Вишня, что расцвела в его глазах

      Саске до сих пор ощущал тепло розововолосой девушки на своих руках, но чем дальше он был от Конохи, тем становилось холоднее. Для брюнета все эти чувства были совсем забыты и похоронены под ненавистью и желанием отомстить, а теперь у него в душе закралась буря различных положительных эмоций. Их ему подарили друзья, которые верили в Учиху, которые поддерживали его. Он до сих пор не понимал, как такие эмоции правильно выражать, но ему хотелось стараться, что было совсем неожиданным и каким-то новым. Саске осознавал, что всю жизнь делал больно Сакуре, но тогда он не видел другого выбора, девушка держалась за него, она старательно пробуждала в нём светлые чувства, а ему тогда это было не нужно, ведь глаза были залиты кровью, сила питалась ненавистью. Брюнет знал, что убийство Сакуры он бы не простил себе никогда, и это по-настоящему бы дало ему упасть в пропасть, ведь вместе с этим он бы оборвал ещё одну очень крепкую связь с упорным блондином. За такой поступок "друг" бы его точно не простил, и Учиха наконец-то бы смог сполна насладиться ненавистью к себе, к этому миру, напитаться от этих чувств силой. Теперь же эти мрачные дни позади, но Учиха продолжал делал больно своей подруге, и он это знал. Саске не мог дать ей тех чувств, которые она заслуживает и так желает, он испытывал к ней привязанность, но такая вещь, как "любовь" была совсем далека от бывшего мстителя. Он знал, что его поступок правильный, и Сакуре будет лучше. Но всё равно что-то пощёлкивало где-то там, под левым ребром. Подумав, что он просто немного устал, брюнет решил передохнуть, устроить привал и немного поспать. Если приглядеться в темноту, которую слабо озаряла Луна, то можно было бы увидеть как сладко спит брюнет, так умиротворенно и будто немного улыбаясь.       И вот уже больше года Саске был в путешествии. Оно было довольно скучным и однообразным. Там дедушке с большими сумками надо помочь, там на деревушку напала стая собак, даже в других измерениях всё было тихо, будто все враги впали в спячку, ну или это было затишье перед бурей. Брюнет снова почувствовал себя генином, который выполнял дежурные задания, просто, чтобы не умереть со скуки. Было бы неправильно хотеть какого-то стоящего дела, нужно радоваться, что в мире всё хорошо, но где-то в подкорках подсознания брюнет хотел драки, хотел столкнуться с большой опасностью, он всю жизнь провёл в боях, придумывая тактику, изучая врага, и это стало его наркотиком, пусть он и пытался это скрыть даже от самого себя.       За осенью пришла зима. Снежинки тихо падали на землю, и со временем превращались в большие сугробы. Взрослые морщились и ворчали, проваливаясь в снег, а дети бегали, радостно смеясь, они делали больших снеговиков, облизывали сосульки, хотя знали, что если мама узнает, то они получат неплохих таких подзатыльников. Новый год уже прошёл, но улочки до сих пор были украшены разноцветными гирляндами, на окошках красовались уникальные росписи от мороза, навесы и карнизы были украшены различными снежинками и ёлочками, вырезанными из бумаги или картона. Год и два месяца — столько времени прошло после прощания Сакуры со своей любовью. Саске редко вспоминал о ней, но это были далеко не любовные вздохи, он думал о ней так же, как и думал о Наруто или о своём учителе Какаши. Но если с последними он обменивался письмами, то о Сакуре он ничего не знал. Ему искренне хотелось, чтобы она наконец-то забыла о нём и жила счастливо. С одной стороны, брюнету не хотелось, чтобы вместе с ним умер и его клан, оставшись для людей лишь ужасным кошмаром, о котором хотят забыть. Но с другой, возлагать на девушку, которая его так сильно любит, возрождение клана, и это при том, что взамен ты не сможешь ей ничего дать, было бы слишком эгоистично. А никому другому Учиха бы не доверил такое задание. Он знал, что предложи розоволосой куноичи такое, она конечно согласилась бы. От этой мысли брюнет не смог сдержать смешок. «Вот же глупая» — пронеслось в голове.       Незаметно пришла весна. Март уже подходил к концу и белоснежный ковёр постепенно начал таять, а деревья принялись снимать с себя снежную шубу. По дороге в небольшую деревушку, где парень хотел остаться на ночлег, от вечных раздумий и самокопания, его прервал крик. И кричал не один человек, казалось, что где-то проходит резня. Брюнет немного воодушевился и сорвался с места, двигаясь в сторону шума. Ещё издалека Учиха заметил столб дыма и запах гари. Прибежав на место, он обнаружил ужасную картину, не сказать, что он был шокирован, за свою жизнь Учиха повидал всякого дерьма, но любой другой человек на его месте сблевал свой ужин и упал бы в обморок.        Всю деревушку обняло пламя, отовсюду валил густой дым, было тяжело дышать. Люди спасались как могли, они ползли по земле, цепляясь своими, уже разъеденными огнём, пальцами за жизнь. Обваляв кусок ткани в снегу, Саске сделал влажную повязку на лицо и сложил печати. Куча клонов предстали перед самым худшим и непредсказуемым врагом — перед стихией. Тушить огонь было бестолку, это просто было нереально. Перед Учихой стояло две цели: первая — это прекратить распространение пожара, используя элементы стихии воды, вторая — спасти тех, кто выжил. И вот он со своей командой клонов принялись к выполнению заданий. В живых людей было мало, многих просто отравил угарный газ. Кого-то придавило балкой, от рушащихся зданий, кто-то уже лежал присмерти от того, что надышался отравленным воздухом.       Огненная буря начала стихать, очень повезло, что погода была безветренной. Думая, что всех выживших он уже вытащил, Саске направился к выходу из огненной ловушки, как вдруг среди потрескивающей древесины, послышался стон маленькой девочки, брюнет, не долго думая, отправился на поиски источника этих звуков. Среди заваленных досок, которые в некоторых местах уже были алыми углями, брюнет обнаружил девочку лет шести, она была жива и плакала, подвывая детским голоском. Для Учихи было чудом, что она осталась жива, и это чудо выглядело как шар из чакры, который укутывал девочку. Это было удивительно, ведь она так мала. После того, как удивление от её необычной способности ушло, он обратил внимание на саму девочку, вся опухшая от слёзок, в маленьком розовом платьице и розовыми волосами, которые были слегка усыпаны пеплом. Снова эта резкая боль под ребром. Учиха подумал, что пора отсюда выбираться, а то сердце начало болеть от этого дыма и жара. — Давай выбираться — Брюнет старался максимально мило улыбаться, но это получалось плохо, слишком мало такой практики. Девочка посмотрела на парня, и её сразу поразила его красота, что не удивительно. Шар из чакры спал, и она протянула к нему свои маленькие ручки. — Я Мия. Ты мой принц, который меня спасёт? — Девочка настолько восхищалась своим новоиспечённым принцем, что забыла о том, что только что плакала. Саске поднял её на руки, и они умчались прочь из этого плохого места.       Оказавшись в безопасности, Саске попытался спустить девчушку на землю, но она вцепилась в него и совсем не собиралась отпускать. Маленькому ребёнку было не важно, что деревня горит, не волновали её мёртвые люди. Принцесса уже придумала себе сказку, и именно сейчас по сюжету они должны были перейти к «Жили долго и счастливо». — Принцесса, — Из Саске вышел бы плохой актер, но он решил подыграть Мие, — мне ещё нужно убить злого дракона, — из черствого хлебушка брюнет резко превратился в мягкое пирожное, пусть и с натяжкой, но он действительно старался. Учиха не понимал почему, но ему хотелось стараться для этой розоволосой девочки, хотелось защитить. В груди до сих пор кололо, будто кто-то вонзил острую иглу, пусть Саске и был уже не в огненной ловушке, но лёгкая боль не унималась, он смотрел на принцессу и в душе разливалось странное чувство, будто он скучал по кому-то. Видимо, сильно он там надышался.       Огонь потух не скоро, даже прибывшая подмога из соседней деревни не сильно спасла положение. Саске потерял счёт времени, но казалось, что прошли уже сутки. Всех пострадавших направили в соседнюю деревню. Пошёл снег. Большие хлопья медленно ложились на догорающие здания, ну или на ту гору досок, что от них осталась. Было так тихо и тепло. Учиха чувствовал сильную усталость и боль в ногах, ему стоило отдохнуть, но он всё равно направился в госпиталь в соседней деревне, чтобы снова встретить Мию. Это было глупое решение, но Саске часто делал то, что хотел, и сейчас он хотел убедиться, что девочка цела. Найдя наконец-то большое светлое здание с красным крестом, брюнет поплёлся туда. На входе его встретила дежурная и, громко ахнув, завопила: — Юноша! Да вам нужна медицинская помощь! — Зная, что на нём всё быстро заживает, а терять время на осмотры, да перевязки не хотелось, он лишь отмахнулся и спросил про Мию. Полная женщина с забавными кудряшками указала на конец коридора. Саске выдохнул, собрался и вошёл в белую деревянную дверь, забыв постучать. -Ура! Принц пришёл! — девочка выпрыгнула из кровати и метеором полетела до брюнета. — Это вы спасли нашу девочку? — рядом с кроватью сидела молодая пара, видимо, её родители. Они были одеты в больничные халаты, руки и ноги были перевязаны, а на глазах выступали слёзы, — мы так вам благодарны! — женщина попыталась встать, но тут же плюхнулась обратно, в объятья сидящего рядом мужчины, искривив лицо от боли. — Мама! Папа! Это мой будущий муж — принц, — на секунду повисла неловкая пауза, но позже пара залилась смехом, а Мия надула свои маленькие губки. — Когда ты подрастёшь, такой старик как я будет тебе уже не нужен, — он старался говорить мягко, ему почему-то очень хотелось, чтобы розоволосая принцесса улыбалась. — Ты же мой принц! Ты не можешь уйти от меня. — обиженно пробубнив, Мия отвернулась от всех. — Если ты моя принцесса, то ты меня дождёшься, — брюнет опустился на колено, сложил два пальца вместе и тыкнул в маленький нежный лоб, от чего Мия широко улыбнулась и вся покраснела.       Уйдя из больницы Саске снова почувствовал странное чувство. Может, он болен. Та милая девочка будто что-то пробудила в нём. Учиха неожиданно для себя стал перебирать кучу предлогов для того, чтобы вернуться в Коноху. В конце концов, стоило доложить об этом инциденте, возможно, пожар был не случайностью, а спланированной операцией. Брюнет направился в сторону деревни, чтобы рассказать обо всем Какаши. И было совсем не важно, что ястреба с информацией о пожаре, он отравил ещё перед походом в огненную ловушку.       Был разгар апреля, нога Саске наконец вступила в родную деревню. Деревья уже потихоньку распускали свои почки, виднелась первая зелёная трава. Воздух был уже тёплым, лишь ветер обдавал лицо брюнета. Пахло свежестью, пахло весной. Учиха впервые почувствовал, что действительно соскучился по этим улочкам, он не спеша расхаживал по ним, вспоминал своё детство, как они гуляли здесь с братом. Вспоминал как познакомился с Наруто, с Сакурой… Остановившись на этом имени, у брюнета будто застрял ком в горле. Всё это время он не думал о своей розововолосой подруге, и делал он это намеренно, сам не зная почему. Копаясь в своём сознании, парень не заметил, как пришёл к той самой лавочке. И там сидела она, Сакура Харуно, прям под деревом вишни, которое уже успело зацвести. Учиха хотел подойти и о многом расспросить девушку, как она живёт, счастлива ли она, но ему было не по себе, Саске Учиха вдруг почувствовал страх. То ли страх того, что она несчастна, то ли страх того, что она счастлива с другим. Отогнав эту чушь из головы, брюнет уверенно зашагал к розововолосой подруге. Присев рядом, он просто смотрел вперёд и ничего не говорил, как и она, будто совсем его не замечала. Тишину нарушал лишь шелест листьев. — Сакура, — Учиха решил заговорить первым, но Сакура его перебила. — Я рада, что ты вернулся, Саске-кун, — девушка улыбнулась той улыбкой, которой всегда удостаивался чести лишь Учиха, той улыбкой, что всегда его раздражала. Эта девушка вечно бегала и надоедала, как бы больно Саске ей не сделал, на лице всегда была эта улыбка. И вот они сидят на этой лавочке под вишней, она улыбается, а его это совсем не раздражает. Резкий порыв ветра сорвал часть лепестков с цветущего дерева, волосы Сакуры развивались так, будто плыли на ветру, перемешиваясь с розовыми лепесточками. Учиху снова что-то укололо. Он увидел в Сакуре розоволосую девочку лет шести. Ему захотелось обнять её, защитить. Саске понимал, что перед ним взрослая куноичи, с которой никто не сравниться по силе, но для Учихи она вдруг стала маленьким ребёнком. Его обуяло какое-то новое чувство, чувство заботы и нежности. Всё вдруг ушло на второй план, Саске волновала лишь вишня, что расцвела в его глазах.