Его жизнь. Часть 1. Фенрис

             

— «Настойчивость — сама себе награда». Есть такая тевинтерская поговорка.

             Дориан, уже умытый, переодетый, относительно отдохнувший, широкими шагами шёл в сторону библиотеки. С решительным выражением лица, он надеялся, что сделает всё, что только можно, и отсутствие желания трудиться помехой не станет. Как же он ошибался…       Фенрис в библиотеке дома Павусов за всё время был дважды. Размерами она была больше, чем у Данариуса раза в три. В два этажа, с десятками полок и длинных шкафов, с сотнями книг, она поражала своей утончённостью. Свисающая с потолка огромная люстра, сделанная из прозрачного стекла, отчего стержни в ней казались какими-то расплывчатыми, если смотреть на них сквозь причудливо изогнутое стекло. Множество самых разнообразных по толщине белых свечей. Приятный мягкий бордовый ковёр под ногами. Стены, как и во всём доме, из светлого камня, да ещё и украшенные причудливой резьбой, делали её более необычной. А какой там стол! Фенрису он жутко нравился: огромный, на вид грубый, круглый и состоящий из невообразимого количества «веточек», которые переплетались между собой. Столешница, несмотря на это, была идеально гладкой, а в местах, где стояли стулья, виднелись небольшие углубления, чтобы сидеть было удобнее. Когда Фенрис первый раз увидел стол, минут десять на него просто таращился, пытаясь понять, как же мастеру удалось провернуть подобное. Наверняка не один день трудился.       А ещё Фенрису нравились доспехи. Почти у каждого стеллажа стояла подставка с ними. Конечно, всё было скорее для красоты, нежели настоящим. Но смотрелось красиво и внушительно, здесь бы каждый согласился. Дориан даже посмеялся, что для Фенриса любое воинское облачение будет велико, размеров этак на… много. А Фенрис смутился и мысленно обругал себя за то, что посмел отвлечься.       Хоть книги и внушали уважение, но Фенрис не понимал, зачем на стенах кое-где висели настоящие мечи и посохи. Для него это было странным украшением. Но ему ли судить магов? Один двуручник Дориан позволил снять со стены — сам же его и выбрал. Ему было интересно, сможет ли Фенрис выдержать такую махину хоть сколько-то времени. Выдержал. Меч весил немало, да и слишком длинная гарда мешала делать замах, и как бы Фенрис ни перехватывал меч, она всё время мешалась и упиралась в руку — она чем-то напоминала крылья и зачем-то изгибалась наверх, к руке. То ли у неё какая-то особая цель — помимо мешать воину сражаться, — либо, всё-таки, меч сделан для красоты. Дориан тогда высказался, что Фенрису нужен более скромный меч и не такой огромный, а то выглядит больше, чем он сам.       С тех пор ничего и не изменилось. Фенрис посмотрел на массивный стол из светлого дерева, на разложенные по нему аккуратными стопками бумаги и книги. Но это ненадолго — стоит Дориану сесть, как тут же будет устроен лёгкий хаос. Наблюдая за Дорианом, что было достаточно часто, особенно, если учесть моменты, когда он сидел рядом и чистил виноград, Фенрис удивлялся, как тот не путается в своих записях и бумагах, которые перекладывает раз за разом в разные места. Но видимо не путался, раз делал.       Дориан за стол сел с таким тяжким вздохом, что Фенрис даже испугался, что тому стало плохо и у него приступ. Он застучал ногами и забарабанил по столу, точно капризный ребёнок. Эта борьба с ленью продлилась недолго и, взяв себя в руки, Дориан склонился над бумагами. Фенрис тут же поставил рядом большой подсвечник, чтобы было светлее, и с интересом уставился на большой поднос с тарелкой винограда, на набор для его чистки и тарелочку для косточек. Поставившая это эльфийка еле заметно ему улыбнулась, поклонилась хозяину и удалилась делать свои дела.       — Пятая секция, вторая полка, две книги с рыжеватым переплётом, — сказал Дориан, и Фенрис легко поднялся с места, успев очистить только одну ягоду.       Данариус в буквальном смысле вбил в Фенриса схватывать всё на лету и держать в пустой голове, как можно дольше. Поэтому часть Фенрис запомнил с первого раза, другую со второго. Юный господин часто пользовался именно этой секцией, поэтому Фенрис знал всё на зубок. А если учесть, что не было сказано, какой конкретно стеллаж нужен, Фенрис с ориентировался на цвет корешка. Вскоре нужные книги легли на стол возле Дориана, и тот снова начал тихо ругаться, что дело ему не нравится.       Фенрис шустро очищал виноградинку за виноградинкой, жуя кожуру и выгребая косточки в отдельную чашку. Если Дориану вновь требовалась какая-то книга или унести ненужные, Фенрис быстро вытирал руки о салфетку и шёл куда было сказано. Возвращался и снова за чистку.       — Мне кажется, — после пары часов работы протянул Дориан и подпёр голову сжатой в кулак рукой, — я от этого задания тупею. Все эти формулы, расчёты… кому надо?! Да никому. Всё больше думаю над тем, что отец просто потребовал от моего учителя, чтобы он завалил меня подобной работой и я не рыпался. А у нас с Алексиусом договор: он учит меня чему-то иному и более интересному, а я взамен слушаюсь каждого слова. И зачем я это пообещал? — Дориан потёр виски и, откинувшись на спинку стула, устало по нему растёкся.       Подождав пару минут и поняв, что юный господин явно пока что возвращаться к учёбе не собирается, Фенрис пересел ближе, взял чищенную половинку и осторожно потыкал ему в губы. Дориан, приоткрыв один глаз, глянул на него с хитринкой и вместе с виноградом прикусил и его палец. А потом так активно обсосал, что у Фенриса кровь к паху прилила.       — Не смотри так, — рассмеялся Дориан и сам взял пару половинок. — Сначала работа! — и он вновь склонился над бумагами. — Можешь пока побродить тут, — протянул Дориан, смотря на количество почищенных ягод и подтягивая тарелку к себе поближе.       Поклонившись, Фенрис переставил тарелку с оставшимся виноградом так, чтобы не мешалась, и начал ходить из стороны в сторону. Он рассматривал картины, которые не успел рассмотреть в прошлый раз, изучая изображённые баталии, воинов в полном доспехе и магов, что творили свои страшные заклинания. Но всё это он сделал как-то быстро — и часа не прошло. Фенрису стало скучно. Было как-то непривычно, что он ничем не занят. Данариус и минуты свободной не оставлял, вынуждая заняться хоть чем-то. Ничего лучше не придумав, Фенрис вернулся к чистке винограда. Хотел было пресс покачать, но почему-то ему показалось, что это будет кощунством по отношению к библиотеке.       — Знаешь, — со вздохом протянул Дориан, устало потирая глаза, — иногда мне кажется, что моё задание — это как беготня пса за хвостом. Всё то же самое. Ничего не меняется и с места не сдвигается. — Он воззрился на Фенриса задумчивым взглядом и ушёл в свои размышления, уставившись в точку на его плече.       Фенрис украдкой поглядывал на юного господина, активно начищая виноград, хотя и первая порция была ещё не съедена. Дориан, издав очередной тяжкий вздох, растёкся по столу.       — Не хочу я этим заниматься! Не хочу! Я думал! Надеялся! Что занятия с тобой меня немного расшевелят! Но нет! Всё равно не хочу! Хотя, надо признать, это немного отвлекло, — Дориан отбросил перо, смял несколько бумажек и швырнул в сторону. — Не то. Бред, — новая бумажка полетела на пол. — Ерунда. Всё гораздо сложнее! И что мне делать?! — ещё несколько записей были разодраны в клочья и дождём раскинуты над головой, отчего Дориан был в итоге усыпан обрывками. — Что я делаю не так?       — Простите мою дерзость, господин. — Поднявшись, Фенрис склонил голову. — Позвольте я вам помогу.       — Чем? Напишешь всю эту чушь вместо меня? — Дориан откинул учебник и недовольно сморщил носик.       — Такому я не обучен, но могу сделать массаж, — Фенрис склонился ещё ниже.       — О-о… — игриво протянул Дориан и прошептал: — И что же конкретно ты хочешь мне помассировать?       — Всё, что захотите, — с лёгкой заминкой пробормотал Фенрис.       — Ты опять покраснел! — Дориан весело рассмеялся. — У тебя это так мило получается! Что ж, не откажусь от твоего предложения! Только, чур, раздеваешь меня ты! И только верх, а то чую, я совсем не соберусь…       Фенрис обошёл стол, встал позади Дориана и привычными движениями расстегнул заклёпки и замочки. Белая туника и рубашка, аккуратно свёрнутые, легли на соседний стул. Фенрис осторожно сжал пальцы ближе к шее, замечая, как смуглая кожа покрывается мурашками. Взяв себя под контроль, Фенрис задвигал руками, перебегая по плечам, разминая как плечи с шеей, так и предплечья. Дориан издал тихий стон и сильнее откинулся на спинку, постаравшись сесть повыше.       — Ты невыносим! — простонал Дориан, когда крепкая хватка обеих рук Фенриса на диво ласково сжалась на одном плече.       — Простите, господин, я сделал что-то не так? — слова юного господина Фенрис интерпретировал несколько иначе, и ему показалось, что тот недоволен.       — Ты, вроде, и силён, но в тот же момент такой нежный! Это будит во мне далеко не рабочее желание. — Дориан обернулся, и Фенрис замер истуканом, не понимая, то ли продолжать, то ли прекратить. — Хитрец! Ты специально меня отвлекаешь, чтобы я уделил максимум своего внимания тебе и не успел выполнить свою работу! А потом получил, нагоняя от отца.       — Нет, господин, я ни о чём таком не помышлял, — Фенрис всё же отошёл и встал на колено.       — Глупый, я же в хорошем смысле!       — Если ваш отец отчитает вас за невыполненное задание, это хорошо? — не понял Фенрис.       — Э… — выдал Дориан и на несколько секунд застыл. — Действительно, прозвучало как-то странно! Но я не об этом! — он пожал плечами. — Вернись к моим плечам! Они так и жаждут твоего внимания! А моего внимания жаждут эти… эти… — Дориан тихо выругался и, дотянувшись до пера, вместе со стулом ближе подвинулся к столу.       Фенрису пришлось помочь Дориану пододвинуть стул, а то нервозность начала зашкаливать, и он задёргал его так, что чуть не свалился. Само собой, никакой благодарности за это не было, и Фенрис взялся массировать плечи, отчего Дориан очень быстро успокоился. Успокоился, поработал от силы часик, а потом, сев относительно прямо, полностью отдался во власть Фенриса и его рук на своих плечах. Особенно Дориану нравилось, когда тот большими пальцами начинал разминать точку на затылке — спать от этого хотелось ещё больше. Не просто спать, Дориан и правда засопел, и Фенрис даже не сразу это понял.       Что делать и как быть, Фенрис думал недолго, предельно осторожно отодвинув стул, он подхватил юного господина на руки и, стараясь не сильно его трясти, направился в сторону комнаты. На удивление, не было видно слуг. Складывалось впечатление, что в этом большом доме только они вдвоём.       Бережно положив Дориана на кровать, Фенрис сбегал в библиотеку, забрал оттуда все вещи, раскладывая их по местам в комнате. Стянул с юного господина ботинки со штанами, Фенрис только взялся его переложить удобнее, как в дверь тихо постучали. Накинув на Дориана одеяло, чтобы прикрыть всё непотребство, Фенрис бросился к двери.       — Для господина Дориана письмо от отца. — Девушка служанка показала конверт. — Срочное.       — Господин только что уснул, — неуверенно протянул Фенрис и оглянулся на кровать.       А Дориан на постели вяло пошевелил конечностями и так же сел. Увидев слуг в дверях, он завалился обратно и с головой накрылся одеялом.       — Пойдём, — Фенрис шире открыл дверь, впуская служанку, и первым поднялся по лестнице. Возле кровати он замер и, поклонившись, негромко сказал: — Господин, вам письмо.       — От отца, — добавила служанка, с лёгким недовольством, глянув на Фенриса.       — Ой, да что ему от меня надо-то? И так запер в четырёх стенах.       Фенрис переглянулся со служанкой, и та пожала плечами.       — Это срочно, — служанка говорила мягко, словно упрашивала раскапризничавшегося ребёнка успокоиться.       — Он всегда говорит, что срочно! — возмутился Дориан. — А там очередная ересь! Или что-то типа: «Дориан, ты всегда вот такой»! — он попытался сказать это голосом отца, но вышло не очень. — А какой я?! Самое страшное, что я его не слушаюсь! А как буду слушать, если он меня не слышит и гнёт своё?! — он с возмущением уставился на слуг, а те замерли столбами, не зная, что на это сказать. — Дай сюда! — Дориан потянулся за конвертом и тут же разорвал его, доставая свёрнутый вдвое листок. — Фенрис, — он поболтал ногами в воздухе, — разомни мне ноги. А то я нервничаю, а это меня успокаивает!       Учтиво поклонившись, Фенрис присел на колено и сжал ступню возле пальцев, начиная легонько массировать. Дориан блаженно выдохнул и всё же взялся за изучение послания. Служанка посматривала то на читающего господина, то на Фенриса, который явно никакого дискомфорта от происходящего не испытывал.       Пальцы Фенриса скользнули ниже, поглаживающими движениями по бокам, к пятке, с неё по середине. Сначала Дориан просто прикусывал губу от удовольствия, чувствуя, как желание растёт всё больше. И к неожиданности всех, стоило пальцам Фенриса нажать на точку в центре ступни, он громко вскрикнул и прогнулся в спине. Служанка, которая всё ещё стояла поблизости, сама с испугу вскрикнула и подскочила. А из-за неё вздрогнул и Фенрис, отчего пальцы на туже точку, надавили ещё сильнее и Дориан, глухо застонав, накрыл лицо руками.       — Фенрис?! — Дориан уставился на него хитрым взглядом и растянул губы в улыбке.       — Приношу свои извинения, господин, я это ненамеренно… — Фенрис развёл руки в стороны и склонил голову, из которой совершенно вылетело, что у Дориана там особое место.       — Шалун, — рассмеялся Дориан, — отвлекаешь меня от срочного письма отца! В котором он предупреждает, что будет в ближайшие дни.       — Простите…       — А ты чего здесь? Или, я так понимаю, нужен какой-то мой ответ?       — Да, отец ждёт его от вас, — кивнула служанка. — Как и посыльный внизу, который доставит его обратно.       — Что за невезение?! — Дориан постучал пяткой о колено Фенриса и швырнул письмо на пол. — Я не хочу писать ответ.       — Отец вновь будет вами не доволен и снова возьмётся отчитывать, — неуверенно произнесла служанка.       — Чем быстрее напишу, тем быстрее ты оставишь меня в покое! — фыркнул Дориан. — Неси перо и чернила с бумагой. Фенрис, прошу продолжай, только не так активно. — он игриво подмигнул и, пока девушка ходила за требуемым, перевернулся на живот, прикрыл задницу одеялом и с тяжким вздохом принялся строчить послание в ответ.       Фенрис провёл пальцами рядом с точкой и снова надавил. Дориан, обернувшись, поднял вторую ногу и провёл большим пальцем по щеке Фенриса. А тот в ответ недоумённо изогнул брови, не понимая, что сделал не так, ведь к тому месту он не прикасался.       — Дразнишь меня?       — Господин? — лицо Фенриса стало ещё более недоумённым.       — Ладно. — Дориан в один мах смёл всё на пол, не заботясь о том, что чернила расплескались и протянул служанке письмо. Та приняла лист, низко поклонилась и поспешила на выход. — А теперь, — Дориан перевернулся и хваткой ног остановил Фенриса, который бросился спасать ковёр от чернильной кляксы, — куда собрался? — и, не дав тому и слова в ответ сказать, как только крепче сжал прижатые к щекам ноги и потянул на себя. Фенрис от этого чуть носом в его член не ткнулся. — Думаю, — взгляд Дориана стал весьма красноречивым, — мы можем себе позволить немного пошалить!