Замурованные

Сотни километров безжизненной пустыни, покрытой костями заглохших кораблей — вот что видел вояка на своем пути день за днем. Лишь бури веселили его на этом долгом отрезке пути. А другие путники? Другие путники были лишь призраками, которые прячутся в тенях минувших лет. Они лишь изредка приносили неприятности и то, они решались либо одной пулей, либо одним острым словом. Скука, в общем… Благо для вояки она продлилась вновь не долго, ведь на горизонте уже замаячил некий гигантский силуэт. Вояка поднялся на застывшую песочную волну и стал приглядываться. Гигантские тени величественного сооружения ослепили его, но вскоре глаза его привыкли к темноте, и он смог увидеть все… Перед воякой во всей титанической красоте стоял некогда великий город. Его обычные каменные дома стояли, словно стены крепости, а высокие индустриальные, словно сторожевые башни, которые не должны были впускать в город никого. Но все эти большие сооружения не сравнятся с главным чудом этого города: башней «Титан», которая уходила своими последними этажами далеко в небо, а шпиль ее и вовсе не был виден простым смертным. Вот оно… Гигантское чудо этого света. Любой пришедший сюда сразу мог произнести название этого города, даже если он и не знал его. Ведь перед ним стоял во всей свое красе «Титан-город». -Ну, здравствуй, старый друг, — промолвил вояка, глядя на город. Для многих других этот город был лишь очередной памяткой старого мира. Максимум из них можно было выдавить реакцию по типу: «О-у… Я когда-то хотел сюда приехать». Но для вояки это место было особенным. Ведь тут — среди каменных домов, был когда-то его дом. И буквально каждый уголок этого гигантского города пробуждал в нем теплые воспоминания. Любой другой видел бы этот город, как завораживающие, величественные, красивые, но все же мертвые развалины… Но только не он. Он, смотря на длинные тени замершего во времени города, видел совсем другую картину: он видел, как здание «Титан» сияет всеми прожекторами, а его спутники «Кометы» — это здания вдвое меньше его, подмигивали ему. Эти шесть зданий являлись символами единства города. Город был разделен на пять районов: экономический, технический, промышленный, развлекательный и творческий. И в каждом из районов было по одному ведущему зданию — по одной «Комете». «Кометы» экономического, промышленного и технического районов это гигантские офисы с малым числом отличий. В одном обитают конкурирующие компании, в другом весь канцелярский коллектив города. Гораздо интереснее «Кометы» развлекательного и творческого района. Развлекательная «Комета» представляла собой гигантский торговый центр, где каждый мог найти себе что-то по вкусу: от маленького невинного ребенка, до пошловатого взрослого, которого интересует только то, что ниже пояса. Это здание можно сравнить с гигантским легальным казино. Тут хоть и были установлены часы, но их никто не замечал, ибо у всех разбегались глаза от количества и качества удовольствия предлагаемого «Кометой». Тут можно было оставить тысячи часов и денег, даже и не заметив. Да что уж там со временем и деньгами?! Тут можно было умереть, а твой труп, лежавший на скамейке у всех на виду, могли заметить только через три дня! И то… Только потому что он стал сильнейшим образом вонять. Вот настолько люди не замечали всего вокруг, входя в эту развлекательную «Комету». Хотя… Не то чтобы люди замечали многое, не входя в «Комету»… Не суть… Впрочем, человеко-часы тратились на пролет не только в развлекательной, но и в творческой «Комете». Только уже в этой «Комете» люди больше предпочитали тратить свое время на созерцание. Ведь в этой «Комете» были объединены все культурные разветвленности — под одной крышей объединялись писатели, художники, философы и скульпторы разных мастей и стилей. Благодаря хорошей звукоизоляции на одном этаже могли выступать во весь голос известные металлисты, на другом этаже скромничать неизвестные любительские музыканты, а этажом выше и вовсе могла идти классическая симфония. Чудеса гармонии… Да и только. Жаль, что сейчас эта гармония нарушена… От прежней гармонии осталось лишь обветшалое здание с пустующими помещениями. -Спасибо, озверевшие люди… — промолвил тихо вояка, глядя на гигантский кусок отвалившейся «Кометы». Затем он посмотрел на «Титана» возвышавшего свой лик над всем городом и твердо сказал: -Ты-то мне и нужен, старый друг… Он посмотрел на город и продумал свой план действий. Чтобы безопасно добраться до «Титана» надо идти по мертвым районам — по тем районам, которые были разграблены и полностью уничижены в первые дни катастрофы. Одним из таких районов был развлекательный. Люди, узнав о своей скорой кончине, первым делом стадом побежали грабить бутики — это все, что было у них самое дорогое и желанное. Это то, что они хотели получить бесплатно перед смертью. И никто хоть с граммом ума не стал бы искать сейчас припасы в таком месте… Так что руины развлекательного были идеальным местом, чтобы пройти до «Титана». Туда и направился вояка. Он съехал с песочной волны и оказался в… -Окраины…? У любого мегаполиса всегда есть пригород, у «Титан-города» он тоже был. Его называли абсолютно незамысловатым названием — «Окраина». То место, где стоял вояка, было когда-то окраиной. Его сравняли с землей… Здесь раньше стояли милые маленькие домики. Спокойный был район… Прямо около моря. Но как только катастрофа произошла, это место сравняли с землей из-за жадности и зависти. Так что все, что осталось от милых деревянных домиков — это лишь груды обломков из гвоздей и дерева. Вояка стоит на пересечении каких-то улиц. Уже не понять каких… Знаки выцвели, почтовые ящики сгорели. Он посмотрел налево и там лишь километры обломков, посмотрел направо — там тоже самое. Но вдруг, его глаз зацепился с правой стороны за что-то блестящее. Еле заметный стальной блеск… Он подошел поближе, чтобы рассмотреть и это оказался почтовый ящик, еле уцелевший от огня. На нем адрес: «Улица 123А — Окраина. Дом 23». Рука вояки дрогнула. -Моя улица… Тут он раньше жил со своей женой. До того, как в компании не случилось сокращение работников, и ему с женой не пришлось переехать в «Титан-город». Вояка стал считать вслух, глядя на обломки домиков. -Двадцать четыре, двадцать пять, двадцать шесть. И… Двадцать семь… Он стоял перед обломками своего дома… Выцветший синий цвет палок с гвоздями напоминал ему о любви его жены к небу, а фиолетовый цвет кирпичей о ее страсти к фиалкам… А два сгоревших до основания дерева, для вояки вовсе и не сгорели… Они для него сияют зелеными лепестками, и на них по-прежнему висит их гамак, на котором качается его любимая. Все тут, несмотря на разруху, напоминало ему о ней. Так что больш е ему тут нельзя было оставаться! Надо идти к своей цели и не задерживаться, но стоп. Что это там, вдали — в самом конце улицы? -Неужто это оно…? — промолвил со страхом вояка, глядя на трехэтажное здание вдалеке. Он с боязнью и дрожью в ногах прошел через всю улицу развалин и дошел до него. Перед ним было здание из самых страшных кошмаров человека — психушка из самых неприятных фильмов ужасов. Прогнившие стены, словно пропитанные кровью, белая штукатурка, покрытая серой пылью безысходности, разбитые темные окна, на стекле которых словно отпечатались мученики этой клиники. И из одного такого окна вояке кричит призрак. -Это девочка, любимый! — кричит ему призрак. — Девочка!!! Он протирает табличку, вывешенную на въезде в это здание. На ней написано: «Роддом № 96». -Девочка… — с грустью и тоской прошептал он. Подул ветер, и призрака сдуло, а вместе с ним и грусть вояки. -Я найду выход, — сказал он, посмотрев на «Титана». — Найду. Вояка резко повернулся в сторону города. Теперь он держал путь в развлекательный район. Пройдя через засохшее море, он за два часа добрался до пляжа, а там уже за полчаса он был на месте. И вот он… развлекательный район во всем своем великолепии. Сотни тысяч рекламных вывесок, которые словно вывесили на показ все грехи и пороки человечества за последнюю тысячу лет. «Вечный виртуальный оргазм!», «Замена любых конечностей», «Flammeummetalli любит вас! Позаботьтесь о своем будущем вместе с Flammeummetalli!», «Бесплатные деньги? Реально!», «Почувствуйте себя богом в нашей ВС» — и это лишь малая часть. Все остальные рекламные вывески отправились в небытие вместе с электричеством, и теперь на их месте была лишь пустота. И тоже можно сказать и про весь район — все вокруг стало пусто. Тишина правит в этом новом мире. Вояка идет по проезжей части сквозь овальные камни, которые некогда были электрокарами. Он идет сквозь тишину пустоты района. Он не хочет идти по тротуару… Ведь там — в нем, закопаны миллионы жизней. Мужчины, женщины, дети — все оставили свои души в этом месте. Некоторые спешили на работу или собрание, некоторые отмечали выходной или праздновали день рождения, другие, может, шли на шопинг по поводу свадьбы, а другие просто шли в скромный бар с друзьями. Все они, будь разные или похожие, оказались с одной судьбой: похоронены в этом асфальте. Поэтому вояка не идет по тротуару. Идти по этому тротуару — идти по костям и душам падших здесь. В прямом… И в переносном смысле. Так что вояка бредет по проезжей части, стараясь не замечать ужас, который окружил его. Он идет и наслаждается тишиной, которая ранее не была знакома ему, когда он ходил тут. Сейчас… Все стало… Таким… Безмятежным. Если закрыть глаза на ужас, который буквально повсюду, и попытаться абстрагироваться от него, то этим миром даже можно наслаждаться. Миром без огней городов и шума машин. Миром без людей… Миром, который не живет движением. А живет… Дыханием. Медленным, убаюкивающим, спокойным. -Мир, живущий дыханием, которое скоро прекратится, — промолвил вояка, глядя на скелет, слившийся с сиденьем машины. — Интересно вот только одно: как долго еще он будет дышать? И сможет ли задышать снова, после того как задохнется…? В конце улицы раздался скрежет, похожий на взрыв, прервавший мысли вояки. Он рефлекторно засел за укрытие в виде машины, достал свою СВТ-40 и моментально вставил в нее магазин. Он дернул затвор и аккуратно выглянул из-за укрытия, да так, что только его снайперский прицел выглядывал из-за него. Он смотрит в прицел и видит лишь дым в конце улицы, но уже спустя пару секунд, из дыма выходит то, что создало шум. Зрачки вояки сузились. Кровь чуть поледенела. На вояку двигался целый отряд. У него не было времени осматривать какой именно отряд движется к нему навстречу. Вооруженный или невооруженный — без разницы. В этом мире уже никто не мог не представлять опасности… Что уж говорить о тех, кто издает звуки, внушающие угрозу, и появляется словно бес из тьмы. Вояка, ни капли не думая, рванул к первому многоэтажному дому, у которого была открыта дверь. Он перепрыгнул через похоронный тротуар и прыгнул сразу на порог этого дома. Он аккуратно, пытаясь подавить страшное желание убежать с криками, закрыл дверь, чтобы не издавать шума. А затем побежал со всех ног на последние этажи. Чем выше — тем лучше. Им в любом случае будет тяжелее его достать на последних этажах, нежели если он будет на уровне их глаз. Он забегает на пятый этаж — закрыто. На шестой — тоже. Седьмой — закрыто. Восьмой — нет! Девятый — дверь выломана кем-то. Отлично! Он забегает туда с облегченной душой. Он бежит через одну жилую комнату в другую, и там, из-под тени ему навстречу вылетает некто. Они сталкиваются лбами и как бешеные псы достают свое оружие. Они, вцепившись в курки, направляют его друг на друга и начинают очень медленно расходиться в разные стороны. Вояка в левую сторону, уходя дальше в квартиры, а незнакомец в правую — наоборот, выходя из квартир. «Чего же он медлит?!» — подумал вояка, а затем посмотрел внимательно на его оружие. В его винтовке не было магазина. — «Понятно. Патронов нет». Вояка стал медленно спиной отходить от незнакомца, а он в свою очередь стал повторять за воякой. И так они и разминулись… Незнакомец, который скорей всего был такой же, как и вояка, скиталец, выбежал на лестницу и рванул вниз. Вояка же стал потихоньку уходить, но вдруг опять рефлекторно упал и занял укрытие под окном. Его потревожили те зловещие звуки, которые теперь были совсем близко — они уже были под окном… Вояка прислушался. Судя по всему, на центральной улице по проезжей части шло нечто массивное. И кажется, не человек, а робот. Или что-то роботизированное… Ведь каждый его шаг ощущался как микроземлетрясение. И звук… Словно две металлических балки шагают сами собой, издавая характерный противный металлический скрежет. -Дурак… — прошептал вояка, вдруг вспомнив о незнакомце, который выбежал прямо навстречу зловещим звукам. Вояка продолжил прислушиваться. Теперь этих металлических звуков стало больше и к ним еще прибавились звуки обычных шагов. Он явно там не один… Идет группа человек… Одни, судя по всему, обычные люди, а другие… Словно используют какие-то агрегаты или сами являются модифицированными. Так или иначе, выглядывать и привлекать внимание отряда не очень хочется. Но стоп! Кажется наш незнакомец наконец выбежал на улицу… Снаружи стали слышаться приказы отряда и испуганные крики незнакомца. Вояка рискнул немного выглянуть. На улице был отряд, одетый в форму пожарных, только вот вместо шлангов у них в руках были модифицированные АК. И лишь одно осталось неизменным: на поясах у них по-прежнему весели маленькие пожарные топорики. Только вот теперь они их использовали совсем для других целей. -Так… Это обычный отряд, но где наш…? — вояка стал рассуждать вслух, но вдруг его прервал ответ на его же вопрос. То, что издавало эти звуки, появилось средь улицы. И рыча, стало медленно двигаться к незнакомцу, который в свою очередь убегал как шустрый заяц. А эта машина не спешила. Она, несмотря на то, что ее жертва убегает, не торопилась гнаться за ней. Раз — два, раз — два. Звучали монотонные шаги машины. И видимо ей надоело, а может быть жертва уже убежала слишком далеко, но вдруг она встала — вцепилась намертво в асфальт. И достала огнемет. Этой машиной был пожарный. Пожарный класса М. Это пожарные, которые были оснащены специальным экзо-скелетом для действия в чрезвычайных ситуациях. В народе их в шутку называли лягушками. Из-за их стиля карабканья по зданиям: они цеплялись руками за стену и с помощью их силы подкидывали себя на несколько метров ввысь, а затем цеплялись снова точно так же. Со стороны это выглядело как лягушка, которая прыгает по вертикальной поверхности. Поэтому и лягушка. Милое название, не представляющее никакой опасности. Но сейчас… Думаю, вояка бы не хотел, чтобы эта «лягушка» попрыгала за ним. -Куда ты, погань?! — проорал модифицированный пожарник полу-демоническим кибернетическим голосом убегающему незнакомцу. -Уж прости меня…! Но заразу! Мы тебе распространять не дадим!!! Пожарник М выпустил своего дьявола на поводке, и всю улицу тут же охватил адский огонь, кричащий ором всех сожженных им жертв. Вскоре к этому хору присоединился и незнакомец… Когда огонь ушел в глубины улиц, тело бедолаги, замершее в агонии, можно было разглядеть. Он был обуглен — зажарен и высушен, словно рыба на базаре. -Тот, кто ранее спасал от огня, теперь сжигает заживо… — стал шепотом размышлять вояка. — Иронично…? Может быть. Он схватился за свою винтовку, и ему вдруг стало горестно от своей мысли. Ведь он помнит их другими. Сейчас этот пожарник напоминает великолепное орудие для убийств: на спине его надежно закреплен гигантский бак с топливом для огнемета, с помощью которого можно сжечь весь район без остатка, а его экзо-скелет при этом будет защищать его от любых атак. Идеальное оружие для массового истребления… Только вот… Ранее в его баке хранилась вода, а не горючее. И экзо-скелет использовал он не для защиты от пуль, убегающих от него людей, которые пытаются спасти свои жизни… И в руках… В руках его был не огнемет, а специальный гидравлический шланг, предназначенный для спасения жизней. Хотя… Если прислушаться к разговору этих пожарников, то можно сделать вывод, будто они и по сей день спасают их. -Молодец М1, — обратился командирским голосом один из них к машине для убийств. Судя по всему, это был командир их пожарной бригады. Понять это можно было по его гигантскому пожарному шлему, большому красному топору во всю спину, который висел у него за спиной, и по двум кислородным бакам, которые так же были за спиной. У всех остальных были маленькие топорики, висевшие у них на поясах и всего один бак с кислородом. Была лишь одна черта, объединявшая всех пожарников — это их рабочая форма. Как ранее они носили оранжево-красные, толстые, огнеупорные костюмы с маской-противогазом так и сейчас носят. Даже кислород в своих баках используют по той же причине: чтобы защитить себя от враждебной окружающей среды. -Мы не допустим распространения заразы! — продолжил командир. Он словно революционер поднял свой АК и все остальные последовали за ним, крича при этом: «Так точно! Дадим планете жизнь!» -Правильный настрой. -Везет же им… — прошептал вояка. — Используют не фильтры, а полноценные замкнутые противогазы. В таких отравленный воздух их не тронет… Что не скажешь о нас… Зараза. Точно. Так вот о чем они… -Командир! — крикнул один из пожарников молодым голосом. Вояка в этот момент решил чуть выглянуть и оценить обстановку. -Этот человек выбежал из этого дома. Может, стоит нам проверить? Вдруг там еще кто-нибудь есть?! — обратился один из младших по званию к командиру. Командир схватился за свои бока, покружился на месте и промолвил приказ: -М1, Виктор, Джейкоб и Андрей обыщите дом! Отличная идея, малой. Малец в форме мягко покивал головой. -Мать вашу… — прошептал вояка. — Только не сюда. Три человека, схватившись за свои автоматы, медленно направились ко входу, а пожарник М, словно сторожевой пес, пошел за ними. -О, нет-нет-нет, — пытался не закричать вояка, — что же…? Что же делать? Вояка опять выглянул, но уже не прячась — он встал в полный рост и принял свое решение. Когда пожарные вели разговор, вояка разглядел одну крайне незаметную деталь в крайне заметном сооружении. Дело в том, что все это время над улицей, где все это происходило замер в воздухе нерабочий монорельс. Воздушный монорельс… Воздушный монорельс — это относительно недавнее нововведение в области транспорта. Они были созданы триста с десятком лет назад и постепенно внедрялись по всему миру. Дело в том, что в связи с большой занятостью трасс, было принято решение ввести новую точку движений транспорта. Воздушное пространство было решено не трогать, а вместо него расширить дороги и занять совсем новую точку для транспорта. В этом были призваны помочь «Воздушные монорельсы». Воздушные монорельсы — это как обычные монорельсы, только они ездят не по рельсам, а по тросам. Как фуникулеры. Только гораздо быстрее и проворнее. Удобность такой системы передвижения позволила ей распространиться с легкостью по всему миру. И вскоре воздушные монорельсы развились и стали незаменимой частью любого города. Бесшумные и быстрые доставщики — вот официальное название рекламодателей. Вскоре после полного внедрения воздушные монорельсы стали делиться на три класса: класс «П», класс «А» и класс «Т». Класс «П» — поезда. Этот класс заменял железную дорогу и довозил людей в другие ближайшие города или привозил загород. Выглядел этот класс как красивый и элегантный поезд, прикрепленный к верху тросами. Все комфортные условия для долгих поездок были соблюдены. Класс «А» — автобус. Заменил общественный транспорт. Проворный, быстрый и самое главное для жителей, которые жили около тросов, по которым ходили монорельсы, бесшумные. Они выглядели как мини электрички, которые соединились друг с другом вагончиками. И последний класс — класс «Т». Этот класс заменял такси, и в отличие от класса и «П» и «А», не имел никаких сильных ограничений в передвижении. Его трассы благодаря его относительно маленьким размерам могли проходить даже в переулках или над зданиями. Что позволяло порой добраться до той или иной улицы гораздо быстрее, чем на классе «А». Выглядел класс «Т» как маленькая коробочка с окнами и круглыми фарами впереди, сделанная с уклоном в минимализм. И вот эта маленькая коробочка… Сейчас и висела над мертвой улицей, держась за единственный болт в ее креплении. Этот болт, держащий эту малышку над землей, был той столь незаметной деталью в столь заметном сооружении, которую заприметил вояка. Так что без лишних промедлений вояка резко открывает окно, поднимает свою СВТ-40 и четким — звонким выстрелом на всю улицу выбивает болт из крепления, и монорельсовое такси со свистом, раздвигая воздух, падает вниз! Все пожарники, словно спецназовцы, услышав выстрел, моментально повернулись в сторону вояки и подняли свои автоматы, готовясь вести ответный огонь, и лишь один пожарник класса «М» поднял свою голову, глядя не на вояку, а на свою летящую сверху смерть. И вот пожарники-спецназовцы готовятся нажать на курки, вояка прячется за окно, а бедный пожарник М говорит свое последнее, печальное, скорбящее и осознающее всю тупость ситуации, последнее слово: «Бля…». И в этой его «суке…» было столько боли и отчаяния… Одним словом: он осознал, что ему конец. Монорельс падает, превратив пожарника М в кровавую кашу, а его дьявола в цистерне на спине в свободного дракона, который, вырвавшись из своей ловушки, стал творить ад на улице! Его адские языки пламени охватили весь квартал, и все пожарники стали гореть с криками агонии! Некоторые из-за повреждений своей формы, сгорели моментально, другие же — более удачливые стали брыкаться из стороны в сторону в надежде убрать с себя эти жгучие языки. И лишь один стоял средь этого хаоса целый, невредимый и непоколебимый… Вояка выглядывает, чтобы посмотреть на результат своего выстрела, и видит это озлобленное создание средь пылающей улицы. Там стоял второй пожарник М… Стекла его противогазов сияли яростью окружающего его огня, а руки его сжимали огнемет. Он стоял объятый пламенем и смотрел своими горящими глазами прямо в вояке в душу. -Вот же… Черт!!! — заорал вояка, осознав ситуацию. Пожарник М размял свою шею, прорычал, закинул свой огнемет за спину и яростным рывком, словно бешеное цунами, вцепился в здание. Все здание затрепетало, и вояка упал на колени. Пожарник М своим лягушачьим способом стал карабкаться прямо к вояке на девятый этаж. Три секунды, и он уже на уровне третьего этажа, четыре — на четвертом, пять — на пятом. Вояка встает с колен и бежит к окну, смотрит вниз и видит, как разъяренный роботизированный монстр рвется к нему. И рвется чертовски быстро! Вояка со всех ног удирает, куда глаза глядят! Но вот проходит девять секунд и сзади вояки раздается грохот, который сбивает его с ног! Он в ужасе оборачивается! И видит, как сквозь пыль в конце квартиры медленным тяжелым шагом появляется пожарник. Вояка достает винтовку и метким выстрелом попадает прямо в стеклянный глаз роботизированному чудищу! Но он… в свою очередь лишь отвел голову в сторону и вернул ее в исходное положение, словно в глаз ему попала не винтовочная пуля калибра 7,62, а бумажный шарик, который заставил его глаз немного почесаться. -А теперь я…! Погань! — закричал демоническим голосом пожарник, достав свой огнемет. Вояка в ужасе рванул от него, но в конце пятикомнатной длиннющей квартиры его ждал тупик. Но вояка не столь глуп, чтобы бежать в тупик, словно баран. Он знает устройство этих зданий. Дело в том, что в этом районе дома и квартиры были сделаны в крайне странной манере. В квартирах помещения были расположены в ряд: то есть прихожая, зал, спальни, и кухня с туалетом были расположены друг за другом. А все соседние дома были объединены друг с другом общими стенами. То есть фактически все дома на одной улице были одним единым домом. И вот… вояка, зная это, бежал прямо в конец квартиры, в надежде, что он сможет пробить стенку и оказаться уже в другом здании. Она вроде в хлипком состоянии… Из стены выглядывают еле видные лучики света и отвалилась штукатурка. Должно получиться! Сзади него слышится легкое шипение газа, выходившее из огнемета, и злобное рычание пожарника. Вояка разгоняется. Сзади его уже начинают нагонять пылающие мученики! Они горячо дышат ему в спину, но вояке наплевать на смертельный жар в спине. Одна лишь мысль в его голове: «Нельзя останавливаться!». Вояка зажмуривает глаза, сжимает кулаки, и всем телом врезается в стену! Пламя обхватывает всю квартиру, сжигая ее дотла! Но только вот… Вояку оно не тронуло. Он пробил плечом кирпичную стенку и оказался уже в другой квартире. Пожарный медленно идет, охваченный огнем, и злобно хохочет, будто предвещая свою победу. Но только он видит, как некто в сером плаще вдали квартиры медленно поднимается из-под кирпичных обломков, так его злобный хохот вновь прерывается демоническим рычанием. -Ах ты, живучая тварь! Вояка вальяжно оборачивается на зов и видит, как на него мчится яростная машина смерти, сбивая все на своем пути. Именно в этот момент он понимает, что пора бы бежать! Он выпрыгивает из кучи кирпичей и бежит в конец квартиры. Каждая его косточка воет невыносимой болью, но благодаря адреналину, управляющему его организмом в данный момент, ему наплевать на эту боль — он мчится, не глядя, вперед! Он пробегает спальню, еще одну, теперь какой-то тренажерный зал, ванную, зал и забегает на кухню. Все — тупик! Он слышит, что сзади с ужасным грохотом бежит машина, он оборачивается и видит, как в него летит огнемет. Глаза его наполняются кровью от страха, и реакция срабатывает мгновенно! Он в кувырке уклоняется от удара пожарника и прячется за каким-то широким столбом, который стоял на этой кухне. Другой столб разносится в щепки от удара огнеметом пожарника. Теперь машина еще в большей ярости от того факта, что не убил свою жертву с первого и второго раза! Теперь он даже и не думает дать шанс ему уйти. Он встает в боевую позу и врубает свой огнемет на полную, а вояка, словно зажатая крыса, прижимается еще крепче к столбу. И тут столб, и всю кухню охватывает необъятное пламя! Вояка понимает… Это его конец. Еще пара секунд и пламя захватит его. Но надо же что-то делать! Но что…? Вояка сжимает свои руки и видит себя в отражении микроволновой печи объятой пламенем. Его красные глаза сверкают живостью… Он вспоминает, зачем он здесь. Так что сейчас он не умрет! Он переводит свой взгляд чуть выше и видит большое отверстие в потолке прямо над пожарником М. И тут… Его мозг начинает принимать моментально решения. Он оттягивает свой сгорающий плащ, достает из внутреннего кармана связку динамита, поджигает фитиль о пламя, обхватившее его, и кидает вслепую динамит, надеясь на свою удачу и меткость. Связка динамита летит мимо пожарника, задевая и приковывая его взгляд, и попадает прямо в цель! Пожарник от неожиданности увиденного замер в страхе, перевел свой взгляд на отверстие в потолке, куда залетела связка, затем на столб, где должен был быть вояка. Но его уже там не было. Он сбежал! И только пожарник решил отчаянно и злобно выругаться, как вдруг потолок с взрывом над ним обламывается, и он намертво приковывается к земле. Вояка же тем временем уже был в другой комнате. Он забежал в зал. Там, когда он убегал, увидел дверь на улицу. Не показалось. Дверь была действительно там. Вояка на всякий случай обернулся назад и посмотрел на кучу камней, под которыми должен был быть похоронен пожарник. Одна-две-три секунды… И они все же зашевелились, и под ними послышалось знакомое рычание. -Чертова псина…! Ты мне надоел, — рычал пожарник из-под груды камней. Вояка, услышав это, рванул к двери, выбил ее ударом ноги и побежал вверх по пожарной лестнице. Он поднимается на десятый этаж, на одиннадцатый, на двенадцатый и вот ему осталось всего два этажа и там будет крыша, как вдруг из квартиры девятого этажа вылетает недобитый пожарник и отрывает лестницу от здания. Она качается сначала вперед от здания, а потом, благодаря яростному пожарнику, который своим весом наклонил ее в сторону, она наклоняется влево — к лестнице соседнего здания. Вояка не стал долго думать и воспользовался шансом. Он отскочил от перил своей сломанной лестницы и прыгнул на соседнюю лестницу. И уже по ней он поднялся на крышу. И вот… Казалось бы, передышка… Но вдруг сзади вылетает этот роботизированный монстр и начинает падать прямо на него! Вояка вновь моментально достает свою винтовку, целится и одним метким выстрелом попадет ему в тот же глаз, как и в первый раз. Вояка сбивает его в воздухе, и он с грохотом падает на землю! Но не проходит и несколько секунд, как пожарник вновь встает на ноги. Он рывком сбивает с ног вояку и выбивает у него из рук его винтовку. Вояка лежит на земле и видит, как к нему медленно, разминая шею, идет озлобленная машина. Она замахивается рукой, целясь явно в голову, чтобы превратить ее в кровавые ошметки… Но вояка даже и не думает так умирать, он медленно ползет назад, внимательно смотря на поведение рук оппонента. Затем он рассматривает его внимательно и видит, как у него на поясе висит ППД-40! Он болтается туда-сюда, туда-сюда… взгляд вояки перебегает то на ППД, то на руку пожарника, то на ППД, то опят на руку. -Тебе конец, погань!!! Пожарник ударяет своим титаническим ударом вояку, но попадает лишь в бетон. Вояка перекатом уклоняется от удара, и в скольжении срывает с пояса ППД-40, и выпускает с яростным криком весь магазин прямо в башку пожарнику, превратив ее тем самым в кровавое решето! Бездыханное полумеханическое тело пожарника намертво падает на вояку и придавливает его к земле. Он, сжав зубы, выползает из-под него и начинает с облегчением дышать. -Наконец-то! — прокричал вояка, вытирая кровь со своего шлема-противогаза. Он, шатаясь, встает и хватается за колени. Адреналин постепенно уходит, а значит приходит столь естественная боль. Удар с разбега об каменную стену, ожоги и всяческие растяжения в ходе многочисленных уклонений дают о себе знать моментально… Его мышцы ноют, а кости с хрустом трещат. Руки его трясутся как у старика, а ноги не держат. -Отлично… — промолвил он с болью в голосе. — Ладно… Посмотрим хоть что у тебя там. Вояка нагибается к пожарнику, чтобы обыскать его труп, но только он протягивает свою руку, как вдруг слышит резкое шипение рации пожарника. -М2! Ты меня слышишь?! М2! Мы с ребятами выжили, хоть и с большими потерями. Как ты?! Ответь! Мы вызвали подкрепление…! Оно уже близко! М2! Ответь! Черт… Ребята бригаду на этот дом…! Кажись, его завалили. Вояка замер от страха, услышав это сообщение. «Все же не добил…» — подумал он и резко обернулся на резкий грохот на соседней улице. Это тот же самый звук, который был в самом начале, и он быстро приближался. Вояка отскочил от трупа пожарника, словно зверь от огня! Ведь уже не было времени обыскивать его… Вояка подобрал свою винтовку, повесил ее себе на спину и, хромая, направился к краю здания. На краю, как и следовало ожидать, проходили пути монорельса. Вояка отчаянно обернулся напоследок, посмотрел на труп как на мешок с полезными припасами, печально вздохнул, разогнался и прыгнул на трос, используя для передвижения ППД пожарника. С шипением трущегося металла вояка на автомате пролетел несколько кварталов. Пролетел бы и дольше, но автомат, увы, оказался не так прочен, как хотелось бы. Встретив первую же эрозию на загнивших тросах монорельсов, автомат подскочил и за считанные секунды развалился на составляющие, сбросив вояку вниз. И вот оказалась бы… Высота больше шести метров. Вояка падает и так с переломанными костями прямо на асфальт. Конец? Конец. Но в связи прошлых событий вояке уже было безразлично. И падая с шестиметровой высоты, вояка даже не вскрикнул. Он просто расслабился в полете, ожидая свою судьбу. «Будь что будет» — подумал он и упал с грохотом прямо в мусорный бак! -…Ого, — прошептал умирающе вояка, — из всех мусорных баков со шпицами, стеклянными бутылками и бытовой техникой… Я упал в бак с… Вояка посмотрел на вывеску шестиэтажного здания, около которого был мусорный бак. «Эдди и его друзья» — гласил сожженный временем билборд с когда-то желтоволосым мальчиком с яркой улыбкой. -Бак с низкокачественными мягкими игрушками, — закончил вояка. — Везение. Да и только… Он достал одну игрушку из черного мусорного ящика. Это был разорванный фиолетовый заяц, у которого не было глаза. -Ну, спасибо тебе красавец. Он вылез, аккуратно положил зайца обратно и закрыл мусорный бак. Затем повернулся назад и вновь посмотрел на полумертвую вывеску. -Видимо это детский квартал… — сказал вояка, глядя на изуродованного временем мальчика на билборде. Он осмотрел свое тело. Винтовка и рюкзак были на месте. А плащ… А вот плащу настал каюк… Он сгорел, и осталось от него лишь жалкие обрывки ткани. -Чертов ты…! Ну как мне теперь…? По пустыне, то… Черт! — отчаянно пробормотал вояка. Он с горестью вернулся к мусорному баку. -Еще раз здравствуй, — обратился он опять к зайчику, окутав его обрывками своего плаща. — Это тебе. Избавившись от плаща, вояка размял свои кости и направился в переулок. Выйдя из него, он оказался на центральной улице детского квартала. И почему-то эта улица казалось ему чертовски знакомой… Он шел как всегда по проезжей части, избегая тротуара, и слева от него были магазины игрушек с разбитыми витринами, а справа от него были магазины сладостей и… -Папочка! — прокричала ему дочка, убегая все дальше и дальше. Он вспомнил, почему эта улица казалось ему столь знакомой… -Не догонишь — не догонишь! -Даш, не убегай далеко! — прокричал он ей. Она резвилась и убегала все дальше и дальше, не замечая любящие указания отца. Она будто попала в сказку — все вокруг было таким ярким и волшебным. Куда не посмотри — сладости, игрушки, развлечения — мечта любого ребенка! Она кружилась средь этой сказки и наступала всем прохожим в своем танце на ноги, а отец с матерью перед каждым извинялись. В этот день все было чудесно… Он улыбался, его дочь улыбалась, и лишь дорогая жена почему-то шла закопанная в собственных мыслях. -Ну, слушай…! Что такое?! — поинтересовался он у нее. — Район не нравится? Да… Шумный. Но зато Даше здесь нравится. -Да, я не об этом волнуюсь. Район отличный. -Тогда… Что такое? -Не важно. -А, по-моему, важно! У нас такой день, а ты тут кислую мордочку делаешь…! Нельзя же так! Ну, что случилось дорогая…? Она вздохнула. -…У меня из головы никак не выходит та террористическая атака. -О-о-о…! Нашла о чем думать. А что с ней не так? Все же уже выяснили, что тот террорист просто выпендривался — показывал свою силу, так сказать. Эти ракеты же не взорвались? Не взорвались. -Слишком много фальшивых ракет было выпущено для одного «показа силы». Второй раз он этого делать не будет. Это точно. Эти ракеты и были его планом. -У-у-у… Пошли теории заговоров. -Я серьезно! Массовое отключение электроэнергии по всему миру. Перехват абсолютно всех эфиров с взломом практически всех спутников. И это только ради странного обращения по интернету и запуска фальшивых ракет?! Я не верю… -Слушай. -И ракеты. Они летели на города, но все остановились и упали в океанах, морях, лесах и горах — везде, где есть природа. Города не тронули. -Слушай… -И ведь они даже не взорвались. Ну, то есть они взорвались, но не так как все ожидали! Ядерных грибов не было! Это были не ядерные боеголовки…! А… -Да послушай ты уже! Она замолчала. -Я понимаю, что ты у нас один из ведущих биологов «FM», но пожалуйста… Давай отдохнем. Малышка и я, и ты — все мы устали. Сначала это послание. Потом наш переезд. Кризис и плюс твой декрет. Много на нас навалилось. И это… Наш выходной. Сегодня наш выходной за долгое время. Когда мы все вместе можем отдохнуть? Так давай отвлечемся сегодня от всех наших проблем. М…? Как тебе идея, любимая…? Она крепко обняла его, схватив его талию в замок. -Мне страшно… — промолвила она дрожащим голосом. — Доктор Грэгер отправил исследовательскую экспедицию на места крушений. И кажется… С природой что-то происходит. Непонятная странная мутация, которая практически не видна ни на каких уровнях… -Не бойся… — нежно прошептал он. Она посмотрела ему в глаза, словно испуганный зайчик. -Не бойся, — вновь он повторил, — я с тобой. Я защищу тебя и Дашу… Чтобы не случилось. Он нежно поцеловал ее в мягкие губы, и она закрыла глаза от удовольствия. Их маленькую идиллию прервал резкий и громкий крик дочери. Он сломя голову рванул к дочке, которая стояла посреди тротуара. -Что случилось?! -Вот! — запищала дочка, показывая пальцем на красивую пекарню. -Тьфу ты… — вздохнул он. -Ты что творишь?! Знаешь, как мы испугались?! — стала кричать мама. -Смотри — смотри — смотри — смотри!!! — кричала радостно дочка. Он обнял жену за талию правой рукой, а левой схватил свою малышку за голову. -Хочешь зайти…? — Обратился он к дочке. Она радостно закивала. -Но учти: сегодня мы взять все равно ничего не сможем. Как ни проси… -Хорошо! -Ладно… Пойдемте. Вояка сам и не заметил, как стоял уже на проклятом тротуаре и смотрел прямо на эту пекарню. -«Пекарня Мистера Бобби». А она и не сильно изменилась… Пекарня выглядела снаружи, как магазинчик чудес… Ее ласковые деревянные двери манили не только детей, но и взрослых своими запахами, которые выползали из-под нее. Стекла витрин были украшены красивыми рисунками, а ее стены были стилизованы под рождественские леденцы. Сейчас же практически ничего не изменилось… Стекла разве что выбиты, а стены эти запачканы кровью… Но зато дверь еще цела! А это уже хорошо. Ведь, смотря на другие сооружения, понимаешь, что это здание еще отлично сохранилось… Вояка медленно, ступая по разукрашенным осколкам стекла, открывает парадную дверь, которая и по сей день манит в свой магазинчик, и звучит столь знакомый приветствующий звон колокольчиков. -Мам! Здесь чудесно! Посмотри сколько сладостей! Это что?! Снеговик?! Посмотрите, какой огромный! Это все из теста! -Да-да, дочка… Тут чудесно. Малышка игриво стала носиться по магазину, перебегая от одной витрины до другой и таращась на каждую выпеченную сладость с выпученными глазами. -Пусть выберет себе чего-нибудь… — прошептал он женушке, обнимая ее. — А купим завтра. Как раз зарплату переведут. -Посмотри! — подозвала к себе малышка. -Ну, что ты там нашла…? Она тыкнула пальцем в витрину, указывая на странного медвежонка с гигантскими ушами. -Вот. Посмотри. Ну, правда, он красавец…? -Правда-правда. -И вкусный, наверняка, очень… -Очень-очень… — подмигнула мама, хитро улыбаясь. -Давай не смотри на нас так, — продолжил он. — Я же сказал, что не будем сегодня ничего покупать. Ты это слышала. Малышка стала мило рычать, усердно пытаясь быть грозной. -Вам что-то порекомендовать?! — вмешался в разговор милый продавец с усами, словно сделанными из соломы. -Вы мистер Бобби?! -Да. Это я! А ты у нас…? -Даша! -Дашенька. Приятно познакомиться! Он протянул ей свою худощавую руку. -Чудесное местечко у вас тут, — поздоровался он с Бобби. -Правда? Очень польщен! -Вы тут только продавец или…? -Смотря как… Обычно я и пекарь, и продавец! Наша пекарня — это семейный бизнес. -Понятно… -Тебе что-нибудь понравилось, малышка? Я могу показать и рассказать тебе про любую поделку! Мистер Бобби подозвал ее к себе и наклонился к ее уху. -Каждая наша выпечка со своей историей. И каждый раз новой! -Правда?! -Правда. Тебе понравилось что-нибудь?! -Да! Вот этот медведь. -О-о-о… Чудесный выбор! Это «Мистер больше уши». Особенный медведь…! Он должен был стать частью коллекции «Мишек джентльменов», но из-за ошибки во время выпекания у него появились эти огромные уши! И он не стал частью этой замечательной коллекции… Мистер Бобби тяжело вздохнул. Малышка тоже… -Но зато он стал особенным! Такого мишки у нас больше нет… Он в единственном экземпляре! -Эх… -Что такое, малышка…? -Жаль… Я не смогу его купить. Если я завтра приду за ним, то его наверняка уже не будет… -Вы хотите взять медвежонка? — обратился мистер Бобби к родителям. -Да, но только завтра… — ответила мама. -О… Без проблем! Если вы действительно придете, завтра за ним, то я отложу его для вашей малышки. -Правда? -Правда. Отложить?! -Да, давайте. -Ура! Спасибо! -Номер телефона или что-то подобное надо оставлять…? — поинтересовался отец. -О, нет. У меня фотографическая память! Если вы и правда придете завтра за мишкой, то я вас узнаю. Будьте уверены! -Хм, отлично-отлично. -Все. Я при вас прячу вашего медвежонка в мой сейф! Мистер Бобби отошел назад, открыл золотым ключом игрушечный сейф, запрятал туда мишку и закрыл. -Та-да-м. Вот и все! Еще что-нибудь? -Нет. Спасибо. Мы уже уходим. -Ладненько… Приходите завтра! Буду ждать вас. О! Кстати, у нас раздаются бесплатные угощения для детей до шестнадцати лет в их день рождения. Так что приводите к нам вашу красавицу за бесплатными угощениями! -Обязательно! — ответила с яркой улыбкой мама. — Спасибо вам большое. Приятного дня…! -И вам тоже. Они выходят из магазина, звучит колокольчик, и вояка стоит посреди мертвого помещения. Витрины с пряностями разграблены и на них видны капли крови. -Всем нужны сладости… — промолвил вояка, глядя на кровь. — Даже убийцам. Он медленно, всматриваясь в разрушенные стены, идет к прилавку. За ним ожидаемо уже никто не стоит… Но вояка при этом зачем-то все равно позвонил в маленький звоночек для вызова продавца. Звоночек раздался эхом по заброшенному помещению и ушел вглубь. Вояка осмотрелся, и с видом, словно совершает какое-то преступление, открыл маленькие двери, которые были перед ним. Эти двери были стилизованы под игрушечные версии дверей, которые стоят в конюшнях. Они были маленькие и красного цвета. Одна из этих дверей уже отваливалась — ее до этого уже выбили. Вояка проходит за кассу и идет на кухню. Там он застает картину: скелет в рабочей форме мистера Бобби валяется с пистолетом около холодильника, а перед ним еще три скелета. Один в какой-то черной куртке, другие два в форме поваров. -Бедный мистер Бобби… Ты, вижу, тоже не знал, что твои сладости нужны не только детям… Вояка присмотрелся к скелету и вдруг увидел на секунду какое-то желтое мерцание. Он залез во внутренний карман жилетки Бобби и достал золотой ключ. Тот самый… -Неужто… Вояка встал и быстро направился назад к кассам. Там по-прежнему стоял тот самый сейф. Вояка вставил в замочную скважину золотой ключ и медленно повернул его по часовой стрелке. Сейф щелкнул. Вояка отодвинул его маленькую дверцу и с приятным удивлением для себя обнаружил там тот самый пряник. -Удивительно…! — прошептал вояка, взяв засохшую сладость. — Вы все же его сохранили… даже несмотря на то, что мы не смогли прийти тогда… Вояка аккуратно засунул пряник в рюкзак и вернулся назад к скелету Бобби. -…Спасибо вам. Значит, мистер Бобби все же держит свое слово… Вояка положил руку на плечо скелета, и его голова упала ему на руку. Вояка, преодолев отвращение, которое, на удивление, у него все еще осталось, аккуратно вынул свою руку. -Что ж… мне пора. Спите спокойно. Вояка, не желая идти по центральной улице, направился к пожарному выходу, чтобы выйти в переулок. Там тише будет нежели на центральной. Да и потом… Второй отряд пожарников не очень хочется встретить. Так что его выбор переулки. -И так… Хоть я и потерял приличное количество времени, но я все еще жив. А это главное. Теперь возвращаемся к прежней цели. Вояка поворачивается и смотрит прямо на башню «Титан». -Я иду, красавец. Проходит свыше двух часов, а вояка лишь подходит к назначенной цели. -Кто ж знал, что по переулкам будет еще дольше…? И действительно… Если бы вояка шел по проезжей части, то дошел бы за час, но риск не был оправдан. Ведь хоть по переулкам он и шел в два раза дольше, но зато дошел живой. Что нельзя сказать о том трупе, который лежал посреди улицы. -Что за…? Вояка остановился и выхватил винтовку. Трупы просто так на дороге не валяются знаете ли… У них всегда есть убийца. И в этом мире даже и не знаешь, какой убийца хуже. Убийца-человек или убийца-природа…? Человеку хотя бы можно пустить пулю в лоб… Что не скажешь о природе… Так или иначе вояке было сейчас не до этих размышлений. Он перекатами, прячась за машинами и внимательно осматриваясь, добирается до трупа. И чтобы исключить сюрпризы он внимательно прислушивается… Тишина. Лишь ветер сзади изредка гоняет пакеты. Значит все чисто. Вояка прячет винтовку, садится на одно колено и начинает осматривать труп. Он совсем свежий — кровь на асфальте еще не высохла, и труп не начал вонять. Вояка обыскал его: порыскал по его карманам, заглянул в маленький рюкзак, в который тот вцепился, в прямом смысле, намертво. При нем оказались патроны разных калибров, парочка неиспользованных фильтров — ну, это прямо отличная находка, и куча разного мусора, среди которого была крайне любопытная для вояки вещица. Это было приглашение на тысячелетнюю годовщину одного крайне популярного издательства. Издательства «Золотые слова». -Черт… Да где ты в наше время нашел бумажную рекламу?! Ты кладоискателем был… Ха! Я в мирное время никогда не видел рекламы на листовках, кто уж мог подумать, что увижу в это…? Вояка стал внимательно рассматривать найденную им листовку. Она имела пластиковую основу, на которую приклеили бумагу с фоном. На лицевой стороне было нарисовано большое золотистое колесо обозрения, а под ним был изображен званый ужин. И над всем этим золотыми, яркими и переливающимися буквами было написано: «Приглашение от Золотых слов». На задней стороне в качестве фона было изображено тоже место, только теперь размытое и с другого ракурса. И на этом фоне было написано описание: «Издательство «Золотые слова» приглашает вас на наше тысячелетие! Примите участие в сногсшибательном банкете на берегу реки. Аттракционы, конкурсы, шведский стол и многое другое ждет вас на нашем празднике! Приходите. Мы вас ждем». И к этому описанию прикреплена парочка обычных штрих кодов и один специальный невидимый код, который открывается только через телефон владельца. -Тысячелетие… Удивительно как долго может просуществовать одно предприятие. Должно быть, в честь такого воистину шикарного праздника они закатили восхитительный банкет. Жалко, что наверняка все они не смогли его отметить… Вояка вернул этот золотой билет покойнику. -На, бери. Мне он к черту не сдался… А вот патроны твои я возьму. И фильтры тоже. Без обид. Он забрал припасы и присмотрелся. -Но… От чего же ты умер…? — сказал, наконец, вояка. Он осмотрел труп внимательней: осмотрел голову, конечности и торс — ничего. Хотя… Стоп! На его черной куртке было еле заметно кровавое пятно. Вояка притронулся. Нет. Это даже не пятно. В этом месте ткань разорвана… Словно это дырка от пули. А точнее от ее осколков. -Так в тебя все-таки стреляли. Вояка расстегнул куртку. Оказалось, что у трупа в груди громадная дырка диаметром в три пальца. Чем бы в него не стреляли, это пробило его насквозь, но при этом практически не задело куртку впереди. -Нет таких калибров, которые бы оставили такое ранение. Разве что… Современное оружие. -Но это явно не лазер и не автомат. Лазер бы прожег насквозь, а автомат превратил бы его в решето… Значит… Гамма-винтовка с разрывными пулями. Это современная винтовка, стреляющая особыми круглыми снарядами. Ее пуля выстреливает по принципу обычной винтовки, но в конце, когда она достигает дула, она заряжается электричеством. Такая пуля обладает отвратительной пробивающей мощью, но зато обладает великолепной, так сказать… Разрывной мощью. Когда такая пуля попадает в цель, она взрывается, оставляя в своей цели огромную выжженную дырку. -Это может объяснить природу твоих ран… Но не твою позу. Труп лежал на спине, но при этом стреляли тоже со спины. -Тебя оттащили? Или ты сам так странно упал…? Странно. Если бы тащили, то наверняка бы обокрали. Но припасы с тобой. А значит ты либо упал, либо того, кто тебя тащил что-то испугало… Вояка посмотрел наверх и увидел в облаках секундный блеск. Глаза его дернулись, и он рефлекторно в кувырке уклонился от выстрела. Там, где стоял вояка, попала пуля круглой формы, и через долю секунду она засветилась фиолетовыми молниями, словно шаровая молния, и взорвалась, а на своем месте оставила в асфальте выжженную дырку. -Снайпер! Засел где-то на последних этажах «Титана». Вот же…! Вояка быстро перебежал в другое укрытие. Звучит опять выстрел, вояка опять меняет позицию, но пуля все равно прилетает, прям около него, чуть не задев его. -Черт! И судя по всему профессионал. Не пытается попасть по движущейся мишени, а пытается предугадать мои действия. Чтобы я сам ему на прицел пришел… Ладно… Вояка посмотрел на здание перед ним. -В эту игру могут играть двое. Он рванул зигзагами к двери многоэтажного здания! Пули свистели и взрывались над его ушами. Одним махом он выбивает подъездную дверь и рвется по лестнице на последние этажи, пытаясь не светиться в окнах. Он выбирает пятый этаж. Выбивает дверь в квартиру и занимает позицию под подоконником в зале. Он достает свою винтовку, проверяет патроны и, подождав несколько секунд, аккуратно выглядывает из-под занавесок. Пока чисто… Он все еще себя не выдал — нигде не видно блеска. Но вот он! Этаж примерно двести пятидесятый…! Вояка стреляет! Проходит пару секунд, и блеск вновь появляется. -Не попал! Вояка перекатывается вправо, и рядом прилетает острая пуля. На сей раз она не взрывается. Вояка присмотрелся. Это не тот снаряд! -Ах ты, сука… Боекомплект сменил. Прилетает еще одна пуля, но сей раз сквозь стенку и прямо около уха вояки. Еще бы миллиметр… -Да, как ты?! Откуда знаешь, что я здесь? Он перекатывается к другому окну и выглядывает из него. Видит опять этот блеск и стреляет! Не попал…! Перекатывается и опять стреляет! Перекатывается и стреляет! Не попал — не попал…! -Да что же ты такой живучий?! Дуэль снайперов продолжается и вояка в нем пока не в выигрыше — этот снайпер как-то догадывается, где он и всегда стреляет очень близко даже тогда, когда вояка спрятан за толстенной стеной. -Как?! Как ты догадываешься…?! И вдруг вояку осенило. -Сканер. Все модели этих винтовок снаряжены сканерами! Вояка, наплевав на все эти прятки, резко встает и целится в этот раздражающий его блеск. Он дергает за предохранитель, нажимает на крючок и… Ему прилетает пуля! Прямо в лоб. «Вот оно как…» — думает вояка, — «Умер от вражеского выстрела за секунду до своего выстрела. Обидно… И… Наверное, несправедливо». Вояка громко падает, ударяется головой об пол. И тьма. -Постой! — рассеивает тьму его любимая. — Зачем ты уходишь?! -Дорогая… -Ты хочешь оставить нас?! Нас вдвоем! Здесь! -Да, послушай же ты, наконец! Вновь тьма и пустота… -Я… — вновь вояка слышит собственный голос эхом. — Я не бросаю вас! Я же обещал. Я всегда буду с вами. -А что ты сейчас делаешь?! Неужто ты не понимаешь, что выхода нет! -Выход есть всегда! -Нет. Не всегда… Плач… Плач во тьме. Плач его любимой. -…Мы умираем. Все. До. Единого! Болезнь не остановить! -Прошу тебя хватит… Каждый раз, когда заходит речь о болезни я начинаю сходить с ума. Да, от одного только чужого кашля у меня начинают бесконтрольно дрожать руки. -…Чего ты добиваешься?! Ты, правда, считаешь, что сможешь найти его?! Найти в развалинах старого мира?! -Я… Я не знаю. -Так зачем уходишь?! -За надеждой! Я знаю, что я не найду скорей всего лекарства! Но… Я хотя бы найду нам место, где мы сможем провести свои последние дни. Место… Где светит солнце. Вновь плач… Но на сей раз и тепло в груди. -Я найду выход. Тишина… -Обещаю. Свет пронзил глаза вояки. Он вдохнул воздух полной грудью, словно вернулся с того света, и тяжело поднял веки. «Все?» — думает он. «Почему я все еще жив? Он не стал проверять…?». Вояка медленно приподнялся на колени. -Голова! — крикнул он с отчаянием, схватившись за череп. Боль пронзила его. Он плохо видел и его тошнило… -Кажись, небольшое сотрясение… Ну хоть жив. Спасибо шлему из непробиваемого металла. Тот снайпер стрелял особыми электронными патронами. Их бронебойность и скорость в разы превышала обычные пули. Но благодаря расстоянию, с которого стрелял снайпер, и стойкости металла, из которого сделан шлем, на шлеме вояки осталась лишь небольшая вмятина, а на голове синяк с шишкой. -Могло быть гораздо хуже… Снайпер видимо не спускается, чтобы обокрасть жертв. Иначе вояка был бы точно мертв. Хотя… Кто знает? Может он был без сознания совсем не долго, и снайпер уже спустился за ним. Просто еще не дошел. Но, так или иначе, вояка жив и готов идти дальше. Он поднимается на своих шатающихся ногах и отряхивает себя от пыли. Затем проверяет патроны в винтовке. -Все на месте. Отлично. Вояка посмотрел на разбитое пулей вражеского снайпера стекло, а затем на башню «Титан». -Ну, все тварь. Ты меня взбесил! Я иду за тобой… Он закинул на спину свою винтовку и выбежал из здания. -Так… Раз у тебя такой хороший обзор, то надо бы тебе его сузить. Или… Хотя бы… Не попадаться тебе на глаза. Но сначала… Вояка зигзагами подбежал к трупу, быстро снял с него его шлем и так же зигзагами перебежал на другую сторону, засев за машиной. -Проверим, тут ли ты вообще. Насколько я помню, сканеры реагируют на движение… Вояка подобрал трубу, валявшуюся около машины, и натянул на нее шлем. Затем он аккуратно высунул свою поделку и стал трясти. Со стороны это выглядело так, словно неаккуратный солдат высунул легонько голову, чтобы осмотреться. И это сработало. Прозвучал острый выстрел, и шлем пробила резвая пуля, откинув его на несколько метров. -И так… Подождем. Вояка замер… Тишина. Второго выстрела не прозвучало. -Значит, сканер точно определяет движение. Я не ошибся. А тепловизор либо отсутствует, либо сломан, иначе я давно уже был бы мертв. Ну, ладно… В таком случае. Пошли. Вояка лег и стал медленно ползти под машиной, словно он самая медленная в мире черепаха. -Черт… Это будет долго. Если ползти медленно, датчик не сможет его засечь, а его грязная одежда поможет слиться с окружающей мертвой серостью. -Как хорошо, что трафик на дорогах в этом городе был всегда ни к черту. В какое время суток не выйди, всегда на дорогах было бесконечное движение машин. Вот так они и остались здесь. Брошенные своими хозяевами… И это хорошо. Ведь благодаря им у вояки появилась сейчас длиннющая безопасная зона. Если ползти по трассе вперед, то в итоге можно доползти до самого «Титана». Прямо в упор. Правда… Для вояки это будет чертовски долго… Но зато эффективно. -Никогда не думал, что буду счастлив огромному количеству машин на дорогах, — бубнил про себя вояка, опасаясь быть засеченным снайпером. И вот так… Шаг за шагом вояка, глотая пыль, полз к своей цели. Около часа, а то и больше он видел перед собой внутренности машин. И изредка скелеты, которые валялись на дороге возле своих железных мустангов. -Что ж… Я на месте. Вояка уже был практически на пороге башни. -И так… Осталось решить одно: как мне преодолеть перепады давления? Последние этажи «Титана» уходили на три тысячи метров выше уровня моря и раньше эту проблему решали герметизацией. Но сейчас… -Сейчас там нет электричества. А запасные генераторы наверняка уже сдохли… Да если и не сдохли. Герметизация уже все равно нарушена. Многие части последних этажей были разрушены. Окна выбиты, стены взорваны — целые куски этажей валялись на асфальте около «Титана» или на соседних домах. -Электричество не поможет… Даже если бы оно и было. Вояка вздохнул, снял свой рюкзак, достал свои фильтры и стал считать их. -Раз, два, пять, восемь… Ага… Итого восемь замкнутых фильтров. На подъем и спуск должно хватить. Но это полбеды. Моя маска с фильтрами должна обеспечить мне защиту от разряженного воздуха. Но… Что с другими органами? Вояка задумчиво перевернулся на бок и направил свой взгляд на темные переулки. -Вова. Вова… Милое имя. И полицейские так же считали. Вова — это контрабандист, мошенник, торговец всякой запрещенной субстанцией и просто хороший парень. Вояка познакомился с ним, когда забирал свое наследство от деда. Вова хранил шлем, который сейчас носит вояка. Этот шлем, винтовка СВТ-40 и тяжелый бронежилет — все это наследство от сумасшедшего деда. Он верил, что грядет апокалипсис и готовился к нему. А в случае своей смерти завещал свое богатство внуку. -Надеюсь, у тебя найдется что-то для меня… Вова продавал разные специфические препараты: от новых видов наркотиков, до чего-то реально полезного и самое главное — легального. Например: препараты снижающие вероятность рака или лечащие опухоли. -Помнится, у тебя там были препараты для будущих экстремальных спортсменов… Вояка посмотрел на «Титан» -…Для альпинистов, например. И действительно… Такой препарат у него был. Назывался «Антигин» — препарат для преодоления кислородного голодания и перепадов давления. Примешь один такой и на двадцать четыре часа ты превосходный альпинист, аквалангист или парашютист. Правда потом на два дня, а то и больше наступал полностью обратный эффект. Но вояку это сейчас не волновало. Главное, что такой препарат есть. А ему надо наверх. На самый верх… -Уф… Ну, что… Жди меня в гости Вова. Вояка медленно змейкой выполз из-под машины и так же медленно с большими перерывами стал ползти к переулку, сливаясь при возможности со скелетами, которые валялись толпами на тротуаре. И таким вот образом он дополз до переулка. -Черт… Наконец-то. Он стал со злостью и брезгливостью отряхиваться, глядя на небо. Он думал о том, как будет сворачивать шею тому снайперу, который заставил его ползти свыше километра под машинами, нюхая пыль и прах сгинувших людей. Но ничего… Скоро. Очень скоро он поднимется и покажет, на что способен. А пока… Вова. Вояка, вспоминая тайные знаки в переулках, пошел по темным уголкам «Титан-города». Они и ранее считались темными, а сейчас… Они превратились в нечто неописуемо смрадное. Ели бы вояка не запомнил наизусть все тайные распознавательные знаки для нахождения магазинчика Вовы, то он бы бродил тут вечность. А так… Всё обошлось. Хоть многие знаки стерлись, но вояка смог по ним найти столь знакомый магазинчик. Он был замаскирован под обычный подвал жилого дома и ничем не выделялся от своих собратьев, разве что одной деталью: на двери этого подвала была наклейка: «проводятся санитарные работы». Вояка, осмотревшись с опаской по сторонам, выносит с ноги дверь, а потом, опять оглядевшись, заползает внутрь. Внутри кромешная тьма. Вояка по привычке дергает за рубильник с правой стороны — ничего. -Забыл… Эх, Вова-Вова… Чертов ты крот. Даже одного окошка поставить не мог. Ну, черт с тобой… Вояка достал из своего рюкзака зажигалку и рассеял тьму. Все помещение было в паутине и пыли. Пыли было много даже для этого мира… Она тут была по несколько сантиметров. Вояка подошел к прилавку барыги и увидел, что за ним сидит на своем рабочем кресле Вова. Вернее то, что от него осталось. Вояка перепрыгнул через прилавок и подошел к скелету. Скелет был в каштановой рубашке и в ярко-синих джинсах. В левой руке он держал связку ключей, а в правой кольт. Вояка взял кольт и осмотрел его барабан. Пусто. Вояка положил кольт на прилавок и грустно посмотрел на Вову. -Судя по твоей закрытой двери и по вот этой связке ключей у тебя в руках, я делаю вывод, что патрон в твоем кольте был всего один… Эх ты… Не ожидал от тебя такого. От тебя-то…! Не ожидал. Вояка вырвал ключи из руки Вовы и направился к кладовой. Перебрав все ключи в связке, он отворил дверь в темную кладовую и направился на поиски нужного препарата. У Вовы тут была не кладовая, а целая библиотека разных веществ. Все они распределены по алфавиту и по сфере применения. Вояка нашел раздел «Для спорта» и начал рыскать там, в поисках «Антигина». -«Аномин», «Ананин», «Агелицин»… А вот! «Антигин». Черт. Всего три капсулы. Вояка вытащил три шприца с «Антигином» из коробки. Два из них оказались повреждены. Лишь один был пригоден для использования. -Черт…! Всего один…! Всего один… Вояка крепко схватился за капсулу и тяжело вздохнул. -Ладно… Должно хватить. Если все буду делать быстро. Точно хватит. Он спрятал капсулу в маленький карман своего рюкзака и направился к выходу. Перед тем как уйти он с грустью посмотрел на Вову и помахал ему на прощание. Затем, не закрыв выбитую им дверь, он направился назад. И уже через мгновенье он стоял перед центральной улицей. -Ну, что…? — сказал он, вновь глядя на башню. — На моей стороне эффект неожиданности. Вояка вновь упал на землю и ползком стал добираться до центральных дверей. И вот… Сквозь море гнилой грязи он наконец-то добрался до них. Весь заляпанный в смерти он стоит перед дверьми своей цели. «Вот они» — думает вояка, — «Я дошел!». Он медленно и со скрипом открывает главные двери «Титана» и входит внутрь. Красота в этом здании будто и не уходила никуда. Конец мира, словно и не пришел в это здание — оно по-прежнему завораживало и радовало глаз. Всюду были посажены красивые декоративные растения и расставлены аутентичные скульптуры. Вояка словно попал не в холл многоэтажного здания, а в какой-то заброшенный дворец. Красивый каменный пол, украшенный элитными коврами, и шикарные люстры, сияющие ярким светом даже сейчас. Это здание было всем: и научным центром, и бизнес центром. Здесь была элитная гостиница и ничуть не уступающий ей ресторан. Здесь проводились исследования по машиностроению и биологии. Здесь практиковались и учились лучшие ученики местных институтов. Здесь была местная галерея и лучший в городе кинотеатр. Это здание было символом объединения людей. Совершенно разных людей! И на удивление оно им и осталось. Это здание единственный живой памятник, который сохранил свое величие, несмотря на весь ужас, который творил мир вокруг него. -Всегда мечтал побывать тут. И ничуть не жалею, что пришел сейчас. Думаю, ты выглядишь так же чудесно, как и раньше. Вояка медленно стал идти по роскошному залу, глядя на завораживающие люстры и красивые фрески на потолке. Все тут было таким живым… Вояка, будто попал в другой мир. Нечто среднее между старым и новым миром. Это здание, словно застряло во времени. В каком-то своем времени, которое оно само выбрало. Вояка подошел к посту охраны. Там была табличка: «Внимание! С 250го этажа могут начаться проблемы с кислородом. Все проблемы давлением решает система здания, но в случае критической ситуации просим вас не паниковать, а направиться в места выдачи кислородных масок, которые будут активированы персоналом автоматически. Спасибо за внимание!». -Отлично. Тут есть кислородные маски. Жаль, они меня не спасут от давления на гигантской высоте. Но за информацию спасибо… Двести пятидесятый значит… Понятно. Вояка с завистью посмотрел на лифт и направился на лестницу. -…Поехали. Ступенька за ступенькой вояка шел к своей цели. Этот путь весь смешался перед его глазами — ступеньки, ступеньки, ступеньки и еще раз ступеньки лишь сопровождали его. Изредка он позволял себе остановиться, передохнуть и осмотреться на том этаже, на котором он сейчас находился. Таких остановок было три. Пятидесятый этаж, на котором было учебное помещение для студентов Физико-математического университета. Сто тридцать девятый этаж, на котором была лаборатория. И сто восемьдесят восьмой этаж, на котором были остатки элитного ресторана и шикарный панорамный вид на город. Дальше вояка решил не давать себе перерывов, и он все шел и шел. С двухсотого этажа у него начались проблемы с дыханием. Многие верхние этажи «Титана» были разрушены, и по ним теперь гонял горный воздух. В таких открытых местах вояке становилась страшно, и его начинало укачивать, а только он выглянет из разбитого окна и посмотрит вниз, так сразу разум хотел покинуть его. -Тяжело дышать… — промолвил вояка, пытаясь держать свое дыхание в равновесии. — Но дальше, думаю, будет еще хуже. И он был прав. Дальше у «Титана» начали отваливаться куски, и у некоторых этажей недоставало то пола, то стен, то потолка, а то и всего сразу. И вояку не волновало это до тех пор, пока разрушения не дошли до лестничной площадки, по которой он поднимался. Сначала на каменной лестнице появились значительные ямы, потом справа, где должны были быть окна, отвалился значительный кусок стены. Затем у лестницы, по продвижению наверх, пропадали все большие куски. То вояке придется, прижавшись к стенке, обходить гигантскую дыру на лестнице, то с разбегу перепрыгивать с одного края на другой, то, пользуясь крепкими перилами, перелазить, словно альпинист на другую сторону. Но это все ничего… Всё это преодолимо. Настоящие проблемы у вояки начались на двести тридцать втором этаже. -Твою же мать… — выругался вояка, глядя на пропасть перед собой. Метров так пять не хватало, а под воякой уже как минимум двадцать этажей, а то и больше — падать будет он долго. -И что теперь делать…?! Если не допрыгну, то… Вояка положил руки на пояс и стал ходить туда-сюда, разглядывая внимательно лестничною площадку. -Все же придется прыгать! Нет-нет. Должен же быть другой путь! Вояка развел разъяренно руками и посмотрел на стенку слева. На ней было множество прямоугольных дырок, словно на их месте раньше были кирпичи. Во многие из них можно было просунуть руку или ногу, но только была одна проблема… Эти отверстия доходили недалеко. -…Поиграем в скалолазов, — сказал уверенно и с пафосом вояка, разминая руки. Он запрыгнул на стенку, карабкаясь по отверстиям, словно альпинист по камням в горах. Он добирается до самого края и понимает, что до лестницы ему еще как минимум метр. -Черт. Вояка с дрожью в голосе стал думать. Его руки уже начинают трястись, а дыхание утяжелятся — времени мало… Силы на исходе. -…Другого выхода нет. Назад лезть уже бесполезно. Вояка из последних сил цепляется правой рукой в торчащий из стены камень, а левую руку вытягивает вперед к выступу, чтобы потом зацепиться ею. Затем, опершись обеими ногами о стенку, он отталкивается от нее и летит через пропасть. И лишь его левая рука отделяет его от падения прямиком в пасть к смерти! Всего мгновение, а уже столько мыслей пронеслось в голове вояки…! И о том, как будет его смерть мучительна, и о том, как о нем будет скучать семья. Но не успел он обдумать все эти мысли, как секунда прыжка и кратковременного полета уже закончилось, и он зацепился за треклятый край! -Получилось!!! — с улыбкой прокричал он. Но видимо улыбка не понравилась злой судьбе. Крик вояки издался эхом на всю бесконечную лестничную площадку и вернулся назад в виде звукового толчка, который стал с шорохом разрушать лестницу. -О, нет-нет-нет! Вояка с бешеной скоростью цепляется второй рукой за выступ, и словно испуганный кот начинает забираться на лестницу, а она, в свою очередь, начинает обваливаться прямо у него под ногами. И вояка, буквально ступая уже чуть ли не по воздуху, в самый последний момент забирается в безопасное место. Он забивается в угол и наблюдает картину: гигантский кусок каменной лестницы улетает у него из-под ног прямо вниз. Он улетает и… Долгое время нет звука падения. Только через несколько секунд еле слышится маленький треск. Вояка отрывается со страхом и одышкой от холодного пола и, позабыв о своем любопытстве, даже не смотрит вниз, чтобы проверить, какая все же там была высота. Он просто поднимается и бежит вперед — наверх. И лишь на двести сороковом этаже страх отпускает его и приходит физическое утомление. Он ложится на лестничной площадке, забившись в угол. -…Все. Я больше не могу, — умирающе прошептал он с тяжелой одышкой. — Голова, руки, ноги. Все! Конец мне. Я не дойду! У меня, сука, сотрясение и адреналин в крови. Сейчас и на большую высоту лезть…! У меня уже проблемы с давлением… А что… Что будет, когда я залезу еще выше?! Черт-черт-черт! Я устал… Не дойду. Не смогу… Вояка безнадежно лег в угол, положив голову на стенку. Он лег в позу покойника, будто готовясь умирать. Но вскоре он видит, как темный свет умирающего мира проникает через разбитое окно перед ним. Он поднимает свои глаза и видит прекрасный вид. Да… Этот мир умер. Но он все еще прекрасен. И вояка видел это… Он перевел свой взгляд на пустыню, которая окружала город, и вспомнил о своей семье. Подумал о своей жене. О дочке… -Что ж я делаю…? Что же такое говорю?! — хлюпая носом, сказал вояка. Он попытался встать, но руки с ногами подвели его, и он остался лежать на месте. -…Черт. Не все так легко… А как же? Вояка вновь посмотрел на пустыню и представил как они, держась за руки, ждут его. -Ха… А я и забыл почему говорю сам с собой. Почему озвучиваю свои действия и мысли… Это ведь ради того мистического чувства… Того чувства, что вы меня слышите… И видите. Это все ради того, чтобы вы не волновались за меня. Вояка упал на колени и ползком попытался преодолеть хотя бы один этаж. Но все без толку… Силы покидают его. И тогда он достает шприц с «Антигином» и вкалывает его себе. -…Я иду, дорогие мои, — твердо сказал вояка, превозмогая свою усталость. — Иду. Уже иду. Он с трясущимися руками поднялся и, опершись об стенку, стал подниматься наверх. Но прежде чем уйти… Он обернулся на дверь, в проеме которой виднелись остатки офисов, где раньше собирались главные шишки разных компаний. -…Теперь понятно, почему на лестнице такие колоссальные разрушения. Обычная эрозия не смогла бы такого сотворить. Это сделали явно люди. Вояка тяжело вздохнул. -Чертовы уроды. Хотели перед смертью повеселиться и отомстить своим боссам. Что ж… Отомстили! Правда и мне нагадили. Ну ладно… Черт с ними. Они наверняка уже сдохли ужасной смертью. А что на мертвых злиться…? Он откашлялся. -Так. У меня ограничено время. Надеюсь, суток мне хватит, чтобы подняться наверх и спуститься… Вояка, взяв себя в руки, направился к своей цели. На пути его сопровождал громкий северный ветер, который завывал с каждым пройденным этажом все громче и громче, и изредка скелеты, которые валялись в печальных посмертных позах. И так… Этаж за этажом… Вояка все шел и шел, думая лишь об одном: найдет ли он наверху солнце…? С этой мыслей он дошел до предпоследнего этажа — до двести девяносто девятого. И вдруг замер от громкого выстрела, издавшегося этажом выше. Он, присев, стал медленно двигаться дальше по лестнице. -…Точно. А о тебе я уже, на удивление, забыл… Вояка бесшумно поднимается на последний этаж и видит логово снайпера. Он окружен мешками с цементом и огромной кучей коробок от патронов. Вояка вприсядку подкрадывается поближе, чтобы увидеть его, но видит лишь темный силуэт, который то ли лежит, то ли сидит за мешками с цементом и за кем-то наблюдает. «Ладно… — думает вояка. — И так попаду». Он снимает свою винтовку с плеча и случайно задевает штукатурку на стене, издав мышиный шорох. И тут силуэт дернулся. Он резко поворачивается в сторону вояки и в прыжке стреляет в него. Вояка кувырком уклоняется от резвой пули, которая попадает в стену. Вояка приседает, занимая позицию для выстрела, но вдруг стена, в которую прилетела пуля, взрывается и разрывает вояке плечо. Он от боли падает на землю, но все равно в ответ стреляет в снайпера, тоже попадая ему в плечо. Снайпер, получив ранение, резво выхватил нож и порезал веревочки, которые держали занавески на окнах этажа. И как только занавески в комнате упали, и наступила полнейшая тьма, снайпер накидывает на себя свою черную накидку и скрывается во тьме… Вояка встает и начинает искать взглядом своего противника. Правой рукой он держит свою СВТ, а левой плечо и начинает, вздрагивая от каждого шороха, резко оглядываться по сторонам. И вдруг! Он слышит, как сзади него начинает нагреваться гамма-винтовка, готовясь выстрелить… И звучит выстрел! Вояка закрывает глаза! И тьма… Но не та тьма, которая ждала его в прошлый раз, когда он получил пулю в лоб. Тут тьма была… Обычной. Словно он закрыл глаза. Впрочем, так видимо и оказалось… Он открывает один глаз. Второй… Жив! Он медленно поворачивается корпусом и видит перед собой снайпера с простреленным сердцем. Он роняет свою винтовку, а затем через секунду и сам следует за ней. -Что за…? Как?! Вояка поворачивает голову и видит чью-то руку в длинном коридоре, которая держит старинный серебристый револьвер. -Эй! — крикнул вояка силуэту. Силуэт повернулся в его сторону, сделал один громкий шаг и исчез в глуби коридора. -Эй! Постой! Кто ты?! Вояка, держа коридор под прицелом своей винтовки, аккуратно направился вслед за силуэтом, но когда вояка выглянул в коридор, след силуэта полностью исчез. Словно здесь вообще никого не было…! Единственное, что он успел разглядеть так это то, что силуэт был одет во что-то похожее на ковбойскую накидку, и на нем была большая шляпа. -Где ты?! Покажись! — кричал вояка коридору. В ответ лишь тишина… -Исчез?! Но как?! Что за чертовщина тут творится?! Вояка с облегчением вздохнул и опустил свою винтовку. -Все… В жопу. Я больше так не могу. Вояка от бессилия бросил свою винтовку на пол и упал от переутомления рядом с ней. Он уснул… А проснулся спустя неизвестное количество часов. -Живой, — сказал он, касаясь своего тела, — значит мой спаситель, все же был спасителем… Сколько же я проспал?! Надо торопиться. Время препарата вот-вот закончится. Вояка быстро встает, поднимает свою винтовку и ищет служебный вход на крышу. Через несколько секунд, вояка находит его, но он оказывается закрытым прочным замком. -…Ладно, — со спокойствием прошептал вояка, — план «б». Он возвращается к трупу снайпера и забирает у него гамма-винтовку. -Надеюсь, у тебя по-прежнему там разрывные патроны. Вояка отходит на несколько метров от двери и нажимает на тяжелый спусковой курок. Гамма-винтовка приятно зажужжала электричеством, и ее дуло начало постепенно загораться кружочками. Чем больше кругов загорелось на дуле — тем сильнее заряд. Вояка подержал заряд в винтовке до максимума — пока винтовка не стала жужжать на все помещение и светиться яркими фиолетовыми огоньками. Только тогда он сделал точный выстрел прямо в замок. По помещению пробежала звуковая волна, которая сопровождала гамма-выстрел. Из винтовки вылетела маленькая круглая пуля, окруженная фиолетовым силовым полем, которая попала прямо в цель. Через долю секунды она со звуком шаровой молнии взорвалась, разорвав прочнейший замок на куски. -…Вот это мощь… Вояка свистнул и посмотрел на винтовку. -Шикарно… Пожалуй, оставлю тебя. Он, держа гамма-винтовку в руках, побежал на лестничную площадку, держа свой путь прямиком на крышу. -Да не может этого быть! — сказал вояка с разочарованием, открыв последние ворота, ведущие к его цели. На крыше не было того, зачем он пришел. Его цель… Все еще окружали облака. Одно утешало. То, что эти облака были совсем близко. Они были словно движущийся коричневый потолок из пара. И было такое ощущение… Будто его можно потрогать рукой. Впрочем… Это ощущение было правдиво. Ведь на крыше стояла огромная шпиль-антенна, уходящая далеко в облака. -…Ты моя последняя надежда, — сказал вояка, глядя на шпиль-антенну. Он медленно подошел к ней, сбросил все свое снаряжение и стал карабкаться наверх. Каждый сантиметр, который он прокарабкался на этой антенне вверх, давался ему с гигантским трудом. На такой высоте было невыносимо трудно карабкаться. Уже на первом метре начало трясти из стороны в сторону. Но вояка, вцепившись намертво в эту антенну, продолжал карабкаться. И вот… Когда его сердце уже было готово улететь на орбиту, а легкие спуститься на землю, тогда вояка достиг облаков. Всего его обхватил холоднейший ветер и непроницаемый коричневый туман. -Надо действовать быстро. Долго я тут находиться не смогу! Вояка, не видя дальше своего носа, стал на ощупь искать опору и карабкаться вверх. И вот… Спустя мгновенье он смог! Туман был под ним! Он смог. Вот она! Его цель. Вояка поднимает с надеждой голову и смотрит в небеса… И то, что он увидел там… Убило его изнутри. Он полный разочарования и боли чуть не сорвался. Но его вновь спасла реакция… -Все. Все до единого впустую. Впустую! Да чтоб дьявол сожрал этот проклятый мир! Вояка, еле держась за антенну, слезает на землю и сразу же падает на колени. -И что же делать…? Что же теперь делать?! С чем я вернусь домой?! Горе поглотило вояку, да так… Что он не мог сдвинуться с места. Его руки и ноги прикрепились намертво к полу — ему хотелось плакать. Но… Почему-то… Это чувство моментально ушло, даже и не успев хорошенько разойтись по его сердцу. Его руки и ноги вновь освободились, и он уже стоит на крыше. Он… Что-то осознал. То, что помогло ему встать с колен и позабыть о слезах. Вояка подходит прямо к краю здания и смотрит вниз — на умирающий внизу город. Его больше не пугает высота — его больше не трясет. Он спокоен. Он поднимает свой взгляд на пустыню и видит там вдалеке какое-то еле заметное черное пятно. -Пора домой, — уверенно сказал вояка, глядя на это черное пятно. Он возвращается на последний этаж и сразу рвется к ящикам с патронами. Он с жадностью, открывает первый ящик и с досадой и жесточайшим разочарованием обнаруживает его пустым. Вояка с бешеной одышкой начинает вскрывать ящик за ящиком, но в итоге в них его ждет лишь воздух, наполненный запахом пороха. -Нет… Ну, нет…! Ты хочешь сказать, что отстрелял все патроны?! Все до единого?! И именно в тот момента, когда я пришел! Вояка вынул обойму из гамма-винтовки. Она пуста. -Черт! А я-то обрадовался…! Вот, думаю, уже заполучил мощнейшее оружие, но нет! У судьбы на меня свои планы… Вояка подошел к окну. Выбил его прикладном гамма-винтовки. И бросил винтовку вниз — прямиком на встречу с прогнившей землей. -Прощай… — промолвил он, глядя на улетающую далеко вниз винтовку. — Надеюсь, ты больше никому не послужишь. Выкинув винтовку, он посмотрел через плечо на труп снайпера и направился к нему. Подойдя, он падает на одно калено и, держась за свое разбитое плечо, начинает обыскивать труп с чувством справедливости. Ведь как ни как, но отмщение вояка свое получил — снайпер мертв. Хоть и умер он не от его рук. -Ну же! Неужто у тебя ничего нет…?! Вояка обыскал его вдоль и поперек — ничего. Единственное, что было при нем — это шикарный плащ. -…Одолжишь его мне, — злобно прорычал вояка, срывая со спины трупа отличный черный плащ и накидывая его на себя. — Отлично сидит… Мой размер. Ну, хоть какой-то толк от тебя. Вояка поднялся с колена и презренно посмотрел на труп снайпера. -Прощай, — сказал он и направился к лестнице. — Черт… Мне еще и спускаться полвека. Он вновь обернулся к трупу и, наклонив голову чуть вправо, спросил: -Где выход? Он присел на корточки. -У тебя же наверняка должен был быть запасной выход. Отстреливая столько людей, так или иначе, ждешь внезапного прихода. Так… Где же он? Вояка стал медленно расхаживать по помещению, словно детектив, рассматривающий каждую деталь. «Окна — невозможно. Лестница — долго» — думал он, — «А вот…» -Лифт. Вояка подбежал к лифту и открыл его двери палкой, которая валялась около него. Двери лифта с ужасным хлопком открылись, и из его недр подул ветер, предвещавший об опасности высоты. Вояка с опаской посмотрел вниз. Да… Действительно шахта лифта была глубока настолько, что конца ее не было видно. Вояка осмотрелся и увидел прилепленный к краю трос. Похожий трос использовали в спецназе. -А вот и выход. И как я раньше не догадался…? Вояка зацепляется за трос, но прежде чем прыгнуть взял и кинул камень вниз. Камень улетел. Проходит секунда. Пять. Минута… Ничего. Ти-ши-на. Камень бесшумно упал, наверное, где-то внизу. И не то чтобы это было удивительно… Нет. Вовсе нет. Это предсказуемо. Вояка кидал камень не ради того, чтобы проверить высоту. Он кинул его… Ради мотивации — чтобы лишний раз напомнить себе на каком этаже он находится. И о том, что ему желательно не падать… -Ну, поехали. Вояка встал спиной к пропасти и прыгнул в нее как спецназовец. Пролетит несколько метров, держась за веревку, и обопрется ногами об стенку. Пролетит — обопрется. И так до самого конца — он, постепенно входя во вкус и прибавляя к следующим прыжкам все больше и больше метров, допрыгал до самого лифта. А это значит. -Первый этаж?! Вояка отстегивает трос от себя и прыгает на крышу лифта. Лифт немного трясется и по стенам пробегает пыль, но ничего страшного… Вояка замирает на месте ненадолго и все затихает. Он открывает люк лифта, падает вниз и пытается открыть руками его двери. И еле как… С треском своих костей ему все же удается ненадолго раскрыть двери лифта и вылезти. Он падает на пол холла первого этажа и сразу же слышит, как сзади резко захлопываются двери. Вот она… Свобода! Наконец первый этаж. Наконец он выполнил свой долг. Наконец он свободен… И может идти назад — домой. Вояка настолько был рад, что не мог встать с пола. Хотя может это обратный эффект препарата сработал… А может и то и другое. -…Я спустился. Наконец… Вояка так бы и остался лежать, обнимая пол, еще несколько минут, но он стал задыхаться — фильтр пора было менять… И этот факт напомнил ему о скоротечности времени. И о его ограниченности. Так что вояка встал, несмотря на ломку в костях и огромную неотзывчивость мышц, поменял фильтр и вышел на улицу. На черную — пропитанную смертью улицу. Выйдя, он ощутил какой-то запах… Скорей всего это был запах свободы. Ведь теперь его ждет большой путь домой. Через морские пустыни потонувших кораблей, грязные города и поселения людей. Вояка вышел со спокойной душой на трассу и уверенно пошел по ней, не опасаясь снайперского выстрела в спину. Только вот зря… Ведь он убил лишь одного снайпера из десятка, а то и сотни… Этот мир все еще оставался недружелюбным и жестоким. И он видимо решил напомнить ему об этом. Вояка шел прогулочным шагом по трасе, даже не осматриваясь по сторонам и не приглядываясь вперед… А впереди его и ждал сюрприз. Только он стал выходить из города… только впереди уже завиднелся «Пригород». Так сразу его путь преградили. Вояка замер, от неожиданности он даже не успел выхватить по привычке свою винтовку и нацелить ее на незнакомца. И… Может, это было к лучшему… Ведь этот незнакомец не выглядел так, будто охотится на кого-то или наоборот прячется. Он выглядел так, будто просто переходит дорогу. Как переходил когда-то в этом же месте на зеленый свет. И он бы и дальше так шел, если бы не вояка. Который замер в испуге от его вида. Этот некто слегка повернулся и стал смотреть на вояку из-под плеча. А вояка, не понимая, что же ему делать, стал вновь тянуться за оружием. Медленно — незаметно. Но… Присмотревшись к незнакомцу он вдруг вновь замер. Впервые за долгое время его глаза не испугались… Они… Они немного обрадовались. Словно бы увидели друга. Но почему?! Это был не друг. Здесь нет друзей! Не может быть! Тогда почему…? И тут вояка понял… Накидка и шляпа. Это та самая ковбойская накидка и шляпа, которые были на вершине башни. Которые спасли его… И тут рука вояки стала почему-то сама собой немного опускаться назад. Неужто это доверие…? К этому безликому? Руки вояки полностью опустились, и незнакомец повернулся в профиль. И от этого руки вояки опять дернулись, а глаза вновь забоялись. Ведь перед ним был не человек… А робот. Пережиток прошлого стоял, воплоти перед воякой, глядя своим единственным большим, красным и чуть треснутым глазом прямо на вояку. Его линза еле заметно двигалась вперед, назад, вперед и назад. Он сканировал вояку — смотрел ему прямо в душу. Вояка стал бледным призраком от ужаса. Этот робот… Был роботом класса С — человекоподобный робот. И то, что он делал, не казалось дружелюбным… Вояка стал опять медленно тянуться за оружием. И робот заметил это. Он медленно перевел свой взгляд на руку вояки, а потом вновь на его лицо. «Он увидел!» — кричит вояка у себя в голове, — «Черт!». Сердце вояки стало невыносимо сильно биться, но это никак не сказалось на его руке, которая по-прежнему медленно поднималась к винтовке за спиной. У робота остро дернулись пальцы на железной руке. Вояка дернулся в ответ, и робот стал медленно поднимать свою правую руку, на которой дергались пальцы. Вояка приготовился. «Вот оно» — думает он, — «Сейчас нападет!» Вояка вцепляется за лямку своей винтовки, его мышцы начинают трястись в конвульсиях, готовясь к резкому уклонению, робот поднимает свою смертоносную руку! И! Машет…! Стоп что?! Машет…? Вояка замер в недоумении. Его ноги пошатнулись, а рука намертво вцепилась в лямку. «Он… Он. Поздоровался?» — недоумевает вояка, — «Здесь…? Сейчас?!». Вояка впал в ступор и не знал, что ответить на такой жест. Он… Не ожидал такого. Что ему ответить? Это ловушка? А если нет? Что же делать? Он все думал и думал, а робот все это время просто стоял и смотрел на него. И тут вояку пробило на какое-то странное чувство… Которого он давно не чувствовал. Он вместо того, чтобы достать по привычке свою винтовку, вдруг взял, отпустил свою лямку и помахал в ответ железному незнакомцу. И помахал он глупо. Словно робкая школьница, которая застенчиво машет парню. Давно вояка не здоровался с людьми… Разучился. Но для робота это видимо было не важно. Его устроил и такой глупый мах. Он кивнул вояке напоследок, развернулся и дальше, издавая резкие механические звуки, пошел по длинной дороге, пока не скрылся в темных переулках города. И вояка наблюдал за этим. Он слышал, как его механические шаги становятся все тише и тише — раз, два, раз, два… -Удивительно… — промолвил вояка. Как же давно он не видел ничего подобного… Ничего… Человеческого. И как же символично и иронично, что единственный, кто проявил добрую людскую человечность за долгое время, был именно робот. Бездушный… Железный. Робот. Он оказался человечней многих людей. Вояке опять невероятно повезло. Но… -Видимо на этом моя удача и заканчивается, — сказал вояка, смотря в недра города. — Что-то мне подсказывает, что ты высосал всю мою удачу без остатка. Хотя… Вояка посмотрел в бесконечные пустые дали, которые ждали его. -Может, я и не прав… Вояка направился домой. В «Столицу», где ждала его семья. Он шел и думал. Почему же этот мир решил его пожалеть…? Почему этот город напоследок решил показать не свою жестокость, а какую-то волшебную доброту? Неужто мир говорит, что он еще сможет задышать…? Что он… Вновь. Сможет. Жить.