А что если бы..

Его изюминка была в том, что он был почти нереальным, как выдуманный персонаж, разве что соткан из крови и плоти. А ещё он был властным и влиятельным. Мог достать что угодно. Начиная с пачки чипсов на верхней полке, заканчивая галлюциногенами и опиатами. И как-то сидя на кухне (под красное полусладкое, конечно же) разговор зашел о неудержимом. О времени. — Ты понимаешь, что… Как бы это сказать, — бокал в руке опасно покосился, намереваясь познакомить содержимое с его новыми джинсами, но он успел его перехватить. — Спасибо. Ты ведь понимаешь, что, косвенно, конечно же, своими руками убил с десяток людей, если не больше. Это ведь чьи-то близкие, родные люди. Ночами хоть спокойно спишь? — Да, спасибо, что поинтересовалась. Сплю отлично, иногда даже вижу красочные сны, — милая улыбка и бокал окончательно был изъят у меня из рук, а я перемещена со стула на крепкие бедра. — А насчет своих клиентов абсолютно не переживаю. Это всего лишь бизнес, у всех нас один диагноз и вероятность его исполнения стопроцентная, — обычно мы всегда на одной волне, но сегодня по вине красного или моей рассеянности нить разговора была упущена, из-за чего ему пришлось объясняться под моим растерянным взглядом. — Я о том, что у нас один диагноз на всех — смерть. Чем бы ты не занимался — курил крэк или вел правильный образ жизни — она придет, чтобы забрать у тебя всё. А раз ты не знаешь когда она явится к тебе — через минуту или через десять лет — остается лишь делать всё что душе захочется. Под конец его голос слегка сел, а голова уже покоилась на моем плече. В подобные моменты он казался таким настоящим, словно никогда в жизни не было того показного позерства и особой жестокости, что всегда была в урок другим, будто не он был человеком, которого я собирала для встреч с пузатыми дяденьками, чтобы решить вопросы по работе. — Ой, чего-то мне не нравится твой настрой, — снова беру бокал, чтобы допить содержимое, пока ерошу его волосы рукой. — Смерть, да уныние. Уверена, что к нам она придет ещё не скоро, — лишь почувствовав, как мокнет плечо из-за слез, что всё же скатились с его глаз, я поняла, что это то самое «начало конца».