Глава 68
10 января 2021 г., 07:50
«Даже если на ком-то нет цепей, он все равно скован страхом, честью, традициями. Рабы мечтают о свободе, но, как оказалось, вольные люди мечтают о ней не меньше.»
Фенрис озадачено приподнял брови. Он большими глазами таращился на корзину, полную спелой, сочной, яркой, большой клубники, которую ему протягивал Мэлл. При этом лицо у лекаря было таким, точно он совершил великое деяние. Он что только не пищал от восторга, но судя по выражению его мордашки, ему дико хотелось. Мэлл сделал маленький шажок к Фенрису и чуть выше приподнял корзину, однако почти сразу опустил, ибо вес ягод для него был слишком велик. Встрепенувшись, Фенрис забрал у лекаря ношу, и его взгляд стал более озадаченным.
Просияв солнышком в небе, Мэлл сцапал самую большую и красивую ягоду, протянул ко рту Фенриса и потыкал в губы. А тот в ответ послушно разомкнул уста. Клубника была заботливо положена на язык подальше. И пока Фенрис жевал, Мэлл за ним внимательно наблюдал. Даже когда воин проглотил и не произнёс ни слова, лекарь продолжал на него таращиться.
— Ну? — шёпотом спросил Мэлл и вылупился ещё больше.
— Эм… — отозвался Фенрис, не зная, какие слова подобрать. — Очень вкусно, спасибо…
— Специально для тебя собирал! — радостно выдохнул Мэлл.
Не успел Фенрис ответить, как мимо проходящая Стрела нагребла себе полные руки ягод и с видом, будто её тут не было, утопала в сторону дома.
— Засранка! — с возмущением завопил Мэлл и обиженно засопел.
— До сих пор в голове не укладывается, как ты выжил среди бандитов, — озадачено протянул Фенрис.
Потупившись, Мэлл невинно захлопал глазками.
За спиной остался ещё месяц. Второй месяц их отдыха и ничегонеделанья. Ну, не совсем. Курятник они всё-таки построили, а следом Мэлл выпросил ещё много чего. Тихо сетуя на неусидчивого лекаря, командир делал всё.
Фенрис, как мог, участвовал во всём, всё больше чувствуя, что начинает «пускать корни». Большую часть времени он проводил в спаррингах с кем-либо, слушал короткие лекции Каи и Мэлла о местной истории и что они слышали о других, с чем сталкивались сами и как с этим справлялись и избегали. Голова постепенно наполнялась новыми, до безумия приятными воспоминаниями и полезными знаниями. И, если у Каи это было просто дружески, то Мэлл продолжал коротать ночи подле Фенриса. Ни к чему у них это не пришло, но Мэлл оказался упрямым малым и надежды на особую ночь с понравившимся собратом не терял.
Удивляясь самому себе, Фенрис пытался смотреть на Мэлла больше чем на эльфа, больше чем на лекаря, больше чем на друга. И чем активнее он это делал, тем больше понимал, что ничего внутри него к этому юнцу не тянется. И если брать в пример Сида, то к этому хотя бы была толика отторжения и опасения, но к Мэллу был полный штиль. Фенрис всё ссылался на своё неумение любить, но он осознавал, что это и отчего происходит. Он не был уверен, что сможет дать этому парню, что тот хочет. Не сейчас…
— Уверен, тот старик поделится с тобой ещё, — вздохнул Фенрис, думая о том, что сейчас бы слопать десяток сочных яблок.
— Так он же не за так её отдал! — возмутился Мэлл.
— Если захочешь ещё, помогу добыть, — протянул Фенрис, соображая, подходит ли здесь слово «добыть».
— Чую, ты бы лучше сейчас яблочек скушал, — хихикнул Мэлл.
— Что есть, то есть, — пробормотал Фенрис, с интересом разглядывая, как мабари водят носами в сторону кур, которые гуляли по вольеру, сделанному из «лезвий» тренировочных мечей.
— Пойдём, дадим им еды! — Мэлл стрелой унёсся в сторону дома, а после в кухню.
Фенрис, широко улыбнувшись, тихо хмыкнул. Пройдя к курятнику, построенному с горем пополам, он рассмеялся над видом распушившего перья петуха. Птиц важно вышагивал между десятка кур, часто вытягивая шею и вертя головой с кожистым ярко-красным гребнем. Его карие глаза смотрели на эльфа с подозрением, того и гляди накинется и заклюёт. Один удар и петух отправится в суп…
Курятник, достаточно просторное, но в тоже время небольшое, чуть вытянутое помещение с насестами, накрытыми сеном — курицы уже натоптали в нём гнёзд-углублений. О том, как Спрут и его команда строили это несчастную постройку, можно было книгу писать. Не приученные к подобному труду Воины Тумана чуть не убились. Сиду прилетело палкой по голове. Сам Спрут почти что без пальца остался, вдарив молотком так, что ноготь сломал. Жена его потом долго отчитывала. Стрела по неосторожности ударилась головой о балку и потом несколько дней ходила с огромной шишкой. Сид и Мэлл без внимания это не оставили, подшучивая над мигом вспыхивающей девушкой. И сколько бы Лезвие ни просила, друзья отказывались оставлять сие происшествие без какого-либо комментария.
Но помещение было построено. И на этом приключения с ним не закончились…
Когда десять кур и петух был запущены в их новый дом, всё шло своим чередом. Спрут и команда вздохнули с облегчением, надеясь, что история на этом окончится и для них всех, наконец-то, наступит отдых. Но не тут-то было. Через некоторое время куры снесли яйца. Мэлл был в восторге, правда, потом поворчал, что думал, что будет больше. Первый «урожай» яиц пал смертью храбрых, когда Мэлл на свою голову попросил друзей помочь. Вымазаны оказались все. Куры были в шоке и шарахались в стороны, только завидев людей.
Первой начала Стрела. Кинув яйцо, вместо Фенриса попала в Сида, а тот не остался в долгу и закидал её сразу несколькими. Фенрис же, поскользнувшись на жёлтоватой жижице, грохнулся с третьего, самого высокого насеста, ударившись головой. Он зарёкся больше в курятник соваться, но всё-таки поддержал Мэлла, когда тот ручьи слёз и соплей пустил на уничтоженную кладку. А ещё он не двусмысленно намекнул, что подсыплет им что-нибудь в еду. Даром он лекарь, что ли? Вот друзья и притихли.
Фенрис легко перемахнул в невысокий вольер и оба мабари за ним. Потрепав псов за небольшими ушами, Фенрис подтащил мешок к кормушкам, насыпав в них крупного зерна. Почуяв еду, птицы заволновались и потянулись к ней. Фенрис же поспешил ретироваться подальше. Петуха он один раз чуть не убил, за что получил нагоняя от Мэлла. Птиц слишком агрессивно кидался на Фенриса, вот он его и выкинул… хорошо, тот улетел в бочку с водой, но крыло всё равно повредил. Мэлл ещё заставил Фенриса помогать, когда лечил несчастную птицу.
Добавив воды в широкую низкую посудину, Фенрис подхватил две корзины и вошёл в курятник. Пока птицы были отвлечены едой, можно и яйца собрать. Когда Фенрис собирал их впервые — после неудачного сбора всех командой — то не рассчитал силу и раздавил несколько. Злился на самого себя. И мысленно порадовался, что Мэлл не подлез со своими нравоучениями. Но после небольшой тренировки, яйца перестали ломаться в его руках.
Своеобразную тренировку придумал Спрут. Командир притащил откуда-то полный ящик небольших шариков из тонкого стекла. Вручив их Фенрису, он достал один шарик, легко подкинул на руки и поймал без вреда для стекляшки. Пожелав эльфу удачи, командир ретировался подальше. А Фенрис, потянувшись за украшением, раздавил его сразу же и удивлённо приподнял брови. Он не один ящик таких стекляшек сломал, пока научился контролировать себя в полном объёме. Спрут всё подшучивал, что эльфу не хватает опыта, который никакие знания не заменят. А подшучивал, потому что говорил это с хитрыми подмигиваниями, улыбкой и грозя пальцем.
— Уже начал! — воскликнул Мэлл, вбегая в курятник.
Фенрис обернулся, что ответить, уже открыл рот, но замер, вытаращившись на смущённо переминающегося с ноги на ногу остроухого собрата. Мэлл был одет в короткие штаны, которые обтянули бёдра и приподняли ягодицы. Немного свободная безрукавка с запахом — завязки Мэлл специально затянул потуже, чтобы подчеркнуть тонкую талию. А на ногах простенькие туфли. Фенрис, судорожно выдохнув, медленно отвернулся и помотал головой.
— Чего молчишь? — Мэлл забрался к нему и встал на четвереньки, забавно вытянув губы и прогнувшись в спине, выпячивая задницу.
Фенрис усиленно старался гнать из своей головы все непотребные мысли. Он быстро понял, что Мэлл далеко не первый день пытается его соблазнить. Фенрис не был полностью в этом уверен — в правильно подобранном слове. Однако он прекрасно видел, что остроухий собрат увлёкся им не на шутку.
После разговоров Фенрис подолгу ломал голову, размышляя. Сначала о том, чего именно Мэлл от него хочет. Затем, когда до него дошло, — как дать понять, что он не хочет обижать его отказом. Мэлл не Сид, его реакция может быть какой угодно. Да и Сид не оставлял Фенриса без своего внимания, без конца флиртуя. Да и как Фенрис понял, флиртовать он и не пытался, практически прямо в лоб говоря, чего именно хочет. Но Мэлла разочаровывать не хотелось. Лекарь с ног сбился, пытаясь разобраться в клеймах и найти панацею от их жжения. Но всё, чтобы он ни придумал и ни сделал, либо не помогало, либо хватало на слишком короткий срок.
Иногда боль в татуировках начинала сводить Фенриса с ума. Агония подкатывала пугающими волнами. Несколько раз перед глазами темнело, и в эти моменты всплывал образ хозяина, что смеялся над мучениями раба. Фенрис боролся с этим как мог, осознавая, что всё ещё слаб.
— Что такое? — шёпотом спросил Мэлл, придвинувшись ближе.
Уйдя в себя слишком глубоко, Фенрис от неожиданно раздавшегося поблизости голоса вздрогнул так, что свалился с насеста вниз, в очередной раз долбанувшись своей многострадальной головой.
— Фенрис?! — испуганно выкрикнул Мэлл, слетая на пол. — Ты как?! Прости, я не хотел пугать!
— Я в порядке, — прошипел Фенрис, садясь и усиленно потирая затылок.
— Прости, — Мэлл виновато потупился, прижимая кулачки ко рту.
— Всё хорошо, — отозвался Фенрис, медленно поднявшись. — Немного задумался. Ничего страшного.
— Наверное, ты думал, как я тебя достал! — Мэлл обиженно надул щёки.
— Вовсе нет, — рассмеялся Фенрис и по-дружески растрепал мальцу волосы, а тот просиял точно солнце в небе. — Давай, закончим, — он поспешил убрать руку, мысленно выругавшись на себя за этот глупый жест.
— Давай, — согласился Мэлл, раскрасневшись аки мак.
Начав каждый со своего края, они шустро собирали яйца, складывая в корзины, которые быстро наполнялись. Встретившись посередине, они снова расходились в разные стороны. Мэлл при этом успевал улыбаться широкой улыбкой, сверкая белыми зубами.
— Чего вы возитесь?! — с недовольством завопила Стрела. — Обед уже!
— И что? — не понял Мэлл.
— Пожрать где?! — завопила Стрела.
— Иди и приготовь! — так же отозвался Мэлл.
— Это ты вали готовить! — ещё пуще заорала Стрела. — Иначе я тебе всех курей перережу!
— Только тронь! Я Спруту пожалуюсь!
— Жалуйся! Всё равно ничего он не сделает!
— Он не сделает, — со вздохом сказала Лезвие, замерев за спиной своей женщины и ударив её ребром ладони по голове, — я сделаю.
— Больно же! Ты меня любить должна!
— И так, — Лезвие, пожав плечами, развернулась спиной и, сцапав недовольно бурчащую Стрелу за шиворот, потащила к дому.
— Как бы дать ей поленом по башке! — с недовольством сказал Мэлл и засопел. — Чего она ко мне пристала?!
— Как по мне, — отозвался Фенрис спокойно, — она ко всем такая. Даже со своей женщиной умудряется так себя вести.
— Не понимаю, зачем Спрут её в команду взял, — Мэлл скрестил руки на груди.
— Не нам об этом спрашивать. Раз взял, значит, была причина, — несколько отрешённо произнёс Фенрис. — Не обращай внимания.
— Болят? — с жалостью в голосе спросил Мэлл, всматриваясь в хмурое лицо Фенриса.
— Не переставая, — утвердительно кивнул тот.
— Обещаю, я найду способ, как избавить тебя от этого.
— Мэлл, мне от этого никуда не деться, — вздохнул Фенрис, возвращаясь к работе. — Мне нужно только свыкнуться с этим. Иной раз выходит её не замечать. Мне необходимо несколько больше времени, — он вздохнул более тяжко, и Мэлл поджал губы.
Фенрис не хотел, чтобы его жалели. Он был уверен, что ему, действительно, надо больше времени. Просто время… Его раздражали слезливо-жалостливые взгляды Мэлла, но просить его перестать не стоило и пытаться. Не зная, как правильно подобрать необходимые слова, он предпочитал отмалчиваться.
— Я захвачу и пойду собирать обед! — торопливо сказал Мэлл, подхватывая корзинку с яйцами. — Не задерживайся!
— Хорошо, — кивнул Фенрис.
Мельком глянув на воина, лекарь вышел из курятника и спешно направился к дому. Фенрис последовал за ним, но замер в проёме и, прижавшись спиной к косяку, задрал голову, рассматривая чистое голубое небо с редкими белыми облаками.
Он не смог сдержать короткого смешка, когда подумал, что наверняка в доме Стрела спорит с Мэллом, а тот в ответ орёт что-то непристойное. Сид над этим посмеётся. Спрут махнёт рукой. Кая отчитает мужа, а Лезвие жену. Они вновь и вновь будут тыкать друг на друга пальцами, вспомнят что-то эдакое из своего совместного прошлого, припомнят «обиды», пошутят, посмеются. Заразительное чувство уюта поглощало Фенриса, и это его пугало, а меж тем и радовало.
Фенрис мотнул головой, подставляя лицо приятному прохладному ветерку, который заиграл с его волосами, немного ероша их. Прикрыв от наслаждения глаза, он отдался этому волнующему порыву. И чем больше он прислушивался к ощущениям прикосновения ветра, тем быстрее отходила на второй план боль в клеймах, точно притупляясь.
Он резко распахнул веки, когда на нос упала крупная капля. Не сразу сообразив, в чём дело, он стал озираться по сторонам, подумав, что его обрызгали. Но стоило Фенрису поднять взгляд к небу, как его брови удивлённо поползли вверх. Буквально за считанные секунды набежали грозовые тучи, а ещё через несколько дождь опустился стеной.
Охнув, Фенрис, поздно опомнившись, рванул к дому. Бежать было недалеко, но даже с этим условием, пока забежал внутрь, успел промокнуть насквозь. Оглядев себя и набежавшую под ним лужу, Фенрис тихо выругался.
— Ничего себе?! — от внезапного вопля Мэлла, который от вида воина так и подпрыгнул на месте, вздрогнул и сам Фенрис. — Немедленно иди, переодевайся! Дождь холодный! Ещё простынешь! — подскочив к сородичу, он вцепился в его кисть и утянул за собой в комнату. — Как же ты так невнимательно?! Тучи же не за секунду появляются! Было ведь время спрятаться!
— Задумался, — сознался Фенрис, смотря, как Мэлл достаёт полотенца и одежду из разных сундуков.
— Чего ты замер, как статуя?! — возопил Мэлл. — Быстро снимай и переодевайся! И вытереться не забудь!
— Спасибо за заботу, — Фенрис растянул губы в лёгкой улыбке. Пропитанная холодным дождём одежда прилипла к телу, создавая приятное чувство. Объятые огнём клейма затихали, принося облегчение.
— С тобой точно всё хорошо? — Мэлл подошёл ближе, вставая практически вплотную к Фенрису.
Немного наклонившись вперёд, Фенрис безотрывно смотрел, как крупная капля скатилась со слипшихся от влаги волос. Она упала на щёку Мэлла, отчего тот характерно прищурился. Капелька, истончаясь, скатилась к уголку губ, и розовый язычок, словно хищник, мелькнул наружу, слизнул её и исчез. Фенрис чуть округлил глаза... такое странное ощущение. Волнение разрасталось. И Мэлл, поддавшись вперёд, привстал на носочки…
