ангельский притон

каждый человек хочет в жизни полюбить жаль, любви не хватит всем, так к чему тогда грустить

прекрасное утро ноена начинается с совсем не прекрасных слов чейза. мне пора возвращаться в школу. лезвием режет по сердцу, ноен даже жмурится от этого колющего, неприятного чувства. юбэнкс действительно не знает, как сказать, что чейз ещё морально слаб. ему ничего не стоит сорваться в самый неподходящий момент. например, вчера. после ухода джейдена, у чейза случилась истерика. просто так. но основной причиной послужило, конечно, присутствие в доме незнакомого человека. особенно чейзу трудно, после тех случаев с отцом. ноен взвешивает все аргументы и противоречия, которые может сказать он и которыми может ответить чейз. но ноен не блядский аналитик, он действует спонтанно, пускает всё на самотёк. и этот разговор не исключение. — нет, — отрезает ноен, смотря на чейза сквозь ресницы. чейз сопит, он сам ещё не до конца просыпается, зато чётко осознаёт, что нужно всё же идти в школу. хотя бы ради синтии и авани, которые подвергаются издёвкам и насмешкам, лишившись защиты в виде чейза. — да, мне надо, — стоит на своём юноша, сжимая пальцы и ногтями впиваясь в кожу ладоней. — руки так не делай, это во-первых, — подобно змее шипит ноен, подрывается с теплой постели и, раскрывая ладони чейза, нежно обводит образовавшиеся полукруглые следы ногтей. — а во-вторых? — почти с любопытством и сочившимся сарказмом спрашивает хадсон, отдёргивая свои ладони. — ты никуда не идёшь, чейз. и точка. ноен разворачивается на другой бок, закрывает глаза и вновь проваливается в сон. юбэнкс шепчет, чтобы чейз тоже шёл в свою комнату, выделенную ноеном, и лёг спать. и чейз делает всё совершенно наоборот. дожидается, пока ноен заснёт таким крепким сном. резко выходит из комнаты юбэнкса, аккуратно переступая половицы, чтобы не скрипеть и не издавать ни звука. чейз забегает в свою комнату, достаёт из-под кровати старый потрёпанный рюкзак, и рывками кидает туда тетради, карандаш и ручку. всё. открывает шкаф, судорожно ищет какую-нибудь кофту, чтобы закрывала его предплечья, на которых видны синяки от рук отца. они всё ещё не проходят. это больно. супер больно. максимально, блять, больно. чейз находит тёмную в белую полоску кофту, натягивает её на себя, следом надевая чёрные джинсы. завязывает чуть ли не разваливающиеся конверсы, хватает рюкзак и, взобравшись на подоконник, ловким слитным движением распахивает окно. холодный ветер — всё-таки середина осени, что вы хотите, — треплет чёрные волосы, закрывая ими блестящие глаза чейза. юноша, не мешкая ни секунды, бросает рюкзак, приземлившийся на землю с тихим плюф. а потом встаёт на тонкий карниз и делает шаг. потом ещё шаг. и ещё шаг вниз. хватаясь за стену дома, чейз поворачивает своё тело спиной к этой самой стене. он похож на ящерку, только вот ящерка сможет просто упасть и ничего себе не сделать, а у чейза нет такой возможности. и второго шанса у него тоже нет. полностью сконцентрировавшись, юноша отталкивается ногами и прыгает. чейзу кажется, что воздух подхватывает его, щекочет щёки своим лёгким прохладным дыханием, забирается под кофту, скользя невидимыми пальцами по ребрам. но это всего лишь воображение. чейз падает, не издавая ни звука, и приземляется на землю, больно ударившись ногой. рюкзак валяется в паре метров от него и, протянув руку, чейз хватает свою вещь. и мигом поднимается на ноги, что и является его ошибкой, потому что пострадавшая лодыжка начинает ныть. да что там ныть, она начинает безбожно тянуть. чейз нащупывает в кармане джинсов телефон, который он успевает сунуть в спешке. открывает разблокировку, находит в контактной книжке один невероятно полезный номер и звонит по нему. гудки длятся вечность. это чудится чейзу, лежащему на промозглой земле. спина начинает замерзать, по телу бегут мурашки, но хадсон не бросает звонок, упрямо дожидается ответа. наконец, получается. — да? — тони, — сипло шепчет чейз, сразу же узнавая друга. — чейз, — также взволнованно отвечает ему энтони, а после в трубке слышится колыхание. — я вышел из класса, чувак. ты где, что с тобой? — я у ноена дома, на заднем дворе валяюсь, забери меня, я потом объясню, — тараторит чейз, зевая. — ладно, сейчас буду. энтони сбрасывает, а чейз переворачивается на другой бок. хочется спать, но вряд ли энтони будет благодарен, если ему придётся искать чейза. поэтому собрав все свои силы, хадсон поднимается с земли и, волоча рюкзак по земле, идёт по направлению к калитке.

миллионы человек, что остались тут одни я теперь один из тех, я теперь один из них

ривза не приходится долго ждать. через десять минут на улице видно чёрный автомобиль, кажется, это порше. ну, мистер ривз любит своего единственного наследника, окружает его теплом и заботой, дарит подарки. не то, что твой отец, да, шепчет подсознание, заставляя чейза горько усмехнуться. это правда, к сожалению. чейз забирается на переднее сиденье, кидая рюкзак назад. энтони приветливо улыбается, его глаза странно блестят, волосы взъерошены. но хадсон забивает на это, откидываясь на мягкую спинку. — хочешь? — энтони на секунду отрывается от дороги и достаёт из кармана маленькую коробочку, протягивая ее чейзу. — леденцы? — лёгкие экстази, — шире улыбается ривз, глаза начинают буквально сиять. чейз понимает, что зря он ранее положил хуй на странное поведение друга. тебе пора расслабиться, шепчет демон, сидящий на левом плече. существо опутывает ярко-красным раздвоенным на конце хвостом бледную шею, перекрывая путь к воздуху. тебе не следует этого делать, вторит ангел, летающий над правым плечом. белоснежные крылья остужают пыл демона, заставляя дьявольский хвост отпустить чужую шею. но чейз делает свой выбор не в ту сторону. легко забрав у энтони коробочку, хадсон выкладывает на ладонь две таблетки и заглатывает их, отрешенно смотря на емкость. ривз смеётся, откидывая голову назад, но вовремя спохватывается и забирает коробочку у чейза. кажется, теперь чейз знает, что такое хорошо и что такое ахуенно. — твой папочка не будет, ха-ха-х, против? — энтони конкретно несёт не в ту сторону вообще. — аха-ха-ха, мой кто? — чейз делает упор на местоимение, ну потому что реально не понимает. — ноен, твой папочка, — подмечает энтони еще раз, с удовольствием замечая, как вытягивается лицо чейза. хадсон же несколько секунд тупит, расфокусированно смотрит в пространство, и только потом заливается смехом. он действительно искренне смеётся, стучит по своему острому колену и запрокидывает голову назад, в жалких попытках сдержать хохот. — нет-нет, — отсмеявшись, отвечает чейз. — а кто он? — мой очень хороший друг, — с улыбкой заявляет чейз, закусывая нижнюю губу клычками. а вот энтони супер интересно, насколько ноен очень хороший друг для чейза. и что на это скажет пэйтон, авани и синтия? вот в чём вопрос. если девочки поддержат, то пэйтон возможно не одобрит. потому что чейз нихуя вокруг себя не замечает. а пэйтон страдает. идёт второй год, как мурмаер мучается от безответной симпатии. но чейз не замечает. или не хочет замечать. скорее всего, не хочет, потому что у хадсона есть тот, кто ему по-настоящему дорог. и имя этого человека не пэйтон.