Fuer immer zusammen

Санс не мог ничего с собой поделать. Он разразился громким смехом, упав на кровать. У Папируса кончились чистые вещи, и, так как старший скелет мог носить одно и то же достаточно долго, ему пришлось одолжить немного одежды. Младшему было всего шесть, но он уже был почти таким же высоким, как Санс. Их разделяла всего пара сантиметров. Малыш рос быстрее сорняка. Старший скелет регулярно покупал ему одежду на пару размеров больше, чтобы не делать это слишком часто. Тем не менее, всё произошло слишком быстро. Но было очень забавно видеть своего педантичного братишку в собственных потрёпанных вещах. Папирус раздражённо бурчал. На этих выходных они должны сходить в прачечную, но до этого младший скелет выглядел как раздражённый мини-Санс. Хорошо, что была уже пятница. — Вообще не смешно! Я же говорил, что надо сходить в прачечную! — Хех-хе. Ты же знаешь, что мы не успеваем в будни, я же работаю. Сраный магазин жрёт всё мое время. — Когда ты уже научишь меня телепортироваться? Тогда я сам бы мог всё сделать! — Даже если бы у тебя получилось, я бы всё равно не отпустил. Ты ещё слишком маленький. — Я почти с тебя ростом! — Ты понял, о чём я. И прекращай дуться. Может быть, освобожусь сегодня пораньше. Как пойдёт. — Ну, хорошо… Папирус ворчал себе под нос, сидя на своей кровати, пока Санс готовил еду на обед. Младший скелет уже собрал все необходимые для занятий вещи. Брат всегда говорил ему, что образование очень важно. Папирус учился быстро и относительно много, но почему-то ему всегда казалось, что этого недостаточно. Скорее всего, в нём говорил внутренний перфекционист. Такое свойство характера братишки немного раздражало Санса, но только когда этот педантизм заходил слишком далеко. Если, например, фотографии на холодильнике вдруг начинали висеть гораздо более упорядоченно и ровно, то сразу становилось ясно, чья это работа. Однако, это тоже было частью Папируса, а старший скелет ни за что бы не согласился в нём что-то изменить. Санс запаковал бутерброды и подошёл к почти полному рюкзаку. Его брат в это время пытался как-то закрепить постоянно сползающие штаны. Старший предпочитал свободную одежду, довольно удобную для него. У Папируса же она вызывала только гнев. Даже красная футболка соскальзывала с плеч младшего монстра, а широкие штаны еле удалось нормально закрепить на поясе. Санс усмехнулся про себя. Возможно, ему стоило бы раздобыть побольше подобных вещей для Папируса. Младший монстр был намного тоньше и изящнее своего брата, кости которого были довольно толстыми и коренастыми, что позволяло тому покупать взрослую одежду. При этом он был слишком низким для своего возраста. Да, Санс снова сорвал джекпот в генетической лотерее. С другой стороны, такое положение дел спасало их из финансовой ямы. Из украшений остались только браслет и пара золотых колец. На деньги от остальных ценностей они купили потрёпанный диван, приемлемый стол, посуду и столовые приборы, две раздельные кровати и отремонтировали водопровод. Теперь не нужно было постоянно греть воду. Поскольку Папирус стал более требовательным к еде, большинство расходов шло именно на питание. Свежие ингредиенты с рынка всегда были довольно дорогими. И, конечно, большое количество средств уходило на одежду его быстро растущего брата. Сейчас у них в распоряжении было не так уж и много, но Санс не хотел использовать заначку. Им просто нужно было ненадолго потуже затянуть пояса. Их финансовое положение ещё могло измениться в лучшую сторону. Каждый год университеты Нового Дома предлагали стипендии для тех, кто сдавал довольно сложный экзамен, который включал все предметы без исключения. По крайней мере, их основы. Там было всё: от педагогики до естественных наук — чтобы только самые умные и прилежные монстры могли пройти. Поскольку школы не окупились в долгосрочной перспективе из-за страха родителей отпускать туда детей, бремя образования ложилось на сами семьи. По крайней мере, король позаботился о том, чтобы в библиотеках было достаточно учебников для домашнего обучения. Богатые, конечно, могли просто купить место в университете своим родным, но большинству такое было совершенно недоступно. Санс, к счастью, всегда много учился и и охотно занимался саморазвитием. Его подгоняли жажда знаний и желание получить профессию получше. В течение нескольких последних недель он вечерами готовился к этому тесту. Если получить стипендию, то можно было бы совмещать работу с учёбой, а затем уже зарабатывать неплохие деньги. После этого им бы не пришлось выживать на нищенскую зарплату в продуктовом и иметь что-либо общее с Эррионом, поведение которого не улучшилось за последние два года. Как только еда была уложена, Санс достал ключи и закинул рюкзак на спину. Братья отправились на работу, по обыкновению держась за руки. Поскольку они были почти одного роста и в похожей одежде, можно было принять их за парочку на свидании. Было ещё светлое время суток, поэтому на них обращали внимание больше, чем обычно. Но в то время как Санс находил это даже немного забавным, Папирусу было стыдно. Он ещё не понимал, какое впечатление они производят, но ему казалось, что все просто смеются над его одеждой. Младший просто смотрел в землю с покрасневшими скулами и мрачным выражением лица. Так, по крайней мере, он не мог видеть прохожих, которые, очевидно, смеялись над ним. В принципе, скелет не имел ничего против своего брата. Напротив. Умный и трудолюбивый Санс был великолепным примером. Но они слишком уж отличались характерами. И в одежде старшего, почему-то Папирус чувствовал себя более уязвимым. И ощущение унижения, конечно, никуда не делось. — Только посмотрите, — съязвил Эррион, когда братья вошли в магазин. — Тупой и ещё тупее. — Заткнись! — выпалил Папирус. — Всё в порядке, Пап, — успокоил своего брата Санс, а затем обратился к коллеге. — А ты сегодня рано. Или вчера не нашёл дорогу домой? — Посмотрим, как ты посмеёшься. За магазином еноты растащили мусор и разорвали все пакеты. Идеальная работа для тебя. Ты же так хорошо разбираешься в мусоре. По-другому не могу объяснить ваши шмотки. Санс заметил, что его брат покраснел ещё сильнее. Младший скелет просто сбежал, покинув место ссоры. — Прекрасная работа, мудила! — раздражённо отрезал Санс. — Ой, иди на хуй, — ответил Эррион, по-видимому, довольный результатом. Ворча, старший скелет пошёл за своим братом. Тот прятался за ящиками в небольшой кладовке. Тем не менее, Санс заметил торчащие оттуда подвороты его штанов. Вздохнув, Санс подошёл и сел рядом. Некоторое время они просто сидели молча. — Что случилось? Ты странно ведёшь себя сегодня. Будто тебя что-то беспокоит. И это явно не из-за того, что тебе пришлось идти в моей одежде. — Почему ты позволяешь ему так с тобой говорить? — Ч-что…? — Каждый раз, когда мы выходим в город, я вижу два типа монстров: те, кто сражается, и те, кто убегает! Почему ты всегда убегаешь? Я чувствуя себя… таким маленьким и слабым… У нас даже нет денег, чтобы позволить себе хотя бы старую стиральную машину. И я не могу ничем помочь… Я просто стою на пути… — пробормотал Папирус, перебирая ткань слишком большой ему футболки. — Если бы ты не заботился обо мне, ты бы стал сильнее…? Ты бы мог заткнуть Эрриона…? Ты бы не убегал… Санс совершенно лишился дара речи. Он и не подозревал, что у его брата были такие мысли о их жизни и безопасности. Для старшего скелета это было равносильно болезненному удару. У него не получилось дать Папирусу чувство безопасности. Конечно, в подземелье не могло быть такого понятия, но он так старался. Ради своего брата. Санс ненавидел себя за то, что тот чувствовал. Он просто был слишком маленьким. И всё. Ребёнок не мог о себе позаботиться, не мог заработать денег. В этом и состояла задача Санса. И он сам на это пошёл, покинув родительский дом. Старший скелет притянул к себе Папируса и обнял. — Пап, я не знаю, что сказать… Ты — лучшее, что есть в моей жизни. Без тебя меня бы здесь не было… Мне так жаль, что ты плохо себя чувствуешь из-за меня… — тихо сказал Санс, надеясь, что его голос не дрожит. — Я убегаю, потому что драться опасно. И глупо идти на такое добровольно. И даже если бы я тренировался, то не стал бы сильнее. У меня всего одно очко здоровья. Это врождённый дефект, и этого не изменить. Ты не сделал ничего плохого… Я горжусь тобой за то, что ты держишь дом в порядке и не даёшь мне совсем распуститься. И ты всегда так хорошо себя ведёшь в магазине. И это не само собой разумеющееся. Так что, пожалуйста… Не говори так больше никогда. Я тебя так сильно люблю, ты же знаешь? Папирус молча кивнул. Санс поцеловал его в лоб и поднялся. Ему уже надо было начинать работать. Старший скелет тихо вышел из комнаты. Никто из братьев не знал, что ещё можно сказать. Папирус уставился в пол и вздохнул. Санс всегда был таким уязвимым и чувствительным. И у него было всего одно очко здоровья. Младший скелет боялся за своего брата. В какой-то момент тот сломается. Это лишь вопрос времени. От этих мыслей у Папируса сжимался несуществующий желудок. Время летело довольно быстро. Собрав мусор, трудолюбивый скелет убрался в магазине. Тяжёлая работа помогала ему хотя бы частично забыться. Его душу грызло сказанное его братом. Тем временем, был уже полдень, и его обеденный перерыв неумолимо приближался. Санс хотел правильно разложить последнюю коробку лапши, но его оторвал от этого знакомый голос. — Извините, где лежат продукты без содержания магии? Маленький скелет инстинктивно вздрогнул. Он повернулся к клиентке, и у него буквально отвисла челюсть. Перед ним стояла его мать. Неужели она их искала и нашла? Душа Санса быстро и панически билась. Что если она хочет забрать Папируса? Он прикусил свой призрачный язык. — Я не встречала вас раньше? — спросила женщина вполне серьёзно. — Санс? Это ты? — Д-да… Привет… И еда без магии в тех холодильниках… — Не думала, что снова тебя увижу, особенно после того как вы с братом сбежали. И обокрали нас, — продолжила она, но её тон был совсем беззлобным. — И теперь ты работаешь в продуктовом магазине. Как говорится, яблоко от яблони. — Что ты вообще здесь забыла? Вы теперь живёте где-то поблизости, после того как проебали свой дом? — Так ты тоже слышал. Нет, просто хочу прикупить еды для одного неудачника, который снова развлекался с какой-то шлюхой. — Но папа же скелет. Ты же и сама знаешь, что мы живём только благодаря магии. Пища без магии в конце концов… убьёт его… — Ты всегда был умным парнем. Так в тех холодильниках, верно? — Подожди! Ты собралась заморить своего мужа голодом? — Не знаю, что тебя не устраивает. Ты же бросил нас довольно спокойно. — Да, но… Вы вместе пережили пожар! — Дорогуша, кто, по-твоему, его устроил? Тупые гвардейцы поверили, что я просто уснула с зажжённой сигаретой. Но если и это не сработает, попробую как-нибудь по-другому, — небрежно сказала старший монстр. — Кассу найду сама. Санс просто смотрел ей вслед. Он знал, что его родители были развращёнными больными мудаками, но его мать оказалась просто сущим дьяволом! После всех этих лет она решила разойтись с мужем. Окончательно. Скелет подозревал, что развод стоил непомерно дорого. И знал, что его мать просто не могла оставить своего бывшего другой женщине. Убийство, вероятно, было самым простым решением. Санс смотрел, как женщина-монстр оплачивает пищу без магии, предназначенную для аллергиков. Она попрощалась с его шефом на кассе и покинула магазин. Маленький скелет просто оставил пачки лапши и направился на склад. Ему нужно было привести мысли в порядок. Перед Сансом стояла настоящая дилемма. Нужно ли предупредить отца? Рассказать правду гвардейцам? Должен ли он вмешиваться? Нервно, маленький монстр ходил по комнате. Он хорошо знал, что те, кто ошибается, и слабые не живут долго в подземелье. Если его отца хотят вероломно убить, касается ли это Санса? Было ли это приемлемо с точки зрения морали? С другой стороны… Кто вообще заботится о нравственности в этой дыре? Приземистый скелет хотел бы обсудить это с Папирусом. Мальчик был довольно мал, но мог мыслить удивительно рационально, когда дело доходило до кризисных ситуаций. Санс был слишком мягким и эмоциональным. Но совесть давила на него. Он не мог обременить брата ещё и этим. Папирусу уже хватало забот. Было бы совершенно неправильно тыкать малышу в нос то, что его отец, возможно, скоро умрёт. Для него было бы намного легче и лучше думать, что родители просто переехали после пожара. На его маленькую душу и так выпало слишком много переживаний. Результат этого был принесён сегодня утром Сансу на серебряном блюдечке. — Прекращай мельтешить! Раздражает! — раздался голос Эрриона из дальнего угла. Тот сидел на полу, прислонившись спиной к нескольким сложенным коробкам, и курил. У Санса уже не хватало нервов, чтобы разбираться ещё и с ним. Но до сих пор его коллега вёл себя удивительно мирно. Возможно ему хватило утренней ссоры. — Что, чёрт возьми, с тобой случилось? Выглядишь ещё дерьмовей, чем обычно. — Просто пара неприятных мыслей. Вот и всё. Эррион широко улыбнулся, достал что-то из кармана и протянул Сансу. Тот посмотрел на чужую руку. Сигареты? — Я не курю. — Сам вижу, тебе это нужно. Они успокаивают нервы. Маленький скелет неохотно посмотрел на красочную упаковку. Он хорошо знал, что курение — это глупо, дорого и вредно для здоровья. Но сейчас ему просто необходимо было расслабиться. Только одну. Это не повредит. Чтобы стало легче. После секундной заминки Санс взял сигарету и нерешительно зажал между зубами. Эррион усмехнулся, вытащил зажигалку и протянул своему коллеге. Санс наклонился и сделал глубокую затяжку. Сразу же он разразился кашлем. Дым неприятно жёг его горло и нёбо. Твою ж мать! — Будь мужчиной! Слабак. Санс выпрямился и снова поднёс ко рту сигарету. Возможно, это была не лучшая идея, но он хотел показать Эрриону, что может это сделать. Хотел стереть эту наглую ухмылку с его лица. Маленький скелет затянулся ещё несколько раз с тем же результатом, и только через некоторое время всё пошло более-менее гладко. Санс мог курить сигарету, несмотря на лёгкое жжение во рту. И на самом деле он почувствовал себя немного спокойнее. — Ну, сойдёт. — Д-да… Спасибо… — Конечно. Это немного напрягает, но я ведь всё же джентльмен. Санс молчал. Это было довольно жутко. Его коллега никогда не был мил с ним. — У тебя есть планы на вечер? — Ч-что? — Ну, мы могли бы пойти в какое-нибудь спокойное место, а ты расскажешь мне, почему так разволновался. — Ты пьян? — Я недавно осознал, что мы с тобой каждый день делаем друг другу жизнь только сложнее. А ведь мы могли бы держаться вместе, — промурлыкал Эррион и игриво погладил плечо своего коллеги. Санс отстранился и немного отошёл. Он вообще не верил во всё это. Сделав последнюю затяжку, скелет затушил сигарету об пол. Ему всё равно нужно будет здесь убраться. Теперь ему просто хотелось уйти. — Я-я пойду к с-своему брату. С н-ним и п-проведу в-вечер, — бросил маленький скелет и быстро вышел из комнаты. Что с этим днём не так? Ему нужно было к Папирусу. Санс почти бежал до кладовки. Испуганно, молодой монстр посмотрел на брата, которого тут же заключил в объятьях. Старший скелет немного трясся. И пах табаком. Он курил? Папирус не знал, что произошло, но, судя по его брату, что-то из ряда вон. Осторожно, младший скелет слегка укачивал Санса. Точно так же, как тот сам делал когда-то. Будто они поменялись ролями, Папирус толкнул своего дрожавшего брата чуть назад, чтобы тот мог сесть на ящик, затем достал порцию Санса из рюкзака, распаковал и дал ему в руки. Старший монстр откусил совсем немного, притом из его правой глазницы побежала слеза. Папирус снова наклонился, чтобы достать из рюкзака пачку бумажных платков, и вытер её. Санс уставился в пол, сосредоточившись на еде. Младший скелет погладил брата по голове и направился в магазин. Он прошёл мимо Эрриона, не зная, что произошло. Шеф стоял за кассой, но на данный момент клиентов не было. — Эй, мелкий, ты что здесь делаешь? — спросил старший монстр. — Моему брату нехорошо. Мы можем, в виде исключения, уйти пораньше? — Мне это не нравится, но сегодня клиентов маловато, да и Санс уже много сделал… Ладно, можете идти. До встречи в понедельник, так? — Спасибо, — Папирус кивнул и вернулся к Сансу. Младший скелет собрал их вещи и закинул рюкзак себе на спину. Затем он взял руку своего брата, которой до сих пор не мог справиться со своей едой, и потянул его за собой. — Пап, что ты делаешь? Мне нужно работать! — Сегодня нет. Нам можно идти. Я попросил. — Т-ты что…? Ты был в магазине? Шеф сердился? — Нет, всё хорошо. Пошли. На улице, на более-менее свежем воздухе, Санс почувствовал себя лучше. Он был чрезвычайно чувствителен ко всем этим эмоциональным штукам. Маленький скелет ненавидел себя за это. Утренний разговор с братом заставил его задуматься, встреча с матерью толкнула его ближе к ментальной пропасти, а хищное и тревожащее поведение его коллеги окончательно подкосило. Может, Санс должен был помнить, что и до этого его жизнь не была легче. Его душа и психика были совершенно расшатаны. Нужно было быть более устойчивым. В конце концов, кто-то должен заботиться о Папирусе. Папирус… Маленький скелет уверенно бежал перед Сансом и нежно вёл своего совершенно запутавшегося брата за собой. Малыш так быстро среагировал и позаботился о нём. Боже, как же он любил его. Никто другой не смог бы присмотреть за таким жалким монстром, как он. Мягким, слабым, бесполезным. Сейчас Санс чувствовал себя в безопасности рядом с Папирусом. В глубине души старший скелет знал, что это неправильно. Всё должно быть наоборот. Так, чтобы его шестилетнему брату не приходилось беспокоиться. Но почему-то это чувство всё равно было невероятно прекрасным. Младший скелет не боялся других монстров вокруг. Настолько Папирус сконцентрировался на своей нынешней задаче. Поборов собственную совесть, Санс позволил брату вести себя до их дома. Старший монстр открыл дверь в квартиру, и братья вошли. Папирус поставил рюкзак в угол и пошёл на кухню, чтобы принести Сансу стакан воды. Тот сел на диван и охотно принял холодный напиток. — Пап, спасибо… За всё… Папирус сел рядом с братом и громко выдохнул, будто отец, который собирался отчитать своего отпрыска. Но ничего не сказал. Разрываемый собственный совестью, Санс отпил немного из стакана. Это было наиболее подходящее время, чтобы взять на себя роль взрослого. Ради Папируса. Ребёнок должен оставаться ребёнком, а не вести себя как приятель своего старшего брата. — Что тебя так сильно расстроило? — спросил младший скелет авторитетным голосом. — Э-ээм, — Санс чувствовал себя беспомощным от такого тона. — Э-это трудно объяснить. — Попробуй. — Э-Эррион! О-он снова д-довёл меня… В-вот и всё… — соврал Санс и уставился в пол. Папирус снова шумно вздохнул. Его брат вздрогнул от этого. Лучше бы вообще молчал. Что с ним случилось? Хватит вести себя как ребёнок! — Эй… Может сходим в парк…? Поиграем с твоим мячом… — Ты уверен, что хочешь этого? — Конечно. Ради моего любимого брата я готов на всё. — Хмм… Хорошо. Младший скелет встал и достал мяч из-под кровати. На самом деле Санс действительно не хотел выходить на улицу и видеть других монстров. Но почему-то ему казалось, что это необходимо. Отчаянный шаг, чтобы показать Папирусу, что он способен позаботиться о них обоих. После тяжёлого дня малыш заслужил просто побегать и поиграть. Парк братья нашли случайно несколько месяцев назад. Они пытались уйти от монстров, которых старались избегать. Спрятавшись там за кустами и прочей растительностью, им удалось оторваться от преследователей. Санс был удивлён, что в центре Нового Дома может существовать нечто подобное. После они регулярно приходили туда, чтобы реализовать активность Папируса, особенно учитывая то, что ему приходилось часами тихо сидеть в подсобке. Когда они случайно обмолвились об этом старушке с первого этажа, она подарила Папирусу этот мяч. У малыша было довольно мало игрушек, поэтому он ценил его. С тех пор братья регулярно брали мяч с собой на прогулки. Санс неохотно поднялся, снял свой зелёный фартук и поставил стакан в мойку. Брат уже ждал его возле двери с мячом под мышкой. Улыбка старшего скелета была кривой и неправильной, но это было лучшим из возможных сейчас выражений лица. Он взял Папируса за руку, и они спустились вниз. Парк, к счастью, был не слишком далеко. А после того как они ушли с работы и собрались активно поиграть, это обстоятельство не могло не радовать. Увидев зелёный луг и деревья, Папирус просиял. Возбуждённый, маленький мальчик побежал к ближайшей свободной лужайке. Младший скелет бросил мяч на землю и слегка попинал его туда-сюда в ожидании своего медлительного брата. Поддельная улыбка Санса постепенно превращалась в настоящую. Это было именно то, что он хотел увидеть. Засунув руки в карманы, приземистый монстр неспешно прошёл мимо этого маленького вихря. Папирус несколько раз обежал старшего скелета, а затем ударил мячом по дереву. При грамотных тренировках он, несомненно, стал бы неплохим спортсменом. Малыш пинал мяч в сторону скамеек или мусорных баков. Иногда он отбивал его ногой или кулаком, иногда даже головой. На самом деле, это не имело значения, пока реализовывалась вся его лишняя энергия. Санс, с другой стороны, шёл к их обычному месту. Охранники, патрулирующие парк, постоянно просматривали его. Многие избегали этой области именно по этой причине, но именно это им и было нужно. А поскольку здесь ошивалось не так много народу, то и мусора было значительно меньше. Никаких осколков стекла и использованных шприцов. Для братьев это было идеально. Папирус пробежался со своим мячом по траве, а затем обернулся и выжидающе посмотрел на Санса. Тот вытащил руки из карманов и расправил плечи. Теперь он был медленным и неповоротливым вратарём, а Папирус нападающим. Младший скелет бегал зигзагами, чтобы запутать Санса, а затем пнул мяч. Старший брат поймал мяч обеими руками и отбросил обратно. Папирус был счастлив проводить время вместе так. Младший скелет отбежал назад, чтобы повторить всё ещё раз. Иногда он просто бегал кругами или подбрасывал мяч вверх при помощи стоп и коленей. Санс находил это зрелище действительно красивым и расслабляющим. Когда Папирус двигался так свободно и был счастлив, душа старшего скелета будто согревалась изнутри и начинала биться быстрее. Малыш снова подбежал к брату. На этот раз младший монстр сознательно изменил свою тактику, чтобы разозлить Санса. Обычно он целился в грудь старшего скелета, но сейчас ему хотелось повеселиться. Посмотреть, справится Санс или нет. Папирус делал несколько обманных финтов, подмечая, в какую сторону движется его брат, а затем сделал идеальный удар. Старший монстр даже не успел среагировать. — Нье-хе-хе! — Хех. Так не честно! — АЙ! Братья посмотрели в сторону, в которую полетел мяч. Игрушка ударилась какому-то другому ребёнку прямо в голову. Они оба рассмеялись. Хотя бы не появился отец этого странного монстра. Не считая одного мускулистого йети. Санс с трудом сглотнул, когда увидел, как тот, разозлённый, идёт в их направлении. — Думаете это смешно? — прорычал незнакомец. — М-мы? Н-ничего п-подобного! — пытался спасти их жизни Санс. За спиной он жестами показывал брату, что тот должен уходить. И чем ближе подходил йети, тем запутаннее становились его сигналы. Нерешительно, Папирус сделал то, о чём его попросили. В конце концов, Санс мог телепортироваться, если ситуация накалится. Младший монстр быстро и незаметно бежал вглубь парка. Но увидел свой мяч. Папирус огляделся и тихо прокрался к своей любимой игрушке. Однако, когда младший скелет уже протянул руку, чтобы взять его, кто-то сзади толкнул его прямо в грязь. Он обернулся и увидел того самого парня, которому мяч ударил по голове. Незнакомец, который был старше и крупнее, несколько раз ударил его по левой руке. Несмотря на это, младший скелет поднялся и стряхнул с себя отвратительную грязь. Другой ребёнок, которого, очевидно, игнорировали, скривил лицо. — Эй! Мы не петухи, чтобы драться просто так! — прорычал Папирус. — Отдай мне мяч! — Какой мяч? Этот? — наигранно спросил ребёнок, поднимая игрушку. — Дай сюда! — Сам возьми! Незнакомец небрежно отбросил мяч в сторону. Папирус, проанализировав ситуацию, решил забрать свою игрушку и убежать. Как и говорил Санс. Когда младший скелет пробежал мимо йети, тот попытался ударить его, но Папирус уклонился. Без лишнего веса, мышц и органов он был намного проворнее, чем атакующий его монстр. Но когда младший скелет был почти у цели, маленькая белая собачка, которую он часто видел на улице, украла мяч и убежала с ним. АРГХ! — Ты — тупой мудак! — Я сказал тебе просто отдать мне мяч! Теперь его нет! Это всё ты виноват! — Сейчас я дам тебе, жалкому трусу, настоящую причину кричать! Йети подбежал к Папирусу, несколько раз промахнувшись. Младший скелет пытался уклоняться, но был слишком утомлён игрой со своим братом. Папирус принял стойку, стараясь блокировать удары. Его оттесняло всё дальше и дальше, пока он не столкнулся спиной с деревом. У скелета больше не было возможности для побега, и оставалось только действовать инстинктивно. ХРУСТ. — АААААХ! — крикнул ребёнок, плача и держась за свой круглый нос. Папирус озадаченно смотрел на нападавшего, а затем перебросил взгляд на свой сжатый кулак. — Ты сломал мне нос! — всхлипнул йети и отступил на несколько шагов назад. — ПАПА! — кричал он, убегая прочь. Папирус смотрел вслед другому ребёнку, уже скрывшегося за кустами. Младшему скелету нужно было переварить ситуацию. Другой монстр убежал от НЕГО? Он смог постоять за себя! И победил! Широкая триумфальная улыбка растянулась у него на лице. Папирусу удалось выиграть бой! Никто не умер, а значит не будет и очков опыта, но всё равно это было приятное чувство! Скелет взволнованно посмотрел на свои руки. Он всё это время поступал неправильно! Это Санс не мог стать сильнее. Ему не позволял его врождённый дефект. Но у Папируса не было такой проблемы. Он мог стать защитником, который постоит за свою маленькую семью. Он мог это сделать. Папирус защитит своего брата. Сломает нос и Эрриону, если тот снова что-то сделает Сансу! И больше никогда не будет балластом! Младший скелет был опьянён этим чувством победы. Он никогда раньше не переживал ничего подобного. Заметив что-то белое на краю своего поля зрения, Папирус быстро обернулся в нужную сторону. Маленький белый собачий хвост выглядывал из-под куста. Псина прокусила мяч и теперь жевала оставшуюся резину. При виде сломанной игрушки хорошее настроение Папируса будто испарилось. Её затмили грусть, разочарование и… гнев. Маленькое животное заметило его и угрожающе зарычало. Сначала скелет просто хотел забрать то, что осталось от мяча, но собака его укусила. Точки в его глазах стали ярко-красными, когда он с силой ударил животное. По парку пронеслись громкий визг и рычание. Собака убежала так быстро, как могла. Папирус же осматривал свой мяч, который было уже не спасти. Младший скелет грустно вздохнул. — Папирус! — внезапно раздался встревоженный голос Санса. Старший монстр поспешил к брату и крепко обнял его. На его одежде было несколько дыр от когтей, а на правой руке Санса была большая, но неглубокая царапина. Задумчиво, Папирус погладил рану, гневно сузив глазницы.