Vrucina 18

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Футбол

Пэйринг и персонажи:
Иван Ракитич/Лука Модрич, Иван Ракитич, Лука Модрич
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: AU Hurt/Comfort Мистика Сновидения

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Страшный жар опаляет его кожу, и Лука понимает, что снова не выдержит.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Парам-пам-пам, здрасьте. Я никогда не умела такое писать, не умею и вряд ли научусь. Но мой отбитый мозг не может нормально работать, поэтому я написала это. Надеюсь, несмотря на корявое исполнение, суть будет понятна.
Коллаж: https://vk.com/photo-185790021_457239298
Енджой, если сможете)
21 января 2020, 23:03
Примечания:
Vrućina (хорв.) - тепло, жар
Вокруг лишь гладкие белые стены, уходящие вдаль и разветвляющиеся бесчисленными коридорами. От них веет холодом, пустотой и страхом. Голые ступни касаются ледяного пола, и Лука вновь, в тысячный или миллионный уже раз бредет в неизвестном направлении. За время всех своих бесконечных плутаний он так и не понял, откуда идет безжизненный белый свет, где начинаются и кончаются коридоры и чего от него хотят. А может, и ничего не хотят, и Лука бессмысленно бредет, бредет и бредет. Коридорам нет конца и края, в ушах звенит вечная тишина, и даже сам Лука не в силах нарушить ее: кажется, попадая сюда, он теряет голос. Он в очередной раз, проверяя, открывает рот и пытается сказать что-то, крикнуть и позвать на помощь, но звук растворяется внутри него, и он молчит. Иногда мимо скользят тени - знакомые, но неуловимые и такие же бесшумные, как и все вокруг. Лука различает силуэты людей, деревьев и животных... Кажется, все это откуда-то издалека, из самого детства... Тени задевают его бесплотными конечностями, и лёгкая дрожь пробегает по его телу. Они все - серые, холодные и быстрые. Луке хочется увернуться, скрыться от них, спрятаться... Но тщетно. Тени настигают его, холодят кожу липкими прикосновениями и исчезают в глубине этого огромного лабиринта. Впереди виднеется золотой отблеск, и Лука понимает, что очередное путешествие близится к концу. Вдали появляется сияющий силуэт, и Лука даже отсюда чувствует лёгкое тепло. Он ускоряется, почти бежит. "Лука... Лука..." - слышен шепот. Силуэт зовет его, ведет куда-то сквозь лабиринт, но Лука не успевает. Свет ослепляет. "Постой, подожди", - хочет крикнуть Лука, но беззвучные слова тонут в густом воздухе. Силуэт немного замедляется, оборачивается, и поток света бьет Луке в лицо. "Иди ко мне... Возьми за руку... Я помогу..." - слышит Лука. Он стискивает зубы, движется вперед, пытаясь дотянуться до протянутой руки... "Не бойся обжечься"...- легко сказать. Страшный жар опаляет его кожу, и Лука понимает, что снова не выдержит. Глаза болят от сияния даже сквозь сомкнутые веки, лицо горит огнем от страшной температуры, и он с отчаянием отпрыгивает назад. Силуэт печально опускает голову, и Лука хочет броситься вперед, но это не помогает. Он сдался в очередной раз, и спасительная тень тает, оставляя лишь золотистую пыль на ледяном полу. Лука прижимается к нему всем телом, остужая пылающую кожу, мечтая о том, чтобы эта пытка наконец кончилась. Вокруг все кружится, и он привычно выдыхает, выныривая из лабиринта с тем, чтобы вернуться туда снова в одну из ночей. Лука чувствует себя абсолютно разбитым. Впрочем, как и каждый раз после этого гребанного лабиринта. Он опаздывает на завтрак, пытаясь взбодриться холодной водой и придумать способ скрыть мешки под глазами, поэтому есть приходится очень быстро и молча. Оно и к лучшему, ибо отвечать на бесконечные вопросы товарищей по сборной по поводу его бессонницы не хочется от слова совсем. После завтрака вместо привычного распорядка дня с кучей обсуждений тактики и тренировок их ведут в гостиную. Билич ждёт их там - и он не один. На диване сидит молоденький паренек на вид лет восемнадцати. Светлые волосы спускаются прядями на плечи, а серые глаза смотрят немного робко и любопытно. - Ребята, это наш новый игрок, - сходу обратился ко всем присутствующим Билич. - Иван Ракитич. Официальное представление будет позже, но Иван присоединится к тренировкам уже сегодня. Прошу любить и жаловать. Билич покинул комнату, позволяя игрокам познакомиться с новым членом команды. Все тут же обступили новичка, и только несколько игроков, включая Луку, остались в стороне. Лука сам не понимал, но почему-то новенький ему не понравился. Мнение Луки никто не разделял, и спустя пять минут по комнате уже разливался весёлый звонкий смех Ивана.

***

На тренировке нужно было разбиться на пары. Лука тревожно огляделся по сторонам, присматриваясь, куда бы пристроиться, как вдруг сзади раздалось веселое: "Привет". Лука подскочил от неожиданности и обернулся. Перед ним стоял, сверкая своей раздражающе белоснежной улыбкой, новенький. - Я Иван, - он протянул ладонь. - А то я не понял, - буркнул Лука, не спеша отвечать на рукопожатие. - Мы так и не познакомились, - казалось, тон Луки Ивана нисколько не смутил. - Лука, - вздохнул тот, пожимая протянутую ладонь. Она оказалась на удивление теплой... горячей даже, хотя конец августа не радовал погодой, и всем приходилось одеваться тепло. Лука поспешил выдрать ладонь из чужих крепких пальцев и спрятать в карман. - Поработаем в паре? - предложил Иван. Лука хотел было отказаться - ближе знакомиться с болтливым и настырным новичком не хотелось, но все уже разбились по парам, и ему ничего другого не оставалось. - Ладно, - сухо кивнул он. Иван оказался довольно хорошим партнером. Он четко выполнял все указания тренера, и они с Лукой умудрились справиться со всеми заданиями на отлично. Правда, Иван болтал не умолкая, и Лука чувствовал, как с каждой секундой его голова все больше и больше кружится от обилия быстрой речи. К тому же в речи Ивана был заметен лёгкий немецкий акцент, который прилично усложнял быстрое понимание. На обеде Иван напросился сесть рядом с Лукой, да и вообще, как привязанный, носился за ним повсюду. Этакий хвостик, неотступно следующий за Лукой. К концу дня голова гудела и раскалывалась. Придя в номер, Лука, не раздеваясь, рухнул на постель и уснул мертвым сном без единого сновидения. На следующий день Иван никуда не делся и не отлип от Луки. Правда, теперь было гораздо легче: кажется, у Луки на его болтовню выработалось что-то вроде иммунитета, и вскоре он перестал раздражаться и замечать постоянное вмешательство в личное пространство в виде объятий и лёгких прикосновений. К концу дня он даже поймал себя на том, что улыбается очередной глупой шуточке - причем улыбается совершенно искренне и счастливо. Так прошло три или четыре дня. Лука сам уже стал подсаживаться к новому другу и с охотой слушал всевозможные сильно приукрашенные истории из жизни того. Иван с удовольствием говорил о себе, но, получив на один из вопросов о личном сухой мрачный ответ, границы дозволенного не переступал и Луку расспросами не донимал, за что тот был ему благодарен. После очередного тренировочного дня Лука вернулся в свою комнату на базе, принял душ и улёгся в кровать. Но глаза не смыкались. Он лежал, тупо глядя в потолок, и не думал вообще ни о чем. Так прошло несколько часов, и Лука даже не заметил, как все стихло. Стрелка часов перевалила за три, когда в дверь внезапно робко постучали. Чертыхаясь, Лука поднялся с кровати и подошёл к двери. За ней обнаружился смущённый Иван, завёрнутый для теплоты в одеяло. - Что случилось? - удивлённо спросил Лука. - У меня это... - Иван робко шмыгнул носом, - окно заклинило... Холодно очень. - А я тут при чем? - не понял Лука. - Я хотел у тебя поспать, - Иван опустил глаза в пол. - Можно? По-хорошему, надо было бы отправить Ивана к Биличу за ключом от одной из свободных комнат, но, представив себе гнев разбуженного "ради такого пустяка" тренера... - Ладно, заходи, - Лука со вздохом посторонился, и Иван тут же весело влетел в комнату. Лука постарался было умоститься на краешке широкой кровати, но потом справедливо рассудил, что постель его, а значит, бо́льшая часть ему и достается. Он немного спихнул в сторону Ивана и укутался в одеяло. Его "соседа" вырубило за три минуты, и Лука, все еще мучающийся от бессонницы, только мрачно завидовал ему. Он принялся считать тиканье будильника, но и мерный ход стрелок не помогал. Иван заворочался и придвинулся ближе. Его рука каким-то незаметным образом оказалась в районе талии Луки, и тот вдруг почувствовал себя... уютно. Он прикрыл глаза и принялся считать овец, надеясь, что хоть так сможет наконец уснуть. Иван придвинулся ещё ближе, и Лука почувствовал буквально неистовый жар, исходящий от его тела. Самым правильным вариантом было спихнуть Ивана на пол, но кому нужен здравый смысл? Лука сам прижался к тёплому боку и уснул непривычно быстро. Коридоры тянутся бесконечно. Лука бессмысленно бредет вперёд и замечает золотистый свет вдали - на сей раз гораздо раньше. Он торопится, даже понимая, что и в этот раз ничего не выйдет, но силуэт внезапно остаётся на месте. "Не бойся обжечься" - шепчет силуэт и делает шаг к Луке - впервые за годы однообразного кошмара. Лука колеблется секунду, а затем резко шагает вперёд, оказываясь в самом эпицентре жара. Его пальцы касаются чужих лишь на мгновение, но и этого хватает. Свет меркнет, его свечение становится мягче и добрее... Иван смотрит на него глубокими серыми глазами: - Я помогу. Выведу. Идёшь со мной? - Иду, - Лука улыбается, понимая, что говорить он может. - Веди.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.