Miracle

      — Да, ты действительно ничего не знаешь… — разочарованно протянул Кайто, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди.       — Я ведь сразу сказала! — воскликнула Мейко, слегка покраснев от смущения и досады. Все же она поведала им историю всей своей жизни, и ждала немного более тактичной реакции.       — Нет… Теперь все сходится… — вдруг начал бормотать Гакупо, до того сидевший очень тихо, — Моя догадка подтвердилась. Послушайте… — он повысил голос и оглядел всех, кто сидел за столом, — Вы знаете древние истории о драконах, верно? О том, что боги любили человеческое пение…       — Да, и им в жертву приносили девушек с красивыми чистыми голосами, — кивая, махнул рукой Кайто. Он ненавидел религию и рассказы о драконах, а потому хорошо знал их все.       — Но драконы давно вымерли, — добавил Лен с серьезным выражением лица, — Люди истребили их.       — Если драконы вымерли, то и магия должна была исчезнуть вместе с ними, — сказал Гакупо, явно намекая на что-то.       — Гномы ведь живут веками, они сохранили крупицы их магии, передавали их из поколения в поколение… — склонила голову Мейко, не понимая, к чему ведет ее друг.       — Чтобы потом просто отдать Тето? — Гакупо усмехнулся и задал новый вопрос: — Но тогда что насчет самих гномов? Или русалок? Это магические народы, они быстро вымрут, когда магия исчезнет окончательно.       — То есть, ты считаешь, что драконы еще живы? — уточнила Гуми, удивленно вскинув брови.       — Один точно жив, — уверенно кивнул Гакупо, — Я слышал, что на севере иногда бесследно пропадают девушки. И, вспомните, Руко говорил про жертв. Если Мейко верно запомнила, он сказал: люди в деревнях, рядом с ущельем, начнут замечать, что пропадают девушки…       — Рапунцель! — воскликнул вдруг Кайто, резко выпрямившись.       — Ты о чем? — недоуменно спросил Гакупо, и Кайто торопливо пояснил:       — Волшебный цветок. Он растет только возле Северного замка, в дальней части сада, как раз рядом с…       — Драконьим ущельем! — закончил за него Лен, тоже неосознанно повысив голос и уставившись на Кайто, — Ну конечно! Он растет там из-за магии дракона! Она пропитала землю вокруг…       — Все сходится… — пробормотал Кайто, — Поразительно…       — Так значит, Мику и Рин сейчас там? — ошарашенно переспросила Гуми, не решаясь поверить, — В драконьем ущелье?       — Похоже, это было достаточно очевидно… — Мейко тихо рассмеялась, — Вы только подумайте! «Драконье ущелье»… Кажется, будто никакой тайны и не было…       — Так неужели гномы веками охраняли дракона от людей? — удивлялась Гуми.       — Или людей от дракона, — пожал плечами Гакупо, — Тут уж как посмотреть… Но одно ясно точно – наш путь лежит на север, к драконьему ущелью.       Все пятеро тотчас начали собираться, чтобы отправится сегодня же. Им предстоял трудный путь, ведь даже за информацию о них наверняка назначена награда, а значит, их ищет не только армия Тето, но и каждый человек в королевстве.       Лен вышел из домика, сощурился из-за яркого, бьющего в глаза солнца и широко зевнул. Этой ночью ему вновь снилась Рин, ее песня и танец. Сможет ли он в следующий раз рассмотреть больше? Сможет ли увидеть дракона? Он снова почувствовал сознание Мику, совсем слабо, едва уловимо, но он ощутил ее присутствие в своей голове. Оно было столь смутным и неясным, однако Лен все же не сомневался, что именно Мику вторгается в его сны с помощью магии. Она надеялась, что он все поймет и спасет ее, спасет их обеих…       Он глубоко вдохнул и поднял взгляд к голубому небу. Теперь он, наконец, знает, что делать, знает, куда идти. В нем крепла уверенность, что он справится с любыми препятствиями на своем пути.       Лен так глубоко задумался, что не заметил, как из домика вышла Мейко и остановилась рядом с ним.       — Лен… — окликнула она парня и замолчала, не зная, как начать разговор.       Они никогда толком не говорили, но уже дважды сходились в схватке. Мейко казалось, что это не лучший вариант начала общения, однако Лен, взглянув на нее, приветливо улыбнулся.       Теперь, зная прошлое Луки, Мейко понимала, как глупа была ее ненависть к Лену. Да и не только к нему…       Немного помолчав, Мейко, наконец, задала мучивший ее вопрос:       — В Восточном замке ты сказал, что моя настоящая мать – Прима, Северная принцесса. Но откуда ты узнал?       Ей сбыло тяжело осознать и принять это сразу, ведь всю свою жизнь Мейко жила во лжи, но теперь она, наконец, сможет выяснить всю правду. Однако Лен лишь пожал плечами:       — Кайто сказал мне. Я лишь передал тебе его слова.       Услышав свое имя через открытую дверь, Кайто заинтересованно выглянул на улицу. Мейко повернулась к нему и нахмурилась. Он помолчал, переводя взгляд с нее на Лена, а затем усмехнулся, будто вспомнил что-то забавное, и протянул:       — Между прочим, вы, вроде как… родственники. Ну, я имею в виду, у вас один отец.       Мейко и Лен ошарашенно уставились на него, а затем друг на друга. Кайто тихо рассмеялся и пояснил:       — Да, Южный король, он же Северный принц, он же королевский охотник. Его звали Тед, он был братом Тето, и первой его женой была Прима – твоя родная мать.       Впрочем, ты была рождена вне брака.       Лен первые пришел в себя и неуверенно заговорил:       — Так значит, ты… моя сестра?       — Выходит, что так, — растерянно кивнула Мейко.       Повисла тишина, ведь ни она, ни он, не знали, что сказать друг другу. Мейко еще во время их первого сражения догадалась, что Лен приходится братом-близнецом Рин, и это еще больше усложняло положение. Мейко вспомнила, с какой беспричинной неприязнью общалась с Рин, когда они обе жили в море, и ощутила ужасную неловкость. Да и с Леном ее знакомство состоялось не лучшим образом, однако он почему-то смотрел на новообретенную сестру вполне доброжелательно. Смутившись, Мейко снова повернулась к Кайто и произнесла, словно старалась сменить тему:       — А ты многое знаешь…       — Тето как-то рассказывала, — отмахнулся он, собираясь вернуться в дом, однако Мейко вдруг схватила его за рукав, заставив замереть на месте.       — Я знала ее очень долго, и она никому не доверяла, даже мне.       Голос Мейко чуть дрогнул, но глаза сверкали сталью. Кайто скривил губы в насмешливой полуулыбке и стряхнул со своего рукава ее пальцы:       — Возможно, это было верным решением, ведь ты в итоге ее все-таки предала.       — Как и ты, — парировала Мейко, — Почему она столь многое рассказала тебе?       — Спрашивай об этом ее, а не меня.       — Но я хочу, чтобы мне ответил ты, — девушка скрестила руки на груди, явно не собираясь отступать, — С чего бы ей делиться секретами с каким-то проходимцем? Даже зная, как я предана ей, она не рассказывала мне совершенно ничего о своем прошлом. Но тебе, чужаку, которому явно нельзя доверять, она раскрыла все тайны. Почему?       Кайто молчал несколько долгих секунд, пристально глядя на Мейко, а затем спокойно спросил:       — Ты ревнуешь?       Мейко резко выдохнула и замерла.       Повисла тяжелая душная тишина. Кайто сделал шаг к неподвижно застывшей девушке, и приблизил свое лицо к ее. Мейко крепко стиснула зубы и отвела взгляд.       — Неужели и правда? — ухмыльнулся он, — Даже зная, что она лгала тебе и использовала тебя все это время, ты до сих пор хочешь ее доверия? У тебя вообще есть гордость?       — Кайто, ты не мог бы уже заткнуться… — вмешался Лен и толкнул Кайто в плечо, заставляя его отступить от Мейко, которая вдруг тихо сказала:       — Он прав.       На ее глазах выступили слезы, которые она тут же смахнула.       Она знала, что ей не удастся избавиться от этого так просто и быстро. Словно болезнь, любовь к Тето срослась с ней, разъедая изнутри, вцепилась в нее своими мерзкими щупальцами. Мейко так долго думала лишь о Тето, жила только ею одной, и теперь совсем не знала, осталось ли в ней что-то еще, кроме слепого поклонения ведьме, от которого нужно было немедленно избавляться. Какую же огромную часть себя ей придется уничтожить, чтобы стать нормальной…       Глядя прямо перед собой, она прошла мимо Кайто, и скрылась в доме, оставив двоих парней наедине. Лен бросил на Кайто угрюмый взгляд и отвернулся. Он не собирался уходить, но надеялся, что уйдет Кайто. Однако и тот явно не хотел возвращаться в дом.       Наоборот, встал рядом с Леном и устремил безмятежный взгляд вдаль, будто не ощущая никакого неудобства. Теперь оставаться на улице как можно дольше стало для Лена вопросом принципа, ведь он первым сюда пришел.       Так они простояли несколько долгих минут, наполненных неловким молчанием, пока Кайто не заговорил:       — Думаю, Рин будет рада узнать, что у нее есть сестра. Кажется, они с Мейко уже были знакомы прежде, но все же…       — Да, Рин всегда хотела иметь семью, — холодно ответил Лен.       Они вновь погрузились в мрачное безмолвие. Разговоры о Рин никак не могли растопить лед между ними, ведь она была одной из причин, по которым они ненавидели друг друга.       — Это королевство отличается от Южного. Здесь как-то тише, спокойнее…       Лен поджал губы, восприняв эту общую фразу, которой Кайто хотел завязать непринужденную беседу, как личное оскорбление. Все же Лен вырос в Южном королевстве, правил им, и считал, что не может быть страны лучше.       Поэтому Лен ответил заносчиво, с надменной усмешкой:       — Все равно это королевство принадлежит мне по праву. Я завоевал его, победив в честном бою Восточного короля.       — Ну, насколько я знаю, он с трудом меч в руках удержать мог, — равнодушно заметил Кайто, и уголки его губ дернулись вверх, будто он пытался сдержать смешок.       — Какое это имеет значение? — оскорбился Лен и невольно повысил голос, — Или ты считаешь, что смог бы выстоять против меня?       Кайто повернулся к нему и ответил, продолжая искусно изображать невозмутимость:       — Ну, говоря начистоту, я ведь выиграл в том рыцарском турнире…       — Разве не благодаря осколку? — пренебрежительно фыркнул Лен, — Да и я победил тебя возле Северного замка.       — Еще бы, ты ведь напал на меня с двумя дюжинами вооруженных селян, — рассмеялся Кайто, однако его взгляд оставался холодным и грозным.       — Ты был в теле зверя, честного сражения все равно бы не получилось. Я лишь уравнял шансы, — сквозь зубы проговорил Лен.       Кайто пожал плечами и смерил бывшего короля взором, в котором горело неприкрытое превосходство:       — Как бы то ни было, я выше и сильнее тебя. Ты бы не смог меня победить в любом случае.       — Будто твой рост тебе поможет! — уязвленно воскликнул Лен, — Что за чушь? С самого детства меня обучали лучшие мастера меча. У тебя нет ни шанса против меня в честном бою.       — Давай проверим.       Едва ли Кайто предлагал это всерьез. Но Лен вдруг криво усмехнулся, будто только этого и ждал, а затем поднял с земли две длинные палки – основания для метел – и бросил одну Кайто. Тот ловко поймал ее в воздухе и окинул Лена изумленным взглядом. Увидев в его глазах ледяную решимость, Кайто с готовностью сбросил с плеч плащ и встал в стойку, сжав древко обеими ладонями.       Лен легко повертел свое оружие в руке, со свистом рассекая воздух, и неспешным тихим шагом приблизился к Кайто.       Первые удары были осторожными, будто противники лишь пробовали силы друг друга. Однако с каждой новой атакой возрастало напряжение, поначалу едва ощутимое, но постепенно становящееся все заметнее. Движения ускорялись, поединок постепенно перестал выглядеть как тренировочный бой и превратился в яростное сражение.       На шум из домика вышел Гакупо и прислонился к стене, безучастно наблюдая происходящее. За ним вышли девушки и, переглянувшись, тоже не стали вмешиваться в драку.       В конце концов, палки с громким стуком сломались от очередного удара. Кайто и Лен, не сказав ни слова, отбросили в сторону обломки и бросились друг на друга с кулаками.       — Нужно их разнять… — выдавила Мейко.       Гакупо помедлил, глядя, как удары становятся все жестче, затем спокойно сказал:       — Пусть разберутся.       — Вот именно, — кивнула Гуми, — Я хочу посмотреть, как Лен выбьет из этого урода все дерьмо.       — Кто еще из кого выбьет? — возмутился Кайто. И Лен одним мощным ударом сбил его на землю.       Они повалились и принялись месить друг друга кулаками, катаясь по земле, словно сцепившиеся псы. Кайто и Лен будто не чувствовали боли, они наносили удары один за другим, не пытаясь защищаться. Покрываясь грязью, пылью и кровью, они с остервенением и слепой яростью избивали друг друга, и, казалось, наслаждались этим.       Как же давно они оба этого ждали. Казалось, каждый из них готов убить противника голыми руками. То один, то другой вырывал себе преимущество, их силы были равны.       В какой-то момент это окончательно перестало быть сколько-нибудь увлекательно или интересно. Теперь это было попросту страшно, крови становилось все больше, а удары все сильнее. Они явно уже не собирались останавливаться – они просто не могли остановиться.       — Достаточно, — вдруг произнесла Гуми, и парней тут же отбросило в разные стороны.       Магический барьер между ними не позволял им вновь приблизиться друг к другу, как бы они ни рвались продолжить бой. Оба тяжело дышали и, поднявшись, едва удержались на ногах, но их глаза все еще горели ненавистью и жаждой крови.       — Убери это, — хриплым голосом велел Лен, обращаясь к Гуми, но даже не взглянув на нее.       — Нет, — твердо отказала она, — Если вы поубиваете друг друга, то мне придется спасать Мику и Рин без вашей помощи. Но как только мы с этим покончим, я с радостью посмотрю на ваши детские разборки.       Скрипнув зубами, Лен поднялся на ноги и, ни на кого не глядя, вернулся в дом. Кайто проводил его долгим мрачным взором.