Under the Scales

Bella_Gold автор
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Описание:
Pet Shop of Horrors AU! Граф Ди заключает с Накахарой, эквилибристом в цирке Огая, договор о продаже весьма необычного существа ─ королевского питона, что в скором времени оборачивается в довольно надменного мужчину с золотыми глазами по имени Осаму Дазай. Три важных, подписанных Чуей условия контракта отделяют рыжего от фатальных последствий содержания анимага, но только надолго ли хватит у него терпения?

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Примечания автора:
*(анг.) ─ «Под чешуей».

Да, у Дазая здесь золотые глаза, он же змеиный король.

Леон Оркотт/Граф Ди II ─ фоновый пейринг.

II

9 февраля 2020, 23:39
Минутный страх от вида незнакомца сменился злостью у Накахары, когда брюнет начал говорить рыжеволосому эквилибристу совершенно абсурдные вещи. На больного златоглазый эксгибиционист не тянул, на вора, спящего в одной постели с хозяином, как-то тоже, а вот на любящего пробираться в чужие фургоны для своих мерзких утех по ночам извращенца ─ вполне. Хотелось влепить этому инкогнито по щеке за весь сказанный им ранее бред, но бить вооруженного тяжелым подсвечником человека ─ очень сомнительное решение, если вы, конечно, не профессиональный боец. Оттого Чуя попытался сделать шаг назад, как можно медленнее, боясь быть схваченным оппонентом, но, не теряя надежды вынуть со дна фруктовой вазы только сейчас им замеченный складной нож, коим синеглазый артист обычно нарезает фрукты в вагоне. На его счастье, эксгибиционист не предпринял никакой попытки как-то физически помешать гимнасту: двинуть его подсвечником, или же, продолжая держать пальцы на тонком запястье, потянуть явно уступающего ему в росте рыжего на постель. Наоборот, он отпустил его руку, как только артист попятился назад, параллельно с чем, не отводя изучающего взгляда желтых глаз от настороженного лица Чуи, «извращенец» бросил на ковер возле себя бронзовый подсвечник, катнул босой ногой антикварную вещь под кровать. На его мелькнувшей из под одеяла лодыжке Накахара заметил тонкую нить золотого браслета, от которой по ноге шли будто бы нарисованные хной контурообразные полосы, схожие с расцветом чешуи его любимого королевского питона. Мысль об этой чисто случайной схожести заставила эквилибриста вспомнить, что он не запирал змея в террариуме перед сном, как троих остальных своих питомцев. Словно будучи неожиданно облитым кипятком, низкорослый мужчина резко подпрыгнул на кровати, на раз два спустился на дощатый пол, рассерженно отпихнул от себя боксеры ─ неоспоримое доказательство, что темноволосый озабоченный что-то, да и получил с сегодняшней ночи. Осознание того, что до твоих гениталий вполне наяву дотрагивались чужие руки, более чем неприятно, но беспокойство за исчезновение так сладко лелеемой рептилии буквально перебивало все другие чувства Накахары. Питона в комнате не было, бельевой шкаф запирался на щеколду, а других способных спрятать нехилого в размерах животного мест не наблюдалось в мини-трейлере. Дверь, как и отметил спросонья артист, по-прежнему оставалась запертой изнутри, а замок целым, без малейшего признака взлома. Два небольших окна закрывались вручную и тоже со стороны рыжего, по причине чего змей не мог самостоятельно поднять раму. Террариум с полностью снятой крышкой пустовал, но, что удивительно, Маргери и кобры-близнецы приподнялись со дна своих аквариумов, в поклоне они уронили свои головы, максимально приблизившись к стеклу. Издалека создавалось впечатление, что животные приветствовали кого-то, или же выражали подобным кивком свою покорность. Рыжий попытался привлечь к себе внимание Широ с Куро, требовательно забарабанил пальцами по стенке террариума, но те проигнорировали этот жест, лишь Широ чуть раздвинул с враждебностью ребра, готовясь в любой момент полностью выставить белоснежный капюшон на своего хозяина. Молочная змея Маргери также не отреагировала на протянутую руку эквилибриста, с преданностью, но иному господину, в тронутых бельмом глазах она отодвинулась в сторону от в одночасье ставшей ей такой неродной ладони низкорослого хозяина. Допустим, у этого эксбициониста откуда-то взялся мастер-ключ, и он смог беспрепятственно проникнуть в фургон, после чего закрыть изнутри замок. Но, если он не покусился на такие ценности, как серебро, хранимые в шкатулке банкноты, не в особо большом количестве драгоценности и вполне себе имеющую вес в глазах скупщиков утварь, то тогда какой смысл брать бледнолицему извращенцу обычного, на его взгляд, змея? Да и еще и остаться после кражи наутро в постели с его владельцем? Нет, это совершенно не логично даже для повернутого на сексуальной почве человека. ─ Где питон? ─ подходя несколько ближе к сидящему в той же самой позе на подушках незнакомцу, сипло проговорил Накахара, ─ я спрашиваю, куда ты, сукин сын, дел моего питона?! ─ с ловкостью миниатюрная ладонь ухватилась за металлическую рукоять ножа, ─ на какой хрен тебе мог понадобиться мой змей?! ─ сквозь голос синеглазого артиста пробивалось отчаяние. Эквилибрист искренне не мог поверить, что самый лучший вечер в его жизни обернется настолько кошмарным утром. Неужели, он и вправду за один день растратил билет Фортуны, предназначенный на всю последующую жизнь? ─ Он перед тобой, ─ равнодушно сбросил с себя покрывало брюнет, проведя по заостренным к краям ногтям на левой руке, ─ и весьма голоден, ─ говорящий показательно коснулся впалого живота, ─ ну, не накормишь «свое сокровище» мышью? ─ как ни в чем не бывало сполз с кровати полностью нагой незнакомец, ─ я знаю, ты их держишь вон в тех клетках, ─ длинным, напоминающим звериный коготь, ногтем он указал в сторону воротивших опилки грызунов, ─ покормишь меня из своих рук, как самого дорогого тебе питомца? ─ казалось, и в мыслях этот мужчина не держал, чтобы хоть как-нибудь прикрыть пах. ─ Ты… ─ У рыжего не находилось слов, ─ ты довести меня решил, ебанный извращенец?! ─ лучшим вариантом для артиста в ту минуту показалось выставить в сторону надвигающегося незнакомца лезвием вперед еще липкий от сока мандаринов нож, ─ сейчас же отойди от меня, гад, ─ под натиском уверенных шагов оппонента рыжий все больше и больше отходил к стене, чувствуя себя при этом загнанной в паутину мухой, ─ я распарю тебе живот, если ты еще хоть что-то сделаешь со мной, ─ лопатки уперлись в железную, сверху обклеенную блеклыми обоями поверхность вагона, ─ и мне плевать, если это будет насмерть, ведь из нас ты сейчас перешел в нападение, ─ холодным кончиком ножа он коснулся молочно-белой кожи эксбициониста. ─ А ты уверен, что этим ножичком можно кого-то убить? ─ с иронией обхватил пальцами навершие импровизированного оружия брюнет, ─ его бы для начала подточить не мешало, ─ с поразительной силой для такого худосочного человека он вырвал, держась за один только наконечник, из пятерни низкорослого гимнаста складной, изрезавший лишь верхний слой его кожи на ладони нож, ─ твое сердце стучит так же громко, как минутная стрелка часов, ─ окровавленное лезвие упало на пол, ─ чего ты боишься? Королевские питоны отличаются верностью своим хозяевам, ─ между вымазанных в крови пальцев он зажал подбородок артиста, ─ я не причиню тебе весомого зла до тех пор, пока ты не нарушишь все правила контракта с Ди, ─ наклонившись, брюнет прильнул к открытому от тяжелого дыхания рту Чуи губами. Синие глаза были широко раскрыты, когда золотые лукаво сощурены. Тело Накахары дрогло от холодных, протиснувшихся под рубашку рук незнакомца, в грудной клетке не приятно щемило. На вкус губы инкогнито схожи с сырой землей, а язык влажный, как дождевой слизень. Но есть в его поцелуе что-то цепляющее, непохожее на то, как обычно посасывают губы друг другу люди, или же сплетают языки в особо пикантные моменты спонтанно нахлынувшей страсти. Сказать, что противны ласки «извращенца» ─ значит, соврать самому себе. Признать, что озабоченный партнер очень даже умел для роли любовника ─ предать себя. Свой первоначальный настрой. ─ Где гарантии, что ты безопасен для меня? ─ вязкая слюна растянулась между мужчинами, когда брюнет отстранился от теплых губ эквилибриста. ─ Твоя подпись в конце контракта, ─ эта фраза заставила рыжего закатить глаза. Ладно, так называемая графом инструкция по уходу за животным у японца лежала на видном месте, и во время крепкого сна гимнаста вполне было вероятно ее изучить. Особенно, если учесть, что там читать-то нечего: три пункта, дата, «D» и менее пафосная, чем одинокая буква владельца зоомагазина, подпись низкорослого змееведа. Либо все-таки брюнет безумен (хотя не тянет он на психа, не тянет), либо ему просто нравится дурить своих жертв подобной фигней, и мужчина, следует отдать ему в этом должное, явно профи в искусстве пудрить собеседнику мозги. Толкнув, но с меньшей силой, чем тогда на кровати, оппонента в грудь, эквилибрист отдернул задранную незнакомцем рубашку, сделал несколько быстрых шагов по направлению к бельевому шкафу. Краем глаза он увидел подходящую к десяти утра стрелку часов и не смог сдержать свой язык, чтобы не выругаться вслух. Японец опоздал не то что на собственную тренировку, а на входящий в его обязанности прогон номера выступающего под чуиным же началом молодого гимнаста. Мори, должно быть, был красен от гнева, ведь даже малейший сбой способен привести к громкому падению все остальные механизмы системы. Рыжий одевался быстро, наскоро он умыл лицо водой из кувшина, протер влажными ладонями уголки глаз, после чего, торопясь, выдавил на зубную щетку пасту. На бритье он не стал тратить время, хоть и колкую на ощупь щетину не терпел видеть на лицах своих сотрудников начальник. Собрав едва ли расчесанные волосы в хвост, эквилибрист спешно переоделся в первую попавшуюся ему под руку одежду, вынужденно наклонился, чтобы зашнуровать лакированные туфли. Внезапно рыжий почуял разносимый в воздухе горьковатый запах трав. На дне мусорного ведра он не нашел благовоний. Беспристрастно наблюдавший все это время за мельтешением Накахары по комнате незнакомец вдруг щелкнул зажигалкой в воздухе, поджег фитиль одной из ароматических, присланных графом палочек. Безусловно, эта зажигалка принадлежала Чуе. Как, собственно, и все сигареты в украденной «извращенцем» пачке. Если бы только японец не опаздывал сейчас на тренировку, то он непременно бы засунул все эти бруски благовоний чертову эксгибиционисту в зад. Отнюдь, сейчас каждая минута на счету, и медлить еще больше попросту нельзя. Резким, переходящим на крик голосом Накахара наказал брюнету ждать его здесь до конца дня (и по возможности прикрыть срам пусть тем же одеялом), иначе тот добавит к воровству еще и пунктик про сексуальное домогательство, пока он решает первостепенной важности дела в цирке, а потом пулей мчится в полицейский участок писать заявление. Конечно, про последнюю часть маршрута артист смолчал, но, кажется, брюнет все равно это каким-то образом понял. ─ Если хоть что-то или кто-то, ─ циркач указал рукой в сторону змей, ─ пропадут из моего дома, то я точно снесу тебе голову, урод, ─ он поправил ремень, ─ и советую, когда я вернусь, отдать мне питона в целости и сохранности, ─ пальцы ловко затянули на влажной от пота шее галстук, ─ кто бы ты ни был, но мне твои игры, пиздец, как не нужны, ─ он натянул на самые брови фетровую шляпу, ─ ты понял меня, озабоченный? ─ оставлять его наедине с животными не хотелось, но выбора особого у Чуи в данной ситуации не было. ─ Осаму. ─ Что, блять? ─ Мое имя Осаму Дазай. ─ Да хоть петрушка хренов. ─ Рыжий раздраженно захлопнул дверь. «Да что не так с этим мужиком?» ─ сам себе задал вопрос гимнаст. На перекур не находилось свободной минуты, как и самих сигарет с зажигалкой. На улице по сравнению со вчерашним днем стало зябко, темные тучи застилали последние участки голубого неба. Накахара не успел еще даже зайти под купол шатра, как негаданно столкнулся в дверях с размахивающим чашку в воздухе Пьеро, то есть Ацуши. Отдаленно напоминающая разбавленный чай жидкость выплеснулся на пиджак рыжего, но благо, это пойло уже успело остыть. Крики белобрысого юноши о том, что Люси, девятнадцатилетняя Мальвина в цирке Огая, вместо сахара растворила в чае цианистый калий, нисколько не задели Чую. Порой у всей труппы от разборок этой троицы начиналась мигрень. То Монтгомери заревнует Накаджиму к зрительнице, то уже сам Накаджима увидит конкурента, но уже по отношению к Акутагаве в лице молоденького дублера Арлекина. К тому же у низкорослого эквилибриста элементарно не осталось сил, чтобы должным образом отреагировать на пролитый чай. Наоборот, он искренне пожалел, что не перехватил чашку раньше до всплеска, быть может, гимнасту бы тогда удалось решить все свои насущные проблемы парой глотков отравленного напитка. К удивлению Пьеро, мужчина молча прошел вперед, безэмоционально прижал носовой платок к мокрому пятну на вельветовой ткани. Вяло гимнаст поприветствовал коллег, спешно пожал руки иллюзионистам, снял шляпу перед дамами, равнодушно поцеловал в щеку налетевшую на него с расспросами о змее Хигути и, наконец, однократно кивнул головой в сторону лишь поджавшей в ответ ярко-красные губы Айкико. Мори смирил вошедшего под купол гимнаста суровым взглядом, жестом облаченной в белую перчатку руки директор подозвал его подойти ближе. На все расспросы начальника, в чем заключалась причина неявки эквилибриста на прогон номера, Накахара тихо ответил, что предпочтет преподнести свои объяснения в более личной беседе, с глазу на глаз. Неудовлетворенный подобным ответом, но вынужденно согласившийся перенести разговор на обеденное время и в стены его рабочего кабинета Огай покинул рыжего. Размявшись в плечах, японец с грустью окинул взглядом одиноко стоящую на арене трапецию. В последний раз низкорослый змеевед обтер краем платка пиджак. Что и следовало ожидать, диалог с директором никак не повлиял на решение проблемы. Слова артиста о якобы случайно обнаруженном им в одной постели с собой голом мужчине нисколько не смутили темноволосого собеседника. Более того, начальник сказал, что обнаженные любовники в кровати Чуи ─ закономерный результат его образа жизни и частой смены партнеров в прошлом. Из уважения к заслугам рыжеволосой звезды босс не стал объявлять ему выговор, однако недвусмысленно дал понять, что это первый и последний раз проявления такой снисходительности с его стороны. Накахаре ничего не оставалось, как сухо поблагодарить Огая, и, наскоро доев ленч, одному отправиться в полицию, так как красноглазый мужчина даже слышать ничего не хотел о возможности кражи его всегда носимого с собой мастер-ключа. Однако в полицейском участке его ждало еще большее разочарование, чем обед с директором. Первый, к кому гимнаста направили после фразы о том, что он был покупателем магазина графа Ди, оказался никто иной, как детектив Оркотт. Тот самый светловолосый грубиян, что встретился артисту перед выходом из салона китайца. Говорить с Леоном рыжему не особо хотелось, но раз уж такое дело, и питона надо каким-то образом возвращать, то японец кратко описал ситуацию, опустив, правда, момент с ночным приключением и утренним поцелуем незнакомца. Несмотря на былое решение набить рыжему морду за хамство в тот день, американец среагировал быстро, вооружившись и получив соответствующий ордер, блондин тут же заколесил в сторону фургона циркача. С расслаблением Накахара закурил одолженную у Оркотта сигарету, когда они тронулись с участка. Едва ли японец успел захлопнуть переднюю дверь, как на асфальт упали первые капли дождя.

***

─ Теперь он точно меня примет за дурака, ─ не находил себе места мотающий по комнате пятый круг Чуя, ─ ты где, блять, прятался, пока он осматривал фургон? ─ с нервозностью в голосе обратился к укутанному в коричневую штору эксгибиционисту рыжий, ─ в какую игру ты со мной играешь? ─ с досадой он кинул снятые перчатки на кровать, ─ и где, черт возьми, мой питон? ─ от стука его каблуков по полу дрожала посуда на полках. ─ У Леона особое отношение к Ди, поэтому мне не стоит светиться в своем человеческом облике при нем, ─ брюнет растянулся на кровати, ─ почему ты больше не выступаешь как гимнаст? ─ он подпер подбородок рукой, повернувшись на бок. ─ Почему бы тебе не заткнуться, тварь, ─ злобно бросил Дазаю артист, ─ выставил меня настоящим идиотом перед детективом, ─ с раздражением он пнул ногой нижний шкафчик тумбочки. ─ Я хочу есть, ─ незнакомец скинул с себя тяжелую драпировку, ─ накорми меня ужином, хозяин, ─ с толикой требовательности произнес «извращенец». ─ Сдохни от голода, шваль, ─ отмахнулся низкорослый змеевед. Схватившись за голову, Чуя пораженно опустился на край постели, сжал огненные локоны в тонких пальцах. Как же так получилось, что когда Оркотт вошел в фургон, то златоглазого озабоченного и след простыл, а вместо него, свернувшись в кольцо, лежал на шелковых подушках пропавший с утра змей? Блондин, определенно, решил, что низкорослый гимнаст в конец спятил, если смог принять собственного питомца за какого-то извращенца-мужика. Неужели, это действительно так, и лежащий на постели брюнет ─ всего-то плод его больного в силу последствий благовоний графа воображения? Будто бы поняв, о чем опечалился артист, Осаму коснулся его плеч, тем самым вызвав волну крупной дрожи по всему телу оппонента. «Нет, этот гад вполне реален», ─ мгновенно мелькнуло в голове циркача, ─ «он просто дурит меня, вот и все», ─ чужие пальцы огладили напряженную шею, несильно дернули вниз отросшую прядь волос. Так или иначе, но завтра цирковое выступление, придет сотня людей, и просыпать утренний смотр номера категорически нельзя ни под одним предлогом. Он оттолкнул от себя полезшую к пуговицам рубашки руку незнакомца, рывком поднялся с кровати, попутно с чем снял с деревянной спинки сложенное вдвое полотенце. Не мешало бы помыться перед скудной, спасибо всей этой суматохе с эксгибиционистом, трапезой. Водопровод в фургоне отсутствовал, всю воду для мытья приходилось набирать в тазы в колонке, а после греть в небольших емкостях на переносной конфорке. Неудобно, но за долгое время полукочевого образа жизни циркового артиста ко всему можно привыкнуть, включая три кабины уличного био-туалета для всех работников шатра. Необходимость Накахары тратить несколько часов на полный прогрев большого количества воды решилась вполне удачным для него способом. Запасливая Ичие с любезностью предложила взять лишний ею заготовленный жбан с еще не успевшей остыть водой, видя, насколько сильно ее друг детства выглядел измотанным со стороны. Без особого энтузиазма низкорослый гимнаст поблагодарил наездницу, сразу после чего удалился в свой вагон. Там, за ширмой мужчина разделся догола, растер по ладоням пахнущий мятой шампунь. Сухая рубашка липла к мокрому телу, по острым плечам эквилибриста скатывались прозрачные капли. У рыжего напрочь отсутствовало желание есть со всеми. Вино, бутерброды с творожным сыром, купленная по пути домой в продуктовом мясная нарезка, консервированные кольца ананасов ─ скромный ужин на одного человека в кампании насытившихся мышами змей. Низкорослый мужчина слышал, как хрустнул позвоночник грызуна под клыками изрядно проголодавшейся Маргери. «Каберне Совиньон» горчило на языке после сыра, гимнаст жевал ветчину без всякого аппетита, чуть ли не давясь каждым вторым куском. Пластиковая вилка прокалывала мясо до самого дна тарелки, ломала от сильных нажатий руки японца тонкие зубья. Все это время незнакомец сидел поодаль, с края его рта стекала слюна, медово-желтые глаза пристально следили за оттягивающим зубами кожурку с ломтя салями Чуей. У эксгибициониста была возможность подойти, с силой отнять у подавленного змееведа пищу, однако он не сдвинулся с места. Желудок Дазая урчал, но какие-то невидимые цепи силой удерживали брюнета на кровати. Небрежно вытерев красные от вина губы салфеткой, низкорослый мужчина поначалу стал складывать недоеденные остатки в пакет вместе с одноразовой посудой, но, бросив беглый взгляд в сторону изнывающего от голода Осаму, пренебрежительно швырнул на пол очистки со словами: «можешь доесть». Эта фраза заставила темноволосого незнакомца незамедлительно подняться с постели, гремя золотым браслетом на лодыжке, он подошел к обрезкам. Край коричневой шторы сполз с бледного плеча «извращенца», когда тот опустился на ковер. В отличие от Накахары, он ел с жадностью, вонзал, словно пики, остроконечные зубы в покрытые каплями жира куски, пачкал длинные пальцы в мягком сыре, рвал когтеподобными ногтями целлофан. ─ Почему сам не отнял у меня еду, если так хотел жрать? ─ с явным непониманием вопросил низкорослый эквилибрист, прислонившись к темной стенке платинового шкафа. ─ Королевским особам не полагается есть самим, ─ облизывая удивительно длинным для человека языком масляные подушечки пальцев, отозвался брюнет, ─ к тому же без формального разрешения хозяина, ─ говорящий сложил поудобнее ноги, ─ не нальешь вина? ─ златоглазый мужчина сжал в руке изящную ножку пустого бокала, ─ согласно контракту Ди, у меня тоже есть ряд ограничений, ─ кончик каштанового волоса упал на линию острого носа, когда незнакомец взмахнул головой. С полным пониманием всей абсурдности слов Осаму синеглазый гимнаст присел рядом с незнакомцем. Резким движением руки поднеся темное горло бутылки над самыми губами оппонента, он со злостью наклонил вино, позволил алым ручьям окропить светлое лицо.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.