Немая малышка

Даже открыть книгу Лида не успела. В дверь раздался стук, Алькения, открыв глаза, сонно потянулась и приподнялась на кровати, и Лида едва успела спрятать «Каорена и Эриану» на место. Впрочем, великанша явно с удовольствием поспала бы ещё: она и к двери шла, поминутно протирая глаза и спотыкаясь. Так что она бы и не увидела, что там на полу рядом с её дочкой. Но осторожность не помешает никогда. За дверью стоял Рейдан. К Лидиной радости, целый и вроде невредимый, хотя и взлохмаченный. – Боюсь, Алькения, тебе придётся пока пожить здесь, – ничего не выражающим голосом сказал он. – Умельцы поставили вокруг замка барьер. – Что?! – сонливость Алькении как рукой сняло. – Надолго? – Пока мы не откажемся от подобных, по их словам, наглых притязаний. – Да что это за притязания-то? – Огненное киэль. – Огненное? Я н-не берусь судить, но это действительно, кажется, перебор. – А что ты прикажешь? – резко спросил Рейдан. – Эльган не отступит. Огонь ордену Ветра сейчас нужен больше, чем сотрудничество с коллегией Умельцев, и ты это сама прекрасно знаешь. – Но... воевать с Умельцами... – Мы с ними договоримся, – отчеканил рыцарь. – Ясное дело, им тоже не хочется прекращать союзничать с нами. Их и так сейчас мало кто поддерживает из богатых. – Неужели не обойтись без огня? Я думаю, Оласиан согласится на водное киэль, – с надеждой посмотрела на него Алькения. – Водное мы уже получали от Тальтена. Это ерунда. Чтобы одолеть пламеносцев, необходимо их бить их же собственным оружием. Да не переживай, выдаст нам Оласиан огненное киэль. – Выдаст он, выдаст! – к Алькении более-менее вернулось самообладание, и в её голосе послышались до тех пор не знакомые Лиде язвительные нотки. – Когда ещё это произойдёт! К тому же Оласиан может умереть в любой день, а его преемник из богатой и родовитой семьи; с его деньгами Умельцы смогут себе позволить лишиться такого покровителя, как Эльган. Вы пять арзэкоре будете дожидаться киэль. – Алькения, всё идёт как надо, – устало заявил Рейдан. – Как только мы уговорим этих полоумных снять барьер, поезжай с дочкой обратно в Зальрен и не путайся под ногами. – А может, кто-нибудь сможет пробить нам лазейку для выхода? – грустно посмотрев на Лиду, взмолилась великанская дама. – Не надо мне твоих намёков. Будто забыла, какие у Умельцев барьеры. – Может, мне подкупить самого Оласиана? – Алькения, такой хрупкой и пугливой особе, как ты, надо запрещать вообще пользоваться киэль. Оно требует сосредоточенности и ледяного спокойствия. Один раз ты уже лишила девочку голоса и устроила небольшую бурю в лесу (я узнавал, не делай невинное лицо!) Что будет в следующий раз? Ты отрежешь пару башенок от Дженлера? Лучше пересидите с Эслитой здесь, не пытаясь никого подкупить. Через экоре, ну через два, самое большее, барьер снимут, и вы поедете домой. Алькения нервно сцепила пальцы. – Ну хорошо. А чем у вас там кончилось? – Да как всегда, – отмахнулся Рейдан. Его ответ не успокоил великаншу, она как-то странно охнула, сморщилась и поспешно выбежала из комнаты – в сторону умывальни. Лида, забившаяся в уголок, удивилась: что же такое было в этом малопонятном для неё разговоре, из-за чего Алькении стало физически плохо? Рейдан явно хотел сказать великанше что-то ещё, потому что он по-прежнему терпеливо стоял у дверей. Вдруг окно гостевой комнаты распахнулось и в него влетел (Лида чуть сознания не лишилась от страха) огненный вихрь. Ничуть не смутившись, белокурый рыцарь протянул к этому вихрю руку, и тот тут же превратился в рыжий листок бумаги с белыми иероглифами. Пробежавшись глазами по этой записке, Рейдан пробормотал что-то, что было, судя по тону, замысловатым ругательством. – Эти пламеносцы! Стоит о них упомянуть – и пожалуйста... Но в настоящее время, господин хороший, – он с наслаждением разорвал письмо, – мне хватает забот и без вас с вашими головорезами. Лида припомнила, что Оласиан упоминал орден Пламени, явно враждебный дженлерским рыцарям. Вероятно, о членах этого ордена и говорил сейчас Рейдан. Потянувшись куда-то рукой, рыцарь снова проворчал что-то себе под нос и прибавил: – Всё, отныне не беру важных бумаг на собрания. Если эти Умельцы спалят все мои деловые письма... Эслита! – внезапно обернулся он к девушке. – Не возражаешь, если я позаимствую ненадолго твой набор для рисования? Внутри у Лиды всё похолодело. Протестовать она не стала – всё равно бесполезно. Рейдану явно нужно написать какое-то срочное письмо к пламеносцам, кто бы они ни были. Схватив коробку, Рейдан быстро открыл её. По полу покатились сверкающие шарики. Лида приготовилась к худшему. Однако, к её изумлению, Рейдан только хмыкнул и, не глядя на остальное содержимое коробки, вынул оттуда чистый лист бумаги и тёмно-лиловый корешок. За несколько секунд он настрочил короткое письмецо, поднял руку, и серебристый вихрь (по форме такой же, как огненный) унёс бумагу за окно. Убедившись, что послание отправилось в путь, Рейдан наклонился к рассыпавшимся волшебным костюмам. Сжав губы от напряжения, он создал ещё один серовато-серебряный смерчик, меньшего размера, и тот аккуратно всосал все шарики и развеялся. Лида смотрела на рыцаря, не веря глазам. Тот протянул ей набор назад. – Если ещё раз что-то чужое стащишь, тебя за это отшлёпает Алькения, – пояснил он. – Мне сейчас совершенно невыгодно выгораживать Умельцев перед Эльганом. Вскоре Алькения вернулась в комнату, и Рейдан как ни в чём не бывало сказал ей: – Всё же держись настороже. Кто их знает, этих Умельцев: на что они пойдут ради того, чтобы одержать верх? Эслиту от себя не отпускай. – Да, конечно, – вяло улыбнулась великанша. Рейдан кивнул и ушёл прочь. Следов от волшебных вихрей не осталось никаких, и Алькения, так и не узнав о сцене, разыгравшейся в её отсутствие, снова с облегчением легла спать. Лида решила последовать её примеру. Тем более что за окном уже спустились сумерки и понемножку начинался очередной звездопад.