Его жизнь. Часть 1. Фенрис

             Лаэтаны. В основе класса — маги, рождённые в семьях, не имеющих магической истории, или семьях, которые поколениями использовали магию, но не могут проследить свою родословную до Сновидцев. Они происходят из семей простолюдинов (Сопорати). Хоть они и не обладают всеми преимуществами альтусов, наличие магического дара ставит их выше большинства горожан Тевинтера.              До руин, и правда, оставалось рукой подать. Тела тал-васготов оставили там же, где и повергли, рассудив, что у них нет времени на похороны. Фенрис хмыкнул — маги, хоронящие врага? Это было бы что-то новенькое! Максимум швырнут огненный шар, чтобы сжечь, как получится, и на этом всё.       Называть город, у которого буквально обвалилась стена в паре мест, да рухнуло несколько ближайших к ней домов, руинами было слишком. В целом, город, чьего названия никто не помнил, для житья и обитания был пригоден. Подлатать стену, и готово. Да и от Алама он не далеко.       Почти каждое строение было покрыто слоем копоти, грязи, крови и чего-то ещё. Явно здесь когда-то бушевал пожар, о чём говорили обгоревшие деревянные постройки. Под ногами то и дело мешались камни, что торчали из земли, создавая помехи. В городе стояла давящая на уши тишина.       Впереди шёл воин со щитом. Он старательно осматривал все углы и повороты, готовый прикрыть магов и разбойников за его спиной. Замыкающим шёл Фенрис. Перед ним в шаге два разбойника. К воину с двуручным мечом они старались сильно не жаться, но чаще всего расстояние было небольшим. Это опасение было вызвано, как ни странно, длинной меча и ситуацией, если бы на них напали. Махни Фенрис своим оружием — и скосил бы впереди идущих стражников, как нечего делать. Особенно, если прибегнет к силе клейм.       Клейм… Из-за адской боли в них, Фенрис не то что про бой не думал, даже о побеге, ведь момент был очень подходящим. Буквально бы чуть-чуть силы, со спины успел бы сразу нескольких убить. Но нет. Голова гудела так, точно ему на неё надели кастрюлю и, не жалея сил, долбили половником. От этого или же от усталости, перед глазами то и дело вставала пелена, а если не она, так просто плыло от головокружения. Напади на них в тот момент, и Фенрис не был уверен, что сможет даже элементарно защитить самого себя.       Наёмник как-то отметил, что воли Фенрису не занимать. Его тяга к саморазвитию была неосознанной, но она толкала его к действиям. И чем больше это будет происходить, тем активнее Фенрис будет продвигаться к идеалу. А, как известно, у идеала нет конечной точки. Нет предела совершенству…       В какой-то степени, Фенрис и сам это подмечал. Чем чаще он сталкивался с реальной опасностью (наказания и бои с учителем он в счёт не брал, так как там за жизнь можно было не опасаться, только за здоровье), тем охотнее ему поддавались способности от клейм. Сейчас это ещё не совсем заметно, но ведь чувствуются они лучше! Ещё бы как-то смириться с болью и научиться не замечать её в бою.       Конечно, перспектива всю жизнь прожить охваченным агонией от меток Фенриса не прельщала. Но где здесь выбор? Оставалось только терпеть, терпеть и ещё раз терпеть. И, как итог, смириться. Спать она почти не мешала, только отдых получался сомнительным. Но лучше, чем совсем ничего.       По всему телу Фенриса, от пят и до кончиков острых ушек, прошла сильная дрожь. Перед глазами всё помутнело так, словно свет резко вырубили. Он сделал несколько неуверенных шагов, опираясь на слух и тихую ругань магов. Постепенно, слишком уж медленно, темнота спадала. И хоть боли в клеймах меньше не стало, взгляд прояснился полностью. Да и давление в черепе спадало следом же. Выносливость постепенно накапливалась, но физическая усталость не давала сделать это резвее и в полном объёме. Присесть бы на часок или даже вздремнуть, и было бы великолепно. Но где уж там…       Воин уверенно продвигался ближе к центру, где стояла башенка со сломанным шпилем. Как Фенрис смог понять, это здание используется теми, кто командовал городом, для советов и чего-то подобного. Этакий магистериум. Только в разы меньше. Туда-то магессы их и вели.       Слушая приказы главной мадамы, воин был готов начать волком выть. Но это ничего. Не так страшно. Важно лишь то, что голос она не повышала, а до её шипения не должно было быть дела.       До самого здания им так никто и не встретился. Фенрис, чей слух был острее, мог поклясться, что слышал какой-то звук, точно камень крошится под чьим-то тяжёлым сапогом. Но, так как звук отдалялся, как будто некто убегал, Фенрис промолчал. Да и не гоняться за кем-то они сюда пришли. Первостепенная задача — найти бумаги, имеющие важность и ценность, если они не сгорели от пожара или не вымокли из-за проливных дождей, вода от которых активно просачивалась сквозь щели и дыры в потолке.       Первым в дом сквозь зияющий мраком дверной проём прошёл воин. Следом за ним разбойники с кинжалами и только потом магессы. Фенрис и лучники истуканами замерли возле дверей. Двуручником в помещении слишком сильно не помахать, а для лучников большое количество препятствий. Но если вдруг в доме засада, Фенрису и остальным придётся прийти на помощь.       В доме царила разруха. Что не удалось уничтожить огню, подпортила вода. Не обошлось без мародёрства, ибо то, что имело хоть какую-то ценность или же полезность, было вынесено. Валялись осколки битого стекла, куски стены, раскуроченная мебель. Шторы, гобелены, подсвечники, посуда… что-то помято, что-то разбито, что-то унесено в неизвестном направлении. Смотря на всё это, все начали сомневаться, что нужные документы остались нетронутыми.       Уставшие от нескончаемой войны местные жители искали любой способ, дабы унять собственный гнев. Им было не важно, чью сторону принимать, они готовы были пойти на многое. Их не пугала перспектива союза и с имперцами. Однако охотнее они помогали мятежникам, а кое-где и умеющим красиво говорить кунари.       Женщины, не без помощи стражников, перевернули весь дом, докуда смогли добраться, верх дном, наплевав на шум. Грохот долбил по ушам Фенриса, который ещё не пришёл в норму. Это отвлекало его от «слуха». Вслушиваясь в окружающие шумы, он пытался предотвратить неожиданное нападение, если бы такое имело место быть. Но истеричные вопли слишком сильно отвлекали и перекрывали всё остальное.       — Ничего нет! — взвыла старшая магесса, отшвыривая тумбочку в сторону.       — Успокойся, — поморщился разбойник. — Твои вопли могут привлечь внимание.       — Не смей мне тыкать! — с нотками угрозы прошипела магесса.       — Как прикажете. — Разбойник делано вежливо поклонился и отступил — пререкаться с истеричной женщиной он точно не хотел.       — Обыщем всё здание! Должно же было остаться хоть что-то!       Тихо ругаясь, наёмники взялись за дело. Пришлось подключиться и тем, кто оставался на улице. Стражники, недовольно матерясь, под понукания магесс шарили по всем углам. Фенрис молчал. Только иногда поглядывал на рядом ходящего лучника, что костерил всех магистров, магов, лаэтанов, альтусов… От крепких выражений, что стражник использовал, нисколько не страшась, у Фенриса начали уши в трубочку сворачиваться. И не сказать ведь, чтобы заткнулся.       — Ты как? — замолчав, лучник уставился на хрипло дышащего Фенриса, который переворачивал тяжёлый платяной шкаф, упавший на пол.       — Господин? — Фенрис даже не понял, что обращаются к нему.       — Хрип, тебя трясёт, выглядишь так, точно у тебя жар. Вот и спрашиваю: как ты?       — Благодарю, господин, я в порядке. — Фенрис учтиво поклонился.       — Знаешь, а ведь у тебя есть шанс. — Стражник с интересом посмотрел, как Фенрис всё-таки перевернул шкаф, аккуратно кладя его закрытыми дверцами вверх.       — Простите? — выпрямившись, Фенрис недоумённо изогнул брови.       — Сам догадайся, — рассмеялся тот и взялся за дверцы.       Ничего не понимая, Фенрис смотрел, как подмигнувший стражник достаёт отмычки и начинает ковыряться в проржавевшем замке. Ковырялся долго, но механизм отказывался поддаваться. Вновь выругавшись, разбойник сменил отмычки на другие и повторил манипуляции. Результат остался тем же. В очередной раз выругавшись, он поднялся на ноги, подёргал за ручки, одна из которых осталась в его руке.       — Так, — откинув часть шкафа, разбойник уставился на Фенриса. — Давай-ка, применим грубую силу. Наверняка, — он отпрыгнул в сторону, подпуская того ближе, — там что-то интересное, иначе чего бы он был заперт.       — А почему его не разобрали в таком случае? — спросил Фенрис, разглядывая массивный платяной шкаф.       — Хороший вопрос, но вот, ответ мы на него вряд ли найдём. Если, конечно, оттуда магия какая-нибудь не шарахнет, когда внутрь заглянем. Сразу ответы на все вопросы найдутся! Так что, когда будешь открывать, поосторожнее. — С этими словами, разбойник отошёл подальше.       Нервно сглотнув, Фенрис склонился над дверцей. Однако, как бы он ни прислушивался к ощущениям, никакой магии не чувствовалось. Надеясь, что её и нет, Фенрис протянул руки. Нисколько не удивился, когда и вторая ручка была выдрана с корнем, зато в образовавшиеся проёмы он просунул пальцы и, сжав деревяшку, искоса поглядел на разбойника. А тот в ответ так вылупился, что даже смешно стало. Стражник сделал ободряющий знак и, начав широко улыбаться, скаля зубы, сделал ещё шаг назад.       Вдохнув и выдохнув, Фенрис потянул дверцы на себя. И всё бы ничего, но доски выгнулись небольшой дугой, а открываться не желали. Наотрез отказывались! Фенрис даже удивился. В итоге, пришлось прибегнуть к помощи клейм, но даже тогда двери артачились, не желая ни распахиваться, ни ломаться в целом. Разбойник и сам уже начал подходить, с желанием помочь эльфу, считая, что тот слишком сильно вымотан, поэтому и сил не хватает.       Напрягая все мышцы, Фенрис издал тихий рык, упёрся ногами в шкаф и резко дёрнул. Раздавшийся треск и полетевшие в разные стороны куски дерева, заставили разбойника присесть. А Фенрис, от неожиданности, не успел сгруппироваться и грохнулся на пол, долбанувшись затылком о стенку.       — Живой? — полюбопытствовал разбойник.       — Живой, — шипя, отозвался Фенрис, потирая свою и без того гудящую голову.       — Хорошо! — хохотнул разбойник.       Фенрис застыл на месте, когда тот, подойдя к нему, протянул руку, чтобы помочь подняться. Перед глазами, точно это было секунду назад, встала картина с наёмником, которому он вот так же протягивал руку. Понимая, что ему ничего не грозит, а в случае чего, он успеет защититься, Фенрис принял помощь.       — А теперь, посмотрим, что тут! — хлопнув Фенриса по руке, разбойник развернулся к шкафу.       Когда Фенрис его ворочал, внутри ничего не бренчало, так что мыслей о банках-склянках и подобном, сразу отпали. И зря. Оба парня с озадаченными лицами уставились на вкрученные в полки держатели, в которых были закреплены колбы.       — Даже странно, что никто его вскрыть не попытался, — вздохнул разбойник. Не успел он дотянуться до первого держателя, как в комнатушку ворвалась старшая магесса.       — Что у вас?! Почему не позвали?! Вы что, хотели что-то скрыть?! — рыча волком, она уставилась на замершего стражника, а после на Фенриса.       А те, переглянувшись, пожали плечами.       — Ничего мы не хотели скрыть, просто разбирались с этой мебелью, — отозвался разбойник, пнув щепку.       — Что там? — женщина подошла ближе, грубо оттолкнула стражника, да так, что тот чуть не грохнулся, но Фенрис его придержал.       Отойдя, разбойник вновь принялся материть жаждущих власти лаэтанов и им подобных. Фенрис на него покосился и чуть улыбнулся — вот бы ему столько смелости.       Магесса в останках ковырялась долго. Она просматривала каждую колбу, подставляла их свету, трясла и ставила обратно. Когда проверила все, потребовала, чтобы ей дали мешок, куда бы она все образцы сложила. Затем она нашла несколько бумажек и принялась их изучать. Пришлось факелы зажечь, а то темнело.       — Я так понимаю, — одними губами прошептал воин, когда все стражники и Фенрис отошли немного в сторону, куда их отогнали магессы, — нам тут заночевать придётся.       — Что конкретно тебя страшит? — спросил разбойник, что «помогал» Фенрису выламывать дверцы.       — Не очень хорошее место. Даже в той комнате дыра в стене — закинуть какую-нибудь ловушку, и готово.       — И какие предложения? — посмеиваясь, полюбопытствовал лучник.       — Никаких, — коротко хохотнул разбойник, и все согласно закивали.       Правильно, против воли магесс никто не пойдёт. А они так в бумаги зарылись, что и не оторвать. При этом женщины на мужчин косились так, точно те — засланные шпионы или убийцы, которые все эти документы хотят отнять. Стражники и сами над ними посмеивались, что для Фенриса было странным и не привычным. То ли дело, когда все стелятся перед магами, а тут…       — Что делать прикажете?       — Задержимся, — отозвалась старшая. — Найдите комнату, чтобы можно было остаться на ночлег и не попасть в заварушку.       Стражники покивали, вышли из комнаты и разбрелись по зданию, выполняя приказ. Они тихо ругались на магов, уделяя особое внимание их умственным способностям. Все считали, что в этой зоне не безопасно. Даже за стенами Алама и то не лучше.       Как найти более удобное место для ночлега, для всех было загадкой. Комнаты, все как одна, с пустыми оконными проёмами. На втором этаже местами обвалился пол. Лестница держалась на честном слове. Кое-где на полу уже начал расти… в общем, что-то росло. Никто из стражников так и не смог понять, грибы это или мох. Как вариант, что ни то, ни другое. Фенрис и вовсе не подходил, а ну как «дыхнёт» от растения чем-нибудь, да потравит всех. С этими же мыслями, никто к ним и пальцем, да и вообще, ничем не прикасались.       — Бессмысленно искать в этом доме хоть что-то подходящее, — протянул разбойник, шагая за Фенрисом.       — Если не найдём, маги нам весь мозг выклюют, — вздохнул воин.       — Да тут дом непонятно как держится. Ты посмотри, стены осели, везде трещины, того и глядишь развалятся вот-вот. И нас под собой погребут, — отозвался разбойник.       — Не говори под руку, — шикнул на него лучник.       — А я и не говорю, — фыркнул тот. — Это констатация факта, друг мой. Да и ты сам всё прекрасно видишь. Вот, грохнется тебе на бошку камень, помянешь меня потом. С того света.       Стражники залились дружным гоготом. А Фенрис… у него всё больше складывалось впечатление, что он попал в другой мир. Для него подобное было настолько чуждым, что он не знал, как реагировать. Можно было немного порадоваться, что хозяин не дышит в затылок и не пытается к нему приставать, но страх от того, что тому не понравится хоть что-то, гнал нехорошие мысли прочь.       Самым же забавным было, что на это дело его сподвигла Кэйтлин. Данариус был в какой-то степени против, но стоило молодой женщине обратить свой взор на магистра, как он поддался её пленительным чарам. Фенрис не знал, было ли между теми двумя что-то, да и не хотел знать, но он определённо был ей благодарен. Как она и говорила, он получил опыт в вылазках, проявил себя неплохо разбирающимся в следах, как воин и защитник. Главное, чтобы Данариус ему голову не оторвал…       — Не знаю, — воин поморщился, — но из всего, что мы видели, — он зашёл в обширное помещение с десятками столов, одним более широким окном, чем в остальных комнатах, а самое главное, что на нём держалась решётка, — это лучшее.       — Зовите их, — вздохнул лучник.       — А как думаете, — причмокнул губами разбойник, — что они там нашли такого, что пытаются скрыть?       — Не лезь в это, — поморщился лучник.       — Вот-вот, — покивал воин. — Рвущиеся к власти лаэтаны не перед чем не остановятся и никого не пощадят…