Его жизнь. Часть 1. Фенрис

             

В величайших семействах Тевинтера нет простых детей.

      

Они совершенствуют какие-то черты,

      

уничтожают нежелательные и оставляют лучшие.

             В голове творилось демон разбери что. Дориан переворачивал привычный мир с ног на голову. Он буквально тараном сносил всё то, что казалось нормальным, показывая что-то совершенное другое. Очень непривычное. Очень странное. Очень непонятное. Фенрису казалось, что он попал в совершенно другой мир.       Долго лежать на полу Дориан ему не дал. Весело рассказывая что-то про виноград, вино, косточки, о его сладости мягкости и эротичности, он за руку потянул Фенриса за собой. И тому пришлось встать. И утопать следом в соседнюю комнату. От вида ванны в полу, нескольких десятков стеллажей и столиков с разнообразными банками, флаконами, тарелочками, стаканами, вазами… Фенрис встал в ступор.       По помещению витали всевозможные запахи, по которым сложно было определить, чем конкретно пахнет. А ещё Фенрис увидел на столах корзинки с разнообразными цветочными лепестками. Такой выбор в средствах для купания его удивлял — даже у Адрианы такого не было, а тут у юноши. Пусть этому юноше и двадцати нет — Фенрису казалось, что Дориан не многим его старше — но всё же он мужчина. Зачем ему столько всего? А это Фенрис не видел десятки халатов разных цветов, полотенец, мочалок…       Тихо посмеиваясь над ошарашенным эльфом, Дориан подвёл его ближе к бассейну и просто столкнул в тёплую воду. Благо тот плавать научен, вынырнул сразу и на господина глянул с недоумением — даже раздеться не дал. А Дориан, всё также обворожительно улыбаясь и виляя задницей, подошёл к одному из столиков, взял с него корзинку с сухими лепестками бордовых роз и, вернувшись к бассейну, сыпанул горсть, целясь в ещё более недоумевающего Фенриса — на него-то зачем?       Лепестки до невозможного быстро напитавшись влагой, обмякли и растеклись по телу вязкой жижей, от которой шёл приятный цветочный аромат. И только после этого и как потыкал в них пальцем, Фенрис понял, что это сделанное таким образом мыло или что-то близкое к нему. Жижица вроде и пенилась, но не так, как обычное мыло. Зато пахло приятнее и мягче. Пока Фенрис рассматривал «лепестки», не увидел, как Дориан спустился в воду.       — Вижу, первый раз сталкиваешься с подобным, — Дориан понимающе улыбнулся, но от Фенриса не укрылся его хитрый взгляд. Точно лис.       — Простите, господин, — Фенрис попытался склонить голову, но не рассчитал и окунул лицо в воду, вызвав бурю веселого смеха у Дориана.       — Какой же ты забавный! Плыви сюда, — Дориан похлопал по воде ближе к себе. Сам он сидел на верхних ступеньках широкой лестницы. Практически лежал на ней.       Фенрис послушно подплыл ближе и присел там, где хлопали.       — Штаны-то, хоть сними…       Под смешливый взгляд господина, Фенрис послушно разделся и, скидав одежду на край бассейна, вернулся на место, но Дориан пересел чуть выше. А потом и вовсе вытянулся поперёк ступеней, улёгшись на них животом.       — Разомни мне спину. И крем не забудь, — Дориан показал на большой бочонок в воде и расслаблено прикрыл глаза, положив голову на согнутые в локтях руки.       Фенрис даже немного удивился, что юный господин сам принёс средство, которое пахло розами и по цвету было нежно-розового оттенка. Особенно если учесть, что раб был под рукой. Можно же было и приказать принести. Но, как вариант, что Дориан не захотел ничего объяснять незнающему. Или же он был лучше, чем Данариус, который не отставал от раба, стоило тому показаться в поле его зрения.       Пересев повыше, чтобы было удобнее, Фенрис переставил бочонок, отложил крышку, которая незаметно от него начала отплывать всё дальше. Окунув пальцы в крем, он прислонил их к спине. Фенрис поначалу думал, что это из-за крема кожа Дориана ему показалось такой нежной и мягкой. Но нет. Как в итоге выяснилось, она такая и есть. Фенрису нравилось водить по ней руками, периодами сжимая пальцы на плечах — первый раз он делал что-то, что ему нравилось.       А с губ Дориана не сходила улыбка. Он чувствовал, с какой нежностью и осторожностью Фенрис к нему прикасается. У него это ассоциировалось с тем, как слуги в доме вытирают пыль с хрупких предметов. Сейчас было что-то подобное. Даже когда пальцы Фенриса сжимались на предплечьях, плечах или же, давя, скользили по бокам, это было предельно осторожно. А ведь воин. Но силу он «дозировать» умел. Конечно, как вариант, что он просто опасался, что сделает больно, а наказанным быть никто не хочет.       — Фенрис, ты специально? — сонно пробормотал Дориан.       — Простите, господин? — тот так и замер, не понимая, где ошибся.       — Игнорируешь её, — и с этими словами Дориан выпятил задницу, на которую Фенрис уставился большими глазами.       На такие формы нельзя было не засмотреться. Попка у Дориана подтянутая, ягодицы округлые. Нежная кожа. Да и вид в целом просто потрясающий. Не то что более мелкая попка самого Фенриса, вроде и есть за что подержаться, но рядом с Дорианом…       — Ты чего замер? — Дориан покосился на замершего статуей Фенриса, который с нелепо открытым ртом таращился на его зад. Весь его вид вызвал у него новую порцию задорного смеха, напугав и приведя этим Фенриса в сознание.       Лепеча извинения, Фенрис послушно сдвинулся чуть ниже…       — Сядь между ног, удобнее будет, — посмеиваясь, сказал Дориан и поднялся по лестнице чуть выше.       А Фенрис, красный от стыда и смущения, старательно пытался активнее двигать руками, при этом не сильно пялясь на ягодицы и то, что между ними. Либо Дориан сам, либо с помощью слуг, но везде он был гладко выбрит. Подмышки, ноги, пах, даже вокруг ануса не было ни единого волоска. Фенрис ещё в этом убедился, когда случайно провёл большим пальцем рядом с колечком мышц. Дотронулся и чуть не отскочил в сторону, а ну как господин подумает, что раб себе вольности позволяет.       Дориана смущённый вид Фенриса забавлял. Улыбка не сходила с его губ. От того, как Фенрис прикладывает максимум усилий, чтобы не позволять себе лишнего взгляда, вновь захотелось расхохотаться. Бедный эльф, сидит с таким выражением лица, точно рак варённый. Взгляд стыдливо отводит, но он всё равно тянется к местечку между ягодиц.       Дориану откровенно захотелось застонать в голос, от удовольствия. Хоть Фенрис в основном и поглаживал его задницу, но иногда забывался и начинал сжимать на ней пальцы. От этой хватки по всему телу разбегалось стадо волнительных мурашек. А когда Дориан, сделав вид, что пытается лечь чуть удобнее, развёл ноги шире, казалось, что у Фенриса душа в пятки ушла. От Дориана не укрылся его голодный взгляд. Раб рабом, но всё же он живой, а не бездушная вещь. И хоть рабы должны во всём себя сдерживать и тем более так не реагировать, но Фенрис был юн. И кровь в его венах горяча.       — Что ты о ней думаешь? — Дориан выпятил задницу и вновь вильнул ей из стороны в сторону.       — К-красивая… — сдавлено отозвался Фенрис.       — Хочешь её? — от развратно-хитрющего взгляда Дориана точно было не скрыться, а проникал он в самые глубины разума.       — Господин, я не смею… — Фенрис спустился ниже и встал на колено, опустив голову.       — Чего? Я же сам предлагаю! Ну же, — от елейно-нежного голоса Дориана у Фенриса у самого начали мурашки бегать, — ближе и сожми на ней руки так, как тебе самому хочется.       Фенрис сначала подумал, что ослышался. Однако весь вид и задница, которую Дориан продолжал старательно выпячивать, говорили о другом. Расценивая сказанное тем, как приказ, Фенрис придвинулся ближе. Руки скользнули по нежной коже бёдер, к ягодицам, на которых пальцы попытались сжаться сильнее, чем прежде, но из-за крема они постоянно соскальзывали. Но Дориану хватило и этого.       Волна возбуждения накрывала обоих. Ввиду своего возраста и положения, Дориан позволял себе много вольностей. Всё что ему хотелось — пока не был занят какими-то очередными исследованиями с учителем, — так это трахаться, напиваться до беспамятства, снова придаваться разврату и снова литрами пить вино. А какую знатную пьяную оргию он затеял в школе! Даже странно, что не выгнали. Хотя, насколько он понял, никто и не догадался, что это он был зачинщиком.       Именно поэтому он достаточно легко открывался перед Фенрисом. Эльф ему нравился. Красив, силён, неопытен — отчего хотелось дразнить его ещё больше. Дориан перехватил его руку и, под удивлённо изогнутые брови, провёл ею между ягодиц, про себя посмеиваясь над ним. Вымазанный в креме палец с лёгкостью скользнул внутрь, и Фенриса от этого тряхнуло. Кольцо мышц туго и плотно обхватило его, мелко дрожа от желания.       — Растяни её немного… — шепнул Дориан, удобнее вставая на ступеньках коленями.       — Господин, вы не обязаны делать это со мной, — неуверенно протянул Фенрис.       — Почему? Мне так хочется! Да и вы, думаю не против, — Дориан игриво подмигнул.       Фенрис не сразу понял, что тот имеет в виду, говоря «вы». Но потом он опустил голову, посмотрел на свой вставший член, и непонимание улетучилось в неизвестном направлении. Так как опыта в подобных делах у Фенриса не было, действовал он, как считал нужным. Дориан, по крайней мере, не жаловался, только тихо постанывал и шумно дышал, прикусывая нижнюю губу. Его дырочка растягивалась туго и под натиском пальцев расступаться не хотела.       Стараясь не сильно «плыть» от прикосновений Фенриса, Дориан охнул, когда тот склонился, проведя по анусу кончиком языка. Вот это действительно было волнующим. А ведь даже не просил. Но Дориану подобное нравилось, и мало кто на это соглашался. Язычок дразня, погружался внутрь, щекотал его, точно при поцелуе. До Дориана даже не сразу дошло, что Фенрис делает так же, как он учил его целоваться, когда языки сплетались и извивались змеями.       — Ну же… — с нотками нетерпения выдохнул Дориан.       Фенрис и сам уже еле себя сдерживал. Придерживая член, он прижал головку к анусу и несильно надавил. Более широкая часть члена с трудом протиснулась внутрь, и Фенрис под тихий вскрик и более долгий стон Дориана сам судорожно вздохнул. Оказавшись полностью внутри, Фенрис замер, наслаждаясь доселе не испытываемым ощущением, когда его собственный член оказался внутри кого-то. От того, что делали с ним, это отличалось как небо и земля, да и сравнению не подавалось, когда насилуют, не заботясь о подготовке от слова совсем, а когда всё происходит вот так, по согласию.       Дориан торопить Фенриса и не пытался. Хоть он и не задумывался, насколько рабу — именно рабу, а не слуге, — было тяжело, но он думал о себе. Член у эльфа был и не большим и не маленьким, размер был как раз, как нравилось ему. Ну, может, чуть-чуть бы побольше. Но даже от такой, ощущался в заднице он хорошо. Да и Фенрис явно наслаждался его тугостью, горячностью и тем, как стенки обволакивают его член.       — Эй, — выдохнул Дориан, и Фенрис вздрогнул, — когда он внутри, его там не просто держать нужно, а двигать, — Дориан тихо рассмеялся и покачнулся, отчего член выскользнул и тугой анус сдвинулся на другое место. — А теперь сам! — и он хитро подмигнул.       Нервно вздохнув и силясь успокоиться, Фенрис сжал его чуть ниже талии и попробовал подвигаться. Приятное и непривычное ощущение, когда его плоть сжимает чужое тело, толкало и пробуждало инстинкты. Что бы Данариус с ним ни делал, всё же Фенрис оставался мужчиной, и его желания были естественны. Но в тот момент, пока он трахал задницу очередного господина, он даже и не думал, что через пару недель, возможно меньше или больше, он будет вынужден вернуться.       — Сильней! — простонал Дориан, скользя пальцами по углу ступеньки, сжимая их в кулаки.       Послушно ускорившись, Фенрис, сильнее сжал руки на талии, чтобы от усилившихся толчков Дориан не долбанулся лицом о ступеньку. Удариться он не ударится, так как упёрся лбом в руки, но это пришлось сделать, потому что Фенрис брал его более несдержанно. И как бы тот ни пытался, успокоиться уже не мог. И даже не подумал, что его за это могут и наказать.       Яйца Фенриса звонко шлёпались о ягодицы громко стонущего Дориана. Они оба не знали, куда себя деть от происходящего удовольствия, поэтому первый активно двигался и мял бока, талию и задницу второго, который в ответ старался приподнимать бёдра, чтобы было удобнее. Вот только Дориан в скором времени отказался от этой затеи, так как Фенрис оказался сильнее, чем он предполагал.       — Андрасте! — Дориан тихо выругался.       Не успел Фенрис и слово сказать, как юный господин обильно окончил, а его анус при этом с такой силой и трепетом сжался на члене Фенриса, что тот не успел его вынуть — головка наотрез отказалась выскальзывать из плотно сжатого ануса. Но стоило кольцу самую малость расслабиться, как Фенрис частично излился внутрь, замарав его и снаружи. Хотя, сперма последнее, что должно было волновать их обоих, особенно, когда в нос ударил характерный запах.       — Демоны, — Дориан выругался ещё более отборной руганью и схватил полотенце.       Фенрису было плевать на грязный член. Плевать, что пахло и что вроде как должно быть мерзко. Он выдернул полотенце из рук Дориана, который пытался вытереть себя и взялся за это сам. Сначала начисто отмыл задницу господина, а уже после взялся за себя.       — Ты как? — спросил Дориан, смотря на Фенриса с нотками подозрения.       — Простите, господин, я не должен был делать этого, — чуть дрогнувшим голосом сказал Фенрис, привычно вставая на колено и низко опуская голову.       — Ты это из-за того, что кончил в меня? — не понял Дориан, а когда тот кивнул, залился громким смехом. — Вот ты забавный всё-таки.       Протянув руку, Дориан сцапал Фенриса за прядь волос и осторожно потянул на себя, вынуждая того лечь сверху. Чтобы дотянуться до его губ, Фенрису пришлось придвинуться выше. Дориан даже не сдержался и обхватил его ногами, чем прижался плотнее. Целовались долго. Страстно и несдержанно. Дориан бы и на второй круг пошёл, но вовремя опомнился, что надо бы себя лучше подготовить, а то замаранное полотенце выглядело не очень красиво.       — В следующий раз я подготовлюсь получше! — протянул Дориан.       Как на это отреагировать, Фенрис не знал. На задумчивого господина он смотрел выжидающе — подняться он не мог, так как его всё ещё сдерживали ноги. И судя по виду Дориана, он как-то совсем сильно задумался.       — Всё-таки, — протянул Дориан после нескольких минут молчания, отчего Фенрис даже чуть не уснул, — я хочу виноград.       Посмотрев на озадаченного Фенриса, Дориан издал короткий смешок. Сердце в груди после секса колотилось быстрым ритмом, и ему хотелось растянуться на кровати. И обязательно голым, чтобы ловить на себе голодные взгляды этих больших зелёных глаз.       — А ты меня поднимешь? — с любопытством спросил Дориан.       — Если вы меня отпустите, — отозвался Фенрис.       — Отпущу? — на удивлённо изогнутые брови, Фенрис осторожно провёл рукой по ногам. — А! Как-то само получилось, — Дориан расцепил замок, и Фенрис медленно поднялся.       Под заинтересованный взгляд Фенрис осторожно просунул руку под спину Дориана, молясь, чтобы он не выскользнул, так как крем смылся не полностью. Руки из-за этого приходилось напрягать сильно, но поднять Дориана труда не составило.       — Знаешь, не могу сказать, что секс с тобой был одним из лучших, но определённо в нём было что-то особенное! — заявил Дориан, нагло болтая ногами.       — Спасибо, господин, — отозвался Фенрис, не до конца понимая, хвалят его или нет.       — А тебе понравилось? — взгляд Дориана стал хитрым, и он облокотился на плечо Фенриса, смотря на него немного сверху.       — Это было… великолепно, — кашлянул тот, заливаясь краской смущения.       — Тащи меня на кровать! После такого нужно поваляться! И я хочу виноград. Обязательно чищенный! Я тебе сейчас покажу, как это делается.       Продолжая пребывать в шоковом состоянии от происходящего, — а это ещё день не закончился, — Фенрис вынес Дориана из ванной и озадаченно уставился на большой поднос с виноградом, стоящий на постели. День обещает быть ещё более странным…