Хорошие пластинки и фотограф интересный

      — Андрей, давай скорее! — простонал Ванечка, теребя фенечку на запястье, — мы уже опаздываем!       — Иду-иду!       Пиро метался по квартире, в попытках собраться и по возможности ничего не забыть. Поспешно затолкав в портфель пару учебников, парень схватил со стола свою термокружку и забежал в ванную.       — Щас, пять сек…       Ванечка терпеливо кивнул, поправил сползшие очки и тяжело выдохнул. Жарковато было в дождевике стоять. В этот момент из своей комнаты показался Ваня. Заспанный, лохматый. Он потянулся, зевая, и наконец обратил внимание на стоящего у двери Светло. Ванечка немного напрягся, занервничал, сам не понимая почему. От волнения на лбу проступила испарина. Светло передернуло, когда от виска к шее скатилась капля пота. Он неуверенно махнул Ване рукой, в знак приветствия. Тот улыбнулся, едва заметно кивнул и зашёл обратно к себе в комнату.       «Ну вот зачем? Зачем он так улыбается?» — подумал Ванечка, проводя ладонью по лицу.       Андрей наконец-то вышел из ванной, уже полностью одетый, правда носки были разного цвета, но это его волновало сейчас меньше всего. Завязав шнурки на кроссовках, он выпрямился и глянул на друга, который с мечтательным видом смотрел куда-то прямо перед собой и улыбался, как дурачок.       — Ты че радостный какой? — надевая кожанку спросил Андрей.       Ванечка едва заметно вздрогнул, глянул на него как-то потерянно, словно пытаясь осознать, кто перед ним, а ещё через секунду недовольно цокнул языком.       — У тебя футболка наизнанку, дубина.       — Бляяяя… — выдохнул парень и, скорчив недовольную гримасу, принялся снимать с себя куртку.

***

      Забив на первый урок, Ванечка не спеша плёлся по коридору, пытаясь вслушаться в какую-то невероятную историю, что рассказывал ему Андрей, но мысли постоянно уходили в какое-то другое русло. Да и, честно говоря, его очень расстроило, что они не попали на математику, но в этом случае ничего уже не поделаешь. Главное, не забыть взять потом дополнительные задания.       В кармане завибрировал телефон. Светло достал его и остановился, вчитываясь в оповещение на экране.

«Пользователь rudeboy прислал вам новое сообщение»

      — Ты чего? — глядя на округлившиеся от удивления глаза друга, спросил Пиро и подошёл ближе, но Ванечка тут же смахнул уведомление.       — Там… Говорят, что нас очень ругали. На алгебре. Тема была новая. Да. Новая тема… — сочинил на ходу Светло, пытаясь быть максимально убедительным, но как-то не особо получалось, честно говоря.       Андрей пристально глянул на него, слегка прищурившись. Ванечке от этого даже как-то не по себе стало; шумно сглотнув, он убрал телефон в карман.       — Ты ещё скажи, что ты паришься из-за этого.       — Да нет, в общем-то… — ответил Светло и взгляд отвёл, сжав смартфон в кармане чуть сильнее. Любопытство распирало: что же там Ваня написал ему?       — Ну и все, забей значит, так о чём я говорил? А, ну и короче… — продолжил Пиро, а Ваня снова достал телефон и наконец открыл телеграм.       rudeboy: привет, сильно опоздал?       Ванечка в секунду забыл как дышать. Сначала даже засомневался, вдруг это шутка чья-то? С чего бы вообще Ване вдруг ему писать? Ему — Ванечке — школьнику, с которым они виделись пару раз от силы, да и откуда у Евстигнеева его телега? Но, с другой стороны, кому это нужно? Такой ерундой заниматься… В голове было слишком много вопросов, но ответа пока ни одного на ум не приходило. Светло нервно облизал губы и быстро отбил ответное сообщение:       Мягкая лапа смерти: Первый урок весь пропустили.       Синие галочки извещающие о том, что сообщение прочитано, появились мгновенно. Ванечка удивленно вскинул одну бровь, мол, ничего себе, прям ответа что ли ждал?       rudeboy: не расстраивайся. какие планы на сегодня?       Светло прочёл очередное сообщение, выдохнул, ощущая в руках мелкую дрожь от волнения. Зачем он спрашивает о планах? Ванечка снова открыл профиль контакта: ник соответствует, на фото тоже он. В описании даже номер есть. Решив, что не стоит себя так накручивать, он вернулся обратно к диалогу. В конце концов, он не собирался писать ничего такого сверхъестественного.       Мягкая лапа смерти: Учеба, дом, уроки. Может быть с Андреем погулять. А что такое? Кстати, а откуда ты знаешь мой телеграм?       rudeboy: есть предложение поинтереснее       Мягкая лапа смерти: Надеюсь не банки грабить.       rudeboy: го в кино с нами?       Мягкая лапа смерти: С кем с «нами»?       rudeboy: я, мирон, слава       Осознав, что его зовут провести время в компании, которая в прошлый раз пришлась ему по душе, Ванечка немного расслабился. Да и, тем более, это стало лишним подтверждением того, что ему пишет именно Ваня, а не кто-то чужой.       Мягкая лапа смерти: А они не будут против?       rudeboy: ну, с учётом того, что это Слава предложил позвать тебя, думаю, нет, против они не будут.       «Слава значит», — немного разочарованно подумал Ванечка, — «То есть если бы не Слава, то он бы не позвал?»       Мягкая лапа смерти: Ты так и не сказал, откуда ты взял мой телеграм.       rudeboy: это так важно?       Мягкая лапа смерти: Конечно! А вдруг это даже не ты мне пишешь?       Сообщение висело прочитанным несколько секунд, но ответа не было. Ванечка даже заволновался немного, а вдруг он не зря сразу не поверил? Но плохие мысли улетучились моментально, как только в диалоге появился кружочек с видео-сообщением на котором Ваня заходит в комнату Андрея, снимает блокировку с его телефона и подносит его ближе к камере, демонстрируя, что не так-то это сложно было — найти его номер.       Светло улыбнулся, глядя в экран, и тут же принялся печатать ответ, но почувствовал, как его схватили за рюкзак, резко дернув назад. Он поднял ошалелый взгляд, наконец оторвавшись от гаджета, и осознал, что только что чуть не вписался в торец двери кабинета английского.       — Ты где, блять, летаешь? — выругался Андрей, оттащив Ванечку в сторону.       — Я что-то задумался… — пряча телефон в карман, растерянно ответил Светло.

***

      — У меня вообще не получается сегодня, Андрей, ну правда. Мама сказала, что мы должны всей семьей туда пойти, — сказал Ванечка, счищая с толстовки кошачьи волосы специальной липкой лентой.       — Ну, ты завтра зайдёшь за мной с утра хотя бы?       — Зайду, — выдохнул Ванечка и, попрощавшись, положил трубку.       Глядя на себя в отражении, Светло с досадой качнул головой, ладонями щеки растер. Стыдно было. Непривычно и, как оказалось, весьма неприятно врать лучшему другу, но Ваня попросил его не говорить брату о том, куда они собрались. Может быть, это и к лучшему, потому что скорее всего Андрей бы обиделся не только на Ваню, но и на него, чего Светло явно не хотел. Поправив воротник темного пальто, Ванечка напоследок проверил все комнаты, чтобы везде был выключен свет, коту водичку поменял, а затем прихватив с тумбочки ключи и деньги со спокойной душой вышел из квартиры.       Рудбой стоял у машины, облокотившись на капот, и потягивал сигарету. Завидев выходящего из парадной Светло, он тут же поднялся и открыл дверь со стороны переднего пассажирского сидения. Ванечка же при виде него весь расцвёл, в улыбке расплылся.       — Привет, — усаживаясь в салон, поздоровался он.       — Привет, — отозвался Ваня и мягко захлопнул дверь иномарки.       Обменявшись рукопожатиями с уже сидящими на задних сидениях Славой и Мироном, Ванечка пристегнул ремень безопасности. Ваня неспешно завёл мотор и машина плавно тронулась с места.       Пока они ехали, Мирон со Славой довольно эмоционально обсуждали разгромную рецензию из какого-то журнала на премьерный фильм. Слава был уверен, что ее автор не прав и, мол, кто он вообще такой, чтобы судить и засирать то, во что было вложено столько труда, а Мирон утверждал с точностью, да наоборот. Ванечку очень веселили эти споры. Как минимум, потому что это смешно и как максимум: в споре Мирона и Славы всегда рождалась истина, в отличии от его диспутов с теми же преподами, где аргументация была на уровне: «Сядь, иначе два поставлю». Ванечка всё это время молча слушал обе стороны, при этом периодически поглядывая на Рудбоя. Он сегодня был какой-то уставший, уголки губ были опущены вниз, белки глаз красноватые. Ванечке почему-то так захотелось обнять его, поддержать как-то, развеселить. У него слегка рука дрогнула, в неком эмоциональном порыве, но смелости, чтобы коснуться, к сожалению, не хватило. Однако, Ваня уловил это движение и глянул на Ванечку, который прокашлялся неловко и сделал вид, что поправляет ворот пальто. Евстигнеев улыбнулся, всё же поймав смущенный взгляд подростка:       — Ты чего?       — Ничего, всё в порядке, — ответил Светло, глядя Рудбою в глаза, — у тебя всё хорошо?       Ваня как-то неопределённо качнул головой, но всё же ответил утвердительно, добавив, что жаловаться грех. Мол, просто устал немного, но не более. Светло кивнул, ощущая, как внутри всё приходит в движение от одной только мысли, что у Вани что-то может быть не так.       — Зачем мы едем так далеко, если в центре был кинотеатр? — спросил Слава, потянувшись за проводом для зарядки.       — Потому что, Славик, потому что, — ответил Ваня и, подмигнув Светло, подал Карелину шнур.       Вообще-то вопрос был резонный, но Ванечка, честно говоря, был рад, что они едут в другое место. Было бы неловко случайно столкнуться с Андреем, и Евстигнеев, видимо, это тоже учёл.       Пока Карелин возле бара мастерски раскручивал Фёдорова на поп-корн и прочие вкусняшки, Ванечка с Ваней покупали билеты. Разобравшись со всем и прихватив еды, вся компания наконец двинулась в сторону нужного кинозала.       На огромном экране замелькала реклама. Ванечка уселся в мягкое кресло рядом со Славой, который тут же вручил ему большой стакан с попкорном и какой-то лимонад. Светло попытался отнекиваться, но в случае с Карелиным это было бесполезно.       — А я с тобой сяду, — обращаясь к Светло сказал Ваня и, перепрыгнув через ряд, упал в соседнее кресло, — а то я там половину не услышу с этими пиздаболами.       Ванечка ухмыльнулся, глядя на то, как Слава уже во всю доебывается до Мирона, и, повернувшись к Евстигнееву, протянул ему стакан с поп-корном. Рудбой улыбнулся и, убрав между ними подлокотник, зачерпнул рукой небольшую горсть кукурузы.       Фильм на самом деле оказался хорошим, так как по итогу Мирон всё же согласился с Карелиным и его непринятием критиканства в адрес этой ленты. Ванечка же лишь кивал согласно на все обсуждения, потому что, честно говоря, он почти весь фильм просидел, прислонившись к плечу Евстигнеева, который аккуратно приобнимал его одной рукой, и никак толком сосредоточиться не мог на самом просмотре. Для Светло все это было слишком ново, непонятно. Да и Ваня себя вёл так, будто сидеть с парнем в обнимку — это обычный его вечер. Ничего такого, и он всегда так делал. В Ванечкиной же голове это вызывало лютый диссонанс. Типа, как это так? Так быть не может, чтобы ему нравился парень в прямом смысле этого слова, это же неправильно! А с другой стороны, как это назвать по-другому, если при виде него ладони потеют и голос садится? Коленки подкашиваются и голова кружится от одного только запаха. Ванечка себя так чувствовал последний раз, когда с девочкой в девятом классе целовался. Не сказать конечно, что этот поцелуй был пределом его мечтаний. Скорее, это было как-то мокро, нежели приятно, но вот это вот желание, перед самим процессом… Он почувствовал его снова, когда Ваня что-то говорил ему на ухо по поводу главного героя.       Пока Фёдоров с Ваней бегали в туалет, Слава потащил Ванечку фотографироваться возле картонных «Энгри Бёрдс».       — Ты идеально вписываешься! — рассмеялся Карелин, показывая снимки Светло, — Надо Мироняныча сфоткать с этим вот, красным. Жаль, не лысый он, а то прям похож бы был!       — Так Мирон же не лысый, — сказал Ванечка, на что Слава ухмыльнулся и добавил:       — Со мной это легко исправить. Его эти три миллиметра, я тебя умоляю!       Ванечка улыбнулся, вспомнив, как Фёдоров иногда злится, в попытках Славу переспорить, и мысленно согласился, что от такого стресса кто угодно полысеет.       — Слушай, Слав, — вспомнив одну важную вещь, сказал Светло, — спасибо, что позвал меня. Мне правда очень приятно.       Слава удивлённо вскинул брови.       — Я не звал тебя.       — В смысле? — Ванечка растерянно захлопал глазами.       — Ну, в прямом? Сколько ещё смыслов в этой фразе? Я узнал, что ты тоже идёшь уже по факту, когда Ваня нас привёз к твоему дому. Но я рад, что ты с нами пошёл.       Светло открыл было рот, чтобы рассказать о том, что Ваня написал ему совсем иначе, но в этот момент почувствовал как по его плечу скользнула чужая рука. Ванечка поднял голову, увидев подошедшего к нему со спины Ваню и ощутил, как тот слегка его приобнял.       — Ну что? Поехали? — спросил он, глядя на Славу и так же подошедшего Мирона.       — Да, — рассеянно кивнул Карелин и направился к выходу, попутно что-то показывая Фёдорову на своём телефоне.       — Ты чего? — спросил Ваня, заметив как Ванечка на него таращится, — всё нормально?       Светло помолчал пару секунд, а затем утвердительно кивнул, расплывшись в улыбке. Ванечка решил, что, возможно, в тот момент сказать именно так, а не иначе, было правильным. Он обязательно спросит у него, почему он соврал, но не сегодня и уж тем более не сейчас.