Время лечит.

— Я так скучал по тебе, — он обнял меня, а я закатил глаза. Вот сам же начал истерить вчера! И первый же написал. — Мы так и будем на пороге? , — младший пропустил меня и обнял вновь. — Скажи, что тоже скучал по мне. — Я не выспался… — Ну, хён… — заворчал тот и надул губы. — Я не выспался из-за тебя, — я засмеялся и прижал его к себе. — Прости меня за вчера. — Угомонись. Все нормально, — я снял обувь и верхнюю одежду, а после прошёл в комнату Гука. — Будешь что-нибудь? — Нет. Я завтракал утром, — я сел на кровать, а тот все равно пошёл за едой. У него милая комнатка. Я уже бывал у Хосока дома, но ни разу не видел этой комнаты, точнее она всегда была закрыта. — Ты дверь закрываешь? — Когда здесь — редко, а когда уеду в Новый Орлеан, то да. — Ты вернёшься в Америку…? , — я посмотрел на него, а тот замолчал и положил еду на тумбочку, — И как скоро? — Давай не будем об этом сейчас? Это не имеет значения. — Мы не увидимся несколько лет. — Как будто ты не знал, что я в Корее лишь на каникулы. — Я предполагал. И что же мы… Расстанемся, когда ты уедешь? — Нет! Юнги, о чем ты вообще! , — парень обнял меня и повалил на кровать. — Но отношения на расстоянии… Это очень тяжело, — я обнял его. — Об этом еще рано говорить. — Когда твои каникулы заканчиваются? — Хватит, Юнги… Мы зря тратим время. — Я поеду в штаты с тобой. — Что? — Я… Не готов отпустить тебя, — я положил его под себя и прильнул к губам, а тот ответил на поцелуй и сжал пряди моих волос меж своих пальцев. Гук… Я хочу этого сейчас… Как мне сказать это…? — Хён, я не сдержусь. Хватит, — сказал он мне, а я пустил руки под футболку и поцеловал его скулы, плавно спускаясь к шее и оттягивая вещь дальше, — Нет… Всё, — он уже поднимал руки, чтобы оттолкнуть меня, но я сцепил их и вновь прильнул к губам. От него исходил жар, что казалось шатен начал плавиться… — Чонгуки, я дома! Иди разбирать продукты, — крикнул Хосок. Он первый перестал отвечать на поцелуй и я разжал его запястья. Гук посмотрел на меня и ухмыльнулся. — Что это было сейчас? — То, о чем ты думаешь. — Ты хотел… — я провёл языком по его губе и чмокнул её. Он закатил глаза и вовсе закрыл их, ждал, когда я снова поцелую его. И я сделал это… — Ты спишь? , — послышались приближающиеся шаги старшего, и я быстро встал с парня, — Ты закрылся? — Ты закрылся? , — шёпотом спросил я, а тот кивнул, — когда успел? Он открыл дверь, а Хоуп увидел меня. — Привет, Юнги. — Привет. — Мы хотели посмотреть вместе фильм. — Ладно, — сказал Хосок и вышел, — я сам разберу пакеты! , — крикнул он за дверью. — Он уже не злиться? — Нет, как видишь. — Чонгук… Отпросись на ночёвку ко мне, — сначала тот не понял, но после закусил губу и взял меня за руку. — Ты… Пожалеешь. — Почему? — Это больно. — Но ты же сказал, что если я захочу ты сделаешь это. — И ты будешь пассивом…? — А у тебя есть предложения? Если мне хочется тебя, как я могу терпеть это всё? — Мне тоже хотелось тебя, и я терпел… — я фыркнул и встал с кровати. — Потому что, ты идиот, Чон Чонгук. Серьёзно… Сколько лет ты влюблён в меня? — 5. — Я же вообще не думал о тебе… Всё это время я даже не вспоминал тебя. Но ты влюбил меня в себя меньше, чем за две недели. — А ты думаешь, я не встречался ни с кем? , — малыш засмеялся, а я поднял его к себе и обнял, — Можешь идти одеваться. Я угукнул и буквально через пару минут мы оба стояли у двери. — Прошу не делайте того о чем пожалеете. — О чем ты? , — спросил он брата, а тот потёр шею. — У однополых парочек тоже же бывает секс. Я не в курсе, что и как, но просто соблюдайте субординацию. Я обещаю, что завтра проверю Чонгука на наличие засосов. — Хён… Не позорься, — выдохнул младший и вытолкал меня. Он бросил сумку назад и сел спереди. — Юнги, мы не сразу домой. — А куда? Он прильнул к моему уху и шепнул «Секс шоп, хён». Щеки залились румянцем, а у парня, будто чёртики в глазах заиграли. Ему 22… Мне 26… Мы разные по телосложению, но в большинстве гейских порно такие, как Чонгук, были нагибаторами, но они и старше были, а этот мальчишка же. — Я не пойду. — Ты и не знаешь, что брать, — ответил он и быстро вошёл в магазин. Чон вернулся достаточно быстро и кинул пакет к вещам. — Что ты купил? — Не важно. Это всё равно буду использовать лишь я. Мы доехали до дома, а в воображении давно стояла картина, где мы оба обнажённые лежим в кровати. От этого появился стояк и проблемой стало то, что скрывать уже было невозможно. — Чонгуки… Это слишком… Я завернул на парковку и вцепился в его губы. Он успел лишь закрыть окно и с трудом пересесть на мои колени. — Очень тесно… Давай дойдём до дома, — он сел ягодицами на пах и член, дотронувшись до джинсы окаменел. — Я стерплю лишь потому, что, это близко. Он взял всё свое, и мы поднялись ко мне. Сумки оказались на полу, а мы слились в поцелуе, в ходе которого я оставил Чонгука без куртки и худи. Это голое тело… Я провёл по торсу рукой, а младший выпустил стон. За эти года его тело стало рельефнее, а татуировки выглядят грубо и в то же время сексуально… Он начал расстёгивать мой ремень, не отрываясь от губ. Тишину нарушало шумное дыхание и причмокивания, которые выходили до жути влажным и пошлыми.