Его жизнь. Часть 1. Фенрис

             - Знаешь, если хочешь залечь на дно, могу кое-что посоветовать.       - Для начала, наверное, надо убавить в росте.              Тяжёлое дыхание вырывалось со свистом. Лёгкие от длительного похода — да ещё и в плачевном состоянии — были объяты огнём. Пот катился ручьями, вынуждая тело терять драгоценную влагу. Вскрики и стоны раненых. Выкрики приказов от командиров, назревающее недовольство и конфликты жёстко пресекались более соображающими в тот самый момент. Всем хотелось добраться до безопасного места, оторваться от идущей по пятам смерти.       Четыре дня подряд. Ни отдохнуть. Ни поесть. Ни поспать. Загоняя самих себя, Воины Тумана шли вперёд, уходя от преследующих их кунари. Дело бы шло быстрее, если бы не количество раненых и ограничения в количестве оружия. Защищая своих, последними шли мечники. Прикрывая тылы, откуда и были самые частые нападки. Туман продолжал скрывать их, но бомбы подошли к концу, и теперь было делом времени, когда подойдут границы защитной пелены.       Не обращая внимания на скованность во всём теле, Фенрис, отталкиваясь от поваленного дерева, замахнулся клинком. Он целился в кунарийку-разбойницу, но она отпрыгнула в сторону, пока он приземлялся. Сделав стремительный выпад, Фенрис нанёс колющий удар, раня врага. Ещё один рывок и тело кунарийки было отброшено назад.       — Бегом! — выдохнул Фенрис, подавая руку, чтобы помочь подняться запуганной до белой кожи юной эльфийке.       Девчонка в руку вцепилась так, словно оторвать собралась. Да и поднять её оказалось делом нелёгким — дрожащие ноги то и дело раскатывались в стороны на мокрой от росы траве, она оступалась на каждой ямке и запиналась о каждое препятствие. Если бы Фенрис мог, он бы закинул её на плечо, но огромный двуручный меч кунари и так становилось всё сложнее держать с каждой минутой, а тут ещё паникующая эльфийка.       Страха Фенрис не испытывал. Всё его внимание поглотил напряжённый момент побега. Выматывало это настолько сильно, что хотелось бросить все эти догонялки, развернуться, а там, будь что будет. Боль в клеймах была невыносимой, но он не позволял себе издать хоть единый звук, кроме сиплого и тяжёлого дыхания. Сердце от усталости грозилось разорваться в любой момент. Фенрису даже показалось, что у него грудная клетка бухает в такт сердцу. Хотя так казалось из-за плавающего взгляда и того, что грудь вздымается высоко, жадно поглощая приятный свежий воздух.       Рассвет давно пришёл. Сегеронские джунгли засверкали зелёными искорками. Защебетали привыкшие к суматохе внизу пташки. Такое для них не редкость, поэтому они продолжали горланить свои песни. И их вопли очень отвлекали. Фенрис пытался услышать хоть что-то помимо самого себя, а тут ещё эти пернатые твари.       Дело продолжало усугубляться. Несколько раненых в буквальном смысле свалились как подкошенные, когда силы иссякли. Спрут свалился ещё на второй день, и Сиду пришлось подхватить командира на руки, чтобы всё более отчаивающаяся Кая совсем не лишилась рассудка от страха за мужа. Именно эту привязанность Сид и имел в виду. И сейчас пример был наглядным.       Фенрис всё силился выровнять дыхание, но больше всего мыслей уходило на мечту о глотке воды. Самой простой прохладной воды. А потом можно и яблочко. Хотя бы одно. Но лучше два… Разум начал тянуть Фенриса в спасительную темноту, тихо шепча, что ему нужен отдых. Лечь между покрытыми мхом корнями, сомкнуть веки и отдаться этому блаженству. Или, если вдруг корни не понравятся, можно и на траву, между вон теми высокими кустами. Они мягкие и прикроют от чужих глаз. Ничего не будет страшного, если он оступится и свалится…       Как подумал, так и произошло. Поддавшись шепотку, Фенрис охнул, когда запнулся о веточку и растянулся на камнях, добавив себе ран в виде ссадин на ладонях. Меч с тихим звяканьем откатился дальше и, пару раз крутанувшись, замер рукоятью к своему новому хозяину, как бы говоря, что вон он я, давай, бери и побежали дальше. Но Фенрис не мог. Лоб прижался к прохладным и влажным камням, несмотря на их неровность, лежать было удобно. Тело получало то, в чём так сильно нуждалось. Оно отказывалось двигаться, борясь за этим с разумом, и пока брало над ним верх. Вот только долго ему лежать не дали, ведь Воины Тумана своих не бросали. Сильным рывком его закинули на чьё-то широкое плечо. И незнакомый голос прошептал:       — Держись, остроухий, осталось недолго.       До куда недолго, сил спросить у Фенриса не хватило. Мужчина придерживал его за колени, а на втором плече лежал широкий меч. Фенрис отстранённо подумал, что остался без меча, что дал ему кузнец. Точно ругать будет. Фенрис прикрыл глаза. Тут и там раздавался топот ног, перекрываемый отдаляющейся руганью кунари. Найдя в себе силы, Фенрис немного приподнял голову и упёрся руками в спину Воина Тумана.       Фенрис прислушался. Только Воины Тумана. Никого больше. Снова стоны, всхлипы и тихий плач раненых. Вырывающееся со свистом дыхание Воинов Тумана. Надоедливые песни птиц. И никаких кунари. Спасительная белая завеса постепенно развеивалась, давая взгляду больше обзора.       — Отстали… — прохрипел Фенрис.       — Попали в ловушки, — отозвался тащивший его парень. — Сейчас они прекратят погоню. Но это лишь на время. Вот увидишь, придётся нам с ними за это столкнуться ещё не раз.       — По-моему, — ещё тише прошептал Фенрис, — тут неважно из-за чего, всё равно произойдёт.       — Вот это ты верно подметил, — кивнул парень. — Остроухий? Эй, эльф? Демоны…       Фенрис как бы ни хотел, ответить уже не мог — потерял сознание. Воину же было некогда тормозить и проверять пульс, чтобы убедиться, что обмякший и затихший эльф действительно не умер. Даже если вдруг отправился к Создателю, то тело в любом случае он бросать не собирался. Мальчишка постарался на славу и был достоин большего, чем сгнить где-то в овраге…       Фенрису было неважно, где он сгниёт — мёртвым всё равно. Главное, чтобы это дикое жжение и разрастающаяся по всему телу боль утихли…       Воины Тумана продолжали пробираться к своей стоянке на северо-западе. Там можно было и укрыться, залечить раны, получив помощь лекарей и травников. Самое главное — они будут в безопасности, относительной, но всё же. Главное добраться…       На метание по джунглям ушло ещё несколько дней.       Фенрис за всё время побега, иначе и не назвать, просыпался несколько раз и помогал отбросить настигающих кунари. Самое смешное, что было в этой ситуации, — один из Воинов Тумана притащил его «нож», который он в пылу боя где-то обронил. Сид ещё посмеялся над Фенрисом. А как им объяснить, что выдёргивать сердца из груди удобнее без меча? Но Фенрис надеялся, что в итоге он приноровится драться только мечом, чтобы не кидаться от одного к другому. Рукопашным боем он владел слабо, но сильной нужды в нём не видел.       Когда они вошли в лагерь, тамошние Воины Тумана дали жёсткий отпор врагам. Никому из кунари они уйти не дали и даже вышли за пределы, чтобы добить убегающих. Разведчики постарались на славу и те, что были на отдыхе, успели подготовиться. А потом началась суматоха с ранеными. Помощь нужна была многим. Те, кто мог, делал что-либо по мере оставшихся сил.       Фенрис тоже хотел помочь, но как прижался спиной к дереву, чтобы не мешаться под ногами, отлипнуть от него не смог. Веки упрямо пытались сомкнуться и утянуть его во тьму. Это чудо, что он всё ещё держался. Но надолго его не хватило…       — Как ты? — рядом замер Сид. Он внимательно осмотрел эльфа, измазанного целиком и полностью, как своей, так и чужой кровью. На лице никакого выражения, точно не определился, что чувствует в этот момент. Взгляд направлен в одну точку. Веки, мелко дрожа, то закрывались, то открывались.       — В норме… — выдавил Фенрис.       — Пойдём. Сейчас мы в относительной безопасности, нужно успеть набраться сил… — Сид осёкся и замолчал. — Ага… — с тихим вздохом он подхватил на руки эльфа, который никак не отреагировал на его действия.       Измученный и израненный Фенрис просто уснул. Ему это было необходимо, и сознание, плюнув на сопротивления хозяина, утянуло его в спасительную темноту. Здесь бояться было нечего.       Разглядывая спящего эльфа, Сид не смог сдержать улыбки. Для Сида взобраться в один из домиков на дереве с ношей на руках труда не составило — закинул Фенриса на плечо и готово. А дальше дело техники: затащить воды и умыть; обработать раны и перебинтовать; найти чистую одежду и переодеть. Подумав о последнем, он позволил себе короткий смешок, понимая, что Фенрис, когда узнает, кто за ним ухаживал, начнёт хмурить и без того постоянно хмурые брови и делать сердитое личико. Весьма привлекательное личико… Положив эльфа на лежанку, Сид склонился к его лицу, пылко целуя и ощущая на языке вкус пота и крови.              Вялость во всём теле сдерживала, сковывала, лишая возможности пошевелиться. Туман в голове, непонятно чем вызванный, мешал думать и соображать. Фенрис прислушался к ощущениям в целом, еле сообразив, что всё с ним хорошо. Он живой, умиротворённо дышит, чует какие-то запахи, ещё не может понять, чем пахнет, но это не суть. Найдя в себе крупицу воли, он медленно открыл глаза.       Знакомый потолок из веточек. У стены неизменные верёвки с пучками трав и склянками. Закрытое небольшое окно. Снаружи стояла тишина, если в лагере кто-то и был, то вели они себя предельно тихо.       Фенрис попытался повернуть голову… От пронзившей всё тело судороги перед глазами помутнело и ощущения обрушились на него мощным водопадом. Болело всё. Начиная зверской головной болью и заканчивая многострадальными клеймами. Сердце заходило ходуном. Самые глубокие и серьёзные раны заныли. Во рту в момент стало сухо, добавляя ещё невозможность нормально сглотнуть…       — С пробуждением, — посмеиваясь сказал Сид, присаживаясь рядом. Он уже был чист и переодет в новую одежду Воинов Тумана. — Как самочувствие?       Если бы у Фенриса хватило сил, он бы ответил, но изо рта вырвался только хрип.       — Вижу, что не очень, — весело отозвался Сид. — Если вежливо попросишь, — он показал стакан с лекарством, — я тебя напою.       Фенрис скептически приподнял брови. Старательно избегая резких движений, он медленно отвернулся и устало прикрыл глаза. Ни желания, ни чего-либо ещё спорить с этим упрямцем у него не нашлось. Поэтому он решил дать себе отдых, а после попробовать подняться самому.       — Фенрис, если ты не встанешь, мне действительно придётся тебя поить. Ртом, — протянул Сид.       Распахнув веки, Фенрис покосился на него.       — Я не шучу. Это нужно выпить. И не смотри так. Идея не моя, но, честно признаюсь, я ей рад!       А в голове Фенриса пронеслось, что ещё бы Сид этому был не рад! Так и хотелось врезать ему за все эти домогательства.       — Прекрасно тебя понимаю, — Сид хитро подмигнул. — Кстати, ты в курсе, что у тебя очень красноречивый взгляд? Да и мимика в целом. Тебя очень легко понять. Старайся это немного скрывать.       Вот как ему объяснить, что он и так старательно пытается это делать? Фенрис расслабился и шумно выдохнул.       — Вижу, подняться сам ты не можешь, — пробормотал Сид и пересел удобнее. — Надеюсь, хоть рот открыть и проглотить у тебя получится. К слову, пойло премерзкое на вкус, но старайся не выблевать.       Фенрис вздохнул: ему бы для начала постараться проглотить. А то, судя по ощущениям в глотке, это будет сложным заданием. Он покосился, как Сид, поморщившись, набирает в рот лекарство. Наклонившись ближе к лицу эльфа, прижался своими губами к его, осторожно начав переливать.       От вкуса — на что это похоже, Фенрис сказать затруднялся, только подивился, что оно не источает запаха, — заслезились глаза. Но вот проглотить не выходило, точно в горле поставили пробку, рефлексы срабатывали, но что-то никак не получалось.       — Давай, — Сид накрыл его рот рукой, чтобы не выплескалось, — постарайся. Фенрис, найди в себе стойкость! Возьми себя в руки. После него полегчает. Ощутимо.       Фенрис задышал носом, но глотательные мышцы отказывались выполнять свои функции. Он зажмурился, пытался снова и снова, но ничего не выходило. Противная жижа продолжала обволакивать язык, нёба и зубы, создавая малоприятные склизкие ощущения.       — Прости, но раз не хочешь по-хорошему, сделаем по-плохому, — тихо прошептал Сид.       От этих слов Фенрис напрягся и уставился на него таким взглядом, что и дураку стало бы ясно — убьёт. А Сид, пожав плечами, положил руку на торс эльфа, лёгкими поглаживаниями спускаясь ниже, под покрывало. Когда рука достигла паха, Фенрис так судорожно вдохнул, что получилось и сглотнуть. Достигнув желаемой цели, Сид убрал ладонь и перевернул Фенриса набок, помогая откашляться.       — Будь ты магом, взглядом бы убивал, — рассмеялся Сид. — Но это сработало, не так ли?       Фенрис издал хрип и обмяк. На лбу проступила испарина, и его мелко затрясло от быстро поднимающегося жара. Тело охватывало пламя клейм. Казалось, потуги Сида сделали только хуже, но выбор отсутствовал напрочь.       — Погоди, — Сид снова вобрал лекарства и прижался губами ко рту Фенриса.       Последующие глотки давались много легче и проще. Сиду удалось влить в него всю кружку, прежде чем тот окончательно вырубился, что-то тихо шепча в бреду на тевине. Прежде чем уйти, Сид проверил бинты на Фенрисе. Заботливо вытер пот с его лица и положил тряпицу на лоб. Оглядев ещё двух раненых Воинов Тумана и не найдя ни улучшений, ни ухудшений, вытер пот и с них, и только после этого вышел на улицу, где повстанцы занимались каждый своим делом.              Когда Фенрис разомкнул глаза во второй раз, ощущения были лучше. Жгло только клейма, отчего брови привычно сошлись у переносицы. Присутствовала лёгкая усталость и головокружение. Во рту пропал мерзкий вкус лекарства. Дышалось много легче.       Рискнув, Фенрис пошевелился. Сердце забилось резче, разгоняя по венам застоявшуюся от долгого лежания кровь. Осторожно сев, он посмотрел на мелко дрожащие руки и, вздохнув, огляделся.       Рядом лежала стопка обычной одежды, графин с водой и чашка. Чуть подальше глубокое блюдо с яблоками, от вида которых у Фенриса начала обильно выделяться слюна. Сдвинувшись в сторону, он протянул руку к лакомству, проигнорировав воду, и с удовольствием вонзил зубы в плод.       Хрумкая фруктом, Фенрис поднял взгляд и оглядел троицу спящих парней у противоположной от него стены. Он даже жевать перестал и прислушался к их тихому дыханию. Рассудив, что это такие же раненые, как и он сам, Фенрис откинул одеяло, рассматривая бинты на себе. Похож на мумию — посмеялся над этим. Да и как не быть так убинтованным, если на нём почти не осталось живого места, пока они добрались до безопасного места. И всё бы хорошо, но под тряпицами так жутко зудело, что хотелось сорвать всё и почесать ногтями.       Осторожно и сладко потянувшись, Фенрис издал мурчащий звук и махом покраснел со стыда. Поозиравшись — не дай Создатель, кто-то услышал — он кашлянул и потянулся за одеждой. При попытке подняться не рассчитал, что восстановился не полностью и, завалившись, ударился подбородком об пол. Тихо шипя от ушиба, он всё же встал и выбрался наружу.       Улица встретила мощным порывом ветра, который чуть не сбросил Фенриса вниз. От раската грома над головой он подпрыгнул на месте и резко поднял голову, всматриваясь в тёмно-серое небо. Меж грозных туч сверкали молнии, дождя пока не было, но обрушиться он мог в любую секунду.       — Вовремя же ты вышел, — посмеиваясь крикнул Сид, ловко запрыгивая с лестницы на платформу.       — У нас всё нормально? — Фенрис мельком глянул на него и снова устремил взор к небу.       — Ну, десятки раненых, никого не убили, даже странно. Спрут и Лезвие всё ещё в плохом состоянии, но жить будут. Их бабы от них не отходят. Вот он, минус отношений, — он вздохнул и проследил за Фенрисом. — Или ты о погоде?       — В целом, — протянул Фенрис.       — В целом всё замечательно, — Сид пожал плечами. — Шторм назревает, ещё немного и дождь стеной. Так что, если ты вышел по нужде или подышать, делай всё быстрее, иначе потом толком и не выйти. Хотя, если учесть, в каком ты сейчас состоянии, только выйди, как тебя снесёт.       — Спасибо за беспокойство, — ворчливо пробормотал Фенрис, наслаждаясь холодными потоками воздуха, которые унимали жар тела.       — Всегда, пожалуйста, — рассмеялся Сид, подходя ближе и присаживаясь на перила. — Сам-то ты как? Нет желания убить меня за лекарство?       Фенрис скрестил руки на груди и нахмурился сильнее. Одна его сторона понимала, что Сид действовал так, чтобы напоить его зельем. А другая не переставая вопила, что этот извращенец пользовался его беспомощным состоянием и вытворял невесть что.       — Я тебе благодарен, — кашлянул Фенрис, старательно избегая смотреть на удивлённо вскинувшего брови Сида. — Несмотря на мои проблемы, ты всё же сделал, как лучше для меня. Хотя и странным и откровенно неприятным способом.       — Зато ты проглотил, — усмехнулся Сид. — Никак не привыкну, что у эльфов в паху ничего нет…       — Сид, как мне до тебя донести, что ничего не будет? — напрямую спросил Фенрис, понимая, что иначе никак.       — Боюсь, ответ тебя не обрадует, — усмехнулся тот. — Я добиваюсь всего, чего хочу.       Фенрис промолчал. Спорить желания не было. Хотелось просто немного отдохнуть и ни на что не обращать внимания. Но, кажется, у кого-то были на это свои взгляды. Поднявшийся ветер оттолкнул Фенриса от перил, за которые тот не успел схватиться, и если бы не подскочивший Сид, эльф мог бы ощутимо приложиться о стену.       — Так, погода ярится всё сильнее, айда прятаться, — Сид подхватил Фенриса на руки и, отнеся обратно в дом, уложил на лежанку.       Пробурчав благодарность, Фенрис устроился удобнее, позволяя накрыть себя одеялом. Перед тем, как и самому устроиться, Сид пододвинул ближе к лежанке блюдо с яблоками, закрыл окно плотнее, проверил дверь, а после осмотрел спящих ребят.       — После того, как все твёрдо встанут на ноги, мы уйдём в город и засядем там примерно на месяц.       — Что? — Фенрис удивлённо округлил глаза.       — Так скажем, спрячемся.       — Зачем?       — Для начала, нам всем нужен более нормальный отдых. Постоянное напряжение от бесконечных атак, вылазок, разведок и всего подобного, сильно бьёт по разуму, постепенно сводя с ума. Нужно давать небольшую разрядку, чтобы не спятить окончательно. Мы же не твари Тени, нами движут не инстинкты. Отоспимся, отъедимся, сил наберёмся и вернёмся во всё это. Нужна разрядка!       — Не потеряется ли сноровка от всего этого?       — Ничуть. Поверь… хотя, рано или поздно, ты сам это поймёшь, но если так продолжать, то почувствуешь, как сходишь с ума, и мозг начинает делать из тебя параноика. Всюду мерещатся враги, часто озираешься и прислушиваешься, это чревато тем, что можешь не увидеть реальную угрозу или же упустить помощь.       — Звучит не очень, — Фенрис поморщился. Сойти с ума ему бы не хотелось. С головой и так не всё в порядке.       — Как ты себя чувствуешь?       — А что?       — Спать не хочется?       — С какой целью ты это спрашиваешь? — Фенрис немного напрягся и отодвинулся подальше, когда Сид завалился рядом, подсунув под голову один из мешков.       — Если желания поспать не ощущается, предлагаю тебе послушать лекцию о кунари, и откуда берутся тал-васготы.       Фенрис удивлённо вскинул брови. Сид пожал плечами и начал говорить после утвердительного кивка головой Фенриса.