Мисс совершенство

*Пролог*

      За окном лил дождь. Не романтичный, как в клипах, а серый, вязкий, залипающий в окна, будто хотел сказать: "никуда ты не сбежишь от этой реальности, детка". Я сидела на полу, завернувшись в плед, и залипала на шоу BTS. Экран ноутбука подсвечивал комнату, как будто освещая единственный тёплый угол в моей голове. Всё остальное — работа, учёба, неопределённость — оставалось где-то за кадром. Тут были они. Музыка. Безопасность. — Сохён, ты опять смотришь этих? — донёсся голос из кухни. Я не отрывала взгляда от экрана. Камера как раз выхватила Чонгука, смеющегося с кем-то из участников. Это был смех, от которого у меня внутри что-то щелкало. Вот бы хоть раз в жизни услышать его вживую. — Бесконечно. — Я ухмыльнулась. — Ты же знаешь, Мия. Она появилась в дверях с чашкой в руках. Строгая, ухоженная, как будто её стиль получал зарплату за стабильность. Но я знала, что под этой бронёй скрывается человек, который просто слишком рано вырос. — Серьёзно, Сохён? — Она уселась на край дивана. — Сколько можно витать в облаках? Они — айдолы. А ты… ну, ты из Сеула-не-на-экране. Я захлопнула ноутбук и потёрла глаза. Не потому что устала — потому что так проще не расплакаться. — Я знаю. Просто… они для меня не просто кумиры. Они как… напоминание, что можно мечтать. Мия вздохнула, потянулась за лимонным чаем. Я знала этот взгляд. Не злость, а разочарование, перемешанное с заботой. — Ты даже не представляешь, сколько таких, как ты, потом собирают себя по кускам. Я работаю с контрактами. Я видела этих девочек, Сохён. Сначала — огонь в глазах. Потом — выгорание, выгорание, выгорание. Они становятся тенями. Айдолы — не мечта, а мясорубка. Повисла тишина. Я смотрела на кружку в её руках, будто в ней плавал ответ. Потом выдохнула. — Я подала заявку в Big Hit. На трейни. Пауза. Гром не грянул. Звуковая дорожка не включила тревожную музыку. Просто Мия побелела, как лист бумаги. — …Ты что сделала? — Я подала заявку, — повторила я спокойно, хотя внутри всё колотилось как в барабанной установке. — Я понимаю, на что иду. И всё равно иду. Она молчала. Секунду. Две. Потом… кивнула. Медленно. — Тогда ты должна знать: обратно дороги не будет. Или ты держишь удар — или падаешь. Тут не бывает наполовину. Я лишь кивнула. Потому что ответ уже был. И он внутри. Через полчаса я лежала в кровати. Комната всё ещё пропахла лапшой и лимоном, а за окном дождь лупил по стеклу, как будто пытался что-то стереть. Может быть, остатки страха. Я включила "Spring Day". Удивительно, как одна песня может быть одновременно и болью, и надеждой. Что, если Мия права? Что, если я слишком наивна? Что, если они примут кого-то лучше? Я зажмурилась и уткнулась лицом в подушку. Нет. Я всё равно попробую. Даже если сгорю — сгорю красиво. Пусть весна ещё далеко — но я готова к ней идти.

*Пролог окончен*

*** Солнце уже поднялось, пробравшись в комнату без разрешения. Его лучи били мне прямо в лицо, как будто хотели сказать: "Эй, девочка, ты хотела перемен — вставай." Я застонала и закопалась глубже в одеяло, но толку — свет уже пролез под веки, и мозг окончательно проснулся. Сонная, как понедельник, я села на кровати и потянулась. Тело ломило после вчерашней простуды и недосыпа, а на душе всё ещё жила странная смесь тревоги и надежды. Три недели прошло с тех пор, как я отправила заявку в Big Hit. Мия, конечно, сначала была в шоке, но потом пообещала меня поддержать. Ну, насколько может поддержать человек, который на всё это смотрит как на самоубийственную карьеру. Я встала и поплелась в ванную. Зеркало встретило меня таким лицом, как будто я неделю тусила на репетициях, а не валялась с температурой. Синяки под глазами, взъерошенные волосы, немного трагедии в глазах. Стандартная героиня ранней дорамы. — Прекрасно выглядишь, — пробормотала я себе. — В самый раз, чтобы провалиться в глазах преподавателя. Я умылась, расчесала волосы и минут двадцать мучилась с вопросом: заплести косу или пойти «дикой сиротой»? В итоге победила коса — хоть что-то под контролем. Когда я вышла, часы показали 07:43. Время есть. Переоделась в домашнее — толстовка, штаны, полный образ «я студент, не трогайте меня». Пока спускалась на кухню, насторожилась: не пахнет булочками. А это уже подозрительно. Мия всегда вставала пораньше и что-то пекла — её единственное хобби, которое выбивалось из образа офисной железной леди. На кухонном столе лежала записка, написанная в её торопливом почерке:

«Сохён, мне позвонили с работы — срочная командировка. Надеюсь, справишься одна несколько дней? Завтрак в холодильнике. Удачи (тебе она точно понадобится).»

Я фыркнула. Даже в записке — Мия остаётся Мией. Разогрев остывший омлет и рис, я быстро позавтракала. Посуду тоже успела перемыть — всё же жить с ней меня хоть чему-то научило. Но стоило посмотреть на часы, как сердце ушло в пятки: 08:19. — Ааа! Я опаздываю, чёрт! — Я подскочила, напялила первые попавшиеся джинсы и худи, и вылетела из дома, как пуля из мечты. Автобусная остановка, слава всем богам, была рядом. Бежать далеко не пришлось. Мартовское утро удивило — было тепло. Голубое небо без единого облачка, свежий воздух, от которого на щеках выступал румянец. Даже птицы начали щебетать, будто почувствовали приближение весны. А может, это я впервые за долгое время начала обращать внимание. На почти незаметной ледышке я, конечно, чуть не грохнулась — типичная я. Зато не упала. Значит, день не совсем безнадёжный. У остановки было пусто. Я стояла одна, слушала, как капли тающего снега падают с крыш, и ловила странное ощущение: мир будто бы решил дать мне шанс. Может, не сразу. Может, с трудностями. Но всё же. Я оглянулась — прямо на земле сидели две птички, склонив головки друг к другу. Не дерутся, не летают — просто... сидят вместе. Обнимаются по-птичьи. Милота, от которой сердце становится чуть мягче. Солнце в этот момент выглянуло из-за облаков и коснулось лица. Оно было таким тёплым, нежным, что я даже не зажмурилась — просто смотрела в него, как будто в знак. — Уф, чуть не пропустила... — прошептала я, когда подъехал автобус. Я вошла, плюхнулась на своё любимое место у окна и уткнулась лбом в стекло. Снаружи — весна. Внутри — тревожно. Но приятно тревожно. Ведь всё только начинается.