Время лечит.

POV Мин Юнги Полный дом подростков. Запах никотина резко сжигает ноздри, от чего я недовольно морщусь. Мои сигареты пахнут приятнее. Ужасно понимать, что им всего лишь по 17 лет, а жизнь испоганена в край. Впрочем… Не мне судить. Я ещё хуже. — Рад тебя видеть, — Джин протянул мне руку, а я закатил глаза и плюхнулся на диван, — Красивая рубашка. — Ты ненавидишь мой стиль, Джин-хён. Кого ты обманываешь? , — он засмеялся своим неоднообразным смехом, а после шикарно улыбнулся. Ким идеален. С этим не поспоришь. Через пару минут к нам присоединился Тэхен и улыбнулся мне. Я быстро отвёл взгляд лишь бы не встречаться глазами с этим парнем. Ким старший завалился рядом и обнял меня. — Хватит. Всë не трогай меня. Не люблю обниматься. Не люблю даже руки пожимать. Мне хорошо если ко мне не прикасаются. — А где Намджун? Вы же вместе пришли. — Он пошёл за выпивкой, — буквально через секунду появился третий Ким и протянул мне стакан. — Что это? — Знаю, не любишь такое. Но сам понимаешь тинейджерам слишком высокий градус нельзя. — Ты не ответил. — Соджу и кола, — я сделал глоток, а жидкость приятно обожгла горло. Широкоплечий же хлебал прямо из горла бутылки. Соджа с колой — вкусно. Просто вкусно. Как съесть конфетку или мороженое. Оно практически не имеет градуса и не штырит. Тэ оглядывался вокруг и пил газировку. Он против алкоголя и курения, а о наркотиках вообще стоит молчать. У нас натянутые отношения… Лишний раз не пересекаемся. Причина? Всё потом. — А есть, что покрепче? — Можешь на кухне поискать. — Намджун, а поищи-ка для любимого лучшего друга виски или вино. — Я занят, — я цокнул и облокотился на диван. Он занят раздеванием глазами школьницы. Ей от силы лет 15. Неловко трёт руки, оглядывается по сторонам, стягивает юбку пониже — явно впервые на тусовке. Он приготовился вставать, но я помешал. — Ты же не… — Да что? Дай мне развлечься. — Она маленькая. — Тем же лучше, — он ухмыльнулся, а я перевёл взгляд на неё, — Тут много богатых школьников… Думаешь она до сих пор не трахалась? — Ты чёртов извращенец. Тебя посадят, маньяк. Он пошёл к ней, а я отдал стакан Джину и последовал за этим сердцеедом. — Девушка, я… — Мин Юнги приятно познакомиться, — я натянуто улыбнулся, а та смущённо отвела взгляд — Что ты делаешь? , — прошипел тот на ухо мне и отвёл в сторону, — Не обламывай мне всë! — Выбирай своего возраста! — Тогда я послушаю, как ты ее трахнешь! — Нет. — Да! У тебя не было секса с тех пор как… — - Заткнись, — прошипел я, — Какое тебе дело вообще? — Юн, неужели тебе не хочется секса? — Я сделаю это только для того, чтобы ты отстал. — " Она маленькая!», — спародировал меня тот, — Тебя же посадят! — Папа отмажет, — друг фыркнул и похлопал меня по плечу. — У меня уши везде! Если не переспите, я узнаю. Я вернулся к школьнице и, неохотно взяв за руку, потянул на второй этаж. — Куда мы? — Как тебя зовут? — Пэ Су Джи. — Сколько лет? — 19. Отпусти руку мне больно. — 19? , — я ещё раз взглянул на неё, — Хорошо сохранилась. Я толкнул девушку в комнату и закрыл дверь. — Стони. — Что? — Глухая? Я сказал, начинай стонать, мычать, та хоть кричи. Делай так, чтобы это было похоже на секс. Или мы займёмся им реально, — та не собирался я её трогать. Не мой тип. — Я поняла. Она не обязана мне помогать, но делает это. Долго слушать не хотелось, поэтому я спустился вниз уже через 20 минут. — Она так кричала, будто ты ее резал. — Тебе под дверьми нравится стоять? , — друг засмеялся и кивнул. — Я рад, что ты в порядке, — я ехидно ухмыльнулся от неправды и сел рядом с Джуном. — А Хосок приедет? , — этот парень исправит настроение в секунду. — Да. Он забрал Чимина и уже подъезжает. — Ох… Чимин тоже будет. — Он сильно любит тебя. — Да… Сам в шоке, как можно любить такого как я? — Хё-рин посеяла в тебе фобии и страхи. Ты думаешь то, что весь в недостатках. Но… — Я не хочу разговаривать об этом… — Джин молча наблюдал за нами и боялся влезть в диалог. А Тэхен нервно сглотнул и пихнул Намджуна в бок. — А я хочу! Ты был жизнерадостным парнем! Ты всегда улыбался! А сейчас?! Ты скрываешь обиду и депрессию под наркотой! , — я не выдержал и ударил его. — Закрой свой рот! Ты обещал молчать! , — воскликнул я, но влез Тэ, задержав меня, а я швырнул парня подальше, — Не смей меня трогать! — Юнги! Тише… — подбежал Пак и отвёл меня от него. Хосок тоже был напуган, а рядом непонятно переглядывался ещё один парень, — Мы скоро придём. Тот толкнул меня в сторону кухни. — Что случилось? , — он сжал мои щеки и заставил смотреть на себя. — Ничего. — Хён, ты опять сорвался… — Нет. — Да! Ты не контролируешь свои действия, — я опустил голову, а Чимин обнял меня. — Да хватит тискать меня, — фыркнул я и попытался оттолкнуть его. — Чтобы ты не говорил, я знаю, что мои объятия тебе нравятся. — Нет. — Да! Обними меня, — я выдохнул и прижал его к себе, положив голову на плечо. — Вы разговаривали о ней? — Хоть ты не начинай… — Незаменимых нет. — А ты докажи… — тихо сказал я и тот начал. — Когда холодным вечером ты будешь лежать на полу, смотря в потолок опухшими от слез глазами, чувствуя, как холод от пола пронизывает тебя насквозь, ты поймёшь, что незаменимых нет. Ты, глупенький, верил, что ты был единственным и незаменимым, что весь её мир крутился вокруг тебя. Нет. — Пак, всё перестань. — Человек, который клялся тебе в вечной любви и говорил, что не может без тебя жить, что ты для него — вода и воздух, тоже самое говорит другому, такому же «незаменимому» и «единственному» как ты. — Мне всё равно. — Да? Она сейчас счастлива, тогда почему тебе больно? Из-за чего тебе хочется кричать и бить кулаками об стены? Из-за чего ты неподвижно лежишь на полу, чувствуя себя мёртвым? — Я серьёзно не знаю… Потому что это больно, Чимин! — Нет. Потому что тебе жаль себя. Тебе самому не противно? Не хочешь встать с пола, заварить себе чай и плюнуть на всё? Завтра тебя найдут другие люди, послезавтра они снова уйдут, но придут ещё одни. Незаменимых нет. Но есть мы… Да мы тоже не незаменимые, но на нас можно положиться. Мы надёжные, хён. — К чему ты это? , — спросил я, а он провёл по моим волосам и вновь посмотрел в глаза. — Я к тому, что девушка, разбившая тебе сердце, не стоит всего этого. Она не стоит твоих слез, бессонных ночей. Она не стоит той депрессии, в которой ты уже больше полугода. Даже курения и… Хё-рин не стоит того, чтобы ты употреблял наркотики. — Кто тебе рассказал? — Хëн… — Кто? — Джун, — я отпустил его и сорвался обратно в зал, толкая всех людей на пути. Они заметили меня и поняли, что намерения не самые лучшие. — Как ты мог?! , — я взял его за рубашку и поднял на себя, — Как после этого ты можешь называться моим лучшим другом! Зачем ты рассказал ему об «этом»?! Зачем?! , — потряс я его, но тот опустил взгляд и замолчал. — Мы вместе выводили тебя из того состояния. — Вы все знаете? , — они кивнули и лишь тот парень молчал, — Идите к черту… Я отпустил его и, выйдя из дома, поехал в город. — Хан… Мне нужна доза.