Его жизнь. Часть 1. Фенрис

             Звания духовенства (Бен-Хазрата). Арикун — глава духовенства (вроде верховного жреца Кун). Является членом правящего триумвирата Кунари.              С трудом разлепив глаза, Фенрис плавающим и двоящимся взглядом посмотрел на потолок. Самый обычный. Из досок, прямой, без щелей — скорее всего их не видно из-за не сфокусированного взгляда.       Потерев лицо мелко дрожащими руками, Фенрис через силу сел. У противоположной стены ещё одна большая кровать, сейчас пустая. Над ней картина с лесом. Узкие проходы не позволяли поставить прикроватный столик, но зато с боков были прибиты полки. Застиранное, но чистое, простенькое постельное бельё. Обе кровати прятались за стенами, а проём перекрывало широкое полотно с вышитым и местами разорванным орнаментом.       С тихим прерывистым выдохом Фенрис отполз на край кровати и, свесив ноги, прижал голые ступни к неровному полу. Скинув с себя одеяло, он предпринял попытку встать, долбанулся лбом о полку и, громко зашипев от боли, прижал руки к ушибленному месту, грохнувшись обратно.       Раскинув руки, Фенрис устало вздохнул. Во всём теле чувствовалась усталость. Туловище было замотано чистыми широкими бинтами. От них исходил приятный травяной аромат. Несмотря на наличие ран и на руках, из-за их незначительности бинты тратить не стали, но было заметно, что они хорошо обработаны. А после более внимательного осмотра — пелена с глаз спала, да и перестало двоиться — стало понятно, что он обзавёлся парочкой шрамов. Однако наличие ран не мешало без конца ноющим клеймам оставаться едиными. Было ощущение, что кусок плоти с ними оторви, а они всё равно останутся и тут и там.       Но шрамы Фенриса не пугали, да и это последнее, что могло ввергнуть его в шок. Сейчас нужно было разобраться с тем, где он, что от него надо, в случае если их всё-таки поймали кунари, и как выбраться. Перед Каей и Стрелой было непомерно стыдно. Рискуя собой, они вернулись, чтобы вытащить его, а он в итоге потерял сознание, не выдержав накатившей агонии. Да любопытно, как они смогли вытянуть его оттуда. Конечно, им могли помочь и другие Воины Тумана, что рыскали в тени, дабы найти и спасти своих. А то и убить, не отдавая в лапы их перевоспитателям.       От размышлений Фенриса отвлёк шустро вбежавший в нишу эльф. Возраст друг друга эльфы определяли легко, поэтому Фенрис сразу сообразил, что застывшему с большими испуганными глазами мальчишке пятнадцать лет. А тот, как заскочил, держа в руках стопку одежды, так и замер. На Фенриса смотрели зелёные глаза-блюдца, которые очень медленно сместились с его лица в район паха — Фенрис был полностью обнажён. На удивительно бледной коже заиграл стыдливый румянец. С видом, точно он сделал что-то не так, мальчонка положил стопку одежды на край кровати и, прижав руки к груди, а следом и еле оторвавшись от созерцания остроухого собрата, вышел.       А Фенрис, как лежал с недоумевающим видом, так и остался лежать. А то, что нужно было прикрыться, он сообразил с запозданием. Тяжко вздохнув, он снова сел и глянул на одежду. Коричневые широкие штаны, которые ему явно будут великоваты. Мешковатая серо-белая рубаха. И тёмно-зелёная безрукавка. Вот и всё. Фенрис понадеялся, что без обуви его не оставят. И оказался прав. Всё тот же эльф, красный как варёный рак, быстро поставил туфли возле кровати и, старательно избегая смотреть на Фенриса хоть как-то, запинаясь на каждом слове, пробормотал:       — Там вам еда готова… — и, раскрасневшись ещё пуще, выскочил вон.       Не успев сказать элементарное «спасибо», Фенрис аккуратно, чтобы не долбануться о полку во второй раз, медленно поднялся. Одевшись, он утопал следом, обувшись по пути.       Вторая часть дома была большой, объединённой в одну комнату. В камине горел огонь, а в большом котелке что-то булькало. Рядом с камином стоял массивный грубый стол со стоящими на нём тарелками, полными еды. На противоположной стороне несколько бочек, ящиков, сундуков и один шкаф. И тут же хлопотал эльф, убирая всё лишнее.       — Где я? — спросил Фенрис, переставая оглядываться.       От тихого голоса Фенриса эльф так вздрогнул от неожиданности, что выронил всё, что держал в руках, и оно с громким стуком упало перед ним на пол. Эльф, выпучив глаза и прижав руки ко рту, уставился на Фенриса, а тот в ответ на него.       — Прости, — хрипло произнёс Фенрис, — я и не думал пугать тебя. — Он склонился, подбирая откатившуюся в его сторону ложку.       — Я сам! — с паническими нотками выкрикнул эльф и, ринувшись, чтобы отобрать у Фенриса ложку, запнулся обо что-то и растянулся на полу.       — Ты в порядке? — Фенрис бросился помогать остроухому собрату, а тот что только слёзы не льёт. — Да что с тобой не так?       — Спрут велел, чтобы я вас не беспокоил!       — «Велел»? Тебя здесь держат силой?       — Не то чтобы силой, — эльф заметно замялся. — Но уйти мне не дают.       Нахмурившись, Фенрис резво поставил эльфа на ноги и перекидал всю упавшую посуду на стол. Он думал, что Воины Тумана не просто сражаются за свободу Сегерона, избавляясь от кунари, а следом и Империи, но и помогают. Как ему. Но тогда почему этому эльфу не дают уйти? Если он не врёт…       Сев за стол, Фенрис взялся за кашу с кусочками мяса, украдкой поглядывая в сторону собрата. Эльф был… неуклюж, неловок, медлителен и явно слишком сильно нервничал. Он метался по всему помещению, пытаясь делать всё и сразу. И снова из рук на пол посыпался картофель, помидоры, на одном из которых тот, поскользнувшись, снова грохнулся на пол. Фенрис так и застыл с поднесённой ко рту ложкой. Громко пыхтя, эльф поднялся и взялся собирать раскатившееся в разные стороны. Устало потерев переносицу пальцами, Фенрис вернулся к еде, оставив мальца самому разбираться со всеми делами.       — Спрут не сказал, когда вернётся? — спросил Фенрис, повернувшись к камину, где эльф старательно переливал из котла в тарелку наваристый суп.       — Да уже должен был, — тот пожал плечами. — Возможно, — выпучив глаза от усердия, он перенёс тарелку на стол, — ещё какие-то дела образовались. Он настоятельно просил, чтобы вы никуда не выходили. Он сам всё расскажет.       — Хотя бы, как давно я здесь, ты сказать можешь?       — Четыре дня, — эльф задумался. — В таком бреду вас метало! Даже мне страшно стало. Но это только первый день. Потом просто спали, еле-еле дыша. Поэтому меня к вам и приставили. Чтобы присматривал, — поставив вторую тарелку, эльф присел на соседний стул и взялся за еду.       Фенрис задумчиво пожевал свежий белый хлеб. Несмотря на раны и усталость, в целом он чувствовал себя хорошо. Конечно, жжение в клеймах никуда не денется, но от этого никак не скрыться. Некоторые мази помогали, но лишь временно. Фенрис всерьёз задумался обратиться к Тире, если получится, да расспросить подробнее, возможно, он найдёт способ уменьшать боль или же избавиться от неё навсегда. Сомнительно, но надежда на исцеление уже начала зарождаться.       — А как вы себя чувствуете сейчас? — эльф отвлёкся от еды.       — Вытрись, — Фенрис передал тому тряпку, заметив несколько капель на щеках и подбородке.       — Простите… — эльф заметно стушевался и принялся неистово тереть лицо.       — Благодаря чьими-то стараниями, я жив и здоров. Чувствую лёгкую усталость.       — Я лекарь! — пылко выдохнул эльф и просиял, но тут же смущённо отвернулся.       — Значит, я должен быть благодарен тебе за спасение моей жизни, — Фенрис немного склонил голову.       Эльф попытался что-то ответить, но так смутился, что получился бессвязный набор букв, отчего ему стало стыдно, и он, отвернувшись, уткнулся в тарелку, активно работая ложкой. Даже удивительно, что не подавился. Не подавился, но опять всё лицо измазал, даже странно, что такой, как он, стал лекарем. Довольно поморщившись и сунув в рот последнюю ложку, эльф подскочил и принялся убирать лишнее.       — А где мой меч? — спросил Фенрис, поднимаясь из-за стола. — И одежда.       — Ой, в городе ни у кого нет оружия. Ну, условно, — эльф хихикнул. — Это нейтральный город, поэтому военные действия здесь запрещены, — на скептически поднявшего бровь Фенрис он глянул озадачено, а после нервно хохотнул. — Так должно быть. Но в последнее время стычки везде. А я драться не умею, — понурившись, он перелил в тазик воды из ведра и принялся мыть посуду.       Взяв кусок хлеба, Фенрис накрыл корзинку с оставшимся тряпкой и принялся рассматривать моющего тарелки собрата. Волосы пшеничного цвета заделаны в высокий неаккуратный хвостик. Волосы торчали во все стороны, а про «петухи» можно было молчать. Двигался он шустро, обмывая посуду и выставляя всё на тряпку рядом, чтобы после обтереть. Но было в нём что-то ещё. Вот только Фенрис никак не мог понять, что именно.       — А, да, — эльф хихикнул, — не беспокойтесь о мече, он у вас под кроватью лежит. Но, — он понизил голос до еле слышимого шёпота, — одежды Воинов Тумана лучше не доставать! Почему вы на меня так смотрите? — он снова сделал глаза-блюдца.       — Пытаюсь понять, по какой причине ты со мной на «вы», — отозвался Фенрис, скрестив руки на груди.       — Просто... вы занимаетесь таким хорошим делом!       — Я не Воин Тумана, — вздохнул Фенрис.       — Разве? Но Спрут сказал, что вы один из них!       — Вовсе нет. Я с ними не так давно. И не надо ко мне так обращаться.       — Хорошо… — эльф поджал губы, точно тот на него наорал.       — Только не говори, что ты плакать собрался, — опешил Фенрис, мысленно выругавшись на себя.       Поджав губы сильнее, эльф мотнул головой и вернулся к посуде. Не желая обидеть собрата ещё больше, Фенрис замолчал. Однако они оба подпрыгнули, когда в дверь неожиданно что-то врезалось. Эльф потянулся за кинжалом за поясом, испуганно уставившись в открытое окно. Тишина затягивалась. Напряжение росло, но ничего больше не происходило.       Решив проверить, что происходит, Фенрис сдвинулся с места. Эльф в этот момент так в кинжал вцепился, точно он мог уберечь его от всего и сразу. Осторожно подойдя к двери, Фенрис прислушался к шуму снаружи. Слышались голоса, скрип телег, ржание коней. Ничего примечательного. Чувство опасности так же молчало. Взявшись за ручку, Фенрис медленно открыл дверь и выглянул. На узкой улочке не было ни единой живой души. В шаге от дома лежал камень, видимо его кто-то в дверь и кинул. А вот случайно или нет, вопрос интересный.       Фенрис напряг слух. С левой стороны отчётливо слышались чьи-то поспешные шаги. Повернувшись в ту сторону, он принялся ждать, надеясь, что это не враг или кто-либо представляющий опасность. Посмотрев на дом с плотно закрытыми ставнями напротив, Фенрис подумал, что это немного странно. Да и улочка выглядела заброшенной. Хотя, возможно, так и было, и её использовали всяческие личности для укрытий. Как, например, Воины Тумана.       Когда шаги стали быстро приближаться, Фенрис прижался к косяку, чтобы в случае чего не остаться без укрытия. Из-за поворота и, судя по всему лестницы, ведущей наверх, выскочил Спрут и ринулся прямиком к домику, чуть не сбив замешкавшегося Фенриса с ног. Не говоря ни слова, он впихнул его в дом, плотно закрыл ставни, а после и дверь, задвинул засов и, осмотрев эльфов, прижал палец к губам. Спустя буквально минуту, а то и меньше, мимо дома протопали чьи-то сапоги. Выждав ещё какое-то время, Спрут прижался ухом к двери.       — Очень рад твоему выздоровлению! — Спрут, подскочив к Фенрису, похлопал его по плечам. — Ты прямо вовремя проснулся! А теперь оба собирайтесь, нужно уходить отсюда.       — Куда?! — испуганно пискнул эльф.       — Давай, Мэлл, я в тебя верю! — Спрут подмигнул блондину.       Фенрису дважды повторять не пришлось. Он сбегал в комнату, достал из-под кровати перевязь со своим мечом и закинул за спину. А Мэлл, пытаясь собраться с мыслями, в итоге схлопотал лёгкую пощёчину от Спрута, дабы взял себя в руки.       — Двигаться придётся быстро, — прошептал Спрут.       — Чего случилось? — шмыгнул носом Мэлл.       — Нигде небезопасно, — проворчал Спрут и глянул на хмуро-решительного Фенриса. — Я тебе потом всё объясню. Но ты молодец!       Фенрис скептически поднял левую бровь.       — Ладно, — Спрут предельно осторожно выглянул на улицу, откуда прилетели звуки битвы. — Мэлл, от меня не отходи. И, умоляю, будь менее неуклюж, чем всегда. И не реви, ещё ничего не случилось же!       — Страшно! — прохныкал тот и пустил два ручья слёз.       — Пожалуйста, давай без истерики! — взмолился Спрут.       Успокаивать перепуганного эльфа времени не было. На свой страх и риск Спрут выскользнул на улицу, а следом и Фенрис, таща за собой собрата. Под ногами расползался знакомый непроницаемый туман. Фенрис подумал было, что они помогут Воинам Тумана, но Спрут уверенно вёл их подальше от звуков сражения.       Фенрис скользил по домикам внимательным взглядом, выискивая любую опасность. Было бы проще, если бы Мэлл не спотыкался на каждом шагу, грозясь свалиться в пыль. Район и правда выглядел заброшенным. Все домики как один — небольшие, деревянные и с закрытыми ставнями. А некоторые и того более: наглухо заколоченные.       — Чтобы вы понимали, чего происходит, — шепнул Спрут, присаживаясь возле дома и выглядывая из-за угла, рассматривая трёх воинов кунари, — Имперцы столкнулись с кунари. Стычка переросла в кровопролитное месиво, — он издал тяжкий вздох. — Опять мирное население получило, — и поморщился. — Воины Тумана безучастными не остались и сейчас пытаются произвести зачистку.       — Я могу драться, — сказал Фенрис.       — А я и не спорил, — хмыкнул Спрут. — Но нужно вывести нашего лекаря, — многозначительный взгляд на бледного, точно мел, Мэлла. — Он нам уже сотню раз помогал, нельзя его оставлять. Да ты и сам видишь, что он не особо может о себе позаботиться.       — Но я же здесь родился… — пробормотал Мэлл.       — Всё, пора менять место жительства, — Спрут сделал корявую попытку пошутить, но вышло не особо. — Я обещал, что не брошу тебя, значит, не брошу, — протянув руку, он погладил всхлипнувшего Мэлла по щеке. — Фенрис, ни шагу от него, понял? — командир зыркнул так, что Фенрис не стал перечить и просто кивнул.       Хмыкнув, Спрут достал с пояса меч, выхватил щит и ринулся на кунари. Вот только добежать не успел, как улицу накрыл туман, и врагов в мгновение ока убили подоспевшие союзники.       — Спрут, — раздался из тумана женский голос, — коридор сделан, уводи лекаря.       — Фенрис, тащи его сюда! — крикнул Спрут и рванул в сторону.       Кивнув, Фенрис не просто потащил Мэлла за собой, а подхватил его на руки, ибо от страха он точно лишился рассудка и застыл истуканом. Сам бы Фенрис предпочёл вступить в бой, но ослушаться Спрута не мог. А тот, дождавшись, пока эльфы приблизятся, рванул дальше, надеясь, что никаких проблем на пути не возникнет.