Старшая школа. Хенины

Хенджин приходит. Он обнимает Яна и берет за руку. Сейчас они пойдут домой к Хенджину. Теперь Чонин будет жить там, Хван так решил. Они начинают медленно идти в нужную сторону. — Ты же не бросишь меня? — Хенджин молча кивает. Конечно не бросит… ему не нужно это. *** Прошло уже две недели. Две недели Чонин не видел маму, даже не разговаривал. Две недели он живет вместе с «лучшим на свете хеном» И две недели Хенджин мучается, наблюдая за тем, как Ян по дому ы шортах ходит… В один прекрасный момент у него кончается терпение. Хван готовил обед на двоих. В принципе он хорошо готовит, знает много рецептов, может все правильно сделать. Но сегодня кое-что очень сильно мешает. Чонин. Он обниматься лезет, носом по шее водит, прижимается. — Ты красивый. Особенно когда готовишь…— Последние границы стираются в тот момент, когда Чонин своим пахом о чужое бедро еле заметно трется. Дышит шумно где-то сзади и продолжает… Хван отодвигает посуду, продукты и прочее. Он делает все так, будто ничего не происходит. Хенджин резко разворачивается, хватая Яна за запястья. ~ что же ты делаешь? Думаешь, что я не чувствую? ~ — О чем ты? — Чонин строит из себя саму невинность. Только Хенджина не проведешь. Он же чувствует все. И Ян сейчас чувствует. Чужое дыхание на шее, а еще что-то, что упирается в правое бедро. — Ты стал такой озабоченный, Нини. Раньше ты был таким правильным мальчиком, милым, послушным ребенком.— — Я все еще послушный.— — Убеди меня.— Чонин смотрит, поеверить не может, губами в двигает, пытается понять происходящее. Но оказывается повернут спиной, видя перед собой стол, а не Хенджина. — Раздевайся, ты же послушный. — И Чонин опускает домашние шорты. Он трясется, но мысленно победно кричит. Только скоро он будет кричать по другой причине. Хенджин улыбается, неужели его мечты становятся реальностью? Он оглаживает, сжимает и шлепает легонько. Но Ян больше хочет. Когда же ребенок так поменялся? — Почему ты еще ничего не сделал? Почему ты просто трогаешь меня? Неужели ты только этого хотел? — Второй раз говорить не надо было. Хван пару секунд находится в состоянии шока, а потом пальцы мочит. Сегодня придется обойтись слюной… Он руку вниз тянет и находит то, что искал. Хенджин толкается вперед и проталкивает палец. Чонин вздыхает и мнется от непривычных ощущений. Второй палец. Ян дышит громко и хнычет от того, насколько это непривычно. Третий. С губ срываются тихие стоны. Спустя немного времени Хенджин заменяет пальцы на себя. Он толкается резко, входя до упора. Чонин вскрикивает, распахивая глазки. Он выгибается в спине, переступает с ноги на ногу. — Э.это слишком резко…— Хенджин останавливается, дает привыкнуть. Потом младший успокаивается, начиная двигать бедрами. Дважды говорить не надо, Хенджин начинает двигаться снова. Сначала медленно, потом быстрее. Чонин стонет, не особо громко, но и не тихо. Когда Хван продолжает ускоряться, Ян не может себя сдерживать, прося придерживать его за бедра, хотя бы за талию. — Я смещаюсь…— Быстрее. По комнате эхом разносятся шлепки, стоны, больше похожие на крики и сбитое дыхание старшего. Хенджин сильно сжимает бедра младшего. К утру там появятся синяки. Хван наклоняется, целуя за ухом, а после прикусывая загривок Чонина. Он толкается и замирает. Ян кое-как держится на ногах. Второй раз. Мальчик прогибается в спине. Третий раз. Ян вскрикивает, пачкая под собой стол и свой живот. Хенджин чувствует, как его тело становится мягким и расслабленным. Еще пару минут. Старший выходит почти полностью, после подается бедрами вперед, входя до упора. Повторяет это, постепенно доводя себя. Еще пару минут… … И Хенджин выходит. На этот раз полностью. Он до разрядки доводит себя рукой, наблюдая за уставшим, но довольным младшим. Тот все еще не может восстановить дыхание, щеки розовые, а губы растянуты в слабой улыбке. Такая же, как раньше, когда они встретились. ** Девять часов вечера. Они лежат в кровати, смотря какую-то глупую дораму. Про любовь… или просто про счастье. Чонин головой на груди у старшего лежит, а тот пальцами волосы перебирает. Так приятно, тепло внутри становится. Как будто солнце где-то в груди. Ян улыбнулся, просто так, без причины. — Все будет хорошо, Хен? — Все будет хорошо.