Немая малышка

Разбудили Лиду громкие песни гостей. Солнце ещё не взошло, но в садах замка было светлым-светло от многочисленных свечей, фонариков и фейерверков. Ночная няня уже ушла, а Зарита ещё не появилась, и Лида почувствовала себя на редкость свободной и независимой. Потягиваясь, девушка встала и подошла к окну. Интересно, это такое правило приличия – не ложиться во время чьего-то атакэдер спать – или просто все во власти местного аналога алкоголя? Лида высекла искру с помощью всегда лежащего на подоконнике огнива и зажгла свечи в изящном канделябре. Заметила, что чан с водой, мыло и полотенце уже приготовлены, и с удовольствием искупалась самостоятельно. Теперь дело было за одеждой. Открыв шкаф, Лида кисло посмотрела на висящие там детские платьица. Нет, платья сами по себе она вовсе не ненавидела, но эти наряды с рюшем, рядами бантов и кружевными оборочками!.. Единственное более-менее скромное платьице было, видно, дорожным – простая, но прочная сизая ткань, рукава узкие. Лиде очень захотелось надеть его, но она тут же вспомнила, что её шалость мигом исправит Зарита. Сейчас атакэдер, и появляться в дорожном платье среди расфуфыренных гостей просто неприлично. Тяжело вздохнув, Лида выбрала салатно-зелёный наряд, который на неё надевали за несколько недель раза три, и оделась. Едва она успела натянуть чулочки и застегнуть туфельки, как вошла Зарита. – Вот замечательно! Проснулась, Эслита? – улыбнулась она. – Значит, Веланда тебя уже одела. Тогда пошли вниз! Лида, зевая, последовала за няней в сад. Там она убедилась, что великанской пьянки не было – все вели себя так же вежливо и спокойно, как и накануне. Кроме того, было заметно, что большинство гостей еле сдерживают зевки. Видимо, спать они не ложились в силу правил поведения на атакэдер. – Здравствуй, крошка! – радостно бросилась к приёмной дочке Алькения. С виду у неё совершенно не убавилось бодрости. Но, зная, что богатая помещица связана с какими-то страшноватыми тайнами, Лида уже скептически смотрела на блестящие глаза и ослепительную улыбку Алькении. Вполне вероятно, что абсолютно вся её жизнерадостность – напускная. Взяв Лиду на руки, Алькения понесла её к другой группе гостей, которая ещё не видела новой жительницы золотистого замка. Лида покорно выдержала сюсюканье нарядных великанш. Был бы у неё голос, закричала бы от радости, когда Алькения наконец-то отпустила её на площадку. На площадке уже бегали остальные дети. Глэрид, размахивая палкой-единорогом, весело крикнул: – Привет, Эсти! – такие странные уменьшительные формы великанята образовывали от всех имён, не только от имени Эслита. – Иди строить замок! Лида с улыбкой подбежала к нему. Он сунул ей совочек, и они принялись возводить песчаный фундамент. Игру в строителей Глэрид обожал едва ли не больше, чем катание на палочке, и в день появления Лиды на площадке вбил себе в голову, что Лида разделяет его восторг. Лида уже собирала мелкие камушки, которые должны были изображать зубцы крепостной стены, а Глэрид ставил к сплетённым из веточек воротам свои любимые пушечки, как вдруг откуда-то раздались громкие глухие удары. Сперва Лида подскочила от неожиданности и испуга. А Глэрид, позабыв о пушечках, зубцах и всём остальном, возбуждённо воскликнул: – Лаэна!.. – тут же осёкся и поправился: – Госпожа Лаэна. Она сейчас выйдет. Сразу всё стало ясно. Это стучала Лаэна, чтобы ей открыли шкаф. Лида отметила, что после атакэдер великанят уже называют, прибавляя к имени уважительное обращение миэрцеол или миэрцеи. Господин или госпожа... Стук продолжался, а на площадку уже сбегались все слуги и гости. Лида подумала, что толпа её сейчас сплющит. Когда казалось, что теснее уже быть не может, к шкафу протолкалась Алькения. Она величаво подошла к двери и торжественно её распахнула. Лаэна, видимо, хотела выйти изящно, лёгкой поступью, но ещё немного путалась в собственных ногах и неуклюже вывалилась из шкафа. Упала бы на траву, не поддержи её Алькения. Впрочем, великого момента это не испортило. – Ур-ра! – заорала толпа. Прошедшую атакэдер стали забрасывать цветами и лентами. Лаэна действительно разительно изменилась. Она стала стройной, высокой, даже чуть повыше Алькении. Кудрявые русые волосы, раньше едва длиннее мальчишечьих, тоже выросли и доходили Лаэне до плеч. Черты лица остались в целом такими же, хотя и в них что-то было неуловимо иным. – От души поздравляю тебя, госпожа Лаэна, с атакэдер, – произнесла Алькения, пожимая Лаэне руку. – Завтра же вы отправитесь учиться в Кленгрит. Киэль я уже отдала. – Благодарю тебя, госпожа Алькения, – разрумянившись от волнения, поклонилась девушка. Её окружили и другие, стали наперебой поздравлять. Лида, как всегда, вслушивавшаяся в великанскую болтовню, с удивлением выяснила, что после церемонии Алькения и Лаэна снова стали называть друг дружку по именам. Очевидно, подчёркнутая вежливость опять-таки была данью традициям. И снова это киэль!.. Лида, зная, что от неё, немой, никто не потребует поздравлений, посидела среди кустов, дожидаясь, пока всё наконец кончится. Её вновь занимала мысль о том, что есть некие признаки, по которым можно определить приближение этого вырастания! Ведь Рейдан же сказал, мол, у Эслиты атакэдер пока что не намечается. Значит, в какой-то момент все поймут, что Эслита, скорее всего, не собирается вырастать до двух метров вообще. Может, эта переломная точка наступит скоро? Но следующая мысль, пришедшая Лиде в голову, полностью перебила все радужные надежды. Причиной Лидиной немоты и необычной для ребёнка серьёзности с лёгкой руки Рейдана считается киэль. Возможно, и вину за запоздание атакэдер тоже свалят на то же самое таинственное явление. Не такая уж и бредовая идея. Вон у переживших Хиросиму или там Чернобыль бывали трудности с физическим и половым развитием... Почему бы здесь не существовать аналогу атомных бомб и радиации? И если Алькения решит, что все беды Лиды от киэль, то дело плохо. В лучшем (для Лиды) случае она просто примирится с неизбежным. С её любовью именно к маленьким детям, она переживёт тот факт, что её дочка обречена быть вечным ребёнком. А вот в худшем случае она может полечить Лиду местными волшебными средствами... Немоту девушки пока исцелять не пытались. Но вдруг здесь есть лекарства, способные вызвать атакэдер? Этакое гормональное лечение! Как оно на Лиду подействует? Гости понемногу разъехались. Жизнь вернулась в обычное русло. Глэрид нашёл Лиду и притащил её ремонтировать растоптанный замок. Лаэна растерянно бродила вокруг площадки, где ещё три дня назад резвилась вместе со всеми. Её все прежние приятели называли госпожой Лаэной, и она явно разрывалась, не зная, отказаться ли ей от церемоний и повозиться в песке перед отъездом на учёбу или же идти и вести умные разговоры с Алькенией и слугами. Лида её понимала. Как-то так она сама чувствовала себя, покинув начальную школу и перейдя в пятый класс. Её учительница уж очень напирала на то, как это важно и судьбоносно... И Лида тогда тоже ходила рядом с кабинетами младшеклассников, думая, присоединиться ли к их весёлым играм. В итоге она присоединилась. А вот Лаэна, видно, сделала другой выбор. Стараясь не спотыкаться на непривычно длинных ногах, она ушла в замок. Лиде стало грустно. Она посмотрела на Глэрида, который увлечённо палил из пушечек по Лидиному шерстяному лутейну. Глэрид был единственным, кто так часто играл с немой приятельницей. Если у него скоро наступит атакэдер и он заважничает, на игровой площадке Лида останется совсем одна. К счастью, Глэрид вскоре сказал, услышав, как несколько девочек обсуждают взросление Лаэны: – Бр-р! Она слишком высокая! Видела, Эслита – ей самой это не нравится? И как она противно заважничала! Как хорошо, что у меня нескоро атакэдер. Мама говорила, что ждать ещё не меньше сотни экоре. Сотня экоре, если Лида правильно разобралась в великанском летоисчислении, равнялись примерно четырём месяцам. Ну, хоть что-то. Остаток дня, с небольшим перерывом на обед, Лида помогала Глэриду возводить замок. Подслушать разговоры взрослых великанов ей больше не удалось. Зато замок вышел на славу. Когда Алькения вечером пришла, чтобы увести приёмную дочку в дом, она долго восхищалась. – Какое воображение у моей девочки! – говорила она кому-то в коридоре, когда Лида уже лежала в постели. – Они с Глэридом, сыном Зелиана, такую прелестную песчаную крепость сегодня смастерили! А Рейдан сказал мне, с каким интересом Эслита слушала сказку! – Я рада, госпожа Алькения, – ответила на это собеседница дамы, вероятнее всего, служанка. – Хорошо, что вы нашли эту девочку. – Да, я просто счастлива! Хоть бы у неё подольше атакэдер не было! Так не хочется с ней расставаться. – Можно же нанять домашних учителей. Мне вот так и сделали. – Эслите нужно большее, чем простое обучение. С такой фантазией дитя... Да и с обычными учителями ей не поработать, она ж немая. Её надо бы, прямо говоря, отправить к Умельцам при Дженлере. Но у меня сердце разрывается при мысли о том, что Эслита туда поедет... Голоса удалились. Лида попробовала представить себе этот замок Дженлер, о котором упоминал Рейдан и при котором, оказывается, ещё живут какие-то Умельцы, обучающие немых. И в который очень не хочет ехать и посылать дочку Алькения. Думая об этом Дженлере, Лида и уснула.