Ты

Где-то отдаленно слышался некий назойливый звук. Жужжание. Да. Его мозг с каждой секундой все более явно определял принадлежность этого звука не менее назойливому насекомому, через раз щекотавшему мохнатыми лапками то щеку, то нос. Поморщившись и махнув наугад рукой, Драко сделал отчаянную попытку абстрагироваться, но… Вжжжжжжжжжжжжж! — Да будь оно все проклято! — вскричал отчаянно Малфой. Только чтобы тут же с не меньшим отчаянием застонать от прострелившей голову острой боли, от которой аж слезы навернулись. — Да гребаной Морганы ма-а-ать!.. — простонал, но уже значительно тише, Драко. Звон в ушах немного ослаб, и даже насекомое, кажется, снизошедшее к его беде, утихло где-то в углу — в общем, создалась ситуация аккурат для того, чтобы гордый потомок древнего рода собрался с силами и, наконец, распахнул слезящиеся глаза. Что же. Он лежал на своей кровати — это было первое открытие. «Ну тут понятно — домовик перенес», — вяло ворочал воспаленным мозгом парень. Вторым открытием была скорее констатация факта — вчера он пил, и пил много. Некие образы, связанные с неприлично большим для благородного отпрыска древнего рода принятием на душу спиртосодержащих, на долю секунды пронеслись у Драко пред внутренним взором — да так и исчезли из мыслей, подавляемые единственным желанием освободиться от последствий сей моногамной вечеринки. — Типпи… Тинки… — щелкал пальцами Драко, перебирая возможное имя его домовика — мозг по-прежнему отказывался работать, как ему положено, упорно пытаясь съехать на полставки, — Тикки… Мерлин!.. — Винки, сэр, — пропищало откуда-то со стороны пола существо в фирменной малфоевой наволочке, — Винки здесь, господин, и готов услужить! — Антипохмельного мне, как там тебя!.. — простонал Драко настолько жалобно, что домовик даже всхлипнул в проявлении сочувствия, ретируясь за спасительным снадобьем. Спустя самую долгую минуту в своей жизни, Драко таки получил вожделенное зелье от все еще всхлипывающего эльфа. Опрокинув в себя снадобье в один огромный глоток, Малфой с силой зажмурился, громко дыша носом в стремлении переждать нахлынувшую тошноту. Секунды замедлили ход, и вот уже зелье начало свое действие, снимая симптом алкогольного похмелья. — О, слава богам!.. — прошептал Драко, вдыхая полной грудью и откидываясь на подушки. — Винки приготовит завтрак, сэр! Винки помнит наказ грозного директора Хогвартс! Винки должен заботиться о хозяине Драко! Винки… — Заткнись уже и иди, Мерлина ради! — прервал его монотонные завывания Драко, отмахиваясь от назойливого аки утренняя муха домовика. — Конечно, хозяин, сэр! Винки только должен узнать, что пожелает господин на завтрак? — Винки подобрался ближе к раскинувшемуся на кровати Малфою и проникновенно заглянул в его глаза. — Омлет с овощами, пожалуй, — уже мягче ответил Драко. — И это… ты говорил о моем обмороке Северусу? — Нет, хозяин, сэр, — покачал головой эльф. — Винки обнаружил хозяина Драко на полу ванной и переместил его на кровать. Винки должен сообщить господину Директору, сэр? — Нет! — слишком резко воскликнул Драко, напугав бедного домовика возгласом так, что его маленькое тельце отшатнулось, смешно всколыхнув в стороны ушами. — Нет, — спокойнее добавил Драко, и домовик, перестав хлопать глазищами, вновь преданно подался к нему, — ступай, Винки. Приготовь завтрак. А после мы с тобой займемся уборкой приемной залы. Уже давно пора сделать это — я и так слишком долго тянул с ней. — Да, сэр! — кивнул домовик и исчез тут же с тихим хлопком. — Благо палочка теперь есть… — тихо добавил вслух самому себе Драко, притягивая ладони к лицу и накрывая глаза кончиками пальцев. Теперь, когда зелье помогло избавиться от тошноты и туман в голове рассеялся, Драко стал вспоминать и анализировать последние часы вчерашнего вечера. Это же как надо было напиться?! Драко пил в своей жизни достаточно раз, довольно разного пойла и при довольно же разных обстоятельствах. Но чтобы та-а-ак — до галлюцинаций!.. Нет. Надо прекращать так измываться над своим организмом. «Это, как верно заметил Северус, уже финиш!..» — хмыкнул про себя он, опуская руки от глаз и поднимая все еще тяжелые, воспаленные веки. Глаза тут же уставились в лепнину потолка его комнаты, находя утреннюю шкодницу, сейчас тихо и без всяких «жу-жу-жу» потирающую лапками. Да! С сегодняшнего дня нужно начать новую жизнь! И начать ее Драко планировал с победы над очередным своим «монстром»: надо посетить уже, наконец, приемную залу и навести там порядок. За такой срок там прилично грязи собралось, ведь и домовик, не получая прямого приказа от Малфоя, обходил эту просторную комнату стороной — помнил, как и сколько раз пришлось ему с маленькими товарищами отскребать засохшую кровь с тамошнего паркета… Мысль о том, что именно ему привиделось во время тех самых галлюцинаций, Драко усиленно затолкал под тонну не менее гнетущих мыслей о «кровавой» приемной комнате. Будто подсознательно специально воскрешая в своем воображении все воспоминания о ней. Иррационально наслаждаясь чувствами тревоги, доли страха, отвращения — одним словом, абсолютно все, что угодно, лишь бы только не… не думать о вчерашнем видении… И еще более забавно — Драко искоренял из собственной головы даже саму «мысль о мысли»! Бодро (да, посмейтесь!) вскочив с кровати, он показательно четко надевал на себя одежду, наплевав на утренний душ. Столь же показательно вышколенной походкой спустился в столовую, где старательный домовик уже накрыл ему стол. Соблюдая все правила этикета позавтракал — уделяя каждой детали, каждой мелочи, каждому своему движению и вздоху особое внимание. Так, словно старался ни секунды не допустить пустоты в голове. А может быть, «словно» тут было и вовсе лишним — но кто же сейчас ему скажет об этом, верно? А тем временем Драко уже тем же бодрым шагом направился в гостиную. Собираясь «посетить и победить» — ни больше ни меньше. А завтра… завтра будет уже совершенно другой день. И он найдет себе еще одного «монстра», которым можно будет занять собственные мысли. Уже у самой двери он растерял весь свой запал. Будто натолкнувшись на невидимую преграду, Драко резко затормозил перед запертой гостиной, давясь очередным вздохом. Он тут же отпрянул на шаг назад, согнувшись и закашляв. Чувствуя, как спазм неизвестного происхождения сдавливает грудь. Прокашлявшись и немного отдышавшись, Малфой медленно выпрямился и вновь с опаской уставился на запертую дверь. Пульс в висках даже не думал прекращать свою чечетку, а спустя мгновение к этому неудобству прибавился еще и подкативший к горлу ком. Драко разозлился, вскинув лицо. — Мерлин, это всего лишь проклятая комната! — воскликнул он сам себе так громко, будто от его дрожащего, пусть и громкого, голоса разбегутся все страхи и призраки. — Ну же! — подбадривал он себя, делая более твердый, уверенный шаг навстречу своему, запертому, как и эта гостиная, страху. — Ну же!.. — снова воскликнул он, но протянутая к дверной ручке ладонь безустанно дрожала. Драко зарычал, одним сплошным движением наваливаясь на несчастную ручку, перенося на это простое действо всю свою силу и отвагу, и… дверь со скрипом отворилась, впуская в темную комнату тусклый луч света. Драко рвано выдохнул. — Вот, — сердце застучало где-то в горле, потеснив ком, — и вовсе не страшно. Драко толкнул дверь сильнее, переступая порог. Звук его шагов звонко отлетал от темных стен. — Типси! — позвал он, медленно осматриваясь. — Винки, — обиженно поправил появившийся эльф, выглядывая, как испуганный кот, из-за его ног. — Да, точно, — скривился Малфой, — зажги тут свет! — Винки не может, сэр, — тускло ответил домовик, шмыгая носом и печально опустив уши. — Люстра так и осталась разбитой, а подсвечников тут не было. — Значит, принеси! — рявкнул раздраженный Драко. — Люмос! — резко поднимая палочку над собой, воскликнул он, — и комната осветилась немного больше, чем от единственного тусклого источника в виде света из коридора. Увиденное и порадовало, и огорчило Малфоя одновременно. Порадовало то, что никаких особых переживаний комната у него, вопреки собственным страхам, не вызвала. По крайней мере, пока. Огорчало же понимание того, сколько работы тут предстоит сделать. — Ну что ж, — вздохнул он, медленно бредя вдоль жутко пыльных стен. — Винни! Где свет?! — Уже тут! — возник подрагивающий домовик, волоча за собой с десяток подсвечников и упаковку свечей. — Я Винки, сэр! Драко лишь отмахнулся, уже расставляя с помощью левитации подсвечники и закрепляя по свече в каждом. Снова ощущать магию, то, как она струится из его руки в палочку, было успокаивающе и приятно. Драко быстро расправился с подсвечниками, отмечая, что напуганный нахождением в этой комнате эльф то и дело льнет к нему, прижимая уши к голове и беспокойно водя глазами-мячиками по темным углам. — Не боись, Винни… — Винки… — Да, Винки. Сейчас будет лучше, — усмехнулся Драко, набирая в грудь побольше воздуху. Рука с его палочкой уже готова была сделать нужный пасс: — Контера Фламма де! — скомандовал он, и тут же свечи, расставленные по периметру, вспыхнули, заливая пыльную гостиную теплым светом. — Видишь? И вовсе не… — начал было Драко, но именно в это мгновение глаза зацепились за лежащую посреди гостиной люстру, — …страшно… — закончил он сдавленным голосом и сглотнул. Пожалуй, он погорячился, когда обрадовался своей более чем спокойной реакции. При виде люстры в голове тут же — будто запустили играющую киноленту — зарябили картинки-воспоминания: пафосно шествующие егеря, безумный смех тетки, слезы Грейнджер, высекающие дорожки на грязных щеках, яростные выкрики рыжего Уизли, рвущегося к своей теперь уже супруге, и… безмолвно молящие зеленые глаза, почти теряющиеся на опухшем из-за проклятия лице. Руки Драко затряслись так сильно, что из них выпала палочка. Благо проворный эльф, схватив ее практически на лету, снова всунул древко в отчаянно подрагивающие пальцы. — Все хорошо, х-хозяин? — казалось, эльф дрожал едва ли не больше его самого. И… Черт его за ногу, именно это почему-то привело Драко в чувства. — Какие мы с тобой трусы, а, Викки? — вымучил кривую улыбку Драко и, не отдавая себе отчета, легонько прижал дрожащее тельце эльфа ближе к своей ноге, успокаивающе погладив по маленькому плечу. — Ви-и-и-нки-и-и-и!.. — взвыл вдруг эльф, заходясь в плаче. Он схватил Малфоя за штанину, пряча носатое личико в тяжелой ткани брюк и сминая ее кулачками. — Винки плохой, плохой эльф! Винки так боится здесь находиться! Винки должен был тут убирать, но Винки так боится! Так сильно боится! Домовик так жалостливо и отчаянно плакал, что Драко (Люциуса бы удар схватил!) присел на корточки, перенося все свое внимание на эльфа и наколдовывая ему платок, который тут же пошел в ход. — Винки ужасный эльф! — всхлипывал теперь уже в платок домовик. — Но он очень боится этой комнаты! Винки помнит, как страшный Темный Лорд убивал тут людей! Винки помнит, как он убил тут сестру Винки! А самого Винки он… он… И эльф зашелся в еще более громких рыданиях, утопая личиком в уже полностью промокшем платке. — Я тоже боюсь, Винки, — вдруг прошептал доверительно Драко. — Но ты же понимаешь, что Темного Лорда больше нет? Эльф закивал головкой так отчаянно, что уши его рисковали оторваться от головы — так сильно заколыхались. — А раз его нет — то и в этой страшной комнате теперь безопасно, верно? — улыбнулся Драко. Странно, но истерика домовика неведомым образом помогла ему самому обуздать собственную. Сделав несколько глубоких успокаивающих вдохов, Драко обрел некое подобие душевного равновесия, отгоняя маячивший калейдоскоп собственных воспоминаний обратно в «дальнюю кладовку» своей памяти. — Ну что? — мягко спросил Драко, забирая у эльфа платок и уничтожая его (даже такие простые действия заставляли мозг не зацикливаться на больном и страшном, принося еще больше спокойствия). — Теперь, когда мы тут вдвоем и решили быть храбрыми, — эльф доверчиво вглядывался в его лицо, хлопая глазами в такт каждому слову, — давай-ка наведем здесь порядок! Винки отчаянно закивал головой, расправляя на себе все еще дрожащими ручонками наволочку, и выпрямился сам. — Давайте, сэр! — пропищал домовик, храбро разворачиваясь к комнате, будто собирался одолеть чудовище, а вовсе не навести порядок. Так, переступив через порог и собственные страхи, Малфой на пару с эльфом принялись за работу. Драко, не ожидая от себя такой отдачи, настолько ушел в процесс, что знатно удивился, когда громоздкие древние часы у дальней стены залы отмерили наступление вечера. С трудом разогнув уставшую спину, Малфой окинул взглядом просторную комнату — теперь более светлую и чистую, — удовлетворенно кивнув результату собственных и эльфа, конечно, трудов. За день они полностью вернули ей прежний праздный вид, и теперь зала сияла, готовая принять гостей в любую минуту. Разве что… — Винки, — голос отчего-то все же отозвался хрипотцой. Драко наморщил нос и прочистил горло. — Люстра… — Да, сэр! — благо умному эльфу не требовались разъяснения. Домовик тут же щелкнул тонкими пальчиками — и люстра, ремонтируясь прямо в воздухе, плавно потянулась к потолку, останавливаясь на своем прежнем месте. — Спасибо! — кивнул Драко, молча покидая комнату. Очередной монстр был побежден — он больше не сможет и дальше прятать за ним свои болезненные мысли. Делать тут более было нечего. Уставшее тело требовало расслабления немедленно. Проигнорированный с утра душ манил к себе с невероятной силой. Драко поднялся в свою комнату, скидывая грязные после уборки вещи и аккуратно складывая их в корзину в углу. Натянул на голые плечи халат. Украдкой посмотрел на двери в ванную комнату. — Ох, да ладно! — вспылил вдруг он на самого себя! — Я просто был вчера мертвецки пьян, и только!.. И тут же вскрикнул, подпрыгнул на месте и заозирался по сторонам. Черт подери! Он мог поклясться, что только что слышал саркастичное хмыканье!.. — Всего лишь усталость, — убедил он себя тут же, зло развернулся к ванной комнате и упрямо прошествовал к ней. Более происшествий не было. И даже ненужные ему эмоции и воспоминания, от которых он бегал целый день, были сметены этой вспышкой злости. А после душа он направился к излюбленному месту у камина, где его уже ждала стопка нераспечатанных писем и заботливо приготовленный эльфом поднос с легким ужином. Быстро расправившись с едой, Драко все же приказал домовику подать ему виски — одного взгляда на только что прибывшую от крестного школьную сипуху было достаточно, чтобы понять, что без алкоголя дальше дело не пойдет. Быстро опрокинув в себя порцию и тут же вновь наполнив бокал, Драко уселся в кресло, распаковывая небольшой пакет. В нем он обнаружил письмо от Снейпа, пару фиалов с зельями, а также небольшую коробочку, которую отложил в сторону, предпочитая начать все же с письма. В письме Северус предсказуемо излагал тревогу о его, Малфоя, состоянии здоровья, хвалил за нанесенный накануне визит к Грейнджер (ну да, уже Уизли) и вежливо, насколько это возможно при его саркастичной манере, интересовался, какого черта Драко вчера вытворил в Министерстве, что глубоко беременная заучка в итоге обращалась к нему за успокоительным с учетом ее положения. Читая письмо крестного, Драко фыркал и закатывал глаза, отпивая крепкий алкоголь из своего бокала. «Не сомневаюсь, — писал ему Снейп, и Драко прямо в своей голове слышал его глубокий баритон, ядовито излагающий факты, — что о зельях ты по своей извечной глупости и упрямости забываешь. Как, думаю, ты уже увидел, к данному письму я прилагаю очередную порцию на сегодня и завтра, — Драко бросил быстрый взгляд на отставленные подальше и тут же забытые фиалы, будто в насмешку прихлебывая еще виски, — поэтому, чтобы твоя недалекая голова не упускала сей необходимой твоему жалкому существованию информации, Профессор Лонгботтом, выражая тебе уважение, спешит передать скромный презент. Ты найдешь его в коробке. И я искренне надеюсь, что данный предмет сомнительного, на мой взгляд, происхождения, содержания и полезности сможет помочь тебе не забывать принимать чертовы зелья вовремя, Драко! — было очевидно, что под конец выговора крестный все же сорвался в своем беспокойстве». Это почти тронуло Драко. Но только почти. Заинтригованный, он поднялся с кресла, подошел к камину и потянулся к коробке, оставленной вместе с зельями на полке. Отхлебнув еще виски, Драко свободной рукой снял аккуратную крышку и нырнул ладонью в недра коробки, нащупывая что-то шарообразное. Мелькнувшая глупая мысль о снитче была тут же отброшена ввиду много более легкого веса шара. Наконец, Драко аккуратно выудил его и… Бац! Стекло разлетелось у камина, а остатки виски образовали буроватую кривую лужу на паркете. В дрожащей руке Драко держал чертову напоминалку Лонгботтома. Ту самую напоминалку, с первого курса. И… Ох не о зельях она напомнила ему сейчас, ох не о зельях!.. Не глядя, Малфой выудил палочку из кармана, взмахом убирая остатки бокала у своих ног. Теперь, не занятый уборкой, смотрящий на напоминалку, он снова почувствовал, как начинает срываться в свое личное болото. Картинки замелькали так быстро и ярко, будто решили оглушить его воспоминаниями сию же секунду! Улыбающийся Поттер, хмурый Поттер, рассерженный Поттер на метле, Поттер, с напряженным лицом летящий за брошенной им, Драко, этой самой напоминалкой!.. Поттер, смеющийся и счастливый… Живой… Дрожь поднялась от кончиков пальцев, до онемения сжавших в руках палочку, и перекинулась на другую руку, мучительно колотя тело. Отчаянно всхлипнув, Драко стиснул напоминалку, заходясь в собственном сорванном дыхании. Со всей своей злостью замахиваясь. — Сдохни, Поттер! — закричал он и что было сил швырнул напоминалку в стену. Но… Но прямо в полете, не достигая окна, она внезапно будто зависла в воздухе. Драко уставился на нее со смесью удивления и неверия, прежде чем его ушей коснулся слишком знакомый, до жутких мурашек, голос: — Так я уже, Малфой. Сердце Драко пропустило удар, а воздух застрял где-то в легких. «Не. Может. Быть…» — мелькнула мысль. А глаза все вглядывались в темноту комнаты, где так и завис проклятый стеклянный шар. Но вот глаза Малфоя, привыкшие к темноте, стали выхватывать притаившийся во тьме силуэт, подрагивающий, будто качнувшийся на ветру. Подавшийся, наконец, вперед. Сперва блеснули очки, потом появились очертания лица. Растрепанные волосы, нахмуренные густые брови, поджатые губы — именно так, как он делал это всегда, когда Драко выводил его из себя в школе. Так, понемногу, пред взглядом шокированно замершего Малфоя появился весь он. Просвечивающий. Держащий чертову напоминалку. — Ты… — шевельнулись онемевшие губы. И Гарри Поттер явился на свет во всей посмертной призрачной красе. — Нет, блядь, воскресший Мерлин! — прозвучал с насмешкой его голос. Будто эхо отдавалось из недр колодца. И, чччерт подери, Драко захотелось немедленно утопиться в этом самом колодце. — Ты… — выдохнул он снова, а вдох все не мог заполнить его грудь воздухом, заставляя предметы вокруг Поттера будто плыть. — Ну что? — нахмурил тот свои брови еще больше, вовсе не скрывая своего негодования. — Ну что ты так уставился? — зло повторил он, и лицо его исказилось. — Ты… — задыхаясь в собственных эмоциях, захлебываясь ими, только и мог шептать Драко, не ощущая будто бы уже ничего, кроме разъедающей легкие кислоты и личного ожившего кошмара. Смотря на призрак и не в силах поверить увиденному… — Да! — вскричал взбешенный Поттер. — Я! Я, мать твою! Такой же мертвый, как и прежде все дни до этого! Такой же одинокий в своем посмертии! Наказанный тем, что наблюдаю, как ты тут сходишь с ума, топя свое чертово самолюбие в виски! День за днем, чертов Малфой! Невидимый никому! Драко уже не пытался что-либо произнести — лишь хватал ртом воздух в попытке сделать вдох. Чувствуя, как мир куда-то накренился, зарябил и задрожал, вот-вот готовый взорваться, пока его уши терзал крик разъяренного Поттера и низкий гул где-то позади перепонок… — Это Я, Малфой! — орал Поттер, приближаясь, заполняя собой все пространство вокруг. — Но только не ясно, при чем тут, блядь, ТЫ! — обвиняюще указал на обмершего у камина Драко он. — Какого лешего я именно твои молчаливые истерики должен наблюдать? Почему именно твое лицо мне уготовано видеть каждый. Божий. ДЕНЬ! Голос Гарри срывался, заполняя все комнату, отлетая от стен. Он еще ближе оказался к Драко, находящемуся уже и так на грани обморока. — ПОЧЕМУ. ИМЕННО. ТЫ? — орал Гарри уже в лицо трясущему из стороны в сторону головой Малфою. А потом все же сорванным голосом добавил: — Ведь ты меня даже не видишь… — призрачная рука потянулась к дрожащему лицу Драко… И именно это стало последней каплей. Драко закричал так отчаянно, так громко и горько, одновременно с этим вскидывая руки и прикрывая ими свою голову, что его магия тоже не выдержала — вырвалась волновым ударом во все стороны, разнося в щепки комнату и разбивая в пыль окна… Я. Тебя. Вижу.