Немая малышка

На следующий день всё шло так хорошо, что Лиде было даже страшновато. Ей удалось провернуть свою задумку, и теперь она в облике «жительницы воды» сидела в гостевой в ожидании начала маскарада, а под платьем у неё был спрятан оранжевый шарик. – Ты пойдёшь играть на площадку, приедет много разных детишек, – с солнечной улыбкой объяснила ей Алькения. – У тебя наверняка появятся новые друзья. Естественно, чего и следовало ожидать. Лида вообще удивлялась, что великаны так долго терпят её верчение под ногами и не выставили её на игровую площадку до сих пор. Но не выйдет, дорогая названая мама, не выйдет! У Лиды колотилось сердце от радостного предвкушения, и она чувствовала себя этакой озорной Золушкой. Ну, если честно, она не заходила в мыслях о предстоящем бале настолько далеко, чтобы думать, что Рейдан в неё немедленно влюбится, едва она примет новое обличье. Но она была близка к таким мыслям. Кроме того, она невольно постоянно задавалась вопросом, кем же нарядится Рейдан. Если у него костюм лутейна или единорога, узнает ли она его? А может, он пригласит её на танец? Но этого всё же лучше избегать: проницательный и зоркий рыцарь может узнать Эслиту. Хотя вполне возможно, что он сделает правильные выводы, узнав её… Раздался гулкий звук, напоминавший звук колокола. – Первые гости прибыли! – обрадованно воскликнула Алькения. – Пошли в зал. Она сжала свой собственный шарик, белый с сероватыми разводами, будто мраморный, и преобразилась. Её богатое платье сменилось лёгким белым плащом с капюшоном, на поясе появился странный кривой меч. Волосы были явно нарочно взлохмаченными, как после штормового ветра. – Это костюм Лалекии, героини очень известной легенды, – пояснила великанша в ответ на Лидин немой вопрос. – Говорят, во время древней Гурибальской войны молодая аранийская девушка по имени Лалекия была спасена красивым незнакомцем от «жителей воды». Она горячо полюбила своего спасителя и согласилась выйти за него замуж. Лишь после брачной церемонии она узнала, что её муж – зурелец, причём тот самый известный полководец, предательски убивший когда-то её мать. В отчаянии Лалекия покончила с собой. Лида неопределённо хмыкнула. В другое время она была бы не прочь послушать очередной образчик местного фольклора, но сейчас её слишком волновало предстоящее ей превращение. Хотя, конечно, интересно, с чего бы вдруг Алькения выбрала такой трагический образ. Лиде вспомнились собственные размышления о том, что вся весёлость великанши – напускная… Да, любопытно, в чём тут дело. Алькения взяла её под руку, и они чинно пошли сначала по коридору, потом по знакомой парадной лестнице и в не менее знакомый обеденный зал. Столы там были сдвинуты к стенам, освободить место для танцев. А у окна стояли музыканты – такие же, как на атакэдер у Лаэны. Кроме музыкантов, в зале уже собралась невероятно пёстрая толпа. Все, как и Алькения с Лидой, уже были в маскарадных костюмах, и узнать, кто есть кто, было невозможно. Разве что некоторые приглашённые, судя по их болтовне, заранее сообщали друг другу, кем оденутся. А некоторых – например, Эльгана, одетого точь-в-точь как Каорен с миниатюр – можно было узнать в лицо. Некоторое время Алькения показывала всем Лиду, и причудливые создания великанскими голосами восторгались «Что за милая девочка!» Но вскоре кто-то пригласил Алькению на танец, и та шепнула приёмной дочке: – Беги на площадку, детка. Там уже много детишек гостей собралось. Кое-кого ты знаешь, они были на празднике у Лаэны. Лида про себя усмехнулась: неужели великанша всерьёз думала, что можно запомнить всех, кого она приглашали на атакэдер Лаэны? Ну что ж, конечно, её дело, пусть думает. Лида опрометью бросилась во двор – но не на украшенную лентами и фонариками игровую площадку, как считала Алькения. Девушка присела под замковой стеной, подальше от ворот, и поспешно поменяла наряд. Спрятав под платьем на этот раз бирюзовый шарик, она выпрямилась, отряхнула подол и непринуждённо направилась к парадному входу. Глашатай у дверей зала взглянул на неё, заговорщицки подмигнул и объявил: – Великая госпожа Эриана Прекрасная, властительница страны огня! Стараясь скрыть изумление, Лида со всей возможной величавостью проплыла в зал. Ничего себе! Вот, оказывается, какой ей попался костюмчик! Ну, видно, оно и к лучшему. С историей Эрианы Лида хоть как-то знакома, сыграть роль сможет. А был бы это облик какой-нибудь неизвестной ей Лалекии или другого персонажа в том же роде, ей угрожало бы разоблачение. Ей бы другие говорили о легендах, в которых упоминалась её героиня, а она бы непонимающе хлопала глазами. Вряд ли есть среди гостей кто-то, кто способен нарядиться не зная кем. Она присела за один из столов и от нечего делать попробовала наконец-то нормальные великанские блюда. Её ведь даже здесь, в Дженлере, кормили разжиженными пюре и кашками. А сколько вкуснятины ели взрослые! Лида отрезала себе большой кусок пирога, напоминавшего мясной, и стала понемногу есть, думая, как бы ей лучше поступить, чтобы, как она собиралась, узнать что-то полезное. Можно ждать, пока её пригласят на танец, и позволить кавалеру болтать, сколько хочет. Минус – она не знает местных танцев. Видела их только один раз, не считая сегодняшнего вечера… Так что один тур с ней великаны, может быть, и выдержат, но во второй раз её точно никто не пригласит. Ещё можно сидеть и с «учёным видом знатока», как Евгений Онегин, слушать разговоры окружающих. Но так тоже долго не просидишь… Пока она взвешивала все эти варианты, произошло нечто непредвиденное. То, чего Лида совершенно не приняла в расчёт. К ней подсела Алькения. – Здравствуй! – весело улыбнулась она, отрезая себе от того же пирога. – Я тебя раньше тут не видела. Ты не из Колнерка? Эльган говорил, что ждёт в гости родственницу из тех мест, госпожу Невиару. Лида кивнула, радуясь, что у неё вуаль с мелкой сеткой и лицо хорошо скрыто. – Приятно познакомиться, Невиара. А я Алькения из Зальрена, – безмятежно сообщила Алькения. – Приехала сюда два дня назад на переговоры, с дочкой приехала. Хорошо, что хоть хмыкать и мычать Лида могла. – Гм-м? – она всем видом выражала интерес. – Да, я не смогла оставить Эслиту одну. Она мне не родная – я нашла её брошенной в лесу – но я в ней души не чаю. Такая умненькая, славненькая, послушная девочка! Какая жалость, что немая… Лида сидела как на иголках. Пойти на такой риск – ради того, чтобы тупо слушать панегирики самой себе?! Как бы избавиться от Алькении? – Хочешь, я тебя с ней познакомлю? – предложила разговорчивая великанша. Оторопевшая Лида быстро замотала головой: этого не хватало! Нет уж, пусть Алькения ненадолго отвлечётся от мыслей о дочери! Тут её снова выручил кто-то из кавалеров, подойдя и пригласив Алькению на танец. Дождавшись, пока пара удалится от стола, Лида поскорее ретировалась в противоположный конец зала. Как хорошо, что здесь столько народу! Можно здорово спрятаться. Рядом с ней оказались два молодых человека, которых она накануне видела среди Умельцев. Они как раз обсуждали вчерашнее происшествие с Эслитой, пытаясь понять, почему девочка может так реагировать на лиокеру. Как раз когда Лида присела рядом с ними, один возбуждённо доказывал: – Двух мнений касательно Эслиты быть не может! Она наверняка из «серебряных ререни»! Ты знаешь, они могут заходить и так далеко на юго-восток. «Серебряные ререни» умирают в муках от любого вещества из группы оке. И на вид их детёныши почти неотличимы от наших детей. – У них, Вакиар, кожа с серебристым отливом, и это заметно, – возразил другой. – Кроме того, все ререни пользуются превосходно разработанным языком жестов. У Эслиты я такого не видел. – Возможно, у неё просто было тяжёлое потрясение, и она потеряла память! – не сдавался первый. – А что касается цвета кожи, у меня такие соображения… Какие соображения имелись у Вакиара, Лида так и не узнала. В зал ворвалась злобно кричащая толпа великанов. Впереди неё широченными шагами шёл Рейдан. Единственный из всех, он хранил молчание, но было видно, что он рассержен не на шутку. Лида в ужасе вскочила, закрыв лицо веером. Но Рейдан её и не заметил: он направлялся к молодым Умельцам, которые просто съёжились от страха. – Я давно говорил господину Эльгану, что вы все совершенно отбились от рук, – очень спокойно сказал он. – И сегодняшний случай тому подтверждение. Вы позволили себе продать несколько десятков фальшивых костюмов. Тут Лида и вовсе поспешно отступила в толпу и начала незаметно двигаться к выходу. Что же она наделала! Рейдан продолжал: – Сначала вы сообщаете, что не можете улучшить погоду над Дженлером, потому что это Запретные чары. Мы верим. Потом вы говорите, что не можете излечить тяжёлые раны, потому что лучшие целители вымерли, а новых пока не родилось. Мы верим. И вот вы начинаете открыто нам не повиноваться. Сегодня поддельные маскарадные костюмы, что мы получим от вас завтра? Поддельное оружие? Дальше Лида слушать не стала: она выскочила через чёрный вход с такой скоростью, будто была взаправду Золушкой, а часы били полночь. Лишь превратившись обратно в «жительницу воды» и зайдя на игровую площадку, она отдышалась. Её план больше не казался ей таким безупречным, как до начала маскарада. Она и забыла, что может украсть в том числе и костюм Рейдана. Кроме того, ей стало невероятно жалко тех двух юношей, на которых Рейдан из-за неё обрушился ни за что ни про что. А Умельцы, оказывается, и без того не на самом хорошем счету в Дженлере… Любопытно, почему? Спрятанный костюм Эрианы показался девушке тяжёлым, как свинец. Куда бы его деть? Может ведь выпасть из-под платья, и тогда не миновать неприятностей. Она снова вышла с площадки и зашвырнула шарик как можно дальше, за замковую стену. Ну вот. Если и наткнутся, то уже ничего не докажут. Ощущая себя закоренелой преступницей, Лида снова приплелась к великанятам, ждать Алькению. «Когда у меня будет голос, – подумала она, – одна из первых вещей, которые я сделаю – это извинюсь перед теми бедными Умельцами».