Немая малышка

По счастливой случайности, Лиде не пришлось долго ломать голову над тайной «атак и дыр». Буквально через три дня после визита Рейдана девушка заметила, что на взрослой площадке царит необычное возбуждение. Слуги раскладывали кругом букеты цветов, огромные игрушки и какие-то пёстрые банты, с видом измождённых Сизифов убирали разнообразный мусор (который, естественно, благодаря детишкам вскоре появлялся вновь). Да и в замке тоже происходило что-то любопытное: повара и поварята не уходили с кухни, и лакеи таскали взад-вперёд гигантские тарелки со вкусностями. Заметив, с каким изумлением Лида рассматривает украшения на площадке, Зарита объяснила: – Эслита, у Лаэны скоро атакэдер. Лаэной звали одну из завсегдатаек игровой площадки, курносую шатенку из сиротского приюта. Задним числом Лида припомнила, что Лаэна действительно в последнее время часто гордо произносила это загадочное слово. Девушка вытаращила глаза, всем своим видом изображая непонимание. Уже привыкшая к этому жестово-мимическому общению со своей подопечной, няня растолковала подробнее: – Атакэдер означает, что Лаэна выйдет из детского возраста и поедет учиться. Вот когда ты вырастешь, госпожа тоже устроит праздник. Ещё лучше, чем этот. Значит, это что-то типа праздника достижения совершеннолетия... Интересно, когда именно наступает такое взросление? Точнее, когда же, наконец, Алькения и Зарита поймут, что что-то долго не подходит атакэдер маленькой Эслиты? «А может, я и ошибаюсь, – подумалось Лиде. – Может, это не такой уж и судьбоносный день. Ну как когда мне исполнялось семь лет и все радовались, что я пойду в школу... Важно, конечно, но не так чтоб очень, чтобы по этому дню проходила граница детства и юношества...» Но приготовления велись такие масштабные – и это при том, что Лаэна была безродной сиротой, хоть и жила в богатом поместье у любящей детей дамы! – что Лида поняла: не тянет это на обычный день рождения, совмещённый с Днём знаний! Не тянет. Ещё через неделю, укладывая девушку спать, Зарита сообщила: – Утром начнётся атакэдер Лаэны. Лида была по-настоящему заинтригована. Она почти не спала в ту ночь, думая, что же за пышное празднество будет завтра и что произойдёт с Лаэной. Зарита разбудила девушку на заре – гораздо раньше, чем обычно. На завтрак Лиде подали целое ассорти из разных пюре и нечто вроде многослойного коктейля. Лида мысленно сострила, что атакэдер уже из-за этого начинает ей нравиться. Из окон девушка заметила, что к воротам замка подъехало множество карет. В саду, а особенно на игровой площадке, к тому моменту, как туда спустились Зарита и Лида, было форменное вавилонское столпотворение. В центре общего внимания был то ли очень большой ящик, то ли шкаф в центре площадки. Он был открыт, было видно, что в нём лежит груда одежды. – Лаэна войдёт туда и будет там расти, – указала на шкаф Зарита. – Когда она выйдет, мы поздравим её с атакэдер, а старую одежду сожжём. Ах вон оно что! Получается, у этих великанов какой-то странный гормон роста. В определённый момент жизни они вырастают чуть ли не в два раза... Интересно, сколько времени на это уйдёт? Пока Лида думала об этом, толпа зашевелилась, пропуская румяную от волнения, нарядную Лаэну. К ней тут же пробились несколько её лучших друзей. И на глазах у толпы они все начали энергично копаться в песке. Лида догадалась, что это, должно быть – символическая последняя игра. Она даже перепугалась: неужели после этого атакэдер не разрешают играть вообще? Разумеется, Лида в родном мире в песочнице не копалась, но своих кукол и плюшевых зверят не выбрасывала и не раздаривала, а детские книжки бережно хранила... Бывало, особенно в трудную минуту, ей было приятно к ним вернуться. А в момент атакэдер по уровню развития великанята соответствуют всего-то шести-семилетнему ребёнку! У Зариты она поинтересоваться об этом не могла, а няня, понятное дело, не думала, не гадала, какие странные вопросы зарождаются в головке маленькой госпожи. Лаэна беспечно уплетала сладости, играла в куклы, строила песчаные замки с друзьями, и никто из многочисленных гостей не уставал стоять и смотреть на это зрелище. Наконец слуги отвели остальных детей в сторону, и Алькения торжественно подвела Лаэну к шкафу. Когда девочка туда вошла, двери закрыли и заперли. Правда, Лида успела заметить, что в потолке шкафа есть дырки, так что удушье Лаэне не грозило. Едва в двери шкафа повернулся ключ, все словно бы и забыли, в честь чего собрались. Дети снова сбежались на площадку, почти не обращая внимания на шкаф, взрослые пошли в другую сторону, к накрытым в саду столам или к просторной террасе, на которой расположилась группа великанов, напоминающих оркестрантов. Как выяснилось, ими они и были – вскоре над террасой разнеслась необычная для Лиды, но очень весёлая и красивая мелодия. Зарита, думая, видно, что её подопечная пойдёт играть, ушла болтать с приятелями. Лида же стояла в растерянности. С одной стороны, ей было бы как-то неловко весело резвиться рядом со шкафом, где заперта её маленькая знакомая. Пусть и знакомы они немного. Пусть заперта она в рамках традиции, которая известна здесь всем. Но и ко взрослым Лида пойти не могла. Её мало кто знал – на празднество Алькения пригласила чуть ли не каждого встречного и поперечного. Да даже те, кто знаком с Лидой, увидев её, мягко, но решительно укажут ей путь ко взрослой площадке. И что ей, в конце концов, делать среди них – немой? Третий вариант – незаметно смыться и спрятаться у себя в комнате – тоже исключался. Лида нутром чуяла, что это бы поставило в очень неловкое положение Алькению. Видимо, все были обязаны присутствовать на этом атакэдер. Кроме того, такой побег вызовет панику у Алькении и слуг – они-то подумают, что крошка заигралась и ушла в лес, пока догадаются, что она всего-навсего сидит в комнате... Вот Лида и стояла, как столб, не зная, куда деваться. Сколько ещё продлятся торжества? И в этот момент она увидела Рейдана. Нарядившийся ради праздника в пышный камзол, как у остальных великанов, Рейдан нервно бродил в сторонке, сцепив пальцы и бормоча что-то себе под нос. Лида ужасно удивилась – она как-то не думала, что, кроме всех прочих, и этот странный мужчина тоже будет приглашён. Он почувствовал её взгляд и повернулся к ней. – Эслита! – он вымученно улыбнулся. – Чего стоишь и скучаешь? Беги играть! Лида неопределённо развела руками. – Нет, ты вправду странная, – сказал Рейдан. – Девочки вроде тебя – обычно неуёмные шалуньи. Тут вдруг его будто осенила какая-то важная идея. – Тебя ведь госпожа Алькения нашла три десятка экоре тому назад? – спросил он. Прикинув, сколько она уже видела в этом мире звездопадов, Лида кивнула. – Киэль, – изрёк Рейдан и ринулся в сторону мирно беседовавшей с гостями Алькении. Лида, для маскировки подобрав с земли игрушечную карету с единорогами, подкралась к ним, чтобы узнать, что там пришло в голову белокурому великану. Рейдан, подойдя к хозяйке, без всяких предисловий заявил: – Я догадываюсь, почему у твоей дочки нет голоса. – Почему же? – мгновенно встрепенулась Алькения. – Ты не думала о киэль? – Киэль? – испуганно прошептала дама, смущённо косясь на остальных собеседников. Те сделали вид, что ничего не слышат. – Да, именно. – Но ведь моё киэль не нанесло бы вреда никому! – попыталась возразить Алькения. – Ты знаешь, я не из тех, кто крушит всё на своём пути... – Алькения! Твоё киэль могло быть усилено правителями. Зачем ты была с ним так небрежна? Как видишь, пострадали твои же невинные птенчики, – в голосе Рейдана слышалось лёгкое ехидство. Уловив его, хозяйка в гневе поджала губы. – Ты н-не имеешь права, – срывающимся голосом сказала она. – Если я тайно помогаю вам, это не значит, что я не могу любить детей и содержать сиротского приюта. Она резко развернулась и широкими шагами ушла. Лида, спрятавшись за деревом, старалась найти объяснение всем этим тайнам, в центре которых находилось киэль. Судя по последним фразам Рейдана и Алькении, это не деньги, как Лида раньше думала. Скорее это волшебство. Раз Рейдан считает, что именно из-за киэль приёмная дочка Алькении стала немой... Девушка поняла, что ей вряд ли удастся до конца праздника узнать поподробнее о том, что есть киэль, зачем его отдавать и кому это помогает Алькения. При людях на эту тему Рейдан с Алькенией говорили явно неохотно. Рассеянно катая взад-вперёд игрушечную карету, Лида размышляла, как бы ей выяснить побольше о тех загадках, которые окружали её, казалось бы, открытую и жизнерадостную приёмную мать.