Under the Scales

Bella_Gold автор
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Описание:
Pet Shop of Horrors AU! Граф Ди заключает с Накахарой, эквилибристом в цирке Огая, договор о продаже весьма необычного существа ─ королевского питона, что в скором времени оборачивается в довольно надменного мужчину с золотыми глазами по имени Осаму Дазай. Три важных, подписанных Чуей условия контракта отделяют рыжего от фатальных последствий содержания анимага, но только надолго ли хватит у него терпения?

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Примечания автора:
*(анг.) ─ «Под чешуей».

Да, у Дазая здесь золотые глаза, он же змеиный король.

Леон Оркотт/Граф Ди II ─ фоновый пейринг.

I

5 февраля 2020, 11:04

Imagine Dragons ─ Bad Liar

Синие глаза неотрывно следили за каждым движением эквилибриста в воздухе, страховка поддерживало тело выступающего, но ее канаты не особо выделялись на общем фоне акробатического действия. Накахара мял в руках за кулисами цирковой арены обмотанный в желтый атлас цилиндр, обтянутые белыми перчатками руки выдавали напряжение артиста: миниатюрные пальцы в особо ответственные моменты номера с силой сжимали ткань. Низкорослый мужчина не участвовал в трюке, но отвечал головой за его постановку. Высоким каблуком сапога он елозил по смятому ворсу ковровой дорожки, периодически отдергивал вниз обделанные белой оборкой концы парадного фрака. Зеленый бант вместо галстука сдавливал глотку рыжего, за его плечами, перекатывая в ладонях рукоять хлыста, готовилась к своему выступлению дрессировщица ─ Айкико Йосано, обладающая достаточно твердым характером женщина. В огромных клетках рычали уставшие от репетиций тигры, до их выхода оставалось всего немного, но резерв терпения у хищников был не настолько долог. Мидори скалилась, а Аслан предупреждающе выставил острые когти на разведенных лапах. Волнение животных сказывалось на нервах рыжеволосого артиста, не поворачивая головы в сторону дрессировщицы, едва ли не приказным тоном он потребовал заткнуть тигров. Будучи женщиной своевольной и не желающей из принципа подчиняться словам мужчины, Айкико колко предложила в ответ закрыть рот самому Накахаре, тем самым поупражняться в так недостающей ему выдержки. Чуя только собрался бросить еще одну дерзость в сторону Йосано, как звук ударившего по положенным на землю доскам хлыста заставил закусить языки обоих работников цирка. Голос директора отдавал февральским холодом, в его красных, сверкнувших из широкого ободка черного цилиндра глазах читалось недовольство, произнеся лишь одну фразу крайне строгим тоном, он мгновенно отбил всякое желание у своих артистов продолжать совершенно бессмысленную, на взгляд Огая, перепалку в закулисье. Владелец цирка одевался неброско, в его одеждах отсутствовали яркие, характерные для всех остальных выступающих яркие цвета. Поверх серого жилета темноволосый мужчина надевал обычный, но во многом превышающий цену даже самого пестрого фрака Чуи, пиджак. Из аксессуаров ─ белые перчатки, как и у большинства циркачей, а также высокий цилиндр и блестящие под светом ламп платиновые запонки на манжетах выглядывающей сквозь рукава пиджака однотонной рубашки. Он не терпел животных, но ради огромной выручки, приносимой ему благодаря номерам с участием хищников, лошадей или экзотических животных, вроде говорящих попугаев, или одетых в платья обезьян, ему приходилось мириться с необходимостью постоянного созерцания этих существ под своим шатром. Кроме того, с рыжим у Мори была особая договоренность относительно его змей, суть которой заключалась в том, что, если он хоть единожды увидит одну из гадюк Накахары на сцене, то синеглазому эквилибристу придется незамедлительно распрощаться со своей живностью, если тому дорога его работа в индустрии развлечений. Признаться, Чуя и без этого предупреждения никогда бы не позволил так горячо обожаемым им рептилиям покинуть их террариумы на большее расстояние, чем площадь его вагона, так как далеко не каждый артист в их труппе переносит свободно разгуливающих под шатром и могущих при необходимости удавкой свернуть шею причинившему им боль человеку змей. Синеглазый мужчина облегченно, выдохнул, когда эквилибрист совершил удачное приземление в конце своего выступление, и ему бурно принялся аплодировать зал. ─ Людям вскоре надоест покупать билеты на представление, где на афише изображен один гимнаст, но в действительности выступает другой, ─ надтреснуто проговорил красноглазый директор, ─ сколько еще времени ты планируешь разочаровывать зрителей своим появлением в качестве организатора номера, но не эквилибриста? ─ рыжий чувствовал нарастающий с каждой минутой все больше и больше дискомфорт от стоящего в максимальной близости с ним начальника. ─ Думаю, что в следующем сезоне я смогу вернуться к своим непосредственным обязанностям, директор, ─ специально опуская глаза, чтобы якобы поближе рассмотреть затяжку на ленте своей шляпы, ответил Чуя. ─ Если не выйдешь на сцену следующим летом, то я расторгну с тобой контракт, ─ в очередной раз пригрозил досрочным увольнением так и не вышвырнувший из цирка Накахару до сих пор Огай, ─ мне надоели твои отговорки, ─ под ноги гимнасту продолжали лететь объемные букеты цветов, огромные бутоны роз утыкались ему в носок обуви. Стоящая все это время поодаль дрессировщица громким голосом отдала команду ассистентам вывозить на арену клетки с тиграми, поправляя чуть сползшие с ее розовых плеч перламутровые бретели купальника, однако резкий тон Мори заставил помощников тут же отступить, в растерянности отойти от раздраженных животных. Не снимая с головы короны, Айкико не спросила, а именно потребовала объяснений от хозяина цирка, почему он, собственно, решил притормозить начало ее номера. Но Огай не обратил на ее голос никакого внимания, жестом руки он пригласил подняться за кулисы вторую звезду его шоу ─ профессионального фокусника и специализирующегося на карточных трюках иллюзиониста, выступающего под неизменным псевдонимом Эйс. Этот мужчина пользовался популярностью среди публики, о нем писали в газетах, приглашали на множество передач в несезонное для представлений в цирке время. Светловолосый артист не редко злоупотреблял своим положением, например, как сейчас, за двадцать минут до появления директора в служебном помещении, он обратился к нему с просьбой поменять местами их номера с дрессировщицей. Женщина возмущалась в голос, но пользы от этого не прибавилось: гордо заходящий на парапет Эйс в кампании своего партнера по номеру француза Артюра Рембо совершенно не замечал Йосано. Артисты поздоровались с Накахарой за руку, европеец выразил свое удовлетворение качеством постановки номера гимнаста, после чего они поравнялись с начальником. ─ Все готово? ─ более мягко обратился к фокусникам директор, ─ не получится, что кто-то из неподготовленных успеет раньше подняться на сцену? ─ в прошлый раз незнакомый джентльмен с третьего ряда едва ли не испортил весь заранее спланированный трюк, без спроса взобравшись на арену. ─ Дама с первого ряда, мужчина со второго и пожилая чета возле входа, ─ спокойным голосом перечислил всех подсадных людей Артюр, провел подушечками пальцев по кружеву на куполообразных рукавах шелковой блузы, ─ услышав об Эйсе, они не стали претендовать на особо большую сумму гонорара за оказание своей услуги, ─ чуть приподнял уголки губ в кроткой улыбке француз, ─ в такие моменты мне сразу вспоминается «Титаник» с приглашенной на него парой для забавы публики, ─ мечтательно обвил темный локон на длинный палец иллюзионист. ─ Я представлю вас залу, ─ оглашение номера самим директором цирка считалось большой честью для любого выступающего, ─ заставьте их потерять дар речи и поверить в мистическую составляющую вашего трюка, ─ безэмоционально отдал завуалированное под подбадривающие слова распоряжение начальник. Как только с арены занесли последние букеты цветов вслед за эквилибристом, то поспешил отдернуть кулисы величественно идущий по ковровой дорожке в самый центр шатра Огай. С первых шагов красноглазого мужчину на сцену его окатила волна громких аплодисментов завороженных буквально каждым номером циркового шоу Мори зрителей. Накахара триумфально улыбнулся при виде огромного количества букетов, брошенных его эквилибристу. ─ Пробился за счет постели начальника, ─ вцепилась в предплечье сливового фрака светловолосого фокусника изо всех сил пытающаяся не показать свое огорчение поступком начальника дрессировщица, ─ вам обоим должно быть стыдно перед остальными участниками труппы, ─ Айкико перевела разозленный взгляд с Эйса на Рембо. ─ Советую соглашаться, когда предлагают, ─ языком «Туз» коснулся изнутри щеки, слегка оттопырив ее в недвусмысленном жесте «взять за щеку», ─ сейчас тебе уже поздно надеяться на привилегии директора, милочка, ─ оскалился в саркастичной улыбке иллюзионист, ─ не так ли, Чуя? ─ перед выходом из-за кулис окликнул его короткостриженный коллега. Низкорослый артист рассмеялся. ─ Мне не предлагают, но я за то, чтобы поставить нашу чересчур острую на язык дрессировщицу на место, ─ синеглазый эквилибрист надел цилиндр, сверкнул белизной ровного ряда передних зубов, ─ люблю смотреть, как публично унижаются так отчаянно пытавшиеся меня задеть минутами ранее люди, ─ не без удовольствия он всматривался в красное от злости, досады и негласного оскорбления лицо Йосано, ─ мне это придает сил, ─ говорящий отодвинул с шеи отросшие локоны. По большому счету Накахару не сильно волновали события со скрипом от нетерпения пережитого им дня, ведь самое интересное планировалось на вечер. Наконец-то, истекли обговоренные в договоре купли-продажи десять дней, и рыжий уже сгорал от предвкушения стать хозяином самого драгоценного (Чуя сам его так назвал) существа в мире ─ королевского питона. Хигути, подруга детства рыжего, также пребывала в приподнятом настроении далеко не только от удачно исполненных ею прыжков на лошади, но и от желания поскорее увидеть так красочно расписываемого эквилибристом змея. Блондинка, как и Чуя, еще не успела снять с себя сценический костюм: подол ее длинной юбки волочился по влажной от на редкость дождливого лета земле. Она что-то увлеченно рассказывала приятелю о своем выступлении, кажется, жаловалась на неудобную ей для езды рысцой длину каблуков и оставшихся без ответа просьб швеи подправить ей вонзающиеся в ребра кости корсета. Ичие привычно поморщилась, когда низкорослый артист вынул из пачки в брючном кармане сигарету, обхватил ее губами, поднеся к самому кончику пламя металлической зажигалки. От табачного дыма у наездницы щипало в носу и зачастую слезились глаза, но за много лет их дружбы она смирилась с подобной реакцией своего организма на курение эквилибриста. На цепных часах Накахары минутная стрелка постепенно подходила к нужному ему часу, он шаркал подошвами высоких сапог, прислонялся обтянутой в молочную перчатку ладонью к тронутой ржавчиной поверхности фургона, отколупывал пальцем старую, вздыбившуюся от ливней краску. Чтобы скоротать время наездница предложила Накахаре прогуляться до киоска с газетами, но тот, томясь от жажды как можно скорее взять на руки королевское животное, махнул на эту идею рукой. Неожиданно со стороны соседнего фургона раздались шаги, низкорослый мужчина напрягся, бросил в грязь тлеющий окурок. Хигути на всякий случай выпрямилась. Безусловно, блондинка много слышала о графе Ди и его необычном магазине, но пока не имела чести познакомиться с ним лично. ─ Знай свое место, Пьеро, роль Арлекина не для таких сопливых нытиков, как ты, ─ голос Акутагавы заставил Накахару цокнуть языком, а влюбленную в него давно, безответно и надолго Ичие зардеться румянцем, ─ будешь еще что-то вякать перед директором? ─ говорящий с силой дернул черный галстук на шее идущего рядом с ним юноши, ─ эй, я к тебе обращаюсь, подающий надежды ты наш, ─ смывшийся с себя грим паяца и крайне занятый сейчас разборкой с Ацуши Рюноске не сразу заметил уединившихся под фонарем фургона коллег. ─ Ай, Рю, ─ с трудом расцепил худые, но намертво вцепившиеся в галстук пальцы темноволосого партнера Накаджима, ─ подумаешь, я всего-то хотел на один вечер поменяться местами, ─ отдышавшись, продолжил в отличие от брюнета не увидевший вдали артистов Ацуши, ─ просто мне порой кажется, что ты переигрываешь сцену, когда Арлекин бьет палками Пьеро, ─ клоунада с таким сценарием не вызывала особо восторга у светловолосого аниматора. ─ Не кажется, ─ сквозь зубы процедил бледнолицый артист, подойдя чуть ближе к коллегам. ─ Ребята, ─ замялся немного опешивший от никак не ожидаемой им встречи Накаджима, ─ простите, если вдруг нарушили ваш отдых, ─ с улыбкой он стеснительно отвел руку за голову, параллельно с чем несильно толкнул брюнета ногой, чтобы тот поддержал его попытку загладить возникшую между ними неловкость. ─ Да, простите этого дурака, ─ в ответ артист кулаком пихнул белобрысого оппонента куда-то в бок. Чуя ничего не ответил, его мысли слишком сильно занимал предстоящий привоз питона, когда воспитанная Хигути не без заикания от волнения пожелала, прежде всего, объекту своего воздыхания приятного вечера, добавив к этим словам еще пару наполненных восхищением фраз о великолепном перевоплощении брюнета в образ дерзкого Арлекина на сцене. Довольный словами блондинки, но старающийся не проявлять свои эмоции внешне, Рюноске с прохладой в голосе поблагодарил девушку и, по обыкновению ухватившись за край петлей висящего на тонкой шее Ацуши галстука, потянул подавшего голос против своей роли в присутствии Огая Пьеро в сторону их совместно снимаемого фургона. Чуя не раз говорил Ичие, что эти парни напоминают ему его кобр в молодости: Широ и Куро, получивших свои имена по расцветке чешуи. По сути, держание ядовитых змей законодательно запрещено в домашних условиях, однако Накахара не смог устоять, чтобы не выкупить у браконьеров на черном рынке столь опасные экземпляры, которые, к сожалению, приходится всегда держать за толщей стекла аквариума, время от времени кормя их через щель крышки. Суть в том, что в первый месяц своего появления они буквально грызлись друг с другом за территорию в террариуме, постоянно разводили передние ребра, образуя капюшон. Но после года совместного и безвылазного проживания в одном огромном аквариуме кобры смирились друг с другом, перестали беспричинно нападать, пытаться «из вредности» отнять добычу. Правда, другое дело Маргери ─ эту ласковую к своему хозяину старушку, казалось, не могло ни что заставить агрессивно себя вести или без особой нужды обнажить пожелтевшие с возрастом клыки. Хигути не разделяла патологической любви к рептилиям низкорослого друга, но в данном случае даже она не могла опровергнуть столь подходящее для отношений Ацуши и Рюноске сравнение, хоть последний и был для нее первым принцем среди всех остальных принцев мира. Бедная девушка даже как-то раз пыталась гадать на суженого в лице Акутагавы в зеркале, пока пришедший на огонь свечи Чуя не надавал ей тумаков за подобную глупость. Наконец-то истерзанные ожиданием артисты наконец-то услышали звук мотора подъезжающего к вагону такси размером с микроавтобус.

***

Ди не находил себе места от грядущего часа расставания с питоном. Отдавать по-настоящему изысканное, имеющее богатую родословную и королевское происхождение животное какому-то хамоватому циркачу казалось ему сумасшествием, самой абсурдной мыслью из всех, какие только могли прийти на ум. Травяной чай не успокаивал его, пирожные приобрели приторный вкус, а кружащий вокруг фаянсового сервиза Софу только нагнетал ситуацию. Леон сидел за ноутбуком, пил излишне горький, по мнению графа, кофе и совершенно наплевательски по отношению к волнению хозяина зоомагазина смотрел какой-то боевик в наушниках. «Хватит суетиться, Ди», ─ развязно проговорил детектив, попутно с чем отпил кофе, ─ «давай, садись сюда, сейчас погоня начнется», ─ он похлопал по пустому месту на софе рядом с собой. Словами не передать, как оскорбился от подобной фамильярности владелец магазина, он раздраженно сдвинул к переносице тонкие брови, резким движением руки захлопнул серебристую крышку ноутбука. «Ваша техника облучает зверей», ─ тихим, чуть шипящим голосом произнес темноволосый китаец, провел заостренными ногтями по поверхности компьютера, ─ «будьте добры больше не устраивать в моем салоне кинотеатр», ─ тонкие, подкрашенные темно-вишневой помадой губы вытянулись в одну линию. Оркотт был на взводе, поступок китайца откровенно выбесил его, и светловолосый мужчина уже хотел нагрубить хозяину магазина в ответ, но звон колокольчика в дверь напрочь расстроил его планы. Приехала перевозка. В последний раз покачав головой в расстройстве от предстоящей разлуки со змеем, брюнет, сжимая подсвечник в костлявых пальцах, спустился в подвал. А если быть точнее: в золотые палаты Его Величества. Король, чего нельзя сказать о графе, нисколько не тревожился о своем очередном переезде, ведь самоуверенности у этого вида рептилий не занимать. Облачившись в парадную одежду и сапоги из мерцающей чешуи, он уже вовсю лобзал на прощание нежные руки суетящихся вокруг него дам ─ наикрасивейших змей магазина Ди. ─ Пятьдесят лет назад мой дедушка отдал в дар одному тогда еще мало известному кутюрье принцессу Шупетт, ─ после положенного поклона перед королевской особой прервал веселый смех девушек бархатной речью граф, ─ тогда у него не было ни цента, чтобы хоть как-то отблагодарить хозяина магазина за такой щедрый презент, ─ брюнет поправил капроновый, перекинутый через плечо платок, ─ но то было личным желанием Ее Высочества стать спутницей и персональной музой дизайнера. Шелковистые, белые волосы, голубо-сиреневые, словно море, глаза и, конечно же, королевская стать ─ все это делало ее самым настоящим центром мира для того человека. ─ Заинтересованная рассказом Ди графиня в атласном платье задумчиво положила голову на правое плечо златоглазого питона. ─ И, знаете, он не нарушил ни единого правила содержания королевской кошки на протяжении всей своей долгой и богатой, благодаря голубоглазой вдохновительнице на огромное множество модных коллекций, жизни, ─ китаец выдержал паузу, ─ после своей смерти он отблагодарил принцессу Шупетт, оставив ей в наследство целое состояние. ─ Как звали того кутюрье? ─ украшенная драгоценностями корона настолько плотно прилегала ко лбу мужчины, что по светлой коже стекали мелкие капли крови. ─ Карл Лагерфельд, ─ услужливо улыбнулся граф, ─ но далеко не все люди так отзывчивы к своим питомцам, ─ в разноцветных глазах Ди вновь мелькнула тень беспокойства, ─ Ваше Величество, вы точно уверены в своем решении? ─ летучая мышь-не-фамильяр вспорхнула с острого плеча владельца зоомагазина, взгляд ее бусинкоподобных глазок тоже выражал сомнение. ─ Более чем, граф. ─ Твердо ответил змей.

***

Накахара, должно быть, еще никогда не был настолько счастлив, как сейчас, стоя перед огромным зеркалом в одной ночной рубашке с повисшим на его плечах питоном. В записке Ди, прилагаемой к змее, говорилось о необходимости постоянно раскуривать рядом с рептилией присланные им в подарок благовония, однако рыжеволосый эквилибрист поспешил поместить нераскрытые упаковки с ароматическими палочками на самое дно мусорного ведра, дабы даже случайно не наткнуться на эти не пойми откуда привезенные травы. Гимнасту с лихвой хватило галлюцинаций в салоне графа в тот день, отчего он не горел желанием испытать на себе все эти последствия наркотического эфира вновь. Питон был великолепен. Его медовые глаза затмевали блеск любого начищенного до скрипа золотого кольца, а отдающая приятной к телу прохладой чешуя переливалась всеми цветами драгоценных камней мира под тусклым светом угасающей лампады. Чуя не встречал в своей жизни еще более прекрасного и благородного существа, чем этот воистину королевский змей, к удивительно гладкому телу коего хотелось как можно чаще прикасаться, ласкать панциреобразные пластины подушечками пальцев, проводить по бежевому животу, мягко спускаясь к остроконечному хвосту. Питон походил на тяжелое колье на шее рыжего, под его весом хоть и уставала жилистая шея эквилибриста, но Накахара не торопился выпускать из своих объятий сие сокровище, позволять ему вот так вот просто вернуться в свой холодный террариум вдали от аквариумов трех других питомцев артиста. Налюбовавшись королевской особой всласть, Чуя бережно положил змея на мягкую, уже расстеленную к ночи кровать, разложил вокруг него несколько декоративных подушек для подстраховки. Заготовленные для завтрака рептилиям мыши тихо попискивали в клетке, чуя страх перед еще одним хищником. Японец расслабленно откинулся на постель, дернул ранее сжимавшую в тугой хвост волосы ленту, провел миниатюрной ладонью по уставшему лицу, размазал с глаз несмытые остатки сценического грима. Завтра в девять начинался прогон выступления его гимнаста, по причине чего низкорослый мужчина должен был встать в семь, чтобы успеть самому отзаниматься два часа до прихода эквилибриста. Замена коленного сустава на самом деле служила лишь уважительным предлогом для двухгодового отсутствия рыжего на сцене в качестве самого выступающего. Чуя хотел элементарно отдохнуть от превратившихся для него в рутину за двадцать лет карьеры циркача однотипных движений акробата, придумать что-то новое, может быть, нечто более красочное и способное привнести в классический цирк Огая маленький элемент современности. Скажем, трюк с горящими кольцами, или же балансирование на тонком канате под открытым небом на самой верхушке красного в белую полосу шатра. Как же было бы красиво совершить сальто под залпы фейерверка на фоне иконостаса звезд… Его рука коснулась свернувшегося в кольцо змея, пальцы очертили рисунок короны на голове. С чувством полной удовлетворенности Накахара закрыл глаза, повернулся туловищем в сторону питона, чуть задел коленом ряд холодной чешуи. В эту ночь мысли не сплетались в мешающий спать комок, а, наоборот, постепенно затихали в рыжеволосой голове, плавно погружали эквилибриста в дрему. Перед глазами всплывали яркие образы его коллег, разукрашенные мелками кони, носящиеся по арене мартышки в ажурных платьицах, подтянутые акробаты и аплодирующий стоя под дождем сыплющегося конфетти зал. Почти всегда цирку Огая удавалось собрать аншлаг, полностью распродать далеко недешевые билеты в кассе. Громкие заголовки его представлений украшали страницы еженедельника, от кружащих вокруг шатра журналистов порой приходилось отбиваться силой, когда те, позволяя себе больше дозволенного, пробовали соваться в личную жизнь артистов с расспросами, кто с кем спит, и сколько стоит получить место в ряду любимчиков директора. Где-то за полночь низкорослый мужчина почувствовал разливающийся по телу жар, от духоты у него ощутимо пересохло горло. Японец, будучи в полусне, попытался подняться на кровати, чтобы налить себе стакан воды из стоящего на тумбочке графина, но прохлада чьих-то уверенно давящих на грудную клетку рук заставила его вновь откинуться на подушку. Накахара был уверен, что спит, потому что дверь фургона он лично закрыл на несколько оборотов изнутри, помимо чего, мастер-ключ находился только у Мори, который бы в жизни не стал пробираться в апартаменты своего работника впотьмах. К тому же начальнику уже есть с кем разделить постель. Причем на троих. Чьи-то пальцы огладили кадык на шее рыжего, царапнув ногтями кожу, скользнули за ворот рубашки, на ощупь добрались до нежно-розовых сосков. С пересушенных губ Чуи сорвался тихий стон, изголодавшийся по подобным ласкам мужчина прогнулся в спине на встречу фантомным касаниям призрачных рук, приглашающе развел под одеялом ноги, едва ли синеглазый артист почувствовал над собой тяжесть чего-то тела. Несколько месяцев у Накахары не было секса, его плоть настолько сильно жаждала интимной близости, что низкорослый гимнаст вполне был не против отдаться самому Дьяволу, если бы тот пообещал ему вытрахать из него последний дух. Удовлетворенно выдохнув, рыжий самовольно задрал мешающуюся одежду, предоставил «суккубу» полный доступ к своему твердому от бесконечных тренировок торсу. Гимнаст специально не открывал глаз, боясь спугнуть от себя развратного беса и, соответственно, проснувшись, понять, что все это было лишь проделками его собственного воображения. Так называемый мокрый, характерный для длительного воздержания сон. Рыжий дернулся, как только углубления пупка коснулось что-то холодное, напоминающее небольшой кубик льда. Язык. Кем бы ни был этот незнакомец, но полизывание разгоряченного живота прохладным языком ─ именно то, в чем больше всего на свете сейчас нуждался змеевед. Чужие губы провели влажную дорожку до резинки нижнего белья, когда пальцы умело ее оттянули, выпустили наружу сдавленные боксерами курчавые волосы паха. Рефлекторно Чуя вытянул вперед руку, дабы коснуться своей промежности, но к приятному удивлению для себя уперся ладонью в чей-то лоб. Тонкие пальцы поднялись чуть выше, зарылись в мягкие волосы незнакомца. Смоченная, судя по всему, слюной ладонь иллюзорного любовника провела по пробуждающемуся члену эквилибриста, уверенно оттянула с головки кожную складку. Язык коснулся щели уретры, и рыжий на полном серьезе забыл как дышать. Сердце бешено заколотилось под ребрами, кровь ударила в виски, а член отзывчиво толкнулся в губы партнера, намекая взять его поглубже в рот. Минет ─ это лучшее, что только можно сделать в постели для мужчины. Низкорослый змеевед захлебывался в собственных стонах, сжимал бедрами голову между ног, тянул на себя волосы, указывая на нужный темп работы глоткой любовника. Артист крепко закрыл свободной рукой глаза, чтобы даже случайно не поднять тяжелые ото сна веки, не увидеть пустоту на противоположном конце кровати и свою же руку в сперме на одеяле. И вот, когда его член дернулся в последний раз, выплеснув на простыню белесое семя, Накахара облегченно повернулся на бок, подтянул на себя покрывало. Ледяные, пахнущие сырой землей губы поверхностно мазнули по его губам, но рыжий уже не был в состоянии чувствовать полувоздушное прикосновение. Лучи пробивающегося сквозь прозрачную тюль солнца заставили рыжего нехотя приоткрыть глаза. Чуя не помнил, когда в последний раз ему удавалось так хорошо выспаться, как сегодня, чтобы не чувствовать ни ломоту в теле, ни ноющую боль в каменных мышцах. Он зевнул, попутно с чем принялся растирать лицо, прогоняя с краешков глаз последние следы сна. Ошибочно думая, что до звонка будильника еще оставалась уйма времени, рыжий лениво потянулся, убрал с лица огненную челку. Он вытянул ноги на матраце, неожиданно задев что-то твердое справа. Может, это все еще лежал свернутый в тугое кольцо питон? ─ первое, что пришло на ум начавшего поворачиваться на противоположный бок гимнасту. Велико же было его удивление, когда вместо дражайшего змея на декоративных, спущенных на середину кровати подушках Накахара обнаружил совершенно незнакомого ему мужчину, уткнувшегося носом в изумрудный шелк наволочки. Увиденное привело синеглазого артиста в оцепенение: первые секунды он не мог пошевельнуть даже кончиком пальца, неотрывно смотря на торчащие кости выступающего позвоночника на, мать его, голой спине. Сначала он не поверил, принялся изо всех сил тереть глаза, чтобы смыть перед собой видимость спящего человека, а затем, дощипавшись до красных отметин на руке, низкорослый змеевед резко дернул на себя одеяло, испуганно спрыгнув с постели. Видимо, сброшенное им ночью на пол нижнее белье скаталось в мягкий комок под ногами. С ужасом рыжий обнаружил засохший след чуть пожелтевших от света выделений на простыне. ─ Что ты, блять, здесь делаешь, чертов эксбиционист?! ─ не выдержал отдернувший как можно ниже края ночной рубашки Чуя, ─ немедленно вставай, извращенец, ─ со всей присущей Накахаре грубостью он со всей силы пихнул обнаженного незнакомца пяткой куда-то в область поясницы, ─ да-да, я тебе говорю, озабоченный, ─ заметив ответное шевеление, артист еще раз пнул темноволосого мужчину ногой, ─ поднимайся, сволочь, ─ осыпал его ругательствами крайне возмущенный появлением инкогнито в своем фургоне японец, ─ или я огрею тебя этим подсвечником по голове, ─ с отчаянностью он схватился за бронзовый подсвечник рядом с кроватью. ─ Но ты сам разрешил мне спать в одной постели с тобой, ─ неторопливо приподнялся на подушках мужчина, широко зевнул, сверкнув перед гимнастом несколько заостренными клыками, ─ хозяин, ─ будто бы что-то вспомнив, баритонально добавил «извращенец». ─ Да что ты, нахер, несешь такое? ─ взбудораженный не на шутку подобной наглостью эксбициониста, замахнулся над самым его лицом рыжий, одновременно с чем он уверено оперся коленом на край кровати. ─ Ты разобьешь мне лицо, ─ статично произнес незнакомец, вовремя перехватив руку эквилибриста, ─ а это некрасиво, знаешь ли, ─ с поразительной легкостью он отвел как можно дальше от себя пятерню Чуи, ─ тем змеям ты тоже угрожаешь подсвечником? ─ взглядом золотисто-желтых глаз он указал в сторону аквариумов, на что забеспокоившийся все ли в порядке с его рептилиями змеевед моментально обернулся. ─ Так-то лучше, ─ брюнет не упустил возможности расцепить на бронзовой ножке пальцы артиста, тем самым перетянув на свою сторону подсвечник. ─ Ты мой фанат, я не пойму? ─ с опаской глядя на сжимающую его запястье длань незнакомца, попробовал переключить внимание извращенца с очень нужного ему предмета самообороны рыжий. ─ У тебя член в шесть дюймов, о каких фанатах может идти речь, ─ с насмешкой бросил ему незнакомец, уткнувшись краем подсвечника в плечо гимнаста. ─ А сколько, блять, по-твоему, он должен быть?! ─ вспылил все еще не могущий вырвать руку из мертвой хватки чужих пальцев рыжий, ─ это нормальная длина для мужского достоинства, ─ слова брюнета разозлили синеглазого змееведа. ─ Может, для человеческого представителя, это и так, ─ с холодком отозвался темноволосый мужчина, ─ мой предыдущий хозяин не позволял мне лежать на его кровати, ─ пальцы надавали на тонкие вены Чуи, ─ он постоянно запирал меня в тесном террариуме зоопарка, ─ острые ногти оцарапали кожу японцу. ─ У тебя шизофрения, или ты издеваешься таким образом? ─ терпения у эквилибриста не осталось, ─ спрашиваю в последний раз: откуда ты взялся в моем фургоне? У тебя есть мастер-ключ? ─ Мастер что? ─ с непониманием переспросил брюнет, ─ но ты же сам купил меня в зоомагазине у графа Ди, ─ убирая подсвечник, проговорил эксбиционист, ─ я ─ королевская особа.
Примечания:
Конечно, кошки не живут пятьдесят лет, но история с кутюрье взята не на пустом месте.
Действительно у знаменитого Карла Лагерфельда была при жизни любимая кошка по кличке Шупетт, которая его вдохновила на целую серию коллекций. У нее была отдельная комната, дорогая посуда и личные слуги. Кроме того, дизайнер завещал своей любимице огромную сумму.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.