Вишня, что расцвела в его глазах

       Было ощущение, что я спала не одну вечность, но чувства бодрости не ощущала совсем, оно было для меня чуждо, как и для Саске-куна нормальные человеческие взаимоотношения. Ну вот, даже проклянуть нормально утро не могу без упоминания этого имени. Веки налились свинцом, тело было ватное. «Почувствуй себя плюшевым медведем» — эта мысль заставила уголок моих губ подняться. Очень сильно болела шея. Прогнав в голове отрезок моей жизни начиная с ухода на фестиваль, заканчивая этим чёртовым утром, мне захотелось кричать в голос, какая я дура, но голова слишком гудела, а в горле была вторая Сунагакуре. Убила бы сейчас ради глотка воды. Было противно, что я попалась на такой дешёвый трюк, что так сильно расслабилась и чуть не дала собой воспользоваться. Обязательно надо найти этих подонков и оторвать им головы.       Было не разобрать кого я ненавижу больше, этих извращенцев или себя за потерю бдительности. За столько лет мирной жизнь теряешь постепенно привычку вглядываться в каждую тень и начинаешь доверять людям. А сколько времени я не тренировалась? Чёрт, даже и не знаю. Госпиталь, клиника, Изаму, семья Ясуда* и прочие вещи и люди, которые поглотили меня с головой. На миссии я не ходила, про тренировочное поле забыла почти сразу после войны. Йогу и пробежку для поддержания себя в форме никто не отменял, конечно, но вот кулаки применять давно не приходилось. И как я в таком состоянии собралась помогать Саске-куну? Будет совсем не удивительно, если он решит отправить меня домой сегодня же. Это его решение меня совсем не пугало, я сама об этом ему скажу. Злое воплощение меня было право во многом, я нужна там, в деревне. Было так неправильно просто взять и уйти, свалив свои обязанности на других людей, которые оказались намного ответственнее меня.       Устав от самоанализа, я закуталась посильнее в тёплое большое одеяло и попыталась снова погрузиться в мир сна. От постели так приятно пахло, этот аромат заполнял каждую клеточку меня, пахло словно это… Саске-кун?! Я распахнула глаза, было так больно, будто содрала пластырь с волос. Комната была была абсолютной копией моей, точно такие же местами пошерпанные обои цвета грязного персика, тумбочка рядом с кроватью, большой шкаф с двумя дверцами слева, окно, что было всё в разводах напротив кровати, и справа большая арка, ведущая в коридор, где пожалели лампочку, из-за чего он казался очень мрачным. Но чем больше я рассматривала комнату, тем меньше её узнавала. Здесь не хватало паутины, где жил паук по кличке Кумо, в углу под потолком. Обои будто были отклеены не в тех местах, что я привыкла видеть, у шкафа одна из ручек болталась на одном гвозде. И самого главное — не хватало моих вещей. Вообще здесь было очень пусто. На стуле, что стоял возле окна, я заметила аккуратно сложенный черный плащ и катану, что стояла оперевшись на спинку. Ну вот, Харуно, твоя давняя мечта, оказаться в постели у Учихи, исполнилась.       Смирившись, что эту ночь я провела в номере мужчины, а скорее всего и спала рядом с ним, я поняла, что это утро ещё полно сюрпризов. Откинув край одеяла, чтобы наконец-то встать и найти своего новоиспечённого сожителя, я увидела себя в одном белье. Моё тело вдруг ощутило разряд электрического тока, я не видела себя, но предполагала, что так сильно, как сейчас, мои щёки никогда не краснели. Волна негодования и невероятного смущения накрыли меня. Пришлось отложить попытки выбраться из одеяла. Я закуталась в него ещё сильнее. Хотелось вместе с теми подонками зарыть в землю Учиха Саске, что посмел посягнуть на святое. — Держи, — неожиданно зашёл брюнет в комнату и протянул мне стакан с такой желанной жидкостью. Чувство дежавю. Всегда, когда я его начинаю ненавидеть, он приходит и ведёт себя так учтиво. Чёртов Учиха! — Спасибо, — я выхватила стакан и жадно впилась в него, заметив краем глаза, как высокая тёмная фигура удаляется, — подожди! -Мм? — брюнет остановился и кинул вопросительный взгляд. — Саске-кун… — решимость убить брюнета отпала, чувство неловкости накрыло меня ещё сильнее, — почему…ну…я… — скажи уже это, Сакура, давай, — почему я без одежды? На лице брюнета не дрогнул ни один мускул, он абсолютно равнодушно ответил: — Я тебя раздел. — Что?! — неловкость начала отходить на второй план, ко мне вернулось сильное возмущение. Как он может это говорить так спокойно? — Ты была без сознания, одежда была очень грязной, мне было жалко пачкать свою постель, — видимо, заметив мой злой взгляд и красные щёки, Учиха устало выдохнул и добавил, — я снял ещё один номер и спал там. В шкафу сумка, можешь взять рубашку, я пошёл куплю еды, — Брюнет забрал свою катану, накинул плащ и скрылся в тени коридора. Так много слов от Саске-куна я уже давно не слышала. На сердце отлегло, как я могла подумать, что он поступит со мной как-то неправильно. «Действительно, как ты могла подумать, что Учиха Саске ляжет с тобой в одну кровать» — откуда-то проснулась Иннер-Сакура, и она была права.

***

      После разговора девушка выдохнула и немного подлечила себя. Это утро ей больше не казалось таким плохим, даже наоборот. Всю комнату освещало солнце, тёплые лучики аккуратно касались ног куноичи. Вставать никуда не хотелось, ведь Сакуру ждал ещё долгий путь домой. Пара шиноби ушло довольно далеко от родной деревни, они находились где-то на границе Деревни Воющего Волка. И если идти домой по прямой, делая короткие привалы, то чуть больше чем через неделю Сакура уже сможет обнять дорогих ей друзей в родной деревне. Мысли о Конохагакуре и о людях, что живут там, заставили девушку немного загрустить, она скучала по ним. По громкому Наруто, по Хинате, что вечно смущалась, по её лучшей подруге Ино, по непоседе Изаму и прочим людям, которые были всегда рядом и поддерживали девушку.       Чем больше шиноби путешествовали, тем больше Сакура задумывалась, что её чувства к Саске — это никакая не любовь. Некая привязанность, слишком многое они пережили, и девушка всю жизнь думала о любви к нему. Возможно, она сама виновата во всем, сама себе придумала, что кроме Саске ей никто не нужен. Когда он был так далеко, всё трепетало внутри от одного его имени, сейчас он рядом, девушка может касаться его, утопать сколько угодно во взгляде, но бабочки будто ушли в спячку. Брюнет был слишком холоден. Она сравнивала его с Керо, который пусть и обманул её, но дал много заботы, помог вспомнить ей о её женской натуре. И вот есть Саске, которого она хотела избавить его от многих негативных чувств. Хотела, чтобы он никогда больше не чувствовал себя одиноким. Хотела доказать, что у него есть много друзей, с которыми он может поделиться своей болью, доказать, что его не ненавидит весь мир, как он думает. И девушке было хорошо рядом с ним, но любовь ли это?       Сакура пробежала босиком по ещё прохладному полу до шкафа и достала оттуда небольшую очень лёгкую сумку. Саске важно было быстро и незаметно передвигаться, поэтому много вещей он с собой не носил. Лишь одна рубашка на смену, да штаны. Из оружия лежало небольшое количество сюрикенов и пара кунаев, брюнет предпочитал использовать его верную помощницу катану. Однажды Сакуре даже показалось, что он назвал любимое оружие по имени, когда затачивал. Ещё в сумке было пару пустых свитков и карандаш, чтобы поддерживать связь с Конохой. И вот на дне, куда Сакуре явно не стоило лезть, лежала аккуратно сложенная бумажка. Девушке стало очень любопытно, и как бы не старалась бороться с этим чувством, она проиграла. «Лишь одним глазком» — подумала куноичи и развернула желанную бумажку. Это оказалась фотография их команды. Новая, сделанная сразу после помилования бывшего мстителя. И все на ней улыбались. Было совсем не заметно, но даже Саске слегка приподнял уголок губ. Сакура резко свернула фотографию и убрала на место, поняв, что залезла в нечто личное, куда никому не стоило заглядывать. Девушка взяла тёмно-серую рубашку с красным веером на спине, что являлся отличительным знаком клана Учиха, и убежала в душ. Посмотрев в зеркало, Сакура заметила, что её волосы были спутаны и грязно розового оттенка, но при этом на лице не было ни пылинки. Под раковиной девушка обнаружила небольшой тазик, где небрежно лежало грязное полотенце, что предназначалось для лица. «Неужели?» — сказала куноичи вслух.       Быстро ополоснувшись, девушка смыла с себя последствия вчерашнего дня и почувствовала лёгкость. Входная дверь захлопнулась. Сакура подпрыгнула от неожиданности, быстро натянула на себя рубашку, которая больше походила на платье, почти доходившее до колена. Рукава пришлось подвернуть, иначе в них просто можно было запутаться. Только сейчас девушка поняла, на сколько она маленькая по сравнению с остальными членами команды номер 7.       Саске уже привык есть невкусные питательные пилюли, которые Сакура перед каждым его уходом наготавливала ему впрок. Иногда, когда понимал, что его запасы скоро иссякнут, брюнет заходил в небольшие кафешки, которые были на окраинах. Только там он был уверен, что его никто не узнает, да и в целом чаще всего Учиха был единственным посетителем. В этот раз Саске решил воспользоваться тем, что в его номере спала девушка. Ему не хотелось понимать природу этого желания поесть домашней еды. Он просто делал то, что хотел. Брюнет положил на стол пачку яиц, пакетик риса, крупные ароматные помидоры и небольшую баночку соевого соуса. В шкафчике он нашёл несколько пакетиков чая. Услышав, как закрылась дверь в ванной, Саске обернулся, чтобы сказать своей внезапной гостье о плате за помощь. Девушка увидела брюнета и направилась к нему, чтобы поскорее обрадовать, что сегодня уходит домой. Она стояла рядом с холодильником, мокрые волосы, что отросли немного ниже плеча, были беспорядочно разбросаны. Девушка поспешила и не успела как надо их высушить, брюнет наблюдал, как небольшие капли струились по груди, впитываясь в знакомую Саске рубашку, которая сильно прилипла к мокрому телу девушки. Было видно, что Сакура не надела бельё. Саске подумал, какая она маленькая. Не знав её до этого и увидев сейчас в первые, он бы никогда не поверил, что она умеет ломать скалы этой маленькой ручкой. — Саске-кун? — Девушка заметила, что брюнет слишком странно на неё смотрит, будто злится на что-то. Сакура аккуратно коснулась его руки. И тут Саске понял, что ему нужно срочно в душ или в другое измерение, куда угодно, но не быть тут. Он резко почувствовал злость… на себя? Не успев ничего понять, девушка услышала лишь как захлопнулась дверь в ванну.       Тяжело вздохнув и выдохнув, Сакура принялась осматривать кухню в поисках еды. «Стоит отблагодарить Саске-куна» — подумала она. В соседней комнате зашумела вода. Девушка заметила еду на столе и удивилась, слишком заботливым в последнее время казался брюнет. «Или он просто хочет, чтобы ты приготовила поесть» — ухмыльнулась куноичи.       Через тридцать минут «колдовства» над сковородкой, кухня наполнилась приятным запахом жаренного яйца и помидоров. Девушка сделала очень банальное, но такое питательное и вкусное блюдо, как жареный рис с яйцом, помидорами и заправила его соевым соусом, от чего запах стал ещё аппетитней и у куноичи повысилось слюноотделение. Из долгого душа вышел Учиха и плюхнулся на подушку рядом со столом, в ожидании завтрака. Сакура уже хотела сообщить новость об уходе, но брюнет её опередил: — Сегодня у нас тренировка, — это был не вопрос, а факт, с которым нельзя было поспорить. — Но… — Это не обсуждается, ты в плохой форме, — брюнет не хотел ничего слышать. Он просто уткнулся в свою тарелку и хмуро поглощал завтрак. — Саске-кун, вчера… — С ними я разобрался, — девушка остановила на нем свой взгляд, в котором читался испуг. Неужели он снова убил? — Я передал их другим шиноби, — прочитав эмоции девушки, закончил брюнет. — Я сегодня утром решила… — Встретимся в внизу, — снова перебил Учиха и встал из-за стола. Он будто знал, что она скажет и не хотел этого слышать. Брюнет направился к выходу, но почему-то резко остановился. — Спасибо, Сакура, — не повернувшись к девушке, пробубнил брюнет. Он был благодарен, что хоть на секунду почувствовал себя дома.       Солнце было в самом зените, оно бы обжигало кожу, если бы не приятный ветер, что ласкал двух шиноби, которые пришли на большую поляну, где сладко пахло цветами. — Ты готова? — Учиха стоял и смотрел на девушку так, будто не на бой её вызывает, а ведёт с ней дружественную беседу. Слишком расслаблено. Девушку это задело, ей вдруг захотелось стереть с лица это его самодовольство. Куноичи собрала чакру в кулак и ударила по земле. Под ногами у Учихи образовалась трещина. Надежда, что его это дезориентирует была слишком мала. Брюнет в мгновение ока оказался около партнёрши, между его катаной и её кунаем пробежала искра. Теперь нападала Сакура, она вкладывала в эти удары всю себя, старалась быть неожиданной и резкой, но всё было тщетно. Звон металла наполнил поляну, Сакура понимала, что в ближнем бою она никогда не победит Учиха Саске, и нужно было придумать план, только острый ум может помочь ей. Девушка отпрыгнула от оппонента, чтобы перевести дух и всё обдумать. — Сдаёшься? — Парню хотелось раззадорить Сакуру, посмотреть на что она способна. Куноичи не стала поддаваться на его провокации, ум нужно максимально охладить. Сосредоточившись, девушка сложила печати и призвала четырех клонов. Один за другим клоны Сакуры пыталась напасть на брюнета. Старый трюк, угадай кто настоящий. Брюнет с лёгкостью парировал удары. В одну лже-Сакуру он запустил сюрикен, другую пронзил катаной, на третью направил шар из огня. Он слишком хорошо знал девушку и сразу понял, кто настоящая. Остался последний клон. Брюнет направил чакру в ногу и будто выстрелил ей в живот лже-Сакуры. Та отлетела на несколько метров и отпечаталась в дерево, от удара оно не выдержало и повалилось прямо на ногу клону, который не исчез. Куноичи хрипло откашлялась кровью. Саске обдало холодным потом. Что за черт? Он был полностью уверен, что это её клон. «Почему эта дура не уклонилась?» — обладатель шарингана снова злился на неё.       Откинув ствол дерева на бывшее поле боя, брюнет наклонился к девушке: — Встать сможешь? — Девушка обернулась на голос Саске и смотрела, как играют у него в глазах злые искры, будто сейчас он её испепелит. Хотя голос у него был чересчур спокойный. — Если поможешь, — сказала Сакура, протянув к нему руки, будто прося взять её на ручки. Брюнет недовольно выдохнул и наклонился, позволив опереться на него. Успев только выйти на поляну, девушка воспользовалась тем, что оппонент потерял бдительность, поставила ему подножку, и они упали на ещё влажную траву. Куноичи нависла над Саске и вжала его своей чакрой в землю, пытаясь обездвижить. Возле горла парня уже красовался кунай. — Я не говорила, что сдаюсь, — Сакура улыбалась самой искренней улыбкой. Под ней сейчас лежит сам Саске Учиха. Такое не снилось даже Наруто. — У тебя теперь сломано ребро и нога, — констатировал брюнет. — Я же великий ирьёнин из Конохи, — девушка немного привстала и указала свободной рукой на свой лоб, где красовался фиолетовый ромбик, — обычный перелом вылечить смогу. — Глупая, — Саске не смог удержать смешок. Он лежит под девушкой, которая так по детски сейчас радуется, хоть и уголки её рта были в крови. Она сейчас так была похожа на Наруто.       Резкая боль от сломанного ребра заставила куноичи упасть на свободную руку, расстояние между лицами двух шиноби было критично мало. Улыбки спали. Люди, что только что вели бой, молча тонули в глазах друг друга, стараясь не моргать. Не отрывая взгляд, Саске аккуратно взял руку девушки, что сжимала кунай возле его горла, и отвел её в сторону, сокращая расстояние между ними ещё сильнее. Девушка слушала сердцебиение и не могла разобрать, какое из этих двух её. Она пыталась отвлечься от бездны этих глаз. Шиноби чувствовали дыхание друг друга, что постепенно порождало какое-то новое чувство. Рывок. Сакура чувствует, как её шею щекочет трава. Положение поменялось, теперь она лежит снизу, собственная рука с кунаем предала куноичи и теперь находится возле её же горла, от прохладного металла на шее у девушки проступили мурашки. — Надо быть бдительнее, Сакура, — брюнет улыбался. Лишь одним уголком губ, но улыбался. «Чёртов Учиха» — пронеслось у куноичи в голове, и она насупилась, скорчив обидную моську. Саске уже собирался встать, окончив этот бой своей победой, но Сакура ему помешала, коснувшись плеча брюнета и заставив посмотреть ей в глаза снова. Она улыбалась, но парень читал в её глазах сожаление: — Саске-кун, я возвращаюсь домой.