Не заиграйся

      Выбор Малфоем места встречи был весьма объясним. Во-первых, поближе к живительному алкоголю, ведь ему не только нужно вспоминать об его только что умершей девушке, но ещё и болтать с редкостными занудами и рыжим психопатом. Во-вторых, в левом незнакомом баре не будут навязываться никакие болезненные воспоминания и держать себя в руках немного полегче. Днём здесь, к счастью, было очень мало народу: несколько алкоголиков и весёлых девиц в откровенно уродских костюмчиках то ли черлидерш, то ли хирургов.       Как только официант завидел Драко, то сначала растерялся, затем с отвращением сощурился и даже чуть скривился, но всё же решился подойти, мгновенно натянув любезную улыбку. Малфой был не меньше известен, чем члены «Золотого трио». Он до сих пор считался предателем и ловил кучу испуганных или открыто презирающих взглядов, которые прямо так и кричали, что его оправдание — огромная ошибка, которая, поверьте, ещё всем аукнется. Парень к этому привык, но это не значит, что его ни разу не задевали оскорбления и упрёки, ничего не знающих левых людей-праведников. Отсюда вытекает единственная причина, почему Малфой не отказывался проводить время среди магглов: им абсолютно на него плевать.  — Мистер Малфой, чем могу вам помочь? — Говоря это, официант особенно выделил имя Драко, произнося его так, словно пробуя мерзкое варево из водорослей и кузнечиков.       Драко ничего не ответил, лениво оглядываясь в этом тёмном почти пустом помещении с довольно высокими потолками. Вся стена справа от входной двери состояла из глубоких лож, занавешенных тяжёлыми бордовыми шторами. Внутри не было освещения, если не считать парящих золотых огоньков, быстро вспыхивающих и угасающих.  — Нужен столик? — снова проворковал официант с такой напыщенной интонацией, словно действия разворачивались в элитном ресторане.       Малфой кивнул на самую дальнюю ложу, которую было почти не видно, и впервые сфокусировал взгляд на стоящем перед ним мужчине, разглядывая его будто флоббер-червя в котле для зельеварения. На значке у того значилось самое непримечательное имя «Стив», а тёмно-фиолетовая мантия, кажется, их рабочая форма, была затаскана до дыр и покрыта кое-где внушительными кусками пыли. На этом фоне резко выделялся идеально чистый белый воротничок.       Стив, быстро уловив требование гостя, немного замялся, заломал запястье, но сохранил улыбку:  — К сожалению, тот столик уже забронирован…  — Ну так разбронируйте, — пожал плечами Малфой.  — Но…  — Живей.  — Это невозможно… — упорно протянул Стив, не желая уступать. Лицо официанта залилось чувством собственной важности, — Вам стоит выбрать…  — Блять, хотите проблем на свою задницу?  — Простите? — не понял он, причём самое интересное, что его долбаная улыбка так и не сошла с лица.  — Вы хоть понимаете, что я спокойно заставлю хозяина вас уволить и позабочусь, чтобы больше вас никуда не взяли? — устало рявкнул Малфой.       Секунду наш недоходчивый официант переваривал услышанные слова, быстро моргая и неприятно скалясь. Желание продолжать спорить или даже выставить Малфоя из бара плескалось в чёрных глаза, но вместо каких-либо действий он лишь тихо пробормотал:  — Сделаю всё, что смогу, — и наконец нервно засеменил прочь.  — Знаешь, можно было и другую ложу выбрать. Они абсолютно одинаковые…       Блейз бесшумно поравнялся с Малфоем.  — Он сам напросился на этот приятный разговор, — тихо пожал плечами Драко и уверенно зашагал к собственной ложе:  — Астория придёт?  — Нет, она решила, что будет лишней.  — Правильно сделала, — хмыкнул блондин, уже плюхаясь на полукруглый, тоже бордовый диванчик. Внутри пахло пряностями и огневиски.  — Зачем ты так?       Но Малфой не удостоил последнее замечание Блейза ответом, громко подзывая снова появившегося в поле зрения Стива:  — Если появится Поттер, направьте его сюда.  — Мистер Гарри Поттер?  — Со слухом проблемы?  — Нет, сэр. Всё ясно, — нахохлился Стив, снова брезгливо морщась сквозь натянутую улыбку.       Забини наблюдал за этим представлением совершенно спокойно, но как-то уставши. Он понимал, зачем Малфой так себя ведёт, и слишком уж к этому привык, чтобы сопротивляться, хотя за последнее время (за то время, когда он встречался с Гермионой) эти спектакли разыгрывались гораздо реже.  — А можно бутылку огневиски? — Блейз обратил на себя внимания и удостоился такого же презрительного взгляда.  — И позаботьтесь, пожалуйста, чтобы бокалы были из чистого хрусталя с изумрудными вставками. Я из других не пью, — Драко развалился на диване и говорил это не так, будто маленький малыш решил разыграть самодовольного хорька, а как профессиональный развлекающий себя идиот. Блейз не сдержал смешок, в котором собрались осуждение, издёвка и понимание.  — Хорошо, — на удивление кивнул официант и исчез.  — А чё не золотая бутылка?       Тут Малфой неожиданно выпрямился и будто снова отключил всё, что успело вяло заиграть. Забини тоже напрягся, но Драко лишь бросил:  — Золотой — не мой цвет.  — Малфой, Забини, — к столику наконец подошёл Поттер, кивая одному и второму. За ним шла только Джинни, видок которой оставлял желать лучшего. На приветствие Поттер получил лишь два мрачных взгляда и немое приглашение присоединится.  — А где рыжий?  — Не захотел прийти.       Малфой отметил про себя, что Поттер поразительно стойко держится. Если не считать дрожащих рук и мёртвых глаз, он был по-прежнему всё тем же Поттером, не подающим признаков паники, истерики или девчачьих слез. На Джинни и смотреть было не охото, она была абсолютно бесцветная и заплаканная, рыжие волосы словно разом посерели, а веснушки и вовсе испарились.  — Ты видел? — через внушительную паузу наконец спросил Гарри очень тихо и неуверенно. Кто знает, надо ли ему вообще знать ответ на этот вопрос?  — Нет, — безэмоционально ответил Драко, и чуть погодя, продолжил, — Это было в другой комнате, я не смог ничего сделать.  — Она считала, что поступает правильно, — протянул Блейз, то ли утешая, то ли что-то доказывая.  — Она… — Малфой медленно перевёл взгляд с Поттера на Забини, разглядывая их мрачный интерес и предвкушая дальнейшую реакцию, — Она умерла не из-за той твари в её голове.  — В смысле?       Следующие слова прозвучали чересчур громко, твёрдо и просто:  — Её убила Памела.  — Что блять?  — Убила?!       Тишина.  — Подожди Памела? Её менеджер? — Гарри заметался, складывая факты.  — Господи, — только и смогла из себя выдавить Джинни.  — Ты какой-то бред несёшь. — Забини пялился на Малфоя, словно тот снова покрылся розовыми сердечками.  — Придётся вам поверить мне на слово, — пожал плечами Малфой.  — Но… нахера ей это? Что за…?  — Она говорила что-то про проклятие, — медленно продолжил Драко, соображая, с чего начать.  — Какое?  — Без понятия. Знаю только, что ей нужны были слёзы боли и эмоционально разбитое сердце, — Драко говорил, сохраняя совершенное спокойствие, хотя в глазах от этих воспоминаний замаячил слабый страх, вперемешку с всё тем же безнадёжным отчаянием. Но такие незаметные перемены заметила бы только Грейнджер.  — Эмоционально разбитое сердце…? Слезы боли?!  — Она её пытала? — ужаснулся Гарри, выпучивая глаза.  — Нет, ей не пришлось, — здесь Драко резко замолчал, а глаза практически почернели.       Секунды три опять висела абсолютная тишина.  — Что это значит? — Забини начал заметно нервничать, когда как Поттер, казалось, вообще не соображал, что происходит, и с глупым рассеянным видом пялился то на Малфоя, то на мулата.       Вдруг штора распахнулась, и вновь появился Стив с бутылкой огневиски и двумя бокалами, которые в позолоченном освещении так красиво переливались изумрудными языками стеклянного пламени. Стив в этой полнейшей тишине, которая показалась ему неловкой, поставил с гулким грохотом бутылку на стол и хотел было открыть, но Забини остановил его жестом.  — Что-нибудь ещё?       Никто не ответил, поэтому Стив лишь медленно оглядел эту интересную компанию, останавливая взгляд на Джинни, которая, казалось, вот вот зарыдает, и беззвучно покинул ложу.       Тишина.  — Я разбил сердце Грейнджер.  — Какого…? — теперь и Блейз выглядел так, будто трёхлетний малыш, который не может собрать картинку из кубиков, — Я вообще тебя не понимаю.  — Напряги память. Помнишь, как-то давно я не мог объяснить, почему просил не лезть к ней?       Забани неуверенно кивнул, всё ещё не соображая, к чему тот клонит.  — Так вот объясняю. Твои претензии на Грейнджер мешали моим планам. А точнее сделке, которую я заключил.  — Твою мать! — выругался Блейз.  — Ты заключил сделку, чтобы разбить сердце Гермионы?! — Поттер будто очнулся, а в его серых глазах наконец заиграла та гриффиндорская злость, по которой Малфой успел соскучится.  — Это было давно, ясно? — выплюнул в своё оправдание Драко, — И я давно разорвал эту сделку. Гермиона, кстати, про неё знала!  — Серьезно?  — Как ты тогда разбил ей сердце?       По выражением лиц парней было предельно ясно, что каждый сейчас был бы не против избить Малфоя в каком-нибудь тёмном переулке. Херовы защитники. Только ей уже не нужна ваша защита.       Очевидно, что и Блейз, и Поттер восприняли эту новость, как личное оскорбление, хотя факт, что Грейнджер про сделку знала, сильно выбивал их из облака яркого гнева.  — Она влюбилась, — на этих словах голос Малфоя заметно дрогнул, — А значит оставалось только убрать меня. И Памела была готова это сделать — тогда всё было бы кончено. Я тянул время, обещая, что сам выполню условие, чтобы позволить Грейнджер пожить подольше, ведь если я умру — ей вырвут сердце, а слёз боли уж тем более будет полно. Я надеялся, что, когда Гермиона коснётся этой книги, она умрёт, и проблема решиться сама собой. Но, блять, Памела всё поняла и воспользовалась моими последними словами, выставив всё так, будто я выгораживал собственную шкурку, и в общем… Грейнджер не успела сделать то, что считала правильным.  — Памела вырвала у неё сердце… — будто пробуя эти слова на вкус, протянул наконец Блейз, — Па-ме-ла.       Малфой знал, что когда-то Забини и Вайет были очень близки, но это долго не продлилось. Всё контролирующая менеджер никак несовместима с Блейзом, который встаёт по утрам с абсолютно пустой головой и у которого все бизнес-планы построены на одной лишь удаче. Он сбежал от неё и от распланированной жизни, и как оказалось, даже он не подозревал о проклятье и других причудах этой женщины.  — А где… — Гарри запнулся, подбирая слова и сдерживая эмоциональную дрожь в голосе, — Где сейчас… Гермиона?  — Я… — Драко вдруг осознал, что не знает: трогал ли тело Хилари.  — Всё там же, — от нового голоса все разом вздрогнули. Один только Малфой спокойно перевёл взгляд в угол ложи, находя тёмную фигуру старика.  — Ваш голос… — сообразил Блейз, — Вы…  — Мистер Холт, — Юджин вышел на более освещённое место, стараясь выглядеть чуть спокойнее, чем он был на самом деле, — Зовите меня просто Хилари.  — Вы тоже там были, — кивнул Забини, пожимая ему руку.  — Мистер Поттер, рад познакомиться, — даже в такой момент в глазах старика пробежало восхищение при виде «мальчика, который выжил».  — Да, я тоже, — для Гарри было слишком трудно справится со всем навалившимся, что он даже несильно старался не выпадать из диалога. Он ведь до сих пор не мог поверить в смерть подруги.  — Мисс Джинни Уизли, так понимаю? — Холт попытался улыбнуться девушке, но она как будто даже не увидела, гуляя в своих мыслях, поэтому он продолжил, обращаясь уже ко всем, — В ситуации с мисс Грейнджер кое-что мне не даёт покоя.       В груди Малфоя неприятно похолодело, как только его ноги вновь коснулись влажной, набухшей земли, на которую он, кажется, собирался больше ни за что не возвращаться. Тишина резала уши: это место словно умерло, когда сгусток той сильнейшей магии просто исчез. Драко тяжело сглотнул загустевшую слюну, стараясь не смотреть на прикрытую дверь во вторую комнату. То ли страх, то ли отвращение заиграло на кончиках пальцев. Руки пришлось сжать в кулаки, чтобы избавится от предательской трусливой дрожи. Аппарировавший вместе с ним Блейз быстро убрал ладонь с его плеча, шумно вбирая затхлый воздух.       Пока глаза привыкали к полумраку, и все пересчитывали свои целые конечности, Хилари и Малфой мелко и мрачно переглядывались, понимая, что за той роковой дверью ничего не изменилось, и им опять предстоит увидеть мёртвое тело Гермионы.  — Она… — протянул Поттер, неуверенно указывая на полоску света из другой комнаты.       Юджин кивнул и, не думая, быстро зашагал вперёд, пропадая за скрипучей дверью. Чем дольше тянешь, тем глубже тебя затягивает пучина нерешительности. Следом за ним шагнул Блейз.  — Я не могу, — прошептала вдруг Джин, крепко держа Гарри за руку и не давая ему сдвинуться с места, — Я думала, что смогу, но…  — Эй, — он притянул её к себе, легко целуя в макушку, — Всё хорошо. Иди домой.       Поттер играл спокойствие, но выходило у него плоховато. Кожа белая, пальцы почти не сгибались, занемев от холода и страха, а чёрные волосы стояли дыбом. Даже очки будто готовы были треснуть от напряжения.       Малфой не мог больше на них смотреть. Такие жалкие, как и он сам, потерянные, захлёбывающиеся накатывающим отчаянием и беспросветной тоской. Все это было вроде привычным, но настолько ярким и болезненным, что тошно до невозможности. Заплаканные, ищущие помощи глаза с размазанной тушью и искривлённые от боли, дрожащие девичьи губы настолько нервировали, что Малфой наконец решился зайти снова в ту комнату, только бы не видеть больше этой угнетающей картины. Чуть позже он услышал звонкий хлопок аппарации, а на пороге следом возник и Поттер, зачем-то закрывая за собой дверь.       Грейнджер не изменилась ни капли. Всё та же поломанная и бесцветная.  — Нет, — прошептал Гарри, подлетая к ней, но боясь коснуться ледяной кожи.       Забини и вовсе отвернулся, Малфой знал: мулат не смог сдержать слёз.       Пару минут мучительная абсолютная тишина выедала в их нервной системе бездонную чёрную дыру.  — С ней что-то не так, — вдруг замотал головой Поттер.  — Да, — кивнул Хилари на выдохе.  — В смысле? — глухой и сухой голос Малфоя не слушался хозяина.  — Ты видел это? Где кровь? — Поттер был совершенно серьёзен, и теперь казался спокойнее их всех вместе взятых, — Ей вынули сердце, и даже капельки не вытекло?  — Заклинание? — пожал плечами Драко.  — Какое? Сколько времени прошло?  — Часа четыре, может пять, — здесь Драко тоже чуть напрягся, понимая, что что-то не сходится.  — А теперь посмотри на неё. Она словно умерла секунду назад! — глаза Поттера лихорадочно бегали, ища то, чем можно всё это объяснить.       И вправду, она действительно была точно такой же как и тогда: никаких следов разложения, трупных пятен, даже запаха! Словно застывшая фарфоровая кукла. Вне времени.  — Что это значит?  — Кто знает… — протянул Холт, — Конечно, вероятность заклинания есть, но зачем это Памеле?  — Если ей нужно только сердце, то она бы не стала сохранять тело. Это лишняя трата энергии, — голос Блейза заметно окреп.       Хиллари запустил пальцы в бороду, перебирая в голове какие-то свои догадки и наконец, выбрав самую подходящую стратегию, обратился к Драко, — Ты помнишь ту энергию, которая здесь была. Сколько себя помню, она всегда была в этом подземелье, казалась такой… бессмертной, что ли… несокрушимо могущественной.  — Что вы хотите этим сказать?  — Сами подумайте: разве может быть, чтобы такая мощь в один момент просто испарилась? Такой исход событий в сумме с состоянием Гермионы навёл меня на мысль, что она всё-таки коснулась той книги. Только вот последствия не те, каких мы ожидали.  — Должен был быть какой-то выход для энергии. Портал или вроде того… — глаза Гарри заблестели.  — Да, я тоже об этом подумал.  — А где та книга?       Юджин сразу замешкался в поисках палочки, и через несколько секунд книга возникла в его руках с подобающим приглушённым хлопком. Он протянул талмуд Малфою:  — Она пуста.  — А разве…?  — А разве будущее не должно было перенестись сюда? — недоумение Драко просто переходило все границы. Будто кто-то разом сломал логику всех его принципов, — Ведь пророчество…  — Как оказалось, не стоит ссылаться на пророчество. Мы не знаем его истоков, а значит эта история, которую моя семья с аппетитом проглотила и лелеяла веками, могла быть просто чьей-то выдумкой.  — Если сложить единственные возможные слагаемые, получается… — голос Поттера лениво обдумывал все факты.  — Эта книга и энергия вокруг неё и были порталом, — подхватил Малфой.  — Куда? — Блейз стоял как вкопанный.  — Я думаю: это был не совсем портал, — запротестовал Хилари, — Если в голове Гермионы и правда обитало будущее, оно ведь должно было откуда-то черпать силы, чтобы в итоге явится людям, правильно?  — Это когда избранный найдется? — вскинул брови, уточняя Драко.  — Да, вроде того. Только, конечно, мы не знаем, как именно оно должно было ожить и всё рассказать, если фокус с книгой не сработал, хотя это и неважно. Но хранителю то в любом случае нужно было коснуться этой энергии, чтобы люди могли узнать будущее.  — Что-то вроде подзарядки, — кивнул Гарри, — Оно вбирает энергию и только тогда может действовать.  — Я думаю, эта энергия совсем не отсюда.  — Я вообще потерял нить рассуждений, — глаза Блейза уже совсем высохли, — Как это: не отсюда?  — Она оттуда, откуда родом это самое существо с будущим внутри Гермионы.  — Но это не объясняет, куда оно испарилось.  — Почему же? Энергия была связана с тем местом, приобретая свойства портала, а значит раненное существо не только вобрало в себя всю энергию, но и вернулось на «Родину».  — Если оно вобрало энергию, почему не могло остаться здесь? Или тогда не вбирать энергию? Можно помедленнее? — было видно, как Забини старается вникать в смысл происходящего, но мысли упрямо путались.  — Оно было сильно ранено, что не входило ни в чьи планы, а раз энергия нужна для проявления, то это не значит, что она смогла бы его вылечить.  — Но оно то всё равно её вобрало.  — Может из-за слабости. Но ему все-таки пришлось прибегнуть к помощи, поэтому оно и исчезло.  — Какие-то натянутые за уши сказки, — Блейз покачал головой, — А Гермиона-то тут причём?  — Её дух должен был уйти, как и подобает душам умерших, но я почти уверен, что он попал туда же, где сейчас будущее. Поэтому она и застыла, ведь в том месте понятия времени, очевидно, нет, — Хилари закончил говорить в полной тишине. Гарри продолжал тоскливо пялиться на Гермиону, будто ожидая, что она вот-вот проснётся, но надеятся на это было не просто нелепо, а крайне тупо и смахивало на мазохизм. Блейз теребил край своего пиджака, словно волнуясь перед экзаменом по травологии на первом курсе, хотя на самом деле он всего лишь пытался осознать до конца и переварить всё, что только что услышал. А Малфой и вовсе стоял неподвижно, и кто знает, о чём думал.       Мрачные тёмные стены нависали над гостями подземелья, но больше не довлели и не отбирали воздух. Жить стало определённо чуточку проще, хотя, может, так просто казалось из-за навалившейся информации. Возможно и выдуманной отчаявшимся сознанием, но незримо важной и желанной.       Наконец Поттер резанул эту тишину вновь ослабевшим голосом:  — Дашь взглянуть на книгу? Драко лишь хмыкнул и молча пролевитировал к нему талмуд, и пока книга медленно плыла по воздуху, давая всем возможность её разглядеть, она бледно поблёскивала сочно-голубым перламутровым светом.       Гарри с каким-то трепетом открыл первую старицу, стараясь, чтобы обложка осыпалась как можно меньше, но обнаружив на пожелтевших страницах пустоту, смелее пролистал немного вперёд. И вдруг резко замер.  — Эм… — слетело с губ от недоумения.       На одной из страниц расползалось тёмно-синее чернильное пятно.