Running on Waves

      Лагерь дикарей располагался в густом перелеске и представлял собой кемпинг из нескольких машин. Аарон был вежлив с Граймсом, но до приезда на место практически не тратил слов. По нему было ясно, что мужчине не терпится показать Рику нечто важное, а потому он глянул на своего пассажира, как только заглох двигатель машины, и выбрался из тачки. Плутонец вышел следом и замер, вертя головой из стороны в сторону и осматриваясь. Всюду, куда ни кинь взгляд, было очень свежо и зелено: пышные кроны деревьев тянулись к солнцу и образовывали над головами путников удивительный зелёный купол; почва была песчаная и сухая — она странно поскрипывала под ногами и была непривычно плотной, по сравнению с тепличной. Влажный ветерок приносил с собой ароматы хвои и прелой лесной подстилки, а настоящее солнце, вообще не похожее на искусственные прожекторы, к которым привык Граймс, пробивалось лучиками сквозь густую листву. Машина Диксонов заглохла рядом, и парень с интересом глядел на братьев, которые покинули тачку, яро споря о чём-то. Дэрил больше молчал и вяло отбрехивался, но заметив садовника, глядящего на него в упор, замер на несколько мгновений, словно стукнулся лбом о невидимую стену.       — Вы вернулись! — раздался чей-то тонкий голосок, и на шею дикаря бросилась хрупкая фигурка. Это смутило Дэрила, и он неловко отвёл взгляд, похлопывая нарушителя спокойствия по спине.       — Бэт, у меня для тебя плохие новости, — заржал Мэрл, крутя ключи от машины на указательном пальце. — Братец нашёл тёлку своей мечты, а поэтому теперь у тебя точно нет шансов.       — Что? У нас новенькая?       Не сложно было догадаться, о ком была речь, потому плутонец смущённо выдохнул, мысленно выстраивая диалог с дикарями. Ему вообще не нужны были все эти знакомства с непонятной шайкой Отбросов. Аарон прекрасно владел ситуацией, а потому прикоснулся к плечу гостя и повёл его в сторону большой палатки цвета хаки, которую сложно было заметить с первого раза. Людей в лагере было не много, не больше пяти, если не считать уже знакомые лица. Граймс не доверял никому из них, а потому поджал губы и решил, что, согласно договору, свалит при первой же возможности. По крайней мере, Ралейг обещал отвезти его домой. В палатке было темно и сухо — плотная ткань брезента была прошита черной виниловой подкладкой, а потому не пропускала свет. Аарон нырнул в темноту и зажёг керосиновую лампу — ещё один уникальный агрегат прошлых десятилетий. Здесь стало очень уютно, так как палатка напоминала небольшую личную комнатку, закрытую от всего раздражающего окружающего мира. После приглашения войти Граймс устроился у самого выхода и сел по-турецки, поджимая под себя ноги.       — Обычно я храню эту вещь подальше от чужих глаз, — начал мужчина и протянул Рику браслет, как две капли воды похожий на тот, что болтался на запястье садовника. Граймс с удивлением уставился на необычные цифры, что тот показывал — «38/23». — Это не оптический обман, и будь уверен, что браслет рабочий.       — Откуда он у вас? — с удивлением выдохнул парень, не понимая, как такое может быть возможным.       — Это мой браслет, — ответил Аарон, и на его губах вновь расцвела добродушная улыбка. — Когда-то давно я был примерным гражданином Системы.       — Вы?!       — Моя семья жила не где-нибудь, а в Солнечном районе. Я всегда с гордостью хвастал, что мой отец — блестящий биолог страны — был причастен к созданию той самой Системы и её принципов, по которым привыкли жить граждане за стеной. Опуская подробности и детали моей биографии, скажу, что вечно почивать на лаврах ему не удалось — из-за неудачного проекта по объединению народов, что живут по разные стороны от стены, он был осуждён, а вся семья в наказание была приговорена к принудительной эвтаназии. — Ралейг смахивал на человека, который несколько раз долго и подробно сообщал детали своей жизни, а потому научился делать это быстро и лаконично, без потери основного смысла. Граймс был вежливым слушателем, потому не перебивал, хотя в голове у него появилось ещё больше вопросов к этому человеку. — Тогда мне было двадцать три, и я вовсе не собирался умирать, а тем более расплачиваться за несуществующие грехи отца. Но не только наша семья попала в опал, а потому с союзниками бежать было легче. Более сотни человек тайно вели переговоры, и в один прекрасный день мы смогли навсегда покинуть Систему, став её настоящими «отбросами».       — Если бы так много людей одновременно сбежали, то об этом явно писали бы в новостях. Это осталось бы в истории, — с сомнением в голосе проговорил парень, вертя в руках чужой браслет.       — В Системе многое принято замалчивать. Особенно о различных опытах над людьми. Если раньше это были биологические исследования, то сейчас они перешли в область психологии. Взгляни на себя: тебе всего лишь восемнадцать, а у тебя настолько промыт мозг, что ты добровольно отказываешься от жизни. Суицидальный настрой взращивают в вас с детства, чтобы легче было убрать ту или иную фигуру с шахматной доски.       — Вы заблуждаетесь, — усмехнулся Рик, когда дикарь явно принялся лезть к нему в голову. — Я освобождаю место ради другого человека. Ресурсы Системы ограничены, и, несмотря на то, что они растут с каждым днём, государству приходится контролировать рождаемость и смертность.       Услышав шаги рядом с палаткой, парень осёкся и положил чужой браслет на пол, неуверенно приобняв себя рукой. Все эти звуки копошения в лагере были для него в новинку, а потому здорово отвлекали от разговора. Дикари громко обсуждали великое по их мнению событие — появление новичка, а также радовались и смеялись как дети, разбирая добычу братьев. Неприятное чувство холодка, тянущегося по загривку, не предвещало ничего хорошего, словно интуиция вопила об опасности, а потому Рик запустил пальцы в свои волосы и стал перебирать их — это всегда успокаивало в тревожных ситуациях.       — Я тоже долгое время заблуждался на счёт этого, — Аарон не спорил, но и не подтверждал правоту своего гостя. Кажется, в его рукаве было несколько тузов, а потому он был достаточно расслаблен для человека, что пытался удержать кого-то в подобном месте против воли. — Ты уже покинул Систему. Твоё место отдано другому. Считай, что ты выполнил свою роль. Есть ли что-то, что могло бы, скажем, «задержать» тебя на этом свете? Неужели у тебя не осталось никаких незаконченных дел?       — На самом деле есть кое-что, — неохотно признал Рик. — Меня родила женщина. Она тоже бежала из Системы, только вот её поступок явно был продиктован кем-то извне, так как мне сложно поверить в то, что можно бросить своё дитя на произвол судьбы. Я знаю, что её зовут Лаура Граймс, и она стала ОСом.       — Ты бы хотел найти её? — оживился Ралейг, будто нащупал важную ниточку, тянущуюся к сердцу собеседника. Паренёк показался ему чрезвычайно наивным, но мужчина старался не показывать своего превосходства. — В нашем городе много жителей. Возможно она жалеет о своём поступке и очень ждёт встречи с тобой.       — Вряд ли она ещё жива, — садовник рассмеялся так громко, что запоздало прикрыл рот тыльной стороной ладони. — В таком случае ей должно быть уже больше сорока лет!       — Ты привык, что все окружающие тебя люди молоды и невероятно быстро, э… «уходят», — в голосе Аарона послышалась странная тоска, но он тут же взял себя в руки. — Бэт — одна из девушек нашего отряда — является дочкой старика Хершела, которому далеко за пятьдесят. А у Дэрила есть дедушка, которому в следующем году будет восемьдесят лет.       — Врёте!       — А вот и нет. Иди и спроси у него.       Рик был действительно озадачен и даже заинтригован — ему еще не приходилось встречать таких старых людей. Но либо у Аарона был чудесный дар убеждения, либо мужчина действительно был невероятно искренен в своих порывах предотвратить добровольный уход Граймса из жизни, так как парень верил ему на слово.       — Стоянка в этом месте по нашему плану продлится еще несколько дней. И даже если сейчас ты решишь остаться, а затем передумаешь — мы вернём тебя в твой родной мирок, где ты совершишь суицид во славу обществу.       — Эвтаназию. На благо государству, — не сдавался плутонец, но в глубине его души заиграли странные нотки сомнения. Он кинул взгляд из палатки в сторону копошащихся людей, подумал о своей матери, которая (а вдруг?..) вовсе не хотела бросать кроху на произвол судьбы, и неуверенно кивнул. — Я хотел бы узнать вас получше, прежде чем приму решение.       — Меня? — удивился его собеседник и его губы растянулись в ласковой улыбке.       — Не только вас. Всех этих людей. Если есть вероятность, что я тут задержусь, мне хочется быть уверенным, что эти дикари не будут против моей компании, — пояснил Рик и от неловкости поджал губы, когда осознал, какое слово сорвалось с его губ.       — В этом названии нет ничего плохого, — поспешил успокоить его Ралейг. — Даже если подумать, есть какая-то своеобразная романтика. Явно лучше, чем «отбросы».       — А как вы зовёте себя?       — Мы — свободные люди, нам не обязательно придумывать наименование. Хотя… — Аарон задумался, потирая своё запястье, словно вид браслета напоминал ему о некоторой привязанности Системе. — Выжившие, выживающие — наиболее подходящее слово. Что касается «узнать дикарей получше» — сейчас время завтрака. Предлагаю познакомиться со всеми за кружкой кофе, идёт?       Когда они вышли из палатки, на Граймса тут же устремились все взгляды. Такую разношёрстную компанию садовник ещё нигде и никогда не видел — здесь были абсолютно разные люди: высокие и плечистые, тонкие и худые, с резкими и мягкими чертами лиц. Одежда многих была потрепана и местами штопаная, но она выглядела достаточно чистой. Бросив взгляд на знакомую коренастую фигуру — Дэрила, который ворчал и позволял светловолосой фигурке стягивать с себя грязную рубашку, парень понял, почему: через несколько мгновений Диксону протянули чистую чёрную майку с непонятной плутонцу аббревиатурой. Дикарь взял одну из бутылок с питьевой водой, затем наскоро ополоснул лицо и кое-как шею и грудь, после чего натянул чистое. Парень обернулся, ища что-то взглядом, но увидел застывшего на месте садовника, который открыто уставился на крепкие загорелые плечи своего похитителя. Диксон-младший тоже замер, но через пару секунд демонстративно отвернулся. Для Рика было загадкой — действительно ли Дэрил покраснел или же это невероятно светлые и яркие лучи света так необычно устроили игру на смуглой коже.       Аарон проводил гостя к полыхающему костру, над которым был устроен пузатый котел со следами копоти; внутри него бурлила вода. В руках у одного из дикарей появилась пачка молотого кофе, марки, довольно знаменитой в Системе, и Граймс мысленно усмехнулся — вот уж чего он никогда не ожидал от себя — мирно пить утренний кофе с преступниками! Около костра были устроены самодельные места отдыха — кто-то подкатил часть спиленного дерева, кто-то бросил на теплую землю мягкую плоскую подушку, некоторые просто уселись по-турецки на нагретую солнцем почву. Плутонец опустился на землю, с затаённой лаской прикоснувшись к зелёному ковру травинок, пробивающихся сквозь прелую прошлогоднюю листву, превратившуюся практически в прах. Пока он подбирал слова приветствия, Ралейг опередил его:       — Это — Рик Граймс. Он выходец из Системы. Сейчас перед ним стоит сложный выбор — вернуться домой и отправиться на эвтаназию или остаться с нами, чтобы найти свою семью. Судя по всему, они тоже из беглецов. Для него всё в новинку, поэтому будьте к нему добры. Для начала представлюсь как следует. Я — глава этого лагеря, а также информатор. Так как я был сыном учёного и сам являлся марсианином, я многое знаю о Системе, поэтому объясняю своим людям всё, что по части теории вашего закрытого государства.       — Вы были марсианином? — нечаянно перебил Рик, питавший к мужественным воинам слабость. — Я думал, что вы из Солнечного района!       — Ученик из меня был так себе, поэтому я занялся военным делом, — хмыкнул мужчина и передал чашку с ароматным напитком гостю. — Многие из тех, кого я тогда знал, были марсианами. Кажется, десятилетие назад Плутона даже не существовало.       — Хватит болтать на вашем птичьем языке, — не выдержал один из жителей лагеря, имеющий азиатскую внешность.       — Ты слишком нетерпелив для разведчика, Гленн. Собственно, Гленн Ри — парень, который не раз замечал опасность ещё до того, как она успевала забрезжить на горизонте. С Мэрлом и Дэрилом ты уже знаком — они добытчики лагеря.       «Скорее, воры и грабители» — подумал про себя парень, когда братья уставились на него, после чего принялись тихо перешёптываться со странными и неприятными смешками.       — Юджин Портер, — сам представился пухлый мужчина с донельзя забавной причёской. У него был несколько высокомерный вид и говорил он торжественно-важным тоном, вертя в руках пластиковые очки, которые когда-то давно явно были частью химзащитного костюма. — Я лекарь этого лагеря, а ещё учёный.       — То, что у тебя в сумке завалялся учебник анатомии и энциклопедия полезных растений не делает тебя учёным! — раздалось с другой стороны своеобразного круга, устроенного выжившими около костра. Это был темнокожий человек с длинными дредами, которые Граймс видел разве что на давних рисунках, ещё будучи непоседливым мальчишкой.       — Напомни мне, кто вырезал у Эрика аппендикс? — возмутился Юджин, нацепив на себя очки, будто защищаясь. — Успешно, между прочим!       — Успешно? Бедняга чуть на тот свет не отправился от потери крови, — хрюкнул от смеха Мэрл. — Едва не сделал нам нового жмурика! Как он, кстати?       Плутонец вертел головой из стороны в сторону, разглядывая незнакомцев, и отчаянно надеялся запомнить все эти имена, однако шутливый спор дикарей и у него вызвал улыбку на губах. Они весьма походили на граждан Системы, даже имели живое и весёлое чувство юмора, а ещё они словно являлись одним единым целым, где такие непохожие друг на друга органы, работали слажено и точно, словно часы.       — В порядке. Сегодня утром даже пытался встать, но я уговорил его остаться в постели. Слава богу, что хоть кто-то слушает меня в этом лагере, — с наигранным ворчанием добавил Аарон и продолжил знакомство Граймса с остальными: — Эрик — мой супруг. Сейчас он отдыхает в машине, я представлю вас позже. Эрик, как и Мишонн — также являются добытчиками. А теперь — сердце и душа нашей компании — малышка Бэт, — мужчина указал ладонью на худощавого человека со светлыми волосами и очень красивыми чертами лица. — Она отвечает за самую сложную часть — хозяйственную.       — Стирка — не самая сложная часть!..       — Да? Скажешь это, когда сам пойдёшь отбивать своё барахло камнем на реку!..       — Сходи хоть раз на охоту, детка и тогда рот открывай.       — А вот и схожу! Возьму твои грязные носки в качестве оружия!..       — Погоди… Ты — женщина?!       Все вдруг умолкли и прекратили шуточную перепалку, когда Рик резко поднялся с места и уставился на Бетани, которая смутилась и даже поёжилась от восторженного и удивлённого взгляда плутонца. Граймс впервые видел представительницу слабого пола, о которых раньше читал только в исторических книжках. Он с совершенно счастливым видом рассматривал её хорошенькое личико, аккуратный хвостик, собранный из волос пшеничного цвета, вздёрнутый носик, а когда садовник уставился на аккуратную выпуклую грудь, девушка издала странный звук и обхватила себя руками, словно гражданин Системы имел рентгеновское зрение.       — Ты чего, сиськи ни разу не видел? — раздалось со стороны Диксона-старшего, но он тут же заткнулся, получив от Мишонн звонкую затрещину. — Эта нигерша тоже баба, хотя сразу и не скажешь. Ай, опять! Сумасшедшая пизда!       — И вы тоже? — когда Рик перевёл обомлевший взгляд на темнокожую женщину, многие уже начали посмеиваться от его искренней радости. — Вы тоже женщина? Я думал, что вы почти все вымерли!       — Пардон за нескромный вопрос, — не выдержал Дэрил, который крайне редко слушал ненужные по его мнению инструктажи. — Если ты ни разу не видел тёлку, то как вы размножаетесь? В пробирках, типа?       — А вот теперь твоя очередь немного рассказать о себе, Рик, — деликатно выдохнул Ралейг и по-отечески похлопал парня по бедру, чтобы тот присел обратно.       — Меня зовут Рик Граймс. До недавнего времени я жил в Системе, сектор Плутон. Этот сектор отвечает за сельское хозяйство, и я работал садовником, — начал парень, заметно волнуясь, так как все затихли, внимая каждому его слову. Даже болтливый Мэрл молчал, с упоением ковыряясь мизинцем в ухе. — Вчера днём я должен был явиться на эвтаназию и закончить своё существование, но, Дэрил похитил меня.       Среди присутствующих раздались смешки и беззлобные комментарии по поводу этого, и парень вдруг понял, что ему и рассказать-то больше нечего. У него не было хобби или увлечений. Работа, которая действительно нравилась ему, так или иначе являлась работой и была уже упомянута. Видел он ничтожно мало, особыми талантами не отличался. Когда пауза подзатянулась, он развёл руками, потёр царапину на коленке, а после просиял, вспомнив, что ему есть, что добавить, а заодно и ответить на недавно заданный вопрос Дэрила:       — А ещё я гермафродит. Ну, как и все плутонцы, разумеется, — когда в лагере воцарилась гробовая тишина, и все, кроме Аарона, уставились на него, как на живое ископаемое, Граймс слегка разволновался и пробормотал: — Кажется, у вас такое не встречается?       — То есть… — с трудом выдавил из себя Гленн, не слишком-то вежливо ткнув пальцем в его сторону, — ты и баба и мужик?       — Если совсем упрощать, — пробормотал Ралейг, отчего-то пунцовея. — Для него это достаточно интимная тема, может быть мы обсудим что-то другое?       — Погоди-ка, Аарон! Ты ведь тоже из этой сраной Системы! — Мэрл вскочил и фыркнул: — Марсианин ты, инопланетянин или ещё кто, мне похуй! Но ты тоже все эти годы был полутёлкой и не сказал нам?       — Я был ребёнком, когда мой отец занимался разработкой этого проекта, — успокаивающим тоном сообщил Ралейг, примирительно подняв руки ладонями вверх. — Первое поколение так называемых «омег» родилось когда мне было лет восемь, а потому я обычный человек с одним набором органов для воспроизведения себе подобных. Кстати, Рик из первого поколения, ведь его родила женщина.       — Я хочу найти её. Свою мать, — выдохнул садовник, медленно садясь рядом с Аароном, чувствуя себя рядом с ним увереннее. Отчего-то ему захотелось узнать мнение людей, живущих за пределами безопасных стен. — Есть ли в вашем поселении темноволосая женщина лет сорока-сорока пяти, по имени Лаура Граймс?       — В нашей столице несколько тысяч людей, Рик, — ласково ответила Бетани, глядя на омегу с явным теплом в глазах. — И там очень много женщин с таким описанием.       — Есть вероятность, что она жива, — кивнула Мишонн.       — У нас неплохо налажена связь, и любого человека можно отыскать за несколько дней, — согласился с ними Гленн. — Если, конечно, человек хочет быть найден.       — У тебя хуй или манда между ног? — после этого крайне неприличного вопроса от Мэрла все вдруг как по команде повернули головы в сторону Рика, и тот аж замер от удивления. Кажется, практически всех интересовал этот вопрос. Даже Аарон не мог сдержать своего любопытства и глядел на гостя практически в упор.       — Ч-что такое «манда»? — выдохнул плутонец, краем сознания догадываясь, что эти дикари имеют ввиду.       — Значит, слово «хуй» ты знаешь? Тогда понятно, — развеселился старший из братьев, и все в лагере вновь стали посмеиваться. Ралейг поднялся со своего места, подошёл к бандиту и что-то пробормотал на его ухо, после чего вернулся к Граймсу. Совпадение или нет — после этого все вопросы носили только приличный характер и не доходили до тем ниже пояса.       Общаясь с этими людьми, Граймс сделал для себя интересный вывод: дикари были очень любопытны и порой бестактны, но жадно слушали каждую его историю о закрытом государстве, после чего с жаром и всяческими подробностями рассказывали о себе, словно между ними никогда не было преград, и они были давным-давно знакомы с плутонцем. Впрочем, в основном, они интересовались простыми житейскими вопросами — чем питаются жители Плутона-12, где они живут и как развлекаются. Помня важные детали лекций об Отбросах Системы, Рик ожидал от них какие-либо сложные и хитрые способы выяснить политические детали Системы или же требований безопасно провести их за охраняемые стены, но нет — им было любопытно другое. Парень и сам не заметил, как рассказал едва ли не всю свою биографию, вплоть до решения уступить своё место ребёнку друзьям, отчего многие наградили его взглядами, полными уважения и одобрения.       — Ну что, бездельники, — заявил вдруг Аарон, когда третий котелок с кофе подошёл к концу, — пора приниматься за работу. В это время года темнеет достаточно рано, и нам нужно подготовиться к ночи. Эй, Риковы похитители, в баке хватит бензина, чтобы подбросить Граймса домой?       Он усмехнулся и посмотрел в сторону Диксонов. Мэрл безразлично пожал плечами и заявил, что тащиться в такие дали без весомой на то причины не собирается, а лицо Дэрила стало каменным и непроницаемым. Он упрямо поджал губы и внимательно впился взглядом в своего лидера, ведь слово Аарона в этом лагере имело значительный вес. Взволнованное лицо похитителя, напряженные плечи и явное волнение вызвали задумчивую улыбку на лице плутонца, который уже второй раз за день решил предоставить свою судьбу в руки незнакомых людей.       — Думаю, что я немного задержусь, — проговорил он и обвёл взглядом окружавших его дикарей. Приятно было видеть, что все заметно повеселели. Даже на губах вечно хмурой Мишонн расцвела улыбка. — Как скоро вы собираетесь вернуться в столицу?       — Если обойдёмся без приключений, то дорога домой займёт около пары недель, — ответил лидер лагеря. — Так как ты очень мало знаешь о мире за стенами, я выберу тебе наставника. Это обязательное условие для новичков, а ты как раз подходишь под это понятие. Собственно, раз Дэрил притащил тебя сюда, то пусть и разбирается с тобой и твоими новыми мироощущениями.       — Чего? — недовольно проскрипел Мэрл. — Как братишка может быть одновременно новичком и наставником? Этот оболтус сам недавно стал выбираться за стены, и я за него отвечаю. А теперь, получается, я должен присматривать за двумя?!       — Если Дэрил притащит ещё кого-нибудь, то у тебя может появиться своя собственная зондеркоманда! Правда здорово?       — Слышь, Ралейг, так дело не пойдёт!       Все начали расходиться по делам, а Диксон-старший едва ли не вприпрыжку принялся догонять Аарона. Полянка с догорающими углями костра быстро опустела, а потому Рику не оставалось ничего, кроме как подойти к Дэрилу и встать рядом с ним. У Диксона удивительно здорово получалось выглядеть мрачным и одновременно довольным, словно на лбу у него было написано «я на такое не подписывался, но мне, в принципе, эта идея нравится». Поймав на себе взгляд нового члена лагеря, «Риков похититель» поднялся и расслабленно потянулся, хрустя косточками, после чего надел поверх чистой майки свою жилетку и несколько раз сжал пальцы рук в кулаки, собираясь с мыслями.       — Покажу территорию лагеря, — хрипло сказал он и мотнул головой в сторону ближайших деревьев. — Небольшая, но безопасная. Запоминай дорогу до туалета.       Плутонец, который наболтался со всеми обитателями лагеря за эти пару часов, уже и позабыл о некоторой молчаливости Дэрила, но тишина ничуть не мешала им неспешно двигаться по перелеску рядом с деревьями, на которых были сделаны заметные насечки. Кора деревьев была срезана достаточно давно, и наблюдательный парень сделал вывод, что местная шайка не в первый раз останавливается в этих краях. Дойдя до высокого дуба, раскинувшего свои могучие ветви высоко над головами путников, Диксон остановился и стал перетаптываться на месте, бросая на своего спутника беззлобные вопросительные взгляды.       — Прямо здесь? За деревом? — удивился новоиспеченный ОС. Разумеется, он прекрасно понимал, что стоянка в лесу — это отсутствие всех удобств, но с этого расстояния лагерь был виден, словно на ладони. — Рай для эксгибициониста.       — Да нет! — пробормотал Диксон. Он посмотрел на Рика исподлобья, словно тот добавил ему очередную проблему. — От этого дерева мужики направо, девчонки — налево.       — Очевидно, что в моём случае — направо, — решил за него дилемму Граймс и издал лёгкий смешок. — Тебя настолько смущает моя природа?       — «Гермафродит» звучит ужасно, — усмехнулся Дэрил, двинувшись направо. — Словно диагноз.       — «Омега» звучит лучше?       — Лучше всего звучит Рик.       — Тогда зови меня Риком.       — Пф! Так и собирался.       — А знаешь, без своего братца и ствола ты выглядишь не таким опасным.       Рик вовсе не кривил душой — сейчас младший из братьев достаточно импонировал ему, словно за чёрной шкурой пантеры обнаружился дикий, но до ужаса милый большой кот. Вспомнив о том, как радостно Бэт обнимала Дэрила, когда тот вернулся в лагерь, Граймс тут же прикусил себя за кончик языка — этот мир с разделением людей на два абсолютно непохожих друг на друга пола был для него в новинку, а потому его безобидные шутливые заигрывания могли задеть Диксона. После того, как практически невинная фраза сорвалась с языка омеги, Дэрил легким толчком прижал Рика к ближайшему дереву и взял его руку за запястье, плавно опустив на кобуру, что покоилась на его бедре.       — Ствол при мне, как видишь, — криво ухмыльнулся мужчина. — Да и вообще, я могу быть опасным даже без оружия.       — Мне следует бояться? — когда Диксон сделал шаг вперёд, слегка сокращая расстояние между ними, Рик оказался совершенно сбит с толку. Неужели этот человек открыто вёлся на провокации и даже отвечал на них, пусть и неосознанно?       — А ты… уже рожал? — в последний момент Дэрил понял, как тупо звучит его вопрос, а потому махнул рукой и фыркнул: — Бля, лучше не отвечай.       — Мне всего восемнадцать! — рассмеялся омега и откинул голову назад, потёршись макушкой о тёплую шершавую кору. — Честно говоря, у меня никого не было в этом плане.       — Девственник? — неверяще выдохнул дикарь и стал рассматривать прошлогоднюю листву под ногами. Уголки его губ слегка поднялись вверх, и он добавил: — Вот как.       — С чего такой интерес к моей личной жизни? — невинно поинтересовался Граймс, ощущая, как в его груди трепетно ворочается новое, доселе неизведанное чувство. — Ты ведь вроде с Бэт, а судя по вопросам, интересуешься не только ею.       Это было слишком открыто. Прозвучало достаточно пошло, как запоздало сообразил Рик. Сначала Дэрил резко поднял на него взгляд светло-голубых глаз, потом скинул чужую ладонь с рукояти своего пистолета и сделал шаг назад. То, что Граймс воспринял за лёгкий флирт, оказалось простым бахвальством, а заинтересованность — не более, чем игрой воображения глупого омеги. Вряд ли в целом мире сыщется человек, который по-настоящему будет взволнован такой посредственностью, серой мышью. Идиот!       — Бэт моя подруга, мы не вместе. Кстати, тогда… когда я сказал, что ты мне нравишься, я не это имел в виду! — тихо пробормотал Диксон под нос. В глаза он больше не смотрел. — У нас так не принято, понимаешь? Аарон, скорее редкое исключение из правил.        — Что ты пытаешься сказать? — Граймс с трудом разбирал его бормотания, внимательно прищурившись. — Ты так сказал, потому что я понравился тебе как человек. Не как партнёр. Так?       — Да. Нет. Чёрт, — фыркнул Дэрил, и быстро потёр своё лицо ладонями, отчего-то нервничая. — Если я каким-то образом… Ну, я не знаю всех ваших правил… Короче, я не хочу, чтобы ты решил, что я… Блядь, проехали.       — Расслабься, — омега прикоснулся кончиками пальцев к широкому плечу и помог ОСу: — Даже если ты случайно или не случайно пересечёшь границы моего личного пространства, я буду иметь ввиду, что там нет никакого подтекста.       После этих слов плутонец нарисовал указательным пальцем воображаемый крест на своей груди и кивнул для верности. Есть всё же замечательный плюс в том, чтобы быть вечным одиночкой — даже если тебе кажется, что кто-то обратил на тебя внимание, — тебе всего лишь кажется. Бандит с удивлением проследил за этим жестом, после чего хмыкнул и побрёл назад по дороге к лагерю.       Высоко над головой красиво запела мелкая птичка, и гражданин Системы задрал голову вверх, с восхищением пытаясь разглядеть мастерицу по пению в густой листве. В мягкую волнистую шевелюру вплелись чужие пальцы, и Рик застыл от неожиданности. Дэрил всего лишь хотел обратить на себя внимание новичка, а потому легко потрепал его по волосам.       — Не отставай. Если собьёшься с пути, то можешь заблудиться в трёх соснах, — заявил дикарь, явно довольный тем, что знает этот пятачок как свои пять пальцев. — У нас очень много дел, чтобы тратить время на поиски. Главные ориентиры — зарубки на деревьях. Если собьёшься с пути, то в первую очередь ищи их. Сейчас покажу родник, где мы набираем воду. Новички обычно редко покидают лагерь. Думаю, что Аарон назначит тебя помощником Бетани или Юджина.       Они пробирались сквозь чащу леса, и Диксон время от времени проводил ладонью по знакомым насечкам, обращая внимание Граймса на эти знаки. Омега старался не отставать, хотя это давалось ему с трудом, так как хотелось рассмотреть всё и сразу вокруг. Он по инерции повторял движения своего наставника, мысленно сетуя на то, что колючие кусты так грубо царапают голые коленки. Белые носы кед стали рыжевато-серыми от землистой пыли, а на висках появились бисеринки пота. В полуденном лесу было душно и жарко, но вскоре послышался шипящий шум, а по земле стала стелиться прохладная дымка. Дэрил вывел новичка к источнику, бьющему прямо из небольшого каменного уступа и стекающего небольшим ступенчатым водопадом вниз. Ширина быстрого потока, который этот водопад организовывал, была крохотной, не больше метра, но даже такое натуральное природное явление привело омегу в восторг. Рик восхищенно присвистнул и хотел было вскочить на один из пологих камней, чтобы насладиться видом, но дикарь успел схватить его за шиворот и кратко отчитать с чувством:       — Куда ты полез? Вода ледяная!       — Ты думаешь, что я такой неловкий? — с легкой обидой в голосе ответил садовник, но всё же послушался и просто сел у источника, любуясь им. — Кстати. Ты ведь тоже новичок?       — Это моя вторая вылазка. Но я, в отличии от тебя, добытчик, боец. Прежде, чем отправиться с группой на задание, мы много тренируемся и изучаем внешний мир.       Диксон опустился рядом с ним и достал из кармана самокрутку и зажигалку, закурил, а после искоса поглядел на подопечного. Было ясно как божий день, что этот паренёк никогда не выбирался в подобную глушь, но для жителя закрытого полиса, он выглядел далеко не тупицей.       — «Внешний мир»?       — Не вы одни живёте за стенами. Правда для нас они служат защитой от настоящих тварей, а не являются хлипкой калиткой от мародёров.       — Что за твари? Какие-то чудовища, животные?       — Можно и так сказать. Ясно одно, что это точно не люди, — Диксон говорил громче обычного, так как шум источника заглушал тихие звуки. Взгляд его задумчивых глаз скользил по мокрым камням и рыхлой земле, а пальцы свободной руки поглаживали ствол пистолета, будто его это умиротворяло. — На моём личном счету уже больше трёх десятков, хотя я всего лишь второй раз за пределами города.       Когда за их спинами что-то хрустнуло, Граймс резко вздрогнул от неожиданности и быстро обернулся, впечатлённый рассказами о неведомых опасных тварях. Дикарь бросил на него лукавый взгляд, после чего мягко притянул к себе так, что их плечи соприкоснулись. Омега растерялся, не зная, как на это реагировать, особенно после их недавнего диалога, а потому молчал, опустив взгляд вниз и ковыряя заусенцы на большом пальце. Это глубокое доверительное чувство плавно и приятно обтекало в надёжное слово «дружба», и даже тихий горячий шёпот ОСа: «Не бойся, со мной безопасно», у самого уха, не так взволновало садовода, как самые первые прикосновения тогдашнего Диксона-незнакомца.       — Дэрил?       — М-м?       — Сколько тебе лет?       — Двадцать три.       Кажется, Диксон был удивлён подобным вопросом, но так уж получалось, что про Рика было известно практически всё, а вот он про своих новых компаньонов знал только несколько поверхностных деталей. Граймсу было несколько обидно за сей факт, поэтому он навёрстывал упущенное.       — А у тебя правда есть дедушка?       — Дед? — Дэрил хрюкнул от смеха, чертовски походя на своего старшего брата. Взгляд его совсем растаял, а на губах заиграла лёгкая полуулыбка-полуоскал. — Да, есть. Ворчливому хрену почти восемьдесят, но он еще цепляется за жизнь. Старая сволочь. Помимо него и брата у меня есть и мать. А ещё дядя и даже несколько тёток. Большая шумная семья и всё такое.       — Шумная семья лучше, чем вообще ничего, — Граймс не ожидал, что в его голосе будет столько странной горечи. Так как они заранее договорились, что физический контакт не имеет ничего такого, парень запустил пальцы в свои волнистые пряди волос и оперся локтем о покатое плечо наставника. — Я сейчас чувствую себя идиотом. Отправиться искать незнакомую женщину с толпой дикарей… Зря ты притащил меня сюда. Наверное, стоит вернуться в крематорий.       Парень поднялся на ноги и завис на долю мгновения, чтобы найти взглядом знакомую метку. Чувство жалости к себе редко навещало его, но накатывало такой волной, что плутонец не раз проклинал свою чувствительную «женскую» половину, благодаря которой его гормоны играли с организмом весьма неприятные шутки. Дэрил молниеносно вскочил с места и ощутимо тряхнул садовника так, что у того несколько раз клацнули зубы.       — Что ты несёшь?! Хренов суицидник, — прорычал он, даже не думая ослаблять захват. — Если бы ты видел то, что видел я, ты бы пищал от радости, что ты жив и здоров, а не ныл о блядском крематории!       — Можно вскрыться и без крематория, — в шутку заявил Граймс, веселясь от того, как бесится его новый знакомый. — Тебе-то что? Ты хоть сам понимаешь, зачем припёр сюда «суицидника»?       — Захотел и припёр, ясно?       — Я передумал оставаться. Вези меня домой!       — Нет!       — Да какого чёрта? — возмутился Рик, всплеснув руками и начиная заводиться не на шутку. — Зачем я тебе сдался? Хочешь сделать доброе дело, очистить совесть? Знаешь, есть множество способов, помимо киднеппинга!       Когда его лицо обхватили грубые шершавые ладони и по-хозяйски притянули к себе, плутонец машинальными резкими движениями рук освободился от этого нехитрого захвата и сделал шаг назад ещё до того, как тонкие губы реднека прижались к его собственным. Получилось так, что ОС потянулся к нему, склонился к желанным припухлым устам, и забавно причмокнул в воздухе, прикрыв глаза. Может быть, Дэрил хотел попросту заткнуть его таким способом, но плутонец явно был под впечатлением, что его скромная персона вызвала такую бурную реакцию у видавшего вида мужчины. После этого небольшого провала Диксон целую секунду буравил взглядом «суицидника», после чего махнул рукой и развернулся в сторону лагеря. Взвесив все «за» и «против», садовод быстро догнал его и задал, наверное, наиглупейший вопрос во всей истории человечества:       — Ты что… хотел поцеловать меня?       — Тебе показалось, — прорычал тот, даже не замедлив шаг. — Скажешь кому-нибудь — убью.       — Я не против.       — Да, да, ты хочешь сдохнуть и всё такое, — дикарь явно был не в настроении после случившегося.       — Не против поцелуя, — фыркнул Рик, едва поспевая за разогнавшимся бандитом, словно они играли в догонялки.       Дикарь остановился так резко, что парень впечатался в него на ходу и едва не свалился с ног, но Диксон успел придержать его. Вся эта ситуация была странной и смехотворной, но ни один, ни второй даже не думал смеяться. Вновь их окутала неловкая тишина, прерываемая только частым дыханием, да пением птах, копошащихся где-то высоко над головой. Пока оба решались на какой-либо первый шаг, или хотя бы шутливый комментарий, рядом с ними послышались тяжёлые шаги и недовольный мат Мэрла.       — Где вас носит, мать вашу? — прорычал он, появляясь из ближайших кустов и разглядывая подопечных. — Хотите новый перл? Аарон выделил нам одну палатку на троих. А знаете, что это значит, сучки? Кое-кто будет учиться складывать и раскладывать её за десять минут. И так было тесно, блядь, теперь вообще не продохнуть будет…       Рик и Дэрил смущенно переглянулись, после чего потащились вслед за своим старшим наставником, время от времени ухмыляясь от его недовольных витиеватых матерных фраз. Разумеется, Граймс держал язык за зубами, но не представлял как успокоить бешеный ход своих мыслей, которые сменяли одна другую, от идеи о его новой жизни с дикарями до недавнего события, когда крепкий и уверенный в себе парень неудачно попытался его поцеловать.