поаккуратнее. — Если увидишь, что мы за углом сосёмся — все претензии к нему. — о да, я умею выкручиваться. — А, теперь понятно почему ты красная была. — Ой, всё. — Вон парни.

***

      Сидя в комнате, на кровати, накрыв голову одеялом и тыкаясь в телефоне решила создать беседу. Василиса Розина создала беседу «Долбаши» Василиса Розина добавила в беседу Эшли Кэмпбелл Василиса Розина добавила в беседу Салли Фишера Василиса Розина добавила в беседу Ларри Джонсона Василиса Розина: Дароу всем Эшли Кэмпбелл: Почему «добаши»? Ларри Джонсон: Прям про Салли и Эшли) Салли Фишер: Я тут при чём? И вообще я сплю Ларри Джонсон: Ммм, понятненько, всё с тобой) Салли Фишер: -.- Василиса Розина: Что у кого болит, о том и говорит, Ларрижоночек) Эшли Кэмпбелл: Не забыли, что хеллоуин? Василиса Розина: Не, я туды не попрусь, но ради дискотэки и, что бы не получить от Ларришоночка) пойду Ларри Джонсон: Хватит так меня называть! Василиса Розина: Ля-ля-ля, вот это тополя Ларри Джонсон: Получишь Василиса Розина: Ни-и-ит! Ларри Джонсон: До-о-о Василиса Розина: Ву-ха-ха! О паук Эшли Кэмпбелл: Покажешь? Василиса Розина: Уверена? А то вдруг вас с Сали инфаркт схватит, а вы ещё не поженились Салли Фишер: Может хватит? (@///@) Василиса Розина изменила название беседы «Долбаши» на «Чебуреки» Ларри Джонсон: Хочешь есть — приготовь Василиса Розина: Ага. Только чёт паучок не хочет грузить. Потом, как-нибудь покажу. Салли Фишер: Хватит по стенке стучать, я всё слышу Василиса Розина: Эт не я, это всё бабайка Лари Джонсон: Открывай двери, Вася, я за тобой Василиса Розина изменила название беседы «Чебуреки» на «Алкашам не открываю» Эшли Кэмпбелл изменила название беседы «Алкашам не открываю» на «Дева Мария» Ларри Джонсон изменил название беседы «Дева Мария» на «Параллелепипед» Салли Фишер изменил название беседы «Параллелепипед» на «Беседа» Василиса Розина: Чё параллелепипед, геометрию решил вспомнить? Ларри Джонсон: Чё бы нет Эшли Кэмпбелл: Ты хоть, что-то в ней понимаешь? Василиса Розина: Что-то с чем-то, а так я АБАЖАЮ ХИМИЮ Ларри Джонсон: Ты ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ГОВОРИТ ЭТА ВЕДЬМА? Салли Фишер: Поможешь с ней? А там ничего не понимаю Василиса Розина: Конечно, я ж умная девотька) Ларри Джонсон: Сейчас эта девотька получит Василиса Розина: Аташол! Ссссс Укушу! ААААААААААА Василиса Розина была в сети два часа назад Ларри Джонсон был в сети только что Эшли Кэмпбелл: У-у-у, голубки Салли Фишер: Чёт их не слышно, А не, Васька про кастрацию орёт Бедный Ларри Лан пока Эшли Кэмбэлл: Поки Эшли Кэмпбелл была в сети пять минут назад Салли Фишер был в сети час назад

***

— Аташол! — держа в руках подушку на готове, что бы кинуть в Ларри и убежать в ванну, стоя у стенки. — Вася, ты сама оденешься или тебе помочь? — лыбясь во всю харю медленно подходил Ларри. — У меня платья нет! Есть только штаны и футболка, отстань. — аккуратно продвигаясь по стеночке иду к выходу из комнаты, но он был тут же перекрыт рукой шатена. — Платья не надо, только оденься по теплее, на улице же холодно. Боже, я сейчас расплывусь. Ларри, что же ты делаешь со мной? — Василиса Васильевна, вы меня слышите? — пощёлкал пальцами перед моим носом Лар. — Да~а, — улетев куда-то в космос с Ларри, расплылась по стеночке вниз. — Вася, Василёк Ты меня слышишь? — А? — вернувшись в реальность, увидела морду Эшли. — Ты куда улетела? — Чё? — Понятно всё с тобой. — Ты очнулась? — увидев Ларри, который опирался на стенку скрестил руки на груди и недовольно смотрел на меня. — Да что не так? — До начала дискотеки осталось тридцать минут, а ты тут не готовая лежишь. — предъявил заяву на меня Салли. — Ну ок, чё.       С этими словами я выпихала всех за территорию комнаты сделав хваст и натянув колготки, гамаши и чёрную толстовку вышла готовая аля я «Гот». — Намана всё. Можно идти.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.