Running on Waves

      — Ты убил его! Убил! Убил! Чудовище!       Мягкое сонное утро небольшого лагеря прервал отчаянный крик, полный боли и ненависти. Обитатели кемпинга стали выскакивать из своих палаток практически без штанов, но вооружившись до зубов. Больше всего был обеспокоен Аарон, так как он являлся безусловным лидером этой группы и нёс ответственность за каждого её члена. Рядом с костровищем, расположенным практически по центру поляны, стояли три фигуры. Вернее, стоял только Дэрил, удручённо глядя на Граймса, которого в свою очередь держал Мэрл, чтобы плутонец перестал бросаться на одного из лучших охотников лагеря с кулаками. У ног Диксона-младшего валялась приличная туша оленя, которого он удачно подстрелил из арбалета ранним утром, но его радостный пыл добытчика угас минутой раньше.       — В чём дело? — грозно спросил Ралейг, подходя ближе к троице.       — Спроси у этого ненормального, — хмыкнул старший братец и отпустил садовника, когда тот перестал брыкаться и орать благим матом.       — Как ты мог? — стонуще протянул парень, упав на колени рядом с бездыханной тушкой, и стал гладить неподвижное животное, отчаянно всхлипывая. — Убить такого красивого… Беззащитного! Никогда не прощу тебя. Аарон! Посмотри, что он натворил!       — Ого-го! Дэрил, молодец! — воскликнула Бэт, сонно потирая глаза и рассматривая потрясающую добычу бойца. Она выскочила из своей палатки первой, а потому уже крутилась рядом с будущим шашлыком. — Здесь всем хватит на несколько дней.       — Я помогу тебе освежевать тушу, — добавила Мишонн, следовавшая за ней и с легким недоумением глядящая на плутонца. — А с этим что?       Омега переводил взгляд с одного члена лагеря на другого, шумно хлюпая носом. Лицо у него раскраснелось, глаза влажно блестели, брови были нахмурены домиком, отчего парень походил на рассерженного подростка. Граймс всё ещё не мог придти в себя после практически бессонной ночи с храпящими парнями по бокам, и даже то, что Дэрил куда-то ушёл под утро, не придало комфорта в пространстве тесной палатки. Рик ворочался с боку на бок и тщетно сбрасывал с себя руку Мэрла, пытающегося во сне захватить всю территорию небольшого лежака, а потому возвращение Дэрила было воспринято омегой как приятный сюрприз. Охотник выглядел невероятно довольным, когда помог новоиспечённому члену их компашки выбраться из палатки и гордо прошептал плутонцу на ухо «смотри, что я добыл на завтрак». Дэрил, разумеется, не знал, что взращённый на идеях пацифизма Рик устроит истерику, увидев тушу большого благородного оленя, вместо того, чтобы восхищённо упиваться силой и ловкостью добытчика лагеря.       — Рик, пойдём, — Ралейг был достаточно силён, а потому с лёгкостью помог плутонцу подняться на ноги. — Я объясню тебе кое-что.       Граймс с трудом нашёл в себе силы отпустить бедное животное, лежащее прямо на земле с высунутым языком. Ему было невероятно жалко ни в чём не повинное создание, особенно, когда он понимал, насколько флора и фауна мира за пределами Системы стала ничтожно мала. Взбудораженные обитатели кемпинга, которых так внезапно разбудили и заставили повыпрыгивать из палаток и спальных мешков, медленно потянулись вереницей к роднику, чтобы привести себя в порядок и начать готовить завтрак, который обещал быть безумно вкусным и сытным.       — Видишь ли, дружок, — Аарон с трудом подбирал слова, словно боялся разочаровать беглеца из Системы. Они медленно отдалились в чащу леса, и молодая зелень деревьев несколько успокаивала чувствительного омегу. — Охота для дикарей — естественное занятие. Мы бы погибли с голоду, если бы не занимались этим.       — Вы… Не только убиваете животных, но ещё и пожираете их плоть?! — судя по интонации бедняга был на грани обморока. — Значит то, о чём говорилось в истории — правда. Безумцы, которым стало мало крови… Расцвет каннибализма… Может быть вы и меня сожрёте?!       — Мы едим только животных, — поспешил заверить плутонца лидер лагеря. — Учебники Системы полны лжи и выдумок. Не спорю, что зерно истины там присутствует, но оно зарыто так глубоко, что ты никогда не разберёшься в чём дело без настоящих очевидцев тех событий. Обещаю, что в городе ты найдёшь все ответы на свои вопросы, но сейчас я прошу только об одном — доверься своей группе. Ну или хотя бы мне.       — Аарон? — за ближайшей растительностью послышался незнакомый мягкий голос, и через несколько мгновений в поле зрения появился худощавый молодой человек. Он с трудом опирался о дерево и придерживал ладонью правый бок. Когда лидер лагеря бросился к нему и ласково обнял, Граймсу стало несколько неловко, словно он подглядывал за этой парочкой инкогнито.       — Какой же ты упрямый. Я же просил тебя отлежаться как следует.       — Юджин осмотрел шов. Он сказал, что я могу продолжить путь, — настаивал на своём незнакомец. Он поглядел поверх плеча своего возлюбленного и болезненно поморщился, заметив пришельца. — А ты, должно быть, новенький, о котором все судачат? Меня зовут Эрик.       — Рик Граймс, — машинально представился омега, вжимаясь спиной в ближайший ствол дерева.       — Всё в порядке?       Вопрос был адресован Аарону, но плутонец всё равно кивнул пару раз, словно хотел убедить себя в этом. Мужчины перебросились парой слов, после чего Эрик послушно побрел назад в лагерь. В этот момент Рик в очередной раз прикусил себе кончик языка, понимая, что зря согласился на эту авантюру. Эти люди были Отбросами Системы не просто так — они грабили, дебоширили, убивали и лгали. В глубине души парень понимал, что это ещё далеко не всё, чем могли удивить его новые знакомые. А если представить то, что в их столице несколько тысяч таких сумасшедших, потерянных для общества людей, то это место скорее всего будет напоминать центр варваров, где благопристойному чистому жителю Плутона придётся искать кровную родственницу. Что, если и она абсолютно такая же, как и все эти дикари? Какой тогда вообще смысл следовать с ними? Ему не место рядом с людьми, которые думают только о своей шкуре и удовольствиях.       — Возвращаемся в лагерь. Нужно будет привести себя в порядок перед завтраком, — миролюбиво сказал Ралейг и мотнул головой в ту сторону, откуда доносились людские голоса. — Просто прими нас такими, какие мы есть. Никто не будет заставлять тебя есть мясо или охотиться.       — Л-ладно, — выдохнул садовник и неуверенно поймал пальцами лямку своего джинсового комбинезона. — Попробую, хотя это достаточно сложно.       Консервированные бобы, которые плутонец поглощал ложкой прямо из банки, были безумно вкусными и напоминали садовнику дом. Он бы отдал всё, что имел сейчас, чтобы на импровизированном столе дикарей, наспех собранном из пары досок и самодельных подставок, оказались родные фрукты и овощи, взращенные на ярком электрическом свете в душных зелёных теплицах, а не жареные куски чужой плоти. Когда-то давно, еще в детстве, Граймс слышал рассказы о том, что люди прошлого, а также ОСы питались живыми организмами, и это звучал как неумолимый факт истории о чудовищном выживании. Сейчас же, когда багажники их мобилей были под завязку набиты фруктовыми, бобовыми и овощными консервами, это выглядело издевательством над природой. А видеть искаженные странным удовольствием лица и слушать довольное мычание — неприятным испытанием. Впрочем, если бы Рик отказался сидеть с ними за одним столом, это могло выглядеть как оскорбление для целой группы людей, а потому ему было одновременно совестно и чудовищно противно. Кажется, утренними воплями он достаточно сильно задел Дэрила, так как тот был единственным, кто не поглощал мясо с блаженной улыбкой, а лишь сидел напротив плутонца с угрюмой мордой и рассматривал заусенцы на своих пальцах. Кажется, он вообще не притронулся к оленю после того, как садовник окрестил его убийцей.       — Как можно не есть мясо? — с набитым ртом пробормотал Юджин. Его щёки и губы лоснились от жира, а глаза жадно выискивали на общей тарелке кусок побольше. — Это чистый белок, необходимый для организма.       — А как можно есть того, кто ещё недавно был живым? — глухо отозвался парень, с трудом жуя бобы, так как аппетит после увиденного так и не проснулся.       — Брось, это всего лишь тупое животное, — фыркнул Мэрл, небрежно бросив к ногам Граймса обглоданную косточку. Когда Рик на миг потерял дар речи от произошедшего и уставился на обидчика пылающим взглядом, верзила показал ему средний палец.       — Это ты тупое животное! — сорвался парень, вскочив с места и сбросив со своего плеча руку Аарона, что слабо пытался угомонить его. — Вы все — дикари и убийцы!       — Полегче, парень, — заявил Глен и примирительно поднял руки ладонями вверх. — Тебя никто не заставляет здесь сидеть.       — Да, крошка, иди погуляй, — ухмыльнулся Мэрл, грозя омеге очередной обглоданной костью. — Можешь даже нарисовать какой-нибудь плакатик и постоять на заднем фоне. Только хлебальник не открывай.       Рик больше ни секунды не собирался оставаться в этом лагере, поэтому он позволил своей злости выплеснуться наружу. И, хотя многие за этим импровизированным столом не причинили ему особый вред, плутонец испортил завтрак всем без исключения: он пнул несколько досок так, что те перевернулись, а тарелки со старыми сколами и царапинами попадали на землю. Жареное на костре мясо оказалось в грязи, и на миг в лагере воцарилась гробовая тишина. Теперь взгляды дикарей нельзя было назвать добрыми и гостеприимными, но из-за Аарона, который был впечатлён не меньше своих друзей, никто не решался подняться и дать гостю взбучку. Воспользовавшись их замешательством, садовник развернулся на пятках и наугад поплёлся в густой лес. Разумеется, он собирался вернуться через несколько часов, чтобы Ралейг выполнил своё обещание и отвёз его в Систему.       — Ну и мудак, — фыркнул разведчик лагеря, переглядываясь с остальными.       — Да уж, братец, спасибо, — иронично протянул Мэрл, тщетно пытаясь отряхнуть оленину от земли. — Из всех ебанутых детишек Системы ты притащил сюда самого дебильного. О нет, Аарон, я вижу, что ты собираешься его оправдать! Даже не думай убеждать меня в том, что он, типа, особенный, и к такому не привык.       — Я… Нет, — лидер лагеря до сих пор был сбит с толку. — Ты прав. Я не думал, что бедняга настолько поехавший. Будет лучше, если Рик вернётся домой. Я видел достаточно фильмов о подобных попытках поместить сумасшедшего в среду обычных людей.       — Это как в «Эдвард — руки-ножницы», — вдруг отозвалась Бэт. — Он был особенным и не понимал, что делает не так. В итоге пострадал весь город.       — Вы себя слышите? — хрипло раздалось со стороны. Дэрил выглядел невероятно рассерженным, однако его, скорее, раздражала вовсе не недавняя выходка Граймса. — Если он вернётся, то его усыпят, как псину.       — Никогда не думала, что скажу это, но… — Мишонн подошла к большой кастрюле с маринованным мясом и стала насаживать его на шампур, — разве это наша проблема? У нас и так достаточно придурков в лагере.       Охотник поднялся с места и бросил на собравшихся недовольный взгляд. Он стал быстро собирать свои немногочисленные вещи, оставленные у костра во время разделки туши, после чего пошёл в ту сторону, где за густой зеленью скрылся омега. Кажется, Дэрил сам не мог объяснить природу своих странных чувств к этому мальчишке. Даже если у молодого мужчины и мелькали непривычные мысли по поводу мужского тела, что оно куда как более красиво и эротично, нежели женское, он гнал от себя подобное наваждение. Ему удавалось держать свои эмоции в узде многие годы, и если Дэрил чувствовал в себе приятное расположение к кому-либо, это казалось ему какой-то фальшивкой, навязанной гормонами и прочей хренью. С Риком было всё иначе. Диксона тянуло к нему настолько естественно, что даже странные мысли, придурковатый характер, до ужаса ненормальный пацифизм, вегетарианство и даже нескладная не мужественная и не женственная фигура последнего не могла отпугнуть охотника. Возможно, это тоже было каким-то психическим расстройством, ведь Дэрил не мог припомнить ни одного случая, чтобы он так рьяно желал хотя бы просто находиться рядом с объектом своего вожделения.       — Я же говорил, что братюня запал на дебила, — послышалось за спиной бойца.       — Да брось. Мы все знаем, что гиперответственность — черта, присущая вашей семейке, — пропела Бетани, радуясь, что кто-то заступился за странного парнишку.       — Чем ты его кормить будешь, идиот? — не сдавался Диксон-старший, смеясь и потешаясь сам с собой — все были заняты готовкой второй порции жареного мяса.       — Это уже моя проблема, — фыркнул шепотом Дэрил, взяв след мальчишки, словно опытная ищейка.       Рик ушёл не далеко. Может быть его и считали психопатом, но парень прекрасно понимал, что блуждать по лесу и ждать голодную смерть — такая себе перспектива. Услышав тяжелые шаги за своей спиной, омега намеренно замедлился, а затем и вовсе прислонился плечом к ближайшему дереву. Здесь не чувствовался отвратительный запах свежей крови и жареного мяса, а потому и мысли у парня со временем успокоились. Отчего-то плутонец знал, что следует за ним никто иной, как Дэрил. Граймс словно почувствовал его приближение задолго до того, как услышал знакомое сопение. Когда их взгляды встретились, садовник выдохнул и присел на дерево, когда-то давно поваленное сильной бурей. С одной стороны оно поросло мягким зеленым мхом, безумно приятным на ощупь, и Рик сделал вид, что рассматривает эту живописную картину.       — Псих в порядке, — заявил он, избегая взгляда охотника. — Если тебя это, конечно, интересует.       Диксон-младший издал какой-то средний звук между «ха» и «да», а после присел рядом, находя успокоение даже в такой мало-мальской близости. Хоть недавняя выходка «психа» и вывела из себя половину лагеря, Дэрил не чувствовал в себе злости или раздражения, наоборот — его растрогала такая искренняя реакция на смерть того, кто достаточно небрежно относится к собственному уходу из жизни. Парень постарше аккуратно, почти незаметно потянулся к руке Рика, а когда тот посмотрел на собеседника в упор, замер. И всё же, спустя мгновение, широкая горячая ладонь накрыла тонкие пальцы омеги, что до сих пор щупали мягкий мох.       — Ты — убийца, — пробормотал омега, к которому ещё ни разу в жизни не клеились так откровенно.       Ладонь скользнула дальше, поглаживая по выступающим костяшкам и бледной коже запястья, которую слегка тронула естественная бронза летнего загара. Один из лучиков пробился сквозь крону деревьев и угодил Рику в глаза, отчего плутонец поморщился и сложил свободную руку козырьком. Скосив взгляд на Диксона, омега заметил, что тот мягко наблюдает за ним из-под ресниц, а затем упрямо повторил:       — Нет. У вас полно еды, но ты всё равно решил убить.       Дэрил внимательно слушал его, опустив плечи и стараясь прислушаться и к себе тоже. Он и сам не понимал, какая сила удерживает его тут, заставляет сидеть с понурым видом, словно он действительно сотворил вселенское зло. Несомненно, у Рика с головой были большие проблемы, и Диксон был бы рад, если бы его это отпугивало, но всё происходило решительно наоборот.       — Может я вообще хотел впечатлить тебя.       Честность, наивность, своеобразная чистота и детское упрямство омеги притягивала реднека к себе, словно магнит. Особенно, когда обида и непонимание в глазах Граймса сменилось смущением и, кажется, прощением.       — Я впечатлён, — с сарказмом произнёс он и едва заметно подвинулся к охотнику. — Дикари действительно очень опасны, а ты здесь — самый главный дикарь.       — Не. Главный Аарон.       — Не для меня.       Когда их бедра соприкоснулись, двигаться навстречу друг другу стало невозможно, а потому Дэрил поступил проще — он сплёлся пальцами левой руки с пальцами правой руки Рика и наклонился к омеге. Тонкие губы прижались к тыльной стороне чужой ладони, и охотник вновь поразился своим инстинктам — сейчас всё происходило безумно правильно, словно судьба старательно готовила его к подобной встрече. Может быть Граймс какое-то время собирался оставаться молчаливым наблюдателем, но даже на его лице читалось поощрение и намёки на заинтересованность. Вспомнив о том, что приглянувшийся ему симпатяга — девственник, а потому Рик вполне мог не знать, как себя вести, Диксон потёрся о его запястье колючим подбородком и произнёс:       — Я больше не буду убивать животных. Только если в этом будет крайняя необходимость.       — Надеюсь твои друзья не помрут с голоду, — усмехнулся парень.       — Ха. Мир?       — Мир.       После этого воцарилась чудесная тишина, прерываемая лишь щебетом птиц, шумом листьев в высоких кронах деревьев, да какой-то общей лесной вознёй. Оба понимали, что возвращаться сейчас в лагерь не слишком хорошая идея, а потому никуда не спешили. Диксон молча сидел на месте, словно истукан. Он довольно щурился, устроив цепкий замок из пальцев на своём колене и время от времени поглаживал ладонь омеги, которую держал аккуратно, но крепко. Граймсу это вскоре надоело, а потому он принял более удобную позу — улёгся на широком стволе на спину, а кудрявую голову положил на колени охотника, подложив под неё ладонь. Диксон-младший вновь терпеливо сплел пальцы их рук и нежно, целомудренно прикоснулся губами к запястью Рика.       — У тебя есть пара? Там, в городе.       — Чего? Ты решил, что я не только убийца, но и блядун? — в шутку обиделся Диксон.       — А была?       — А как ты думаешь?       — Думаю, что ты так и будешь отвечать вопросом на вопрос.       — Хм. Ну, было дело.       — Парень или девушка?       — Девушка, разумеется. Женщина.       — Какой ты многословный, — шутливо сказал Граймс, разглядывая собеседника снизу вверх. — Расскажи.       — Да нечего рассказывать. — Диксон явно был смущен подобной темой разговора, но всё же продолжил: — Когда мне стукнуло двадцать один, Мэрл снял для меня проститутку, как подарок на день рождения. В итоге я напился в хлам и вырубился до того, как всё случилось. Я подговорил ту девчонку, чтобы она сообщила моему брату, да и вообще всем, что я теперь мужчина. Вот и вся история. Даже не знаю, считается ли это.       — Что значит «проститутка» я понял, — задумчиво выдохнул омега, чувствуя, как странные иголочки лёгкой ревности внезапно закололись в груди. — А то за «напился в хлам»? Ты выпил много воды и не смог двигаться?       — Эм… Знаешь, что такое алкоголь? — пораженно спросил Дэрил, а когда омега отрицательно помотал головой, то даже присвистнул от удивления. — Сколько же тебя ждёт чудных открытий! Обещай, что я буду рядом, когда ты впервые попробуешь его.       — Зачем? — заулыбался Рик, щурясь на солнце и чувствуя какой-то шуточный подвох.       — Просто обещай.       — Хорошо, обещаю.       — Славно.       Омега быстро догадался, что алкоголь — это что-то вредное и весёлое, как раз для таких диких отступников, вроде Дэрила. Однако Диксону удалось заинтриговать плутонца, поэтому Граймс решил, что когда-нибудь обязательно попробует не только алкоголь, но и «напиться в хлам». Охотник лишь хмыкал и качал головой, время от времени еле ощутимо прикасаясь к Граймсу, причем незаметно выбирал очень чувствительные зоны — подбородок, шею, кончики ушей. Вспомнив одну из уморительных историй про бухого брата, Диксон оживился и принялся делиться ею с Риком. На середине повествования поглаживания стали взаимными, а переглядки — более откровенными. Омега был удивительно лоялен к своему обидчику, а потому охотник смотрел на него с большой благодарностью, рискнув прикоснуться к голой коленке сорванца с тем ещё тяжелым характером. Они находились в какой-то эйфории, внезапно обретя друг друга именно сейчас, и даже если бы сюда заявился бы весь лагерь с факелами или пулемётами, им было бы плевать.       — Мне кажется… — Рик шумно прочистил горло и лихорадочно взлохматил свои волосы. — Кажется я возбуждён, Дэрил.       От подобной откровенности у охотника отвисла челюсть, а тело не замедлило среагировать яркой волной страсти, прокатившейся по венам и пожаром вспыхнувшей между ног. Диксон действительно растерялся, не ожидав услышать подобное от девственника, который априори должен стеснительно жаться в уголке и скрывать своё состояние до последнего. До чего же мало люди знают о жителях Системы!       — Я… Я могу, ну… — смотреть на смущенного и растерянного охотника было одновременно смешно и умилительно. — Сделать тебе приятно.       Когда реднек подобрал нужное слово, Граймс ухмыльнулся, чувствуя, что владеет ситуаций, и демонстративно лениво потянулся. Никогда он ещё не испытывал более эротичного момента, как сейчас, когда Дэрил блуждал восхищённым взглядом по его голым коленкам, всё ещё не рискуя касаться выше их.       — Только не говори, что хочешь заняться этим здесь, — выдохнул Рик, поднявшись на ноги рядом с деревом, что играло для них роль лавочки в лесу. Дэрил уставился на него всё ещё растерянным взглядом, омега и вовсе пошёл на попятную. — Тем более, что мы так мало друг друга знаем.       — Тогда зачем ты ляпнул про возбуждение? — неуверенность охотника как ветром сдуло, и в его голосе послышались низкие нотки недовольства и хрипотца. — У меня возникла некоторая проблема, знаешь ли.       Плутонец медленно опустил взгляд на широкие штаны Дэрила, на которых была нашита целая куча карманов для всякой нужной мелочи, после этого совершенно неожиданно присел на правую коленку Диксона. Охотник не лгал — в двадцать с небольшим молодые парни прекрасно знали, что значат бушующие гормоны, и он не был исключением. Присутствие Рика только добавляло желание, а его заинтересованный пытливый взгляд словно говорил «а ну, кто кого?»       — Так реши её, — заявил Граймс практически приказным тоном.       — Хочешь посмотреть, что ли? — пробурчал реднек, опустив глаза и прикоснувшись пальцами к пуговице на штанах. — Это как-то странно.       Вместо ответа омега накрыл его щетинистые щёки ладонями и на удачу прижался к тонким губам в неловком, но безумно чувственном первом поцелуе. Дэрил стонуще выдохнул и расстегнул штаны, после чего запустил туда ладонь. Он прикусил свою нижнюю губу и стыдливо зажмурился, чувствуя себя, скорее, музейным экспонатом — так внимательно Рик рассматривал его лицо, прислушивался к его дыханию и наслаждался отголосками каждой эмоции на загорелом лице. Свободной рукой охотник обвил узкую талию омеги, и тот сделал совершенно пошлую, противоречащую всем законам девственников, вещь: наскоро сбросил лямки комбеза со своих плеч и задрал белоснежную футболку вверх, обнажая грудь. Его тело выглядело уникально: не было никаких шрамов, родимых пятен и родинок; а на фоне белоснежной кожи яркими розовыми пятнышками выделялись соски, которые тут же напряглись от лесной прохлады и возбуждения владельца. У Диксона натурально потекли слюнки от подобного зрелища, и омега властно запустил пальцы в его волосы, чтобы ткнуть носом в свою грудь и дать возможность дикарю вылизать и покусать безумно чувствительные соски.       Дэрил не хотел показаться эгоистом, а потому с трудом разжал пальцы, судорожно сжимающие собственный член, и горячо стиснул пах мальчишки, с огромным удовольствием отмечая, что и у того крепко стоит под плотной тканью джинсов. Однако плутонец шутливо хлопнул его по руке и заявил, что хочет, чтобы его партнёр кончил. Диксон-младший подчинился, вновь сунув руку в собственные штаны. Он хрипло постанывал, когда Граймс прижимал его к своей груди и терся сосками о его губы, заставлял целовать шею и подбородок, слегка привставая для удобства, и глядя на всё это великолепие бешеным возбужденным взглядом.       И если Рик был сочетанием мужского и женского начала, то сейчас в нём взыграла сильная его часть, особенно, когда плутонец горячо проводил языком по щеке Дэрила и приказывал на ухо дрочить себе так жестко, насколько это было возможным. Стоило только тонким пальцам стиснуть горло взбудораженного бойца, как Диксон резко втянул ртом воздух, а выдохнул продолжительно, с удовольствием и подкатив глаза, вздрагивая всем телом. Омега довольно заулыбался, прикусив губу, после чего поднялся с места и привёл свою одежду в порядок.       — А ты, Рик? — хрипло прошептал Дэрил, как только отошел от шоковой прострации. — Я помогу тебе.       — Я пока не готов, — тихо пробормотал Граймс, ощущая, как пылают его щёки. — Но мне приятно, что тебе хорошо.       — Уверен? Бля, ты, конечно… Фух.       Реднек был ошарашен и доволен одновременно. Выражение его обалдевшего лица развеселило омегу, и он даже позволил поцеловать себя в щёку.       Им пришлось топать к роднику, чтобы привести себя в порядок. Дэрил то и дело бросал на своего спутника удивлённые взгляды, словно пытался убедить себя в том, что произошедшее — не плод его больного воображения, а реальность. В таком тихом омуте как Граймс скрывалось столько чертей, что Диксону хотелось выловить каждого и детально рассмотреть, чтобы наконец понять этого чудного парня. Вернулись они в лагерь спустя несколько часов. Многие были заняты своими делами и старались не обращать внимание на нового члена их команды. Игнор совершенно не смущал Рика, а потому он спокойно занимался разбором и сбором палатки, как учил его Мэрл, в то время, как Диксон-младший отлучился по очередному поручению Аарона.       — Рик, ты не мог бы сгонять до реки? — Когда Гленн подошёл к парню с этим вопросом, плутонец заметил обеспокоенный вид Ри. — Мэрл ушёл на север несколько часов назад, и по идее уже должен был вернуться.       Детально выспросив дорогу у азиата, парень отправился на поиски самого отбитого дикаря лагеря, удивляясь тому, что именно ему выпала такая честь. Дорога заняла меньше двадцати минут, а когда мелкая лесная тропка вывела омегу к берегу, Граймс с интересом осмотрелся. Среди невысоких камышей он заметил самодельный садок, в котором плюхались пойманные рыбёшки. Мучения любой божьей твари для парня были в тягость, а потому он смело вытащил садок и попытался высвободить живность. За спиной послышался треск сучьев, и странное инстинктивное чувство страха заставило кожу парня покрыться мурашками.       Плутонец затаил дыхание и спрятался за деревом, после чего любопытно выглянул на звук. Несколько странных фигур направлялись в сторону садка, в котором плескались рыбы. Они очень походили на людей, только вот когда в нос садовника ударил отвратительный запах разложения, а человекоподобные фигуры начали издавать утробные хрипы, он понял, что имеет дело с чем-то другим. Наверняка это были чудища, про которых его предупреждали. Наблюдая за двумя монстрами, к которым с запада приближался третий, омега заметил ведро, стоящее у одного из деревьев. Там тоже бился в неволе улов Диксона-старшего, разбрызгивая воду вокруг. Движение привлекло внимание хрипящих тварей, и они обступили ведро, после чего склонились над ним и выхватили беззащитную рыбёшку, хватающую ртом воздух.       — А ну отпусти! — воскликнул Граймс, выскочив из своего укрытия. Утром он был свидетелем убийства, и на этот раз не допустит мучения живой твари. — Отпусти, я сказал!       Пусть Рик никогда в своей жизни не дрался, смелости ему хватало на обе его физиологические половины. Он подскочил к отвратительным чудищам и сумел оттолкнуть одну из тварей назад. Человекоподобные вдруг зашипели и медленно потянулись к нему, щелкая сгнившими зубами, обступая и вертя желтыми глазными яблоками, в глубине которых затаились черви. Мужчина, самый высокий мертвец из присутствующих, быстрее всего потерял интерес к омеге и впился зубами в бок рыбёшки, которую только что выловил из оцинкованной тюрьмы. Отталкивать чудовищ от ведра было гиблым делом — они шипели, отмахивались от парня, словно от назойливой мухи, и вновь обступали своеобразную кормушку, загребая костистыми руками воду, а вместе с ней и новых безмолвных жертв.       Последнее, что помнил Рик перед тем, как пелена гнева застелила его глаза, это его отчаянный злобный крик и ручка ведра, за которую он схватился. Кажется, он разозлился настолько, что лупил своим странным оружием всё вокруг, не обращая внимание на то, что у пары обидчиков головы были разбиты буквально всмятку. Зловоние, кровь и гной летели во все стороны, сводя беднягу с ума…       Мелкая, самая последняя кроха билась на земле, трепетно принимая свою гибель. Окровавленные ладони быстро поймали рыбёшку и поскорее перенесли в прохладные воды. Завершив спасение, Граймс обессиленно упал на колени и пытался тяжело отдышаться. Он словно пребывал в прострации, чувствуя, что весь покрыт липкой вонючей жижей, а потому скорее принялся умываться. В процессе его стошнило прямо в реку, и он едва не потерял сознание от нахлынувшей на всё тело слабости.       — Эй, пиздюк, ты, что ли? Надеюсь, что хотя бы рыбу ты жрёшь, иначе какого хрена я тут весь день торчал? — знакомый голос окликнул его издалека, и, судя по звукам, Мэрл направился в его сторону. — Какого… Что за хуйня?! Что это блядь такое?!       Мужчина бросился к нему через перелесок, быстро пересекая расстояние, что их разделяло. Сложности добавляли пара-тройка трупов, чьи конечности и тела были разбросаны по всему берегу, и через них-то здоровяку приходилось перепрыгивать, как через полосу препятствий. Граймс смотрел на это словно в замедленном действии, и, когда Диксон-старший брякнулся рядом с ним на колени с безумным ужасом в глазах, шумно шмыгнул носом и заулыбался.       — Я же говорил, что не ем живых существ, — почти что ласковым тоном заявил он, размазывая по лицу чужую, почти запёкшуюся кровь.       — Не укусили? — выдохнул верзила, помогая мальцу встать и придерживая его за плечи. Когда Граймс задумался и отрицательно покачал головой, Мэрл повёл его в сторону лагеря, забив на расплющенное ведро, валяющееся на песке. — Идем-ка осмотрим тебя, малыш. А затем ты расскажешь нам какого хуя эти твари не разорвали тебя на куски. Вот это я сходил посрать, мать твою…