Пять раз, когда Адриан должен был осознать, что Маринетт это Леди Баг

— Эй, я нашла хорошее место! Маринетт повернулась и посмотрела на человека рядом с ней. Ну, или не на человека. Божья коровка ползла по забору, рядом с которым она шла. Тихий голос насекомого едва доходил до нее. Маринетт огляделась. На улице было довольно много людей, но большинство из них не обращали на нее внимания, защищая свои лица от раннего осеннего ветра. Она наклонилась к божьей коровке: — Хм. Ты нашла хорошее место? — прошептала она, не зная, может ли та понять ее. Маленький жук вздрогнул, дергая своими достаточно большими антеннами, чтобы за ними можно было уследить: «Хорошее место!» — Тикки? — прошептала Маринетт, открывая сумочку. Квами выглянула из сумки, сонно потирая глаза, но оживилась, когда заметила насекомое: — О, Маринетт, ты завела друга? — радостно произнесла квами. — Я не уверена… — Пошли за мной в хорошее место! — щебетала божья коровка, взлетая. Ее маленькие паутинные крылья уносили ее от металлического забора в парк, который находился за ним. — Маринетт, ты пойдешь за ней? — пропищала Тикки, пытливо глядя на девушку. — Я не знаю, — неуверенно ответила та. — То есть, ты говорила мне, что такое бывает с владельцами камней чудес и их, ну, животными. Но это первый раз, когда я… общаюсь с божьей коровкой? — Да, они не контактируют много, — гудела Тикки. — Давай пойдем за ней. Интересно, что там такое. Божью коровку найти было сложновато. Ее ярко-красные надкрылья легко терялись среди осенних листьев. К счастью для Маринетт, она периодически жужжала, рассказывая об этом «хорошем месте». Это место оказалось недалеко от самого дальнего края парка. Там не было дороги, но Маринетт, теперь уже чрезвычайно любопытная, сумела пробраться сквозь листву относительно не поцарапанной. У внешней стены парка стояло большое дерево. Его широкий ствол раскололся пополам примерно на уровне глаз, и в изгибе Маринетт заметила красную вспышку. Небольшая группа из примерно двадцати божьих коровок сидела в изгибе дерева. Несколько из них просто сидели неподвижно, втиснувшись в древесину. Несколько других все еще активно ползали вокруг, время от времени приземляясь, взлетая и жужжа о своем «хорошем месте». — Тикки, что это? Квами взлетела вверх и приземлилась на плечо Маринетт, с легкой улыбкой глядя на жуков: — Они нашли хорошее место. Смотри, Маринетт, они готовятся к зимней спячке. Сейчас они пытаются собрать как можно больше божьих коровок, чтобы они могли согреться вместе! — Это… слишком очаровательно. Тикки обернулась: — Маринетт, я знаю, что это интересно, но у нас есть работа. Мы не можем просто впасть в спячку с ними и оставить Париж с его верой в тебя. Мы могли бы, когда одолеем Бражника. — Э-э-э… конечно, я буду иметь это в виду, — сказала Маринетт, стараясь не отвлекаться на тот факт, что, по-видимому, спячка — встроенная функция божьих коровок. — До свидания, — сказала Тикки небольшой группе божьих коровок. — Удачи в спячке и до следующей весны!

***

— Это называется Loveliness? Серьезно? — Хм-хм, — хрустела Тикки, слишком занятая покусыванием печенья, чтобы внятно ответить. Они вернулись домой немного позже, чем обычно, и определенно не слишком поздно, чтобы это было подозрительно. Маринетт, радостная, что не простудилась, ушла в свою комнату и сделала то, что ей, вероятно, следовало бы сделать раньше: она наконец решила поискать информацию о божьих коровках в гугле. — Значит, эти божьи коровки на самом деле не разговаривали, верно? Это были даже не голоса? — Не совсем, — Тикки проглотила последний кусочек печенья с довольным гулом. — Они используют феромоны. Но я предполагаю, что магия переводит это для тебя, верно? — Да, я думаю, что так и было, — ответила Маринетт, задумавшись. — Я помню, как слышала тоненькие голоса, но теперь, когда я думаю об этом, я не могу вспомнить, были ли голоса женскими или мужскими. Так что, может быть, они на самом деле не разговаривали. Это странно. — Не намного страннее, чем все остальное в твоей жизни, — разумно сказала Тикки. Маринетт пожала плечами: — Так, когда я отвечала, они понимали меня? — Твои слова — нет, но ты могла бы общаться другими способами, если бы попыталась. Возможно, они смогли бы понять твои намерения, если ты сосредоточилась на общении. — Хм, это можно попробовать весной, может быть, — решила Маринетт, отказавшись от своего компьютера в пользу бесцельной сортировки своих художественных принадлежностей. — Они правда будут сидеть на том дереве всю зиму? — Большую часть времени они будут спать, — хихикнула Тикки. — Нам повезло, Маринетт! Мы, наверное, единственные божьи коровки в Париже, которые имеют центральное отопление. Маринетт усмехнулась: — Нам вдвойне повезло — мы живем над пекарней. Здесь не только всегда тепло, но и всегда приятно пахнет. Лучший номер в Париже! Маринетт хотела попросить рассказать что-нибудь про божьих коровок, стремясь узнать о прошлом Тикки, но ее прервал другой голос: — О. Ты нашла хорошее место. Тикки и Маринетт одновременно повернулись к окну. Маленькая божья коровка сидела на подоконнике, дергая усиками-антеннами в воздухе: — Очень хорошее место! Маринетт оглянулась на Тикки, улыбаясь от восторга и растерянности: — Ты…? Тикки только покачала головой и хихикнула. Они провели несколько минут, молча наблюдая за божьей коровкой, пока она летела по ее комнате, ползла по столу и шкафу и, казалось бы, исследовала пространство. Через некоторое время она полетела обратно на подоконник, повернулась к ним, с гордостью объявила: «Лучшее место!», расправила крылья и взлетела. — Рада, что у нас есть печать одобрения, — сказала Маринетт, наконец вернувшись к организации своих художественных принадлежностей.

***

Несколько часов спустя Маринетт обнаружила, что подсознательно сообщать о состоянии ее комнаты некоторым божьим коровкам определенно не было разумным шагом. Ей лучше просто держать свои окна запертыми осенью, чтобы избежать подобных беспорядков в будущем. — Не волнуйся, в конце концов они окажутся где-то в куче, — сказала Тикки, привыкшая к подобным ситуациям. Маринетт в отчаянии смотрела на огромное количество божьих коровок, покрывающих ее потолок, стол и волосы. — Тикки, это невероятно подозрительно, понимаешь? Если мои родители увидят это, я… Ну, я полагаю, они не сразу подумают, что я «подрабатываю» супергероем, но по крайней мере, они будут подозревать, что происходит что-то странное. — Твои родители милые, они всегда стучат, прежде чем войти, — развела лапками Тикки, явно не понимая серьезности ситуации. — Тикки, есть ли способ сказать «спрячьтесь с глаз долой, мои родители здесь», божьим коровкам? — Э-э… — Тикки выглядела немного смущенной. — Я не думаю, что ты сможешь такое сказать, но я помогу, — квами взлетела и начала метаться по комнате. — Привет всем, здесь за доской объявлений хорошее место! Эффект был незамедлительным, маленькая стая божьих коровок мгновенно упала с потолка и подлетела к стене. Они заползли за доску объявлений. — О, это отличная идея, Тикки. Мы можем разместить их под кроватью. А некоторые могут остаться в шелковом ящике, я не буду использовать легкие ткани зимой!

***

В конце концов, им понадобился почти целый час, чтобы спрятать, кажется, всех божьих коровок в Париже в пяти разных укрытиях в комнате Маринетт. Рой упорно сопротивлялся распадаться, и божьи коровки жадно ползли прямо из своих убежищ и каждый раз Тикки приходилось предлагать им новое «хорошее место». Но в конце концов они справились. Божьи коровки исчезли из поля зрения, и комната Маринетт выглядела, как и задумывалось, совершенно нормальной. — Фух, — вздохнула Маринетт, рухнув спиной на кровать. — Еще один кризис предотвращен. — Я знаю, это немного хлопотно, но спасибо, что не выбросила их, Маринетт, — Тикки медленно упала, мягко приземлившись на голову подруги. — Я знаю, что не хотела бы быть на улице всю зиму, и я уверена, что они чувствуют то же самое. Только постарайтесь не нажимать на доску объявлений слишком сильно. — О, да, пожалуйста, помоги мне запомнить это. Я знаю, что я стала намного сильнее, будучи Леди Баг, даже будучи не в трансформации. Я очень постараюсь не раздавить их. — Подойдет, — сказала Тикки с зевком. Маринетт неуверенно посмотрела на потолок: — Итак… как только они заснут, они не будут шевелиться, верно? Мне не придется беспокоиться о том, что кто-то из них попадет в пекарню? — Ммм… — робко пробормотала Тикки, — Поскольку у нас есть центральное отопление, здесь не будет так холодно, как снаружи, поэтому… я думаю, что некоторые из них будут время от времени просыпаться. Но мы сможем справиться с несколькими божьими коровками, правда? Маринетт застонала и закрыла лицо руками.