Время лечит.

Уже больше 3 месяцев я нахожусь дома. Недавно был день рождения Юнги. °•flashback•° 9 марта. Он улыбнулся в камеру и поставил торт на стол. — Тебе 27. — Старик, — Юн засмеялся и начал поджигать свечи, — Чонгуки, я бы хотел отпраздновать свой день рождения с тобой. — У нас будет ещё много времени, — я улыбнулся и наблюдал за ним. Я скучаю… Очень… Я начал петь заядлую поздравительную песню, а тот засмеялся, — С днём рождения, Юнги, — парень задул свечи и улыбнулся. — Мне их ещё потом с ребятами задувать… Поэтому решил, что первым с кем я это сделаю должен быть ты. — Я во всем у тебя первый, — я усмехнулся, а тот шикнул. — У меня дома мама. — Я рад за тебя. Давно нужно было помириться, — Юнги улыбнулся, а после я спросил про отца. — Папа уехал в Германию на лечение. — Всё ещё хуже? — Да, выглядит он потрёпанным, как я в диспансере, — он засмеялся и подперев голову ладонью, взглянул на меня, — Я скучаю по тебе, Гуки, — я заувукал и уткнулся в подушку, — Правда, я жду не дождусь, когда ты приедешь. Это будет не скоро… Мне нужно учиться, учиться и учиться. Завтра будет защита проекта, но мне не хотелось спать, если будет возможность поговорить с ним, то я не буду спать вообще. А время уже 00:38, но в Корее всего лишь 15:38. — Ложись спать, малыш, — я помотал головой и смотрел на него, — тогда просто закрой глаза, а я буду рядом. Ты должен отдыхать. — Но твоё день рождение… — Я позвоню тебе ночью, я не засну, обещаю. — Хорошо, — я укрылся одеялом, а тот молча наблюдал за мной. — Спи спокойно. °•flashback end•° Уже май, в Новом Орлеане пошла пора карнавалов. Теперь даже не выспишься, потому что ночами напролёт за окном музыка и крики С Юнги мы не созваниваемся 2 неделю, и я волнуюсь. Хоуп тоже недоступен. Я потерял связь… «Юнги, я беспокоюсь о тебе. Позвони мне.», — строчу я сообщение вновь. Но Мин даже не появляется в сети. — Чонгук! , — девушка подбежала ко мне и улыбнулась, — Ты просил тетрадь с конспектами, — она протянула её, а я улыбнулся и кратко бросил «Спасибо»., — Может, сходим куда-нибудь? — Что? — Ну, например, в кафе или в кино на мстителей. — Я не люблю их, — английский вновь стал родным за несколько месяцев. — Тогда хочешь просто погулять? — Су Джи… — та девчонка с вечеринки Джина. — Да мы не очень близки, но помнишь тусили вместе в Корее? — Мы случайно встретились на вечеринке. — Но я знакома с твоими друзьями и даже была с одним. — Удиви, с кем? — Он был невысоким, худеньким и дерзким… — И что же вы делали? — Переспали. — Я бы не хотел гулять с такой девушкой. Ты, черт возьми, имя парня с которым переспала, не помнишь. Спасибо за конспекты, отдам послезавтра. Я быстро сел в машину и поехал домой. Это Юнги… Она говорила о нем! Я ударил в руль. — Айщ! , — но он сказал, что ничего не было. Тогда почему Пэ сказала обратное? Я доехал до дома и вошёл. — Как дела в университете? , — спросила мама и обняла меня. Она как старшая сестра и выглядит так же, кажется будто «омма» не состарится и всегда будет со мной, — Ты грустнеешь с каждым днём! Ну же… Что-то случилось? — Я просто немного устал и… — И скучаешь по Корее! , — продолжила она, а я улыбнулся, — Если честно, Чонгук, ты получил высшее историческое образование в США не для того, чтобы возвратиться в Сеул. Меня практически ничего не держит здесь. Учёба и мама, всё. А в Корее вся моя жизнь, хотя я там бываю раз в несколько лет. Мы поужинали и закрывшись в комнате, я открыл скайп. Снова ничего… Абсолютно. Мне становится страшно. Глаза заслезились, а по рёбрам и сердцу скребла боль. Я так хочу хотя бы голос его услышать! Мне плохо! — Гуки, к тебе Конор, — я ничего не ответил и зарылся в одеяло, — Открой дверь, Чонгук. — Пусть проваливает! , — я закрыл глаза и пытался быстрее заснуть. Завтра два выходных, я просто отдохну… Без мыслей о чем-либо. ********* Так прошёл ещё месяц. Уже конец июня и завтра мой первый экзамен. Я не вышел с ними на связь… И честно уже привык ни с кем не разговаривать. Если они посчитали нужным удалить аккаунты, то пусть так и будет. — Волнуешься? , — спросила мама и провела по моим волосам. — Нет. Мне все равно. — Чонгук, что случилось? , — она смотрела на меня, а я в пол. — А что случилось? — Последний раз твою улыбку я видела в начале года и лишь недавно ты немного ухмыльнулся. — Мам, не надо лезть… — я встал из-за стола и, выйдя на улицу, сел в машину. — Гук? , — Коннор улыбнулся и сел по ту сторону, — есть сигаретка? — В комнате остались, — он подсел ближе, — Что ты делаешь? — Ты весь на иголках, малыш… Когда ты уехал, то не был таким. — Давай без малыша, ладно? , — на английском это звучало ещё противнее «baby», — Я в полном порядке. — Поехали. — Куда? — В одно место. — Я не хочу, уходи. Он зажал мой член и ухмыльнулся, у меня перехватило дыхание. — Ну вот… Мы можем поехать ко мне. — Убери руки… Живо! , — Коннор послушался, — Мы давно расстались… Угомонись и хватит приходить в мой дом. — Ты написал это в смс и уехал в Корею. — Потому что я не гей больше, — соврал я, а тот был в шоке. — Жаль, Новый Орлеан лишился такого члена… Ладно, пока. Но если что звони. Я всегда приеду к тебе. Он вышел, а я рванул на всей скорости куда-нибудь. Я хочу к Юнги! Я готов бросить всё! Слезы полились из глаз, и пелена расплылась тонким слоем, я перестал видеть… Не вырулил и перевернулся… Темнота. Хруст костей и удар железа от асфальт. После крики и все…