my personal demon 2

Я быстро захожу домой за мрачным отцом, который сжимает кулаки со всех сил. Боюсь сказать что-либо, потому что по одному взгляду понятно. Он знает. Почти дрожу, стирая с щеки слезу. — Собирай вещи, — хмуро говорит мне, пока я останавливаюсь и прикусываю губу, чтобы не разреветься прямо на месте. А день так хорошо начинался… Я и Фэш целый день провели у него дома, в то время как у меня была дурацкая школа. Ненавижу это дерьмо. Мы просто смотрели фильмы и ели. Ели, ели, ели. Часто смеялись, обнимались, иногда целовались. Это всё… обычно. Совсем по-нашему. Только вот… отец, как оказалось, узнал о нем. И сейчас мне страшно даже пикнуть. — Отец… — я идиотка, признаю. — Я сказал собирать вещи, Василиса! — кричит, не сдерживаясь, пока я делаю шаг назад от страха. — Ещё одно слово, и я подам на него в суд. Уж поверь мне, всё будет сделано в кратчайшие сроки, и этого педофила посадят за решетку. Прижимаю руку ко рту, глотая соленые слезы. Нет, не может такого быть. Еле сдерживаюсь, чтобы не сказать о том, что Фэш — не педофил, но вспоминаю его слова и со всхлипами убегаю к себе наверх собирать вещи. Мне так жаль.

***

— Доброе утро, — смотрю на улыбающегося Марка, замечая, что он слегка водит пальцем по моему оголенному плечу. — Доброе утро, — голос хриплый, я потягиваюсь, а потом тяну парня на себя, чмокая в губы. — Почему так рано встал? — приподнимаюсь на локтях, а потом вспоминаю, что раздета, и натягиваю одеяло выше. — Уже семь, первая пара через полтора часа, — сообщает мне, смотря прямо в глаза. — Черт! — подскакиваю, скидывая одеяло в сторону, и бегу в ванную прямо голая. Твою мать, мне нельзя опаздывать, сегодня новый преподаватель, и я просто не имею права заявиться на его первую пару, как кто-то, кто постоянно опаздывает. Хотя… так и есть. Быстро принимаю душ и умываюсь, пока мой парень смотрит какие-то дурацкие видео на ютубе, иногда смеясь, как придурок. Он у меня такой, да. Сушу волосы феном, слыша где-то отдаленно, как звонит мой телефон. И кому я понадобилась в такое раннее утро? Быстро выключаю фен и бегу в комнату, где Марк качает головой в такт музыке в его наушниках, пока я закатываю глаза и быстро падаю на кровать, ища телефон под подушкой. Неизвестный номер заставляет меня вздохнуть, и я уже готова отвечать операторам, как чей-то знакомый голос позвал меня по имени. — Это Василиса Огнева? — замираю на пару секунд, а потом даже открываю рот, но быстро его захлопываю, пялясь в одну точку на кровати, с которой, кстати, я так и не встала. Марк убирает один наушник из уха, замечая моё состояние, но я не обращаю внимания. — Да, это я. Не помню, где я слышала этот голос. Такой знакомый и такой чужой одновременно. — А кто мне звонит? — Это я, Диана Фрезер. Помнишь меня? Твоя школьная подруга. Сердце начинает стучать быстрее, и я практически задыхаюсь. Нет-нет-нет. — Я… нет, извините, — и сбрасываю, приоткрыв рот. Неужели это… та самая Диана? Вау, поверить не могу. Как она меня нашла? Я не знаю. Воспоминания возвращаются ко мне, и я быстро вскакиваю с кровати, не хочу вспоминать то, что совсем мне не понравится. Это было хорошее время, но я выросла. Не только физически. Теперь воспринимаю всю ту мою жизнь… отстойной. Черт, нет, мне надо забыть это слово. Как по команде перемещаюсь в день снежного декабря, почти канун Нового Года, который стал для меня самым ужасным в моей жизни. Я видела, как пакуют мои вещи в багажник машины, вспоминая об одном парне, имя которого оставляет на моем сердце ожоги, самые больные следы в моей жизни. Думаю, он был моей первой влюбленностью, именно поэтому я плакала в том идиотском пансионе почти каждую ночь и сбрасывала его звонки, потому что… у него были бы неприятности, а это меньше всего мне было нужно. — Всё в порядке? — обеспокоенный голос Марка вообще не помогает, я несусь в ванную и брызгаю в лицо водой. Щеки красные, и я дышу тяжело. Спокойнее, Василиса. Просто дыши, всё в порядке. Она на другом конце страны. Все они на другом конце страны. Через отражение в зеркале вижу Марка, который прислонился спиной к косяку двери. Его глаза внимательно изучают моё лицо, а потом он подходит ко мне и обнимает со спины, положив руки на талию, а подбородок на моё плечо. — Ты как? Прикрываю глаза, стараясь расслабиться. — В порядке. — Врушка, — целует меня в висок и поглаживает живот большим пальцем. — Ты же знаешь, что всегда можешь рассказать мне всё, верно? — Да, — киваю, и он разворачивает меня и дарит глубокий поцелуй, после чего легонько шлепает по заднице в трусах и кивает в сторону двери. — Иди одевайся, а то опоздаешь. Вчера только обещала, что завяжешь с этим. — Ой, не напоминай, а? — закатываю глаза и выхожу из ванной. Стоит сделать шаг оттуда, как ноги снова становятся ватными, а дыхание тяжелым. Дурацкая Диана, день мне весь испортила.

***

Целую в щеку Марка и выхожу из его машины. — Пока. — Пока. Люблю тебя. — Люблю тебя тоже. С улыбкой иду до дверей университета, а потом быстро стягиваю с себя шапку и шарф, отдаю куртку гардеробщице. Она опять смотрит на меня, приподняв брови, и я смотрю на наручные часы. Твою мать. Уже семь минут идет лекция, я устала опаздывать, скажу честно. Быстро поднимаюсь по лестнице на третий этаж, проклиная то, что здесь дофига лестниц и коридоров, но за два с половиной года я достаточно изучила это место. И слава богам, помню первый день, когда я шагала от одной аудитории до другой минут пятнадцать. Пятнадцать, потому что заблудилась. Сейчас же иду тоже пятнадцать, но потому что я — дурацкая амеба, которая вообще не знает, что значит «шевелиться». Даже в эту минуту иду медленно, хоть и говорю, что быстро. Отлично, меня возненавидит ещё один преподаватель. Зашибись, я лучшая. Вижу знакомую аудиторию и захожу, стараясь даже не смотреть на преподавателя. Глаза невольно скользят по студентам, которые уже не обращают на меня внимания. Привыкли. Делаю шаги в сторону лестницы, чтоб подняться на своё место, только вот знакомый голос останавливает так резко, что внутри всё подскакивает. — Огнева? Боюсь повернуться, да и не могу. Это… это он, да? Твою мать. Как я теперь посмотрю в его глаза?