Гвоздь и другие.

Птица грел руки над газовой плитой. - Птичка, ты что творишь? – спросила Треска, - попалишься же… - Я повелитель огня, - Птица провел ладонью над пламенем, - блин! Жжётся… - Ты долбоёб, - констатировала Треска, - тоже мне… - Саламандры не слушаются, - грустно заключил Птица, дуя на обожжённую конечность, - ну и нах! Он выключил газ и уселся, облокотившись на подоконник. - Какие саламандры? – не поняла Треска, - откуда они у нас? - Огненные, в огне живут, - пояснил Птица, - специальные ящерицы. Это такая магия, чтоб ты знала. - И в зажигалке живут? – поинтересовался прислушивающийся к беседе Гвоздь, - и в спичке? - Ага, - авторитетно заявил Птица, - где огонь, там саламандры, без них не горит. - А в лампочке? – не унимался Гвоздь, - лампочка горит! - Не, в лампочке электричество, - Птица задумался, - там ток! - А ток это что? – Треска наморщила лоб, - о, знаю, это мелкие тараканы, бегут по проводам! - И кусаются, - заржал Гвоздь, - если провод схватить, то как херакнут! И пиздец! - Тогда это не тараканы, - Птица подпёр рукой голову, - тараканы мирные. Это…это… - Сколопендры! – выпалил Гвоздь, - точно! Он встал и зажег свет. Лампочка под потолком отбросила тень, похожую на штурвальное колесо. - А почему лампочка светится?- спросила Треска, - сколопендры не светятся! - Они кусают спящих саламандр, - тут же выдал версию Птица, - те просыпаются и горят! - Вот зачем ты это придумал, - вздохнула Треска, - я теперь, когда включаю свет, буду думать про сколопендр и саламандр! - А в телефоне живут мелкие сущности, - продолжал Птица, - и когда ты кому-то звонишь, они орут, а другие сущности, в другом телефоне слышат и тоже орут, в ухо своему хозяину! А когда были старые телефоны, то по проводам бегали сколопендры… - И кусали телефонных сущностей? – поняла Треска, - когда вызов, они их кусали, те просыпались… - Не, погодь, - Гвоздь пощёлкал зажигалкой, - а когда картинки пересылаешь, что? - Рисуют, - авторитетно заявил Птица, - слушают и рисуют по описанию. Треска вытащила свой телефон с разбитым экраном, повертела в руках, вздохнула – тяжко, наверное быть телефонной сущностью… Гвоздь снова защёлкал зажигалкой, наконец, смирился и заявил: - Тут саламандра сдохла… Зажигалка отправилась в мусор. Птица протянул свою, с живой саламандрой. Закурили. - Если подумать, - Птица стряхнул пепел за окно, - везде есть свои сущности! - И всех кусают сколопендры, - вздохнул Гвоздь. - Значит в нашем мире главные – сколопендры? – поняла Треска, - да бля… Всё работает от кусачих сколопендр. - Ну, надо подумать, - Птица затушил окурок и щелчком отправил его в полёт, - если, например, ветер… Это не сколопендры! Это… - Это мужик с трубой, - выдвинул версию Гвоздь, - сидит и дует. Много мужиков, каждый за свой ветер отвечает. - Ну и где эта толпа сидит, - скептически хмыкнула Треска, - может это… - А они невидимые, - пояснил Гвоздь, - туева хуча невидимых мужиков! - А если дождь, то это твои невидимые мужики поливают? – засмеялась Треска, - погоду делают! - А молния – это огромная сколопендра и саламандра дерутся! – выпалил Птица, - а мужики их шпагами тычут! - Саламандры, сколопендры, - проворчал таракан Фёдор, поправляя шляпу-треуголку из газетного обрывка, – запомните, дети, всё на свете держится на нас – тараканах! Что б они без нас делали…