My brother, my killer, my lover

Маттео никогда не отличался большой энергичностью. Конечно же, исключая те моменты, когда он избивал чью-то рожу или находился под чудотворным воздействием экстази. В обычной жизни весьма неторопливый, но всегда сконцентрированный, если погружается в какой-то процесс. Так вот, когда они с Ривом подъехали к дому, Сохо подхватил вещи из автомобиля, после чего неспешно поднялся по лестнице и зашёл в гостиную. Рюкзак полетел на кожаный диван нежного кремового цвета. — Миранда, приготовь что-нибудь для Ривера, но не давай виски, — обратился тот к горничной и затем посмотрел на друга: — Попробуй пина коладу для начала вечера и постарайся не напиться, пока я не спущусь. После этого Маттео всё так же неспешно поднялся к себе и остановился у гардероба. Он никогда не следил за модой и не был озабочен шмотками, но в силу публичности родителей (и такой бешеной состоятельности семьи) был одарён хорошим вкусом. И раз уж далее с Ривером они направятся в клуб, Сохо достал простые темные брюки и белоснежную футболку. Кстати, последнее — самый неудачный выбор для такого, как он. Если футболка до конца вечера останется чистой, можно смело ставить памятник. И лишь потом Маттео отправился в душ, не забыв подхватить с собой банное полотенце. Рив наворачивал круги возле входной двери, лишь бы дать повод Маттео собираться быстрее. Он предположил, что если позволит себе сесть на диван, то Тео тут же расслабится и станет собираться медленнее. А нервный хождения Баркли, должны были разбудить остатки совести у Маттео. Странно это было лишь потому, что Рив никогда не являлся большим фанатом такого отдыха. Он куда охотнее остался бы в доме Маттео и поиграл в плейстейшн. Но Ривер сам виноват, что решил впечатлить друга. — Если ты сейчас же не спустишься, то я усну на твоем придверном коврике! — А я сейчас и не спущусь. Только после того, как смою с себя следы Нью-Йорка, — громко ответил брюнет. — Поднимайся. Ривер не был так сильно озабочен коктейлями, поэтому с заботой приготовленную Пину Коладу отмёл. Ему не хотелось расстраивать Миранду, но Рив заверил ее, что он еще успеет напиться в клубе. На что Миранда рассмеялась и сказала, что лично Маттео это никогда не останавливало. Это фраза посмешила и Баркли. Рив был уже почти на взводе. Он привык в такое время зависать уже в клубах и пытаться не злоупотреблять алкоголем. А если же он в такое время оказывался в стенах дома, то желание выгребаться куда-то не было никакого. Вот и сейчас Рив чувствовал, как желание посетить вечеринку, которую он сам и устроил, медленно уходило от него. И Маттео никак не спасал ситуацию своими медленными сборами. Тео точно слышал разъярённые шаги лучшего друга на лестнице, от чего на его лице растянулась невольная улыбка. Почему-то Маттео особенно любил, когда его друг из зануды превращался в Халка. Даже если просто был недоволен медленными сборами. Начинал что-то там дерзить и бубнить себе под нос. Это гораздо лучше нелепых приколов, которые не давали Сохо спокойной жизни. Хотя, кстати, сам он не считает, что собирается медленно. Просто у Ривера с терпением не сложилось. Ривер нехотя затянул свое тело наверх в комнату Тео, но как только он оказался внутри, он тут же плюхнулся на его кровать. В нос сразу ударился резкий запах Blue de Chanel, в котором Ривер растворился. Рив закрыл глаза и начал фантазировать. Это было ужасно, потому что любая неприличная фантазия могла закончиться непредвиденным стояком, но парень не мог ничего поделать. Все в этой комнате было слишком соблазнительно. На душ, который позволил Асториусу взбодриться и расслабиться после долгого трансатлантического перелёта, понадобилось не более 15 минут. Ещё некоторое время до этого парень просто стоял и кайфовал от душа. Почему-то сейчас он был особенно раз вернуться домой, будто бы предчувствуя неминуемое веселье. А уже после водных процедур Маттео занялся мокрой шевелюрой и осушил её под феном, достал любимый парфюм с самой верхней полочки. Пусть даже не страдал фетишем из-за духов, но именно этот запах сильно пришёлся по душе и едва ли ощущался во время носки. Сохо вспомнил, как Ривер вечно цеплялся (откровенно доёбывался) к нему из-за этого аромата. Как будто бы, что бы не делал юноша, он всё делает пафосно. Идёшь по улице — пафосный, взял очки — пафосный, нашёл классный аромат — точно пафосный. Но как и у любого ребёнка, вскоре это прошло. А Ривер лишь наслаждался обстановкой. Сначала это были невинные воспоминания. Первое воспоминание было о том, как Тео первый раз использовал этот парфюм. В тот день Ривер высмеял его, потому что Маттео выглядел слишком пафосно с ним. Потом воспоминания, которые сопровождались близкими, неосторожными касаниями. Затем воспоминания, когда Рив осознал, что влюблен в друга. Тогда этот запах стоял на всю мужскую раздевалку. Потом пошли фантазии. Сначала что-то совсем простое. Ривер банально желал коснуться парня. Просто коснуться, затем зарыться носом в его шею, волосы, чтобы этот запах проник в его вены. Ривер хотел стать одним единым с Маттео... Черт, стояк! Асториус с облегчённой душой вышел из ванной комнаты, предварительно укутавшись полотенцем. Но как только взору попалась замечтавшаяся физиономия друга, он моментально снял полотенце с торса и бросил его в Рива. Да, Тео остался голым. Да, он без боксёров. И Баркли, который моментально поднялся на локтях и с шокированным лицом глянул на брюнета, по всей видимости, тоже это заметил. — Что? — спросил Сохо и опустил голову вниз. — Что изменилось с прошлого раза, как ты меня видел? Маттео подошёл ближе к русоволосому товарищу и наклонился за боксёрами. Ошарашенный Баркли не просто вскочил с кровати. Он с ужасом в глазах вскочил с кровати. Какое-то время он еще пялился на друга пустым взглядом, пока душа не вернулась в него обратно. Парень отвел взгляд от Тео и направил его на свой пах. "Слишком подозрительно. Прекрати пялиться на свой член", — подумал Ривер. Рив также мысленно поблагодарил Маттео за полотенце, потому что оно очень удобно прикрывало стояк. За остальное Рив не мог благодарить Сохо, потому что последующие действия друга только лишь ухудшили ситуацию. В нос снова ударил резкий запах парфюма. На этот раз от исходил от Маттео. Становилось сложнее сдерживать себя. Последний аккорд был сыгран, когда взгляд Ривера упал на член друга. Рив задержал дыхание, пытаясь найти путь к самоконтролю. Но все попытки были тщетны, когда то, чего ты так желал, находилось в каких-то миллиметрах. "Он сам виноват", — с такой мыслью губы Ривера коснулись губ Маттео. Так бывает, когда ты находишься на пике. Мысли мутнеют и ты не уверен, что все, что сейчас происходит реально. Так и Ривер не верил. Все это казалось таким фантастическим, что больше было похоже на сон. Вот, во что верил Рив. Маттео так и не успел одеться, а на вечеринку они уже изрядно опаздывали. Но каким бы bad guy'ем ни был, заставлять дам ждать — очень невежественно. Поэтому уже сейчас парень действительно был готов ускорить сборы. Собственно, кое-какую причёску сделал, одежду выбрал, но осталось только вместить в неё свою тушу. Ну, а если лучший друг ни с того, ни с сего лезет целоваться, это может означать лишь одно... — Набухался уже без меня? — Сохо отклонил голову назад и не дал русоволосому себя поцеловать. — Я же просил Миранду не давать тебе виски. С собой в заначке принёс? Асториус протянул руки вперёд и скрупулёзно обтрогал руки, плечи, спину, живот, не пропустил задницу и перёд Ривера в поисках пляшки янтарного напитка. Но особо выделялась так званая «зона бикини». — О, нет, брат. Туда я не полезу. Но ты всё равно говнюк, — фыркнул Тео, после чего поднял боксёры, натянул их на себя и принялся надевать брюки, футболку. — Сколько бы ты не успел выпить, пока я был в душе, я скоро тебя догоню. Только другим способом. Сохо обошёл кровать, добрался до тумбочки и достал оттуда прозрачный пакетик, в котором лежала парочка «таблеток веселья». Решив не отставать от друга, он достал одну и проглотил, после чего запил соком, стоящим в бутылке под тумбой. Затем Маттео сделал движения а-ля «вуаля». Ривер ещё не знал, к чему все это приведет. Но знал, что к чему-то плохом. И знал, что оправдывать свои действия фразой "он сам виноват" не самая лучшая идея. Не самой лучшей идеей было целовать своего лучшего друга без предупреждения. И как-то же из этой ситуации надо было выходить. Маттео все же набрался дерьмового американского юмора, что совсем не веселило Ривера. Рив просто молился, чтобы парень не заметил стояк. Благо, действительно не заметил. Ривер подорвался с места и засмеялся. Актер из него был дерьмовый. — Да ты чего, я решил поугорать с тебя, Пина колада знатно в головку ударила. — Ривер ударил Тео кулаком в плечо, а затем попятился спиной к ванной. — Давай одевайся, я пойду поссу и выдвигаемся. Ривер забежал в ванную и тут же закрыл дверь за собой. Парень быстро стянул с себя свитер начал рассматривать свое тело в зеркало. Шрамы на его теле успокаивали парня и напоминали ему о нечистых помыслах Ривера. Это было странно, но боль всегда помогала Риву избавиться от мыслей о Маттео. Сейчас он нуждался в этом сильнее всего. Шатен порыскал по шкафам в поисках бритвы, а когда цель была найдена, приступил выполнять процедуры. Обычно Ривер делал это дома после учёбы. После этой "процедуры" тело словно очищалось от грязных мыслей, которые владели парнем 24/7. На какое-то время Рив мог спокойно дышать благодаря ощущениям боли. Рив открыл кран с водой, затем медленно провел лезвием по запястью. Почувствовалось легкое расслабление. С расслаблением ушел стояк. Парень с облегчением вздохнул. Боль придала силы, что не характерно. Баркли смыл кровь с руки и лезвия. Бритву положил на место. Кровь все еще сочилась со свежих порезов, но благо у Рива был серый свитер, который он незамедлительно натянул. Ривер старался быть максимально быстрым, вряд ли у него вышло. — Решил еще и посрать, — с такими словами Ривер вышел из ванной, пытаясь отвести от себя подозрения. Когда Баркли вышел в комнату, брюнет кивнул ему и тут же пошёл в коридор. Теперь уже самому хотелось поскорее добраться в клуб, поэтому быстро спустился по лестнице, кивнул горничной и рванул на парковку. К сожалению, железного коня придётся оставить дома. Сохо не так беспокоился о своей безопасности, как не хотел угробить (по его мнению, так и не успевшую начаться) жизнь тихони Рива. Поэтому на улице их ждал автомобиль вместе с водителем. Маттео забрался на заднее сидение и открыл окно, после чего бросил короткий взгляд на друга. — Эй, чувак. У тебя, кажется, кровь идёт, — парень нахмурил брови, взял руку русоволосого и собирался приподнять рукав его кофты, чтобы глянуть, что там. Ривер старательно игнорировал, что где-то под свитером кровь стекает струями к его ладонь. Он просто надеялся, что темно-серый свитер и красное пальто спасут его от позора. Но моменты, когда текстура свитера касалась порезов, приятно облегчали мучения Ривера. Да, ему все ещё было больно. И, черт, боль была сильная. Рив не был мазохистом, потому он не был озабоченным придурком, который ловил кайф от боли. Просто чувство боли позволяло ему забывать о других чувствах. Это действительно помогало. Время от времени Рив протирал ладонь от потеков о внутреннюю сторону пальто. Видимо после этой ночь пальто попадёт на свалку. Сейчас Ривер об этом не жалел. Он больше жалел, что у него не было с собой никакого платка, что, кстати, действительно странно. Ведь как прирождённый джентльмен, парень всегда носил с собой платок. В машине внимание Ривера отвлекло уведомление на телефоне от директора клуба. Рив незамедлительно отправил подтверждение, что они в пути. А затем почувствовал прикосновение к своему запястью. Ривер тут же отдёрнул руку во избежании лишних вопросов. — Мама нового буйного корги купила. Этот придурок своими когтями полруки расхерачил, когда я его помыть пытался. Видимо случайно свитером зацепил царапины, вот кровь и пошла, — еще никогда ложь не сочинялась так быстро. Экстази не является галлюциногеном, поэтому Тео ни на секунду не засомневался в том, что он видит перед собой. А именно — руку друга, истекающую кровью. Несмотря на дикое желание повеселиться, ещё минуту назад бушевавшие в его голове, сейчас он будто бы отрезвел. Конечно же, ненадолго. Пока не начал действовать наркотик. — Нет, чувак, у тебя прямо сейчас идёт кровь. Глянь на свою руку. Ты не можешь так просто поехать. Это не просто царапина, — сказал Сохо, после чего обратился к водителю: — Джерри, стой. Мы вернёмся. Маттео потащил товарища за локоть за собой и искренне не понимал, почему Баркли такой спокойный. — Рив, я под экстази, но соображаю получше тебя. В чём дело, чувак? — нахмурил брови брюнет и, вернувшись в дом, усадил Ривер на диван. — Миранда умеет делать всю эту херню с ранами. Мне не нужно, чтобы ты какую-то болячку подхватил и испортил праздник. Когда Ривер снова сидел в доме Маттео на диване, парень вдруг действительно задался вопросом, а почему он все не скинул на галлюцинации от экстази. Это действительно казалось более логичным. С этим у Ривера очевидно были проблемы. — Окей, ладно, можешь принести мой телефон из машины? Я по ходу обронил его, когда ты меня вытаскивал оттуда. Когда Маттео ушел из дома, а Миранда подошла с аптечкой к Риву, тот схватил её за руку и оскалился: — То, что ты сейчас увидишь, никогда не должно дойти до Маттео. Ясно? Миранда, это очень важно. Я не хочу, чтобы он знал об этом, что бы это ни было. Хорошо. Женщина лишь еле кивнула и закатала рукав парня. На секунду ее лицо побледнело, но она умудрилась не слови не сказать. Маттео был вроде как хорошим другом, поэтому не поленился принести мобильный телефон друга. Но почему тот внезапно задумался о чёртовом гаджете, когда его гребаная рука истекает кровью. Однако всё равно пошёл на улицу к автомобилю и обыскал весь салон. Никакого сотового там не было. — Джерри, ты не видел здесь телефон? Ривер его оставил, кажется? — обратился тот к водителю, на что получил отрицательный ответ. На всякий случай брюнет заглянул под сидение, проверил пол с фонариком, но собирался вернуться с пустыми руками. Вернулся через кухню, так как постепенно начало пересыхать во рту. Маттео достал из холодильника кувшин со свежевыжатым апельсиновым соком, после чего налил его в стакан. — Рив, там нет твоего телефона, — громко сказал тот из кухни. — Может, ты его у меня в комнате забыл? Брюнет выпила сока, после чего поставил стакан в посудомойку, а кувшин — назад в холодильник. После чего вышел в гостиную. — Ну что, ты как? Готов? — спросил Тео и глянул на Миранду: — Что там у него с рукой? Ривер редко перевязывал порезы, чаще он просто сидел под душем и ждал, когда кровь более-менее перестанет течь. Это не то, чтобы было для него в новинку, но это ему не помогало совсем. Он чувствовал, что нуждался в чем-то большем, возможно, в еще одном порезе. На этой стадии можно было назвать это зависимостью. Как только Тео заскочил в дом, Рив отдёрнул руку и натянул рукав. Парень наклонился к горничной и поблагодарил её за перевязку, а затем снова напомнил ей, что он был бы очень благодарен, если бы она ничего не говорила Маттео. Миранда понимающе кивнула и скрылась на кухне. — Я в порядке, чувак, — Рив встал с дивана и натянул пальто. — Готов оттянуться в вечеринке? Ривер настойчиво проигнорировал вопрос Тео о руке, а затем посмотрел на Миранду, намекая, чтобы она тоже молчала. Странный взгляд Миранды, у которой явно подпортилось настроение, насторожил Маттео. Он нахмурил брови, но всё же решил не уделять этому много внимания. Подошёл ближе к Риверу и бросил короткий взгляд на его руку. Действительно: она была совершенно целой. — Да, готов, — ответил и сделал несколько шагов навстречу другу, прежде чем взять его руку в свою. — Так что там у тебя было...? — Мистер Сохо, вас ожидает машина. В девять часов Джерри должен будет отвести документы в родительский офис. Вам стоит поторопиться, — напомнила Миранда, чем благополучно отвлекла Маттео, так и не успевшего рассмотреть руку товарища. — О, точно, — ответил Сохо, обнял товарища за плечо и взъерошил его светлые волосы. — Всё, пойдём веселиться. Вскоре парни уже находились в салоне автомобиля, а Маттео постепенно начал чувствовать, как его накрывало. Всё началось с привычного шума в ушах, а затем резко наступила безмятежность и удивительная радость.