Богиня благословляет, но не вас

      Погоня завершилась, так и не начавшись. Беда не пришла, нет. Самым наглым образом выросла на моём праведном пути в виде низкого порога. Наступив на него, я с ужасом осознал, что запутался в длинном платье (платье, мышь вашу, никакой это не плащ!) и лечу мордой вниз без единого шанса на спасение. Впереди возвышался короткий пьедестал, а дальше ничего! Огромный ров! Сердце судорожно забилось, бýхнулось в ноги. Дикий страх сковал тело от макушки до пяток. Всё, конец! Наверняка ещё ни одна избранная не подыхала так глупо и скоро! Какие там тёмные лорды, злодеи — да я с разукрашенной тряпкой сладить не могу! Мысленно помолился, написал ментальное завещание. Вытянул руку, чтобы напоследок перекреститься… и завис. Просто завис, будто воздух в одно мгновение стал плотным и способным выдержать вес моей шестидесяти килограммовой тушки. Неужели я летать научился? — М-моя госпожа… — сзади донёсся жалобный, напуганный шёпот, — Моя госпожа, как же я счастлив! Когда вы без предупреждения побежали к краю святой бездны, я думал, что сойду с ума!       Сбоку донеслось деликатное покашливание. Я попытался выпутаться из объятий нежданного спасителя. Тот не замечал ничего вокруг. Ну что же, будем делать вид, что так и задумано! Нечего пялиться, избранных что ли никогда не видели? Вон, лучше идите вылавливайте второго суицидника из «святой бездны». Кстати о нём! — Стойте, стойте! Что это за яма и что стало с тем извращенцем? — Харальд, безмозглое существо, немедленно прекрати смеяться над госпожой!       Зал окутан гробовой тишиной. «Помянем! Накрывай на стол» — подумал я, когда из толпы раздался надменный, задумчивый голос. В центр вышел угрюмый парень. Серебристые волосы, стянутые в низкий хвост, доставали до поясницы. Алые глаза с вертикальными зрачками уже не удивили — бывалые, и не такое видели. Телосложение нового знакомого осталось загадкой: бесформенный чёрный плащ волочился по земле и полностью скрывал чужую фигуру. — Святая бездна — это выгребная яма, в которую народ скидывает самозванцев. Божественная обитель — место, где мы с вами сейчас находимся, парит в самом её сердце. — Са-моз-ван-цев? — по слогам проблеял я. Ноги против воли двинулись вперёд. Одним глазком, только гляну и тут же… Блядь. Дна нет. Вообще ничего нет. Только густой, кошмарный туман, зловонье. — Именно. Избранных посылают богини раз в пятьсот лет. Однако многие воры и грабители так же не против поживиться вашими богатствами. Тех, кого мы рассекретили, ждала незавидная участь. — Но ведь вам нечего бояться, моя госпожа! — пропело белокурое создание за моей спиной. — А-ага… Да. Конечно. Безусловно. Я ведь избранная. Да, точно! Я ведь самая настоящая Избранная! Да! И девушка! Ага! — активно затараторил я, отступая всё дальше и дальше от пропасти, — Да! Да-да-да! Точно! Сто процентов! — А это мы сейчас и проверим, — совсем недобро пробормотал злопамятный жрец, — О, Избранная! Настало время великого испытания!       Великое испытание. Я крякнул, окинув взглядом предстоящее место торжества — огромный каменный Колизей. В отличие от земного оригинала, сие архитектурное творение рассчитывалось лишь на привилегированных зрителей. Восточная стена отделяла четыре арки-балкона, в которых уже восседал комитет наблюдения. Все без исключения — жрецы, а среди них и старый знакомый. «Будьте осторожны, моя госпожа! Вам предстоит сразиться со страшным существом! Даже некоторые избранные не смогли справиться с т’ъяркинами. В моих силах лишь молиться за вас!» — Ангел звонко чмокнул меня в обе щеки, сделал несколько пассов руками. Секунда, другая. Только упрямство удержало меня на ногах, когда я согнулся в три погибели под тяжестью железной кольчуги. На голове появился шлем, а в руке громадное деревянное копьё с чёрной пикой на конце. В это время спутник растворился в воздухе. Я остался в гордом одиночестве. Правда, ненадолго. Арену огласила барабанная дробь. Лязг металлических засовов и последовавший за ним скрип дверей клетки. Точно сдохну. Точно. Господи, это могло бы быть смешно, но нет! Нифига не смешно! Что это за хрень такая инопланетная, что с ней настоящие избранные не справились? Зрители замерли в ожидании. Тихо, как в гробу. В моём гробу! Слышно малейший шорох! Эй, богиня! Если ты слышишь, умоляю! Умоляю, сделай хоть что-нибудь! В моей смерти будешь виновата только ты! Бам-бам-бам. Это оно? А, нет, это моё сердце. — Это оно! Оно выбралось наружу!       Истеричный вопль одного из старых монахов застал врасплох. Подскочил с места, быстрым движением огляделся по сторонам. Никого! Совершенно никого! Он что, невидимый? — Он приближается! Избранная, скорее, убей его!       Я заозирался активнее. Чёрт, да что это за шутки! — Он прямо перед тобой!       И я замер. Чуть поодаль стоял… Таракан. Самый обыкновенный коричневый таракан. Такие десятками и сотнями бегали по общаге, где жил старший брат. Редкие, особо смелые экземпляры можно найти с утра в чашке с кофе, если не вымыть посуду на ночь. Вот так мы и стоим. Таракашка смотрит на меня, я смотрю на таракашку. Вокруг молчание, слышно, как мухи летают. Страшное существо шевелит парой рыжих усов, но нападать не собирается. Я с ним абсолютно солидарен. Зачем губить безобидную букашку? Но теперь понятно, почему с этими странными монстрами не могли справиться реальные избранные. — Убей его, Избранная!       Ну, убить так убить. Особой любовью я к нему тоже не проникся. — Ты умрёшь! То же самое будет со всеми моими врагами! Ибо я великая Избранная и спасу этот мир! — пафос так и прёт.       Нога в кожаном сапоге молниеносно опустилась на насекомое. Снизу раздался противный хлюп. Непреодолимое желание приподнять ступню и глянуть, во что превратилась местная козявка я стойко поборол. Зал взорвался овациями, восторженными криками.

***

      Ночь наступила внезапно. Казалось, вот только, вокруг меня крутилась взволнованная толпа народу. «Моя госпожа, госпожа, вы целы! Как же я счастлив!» — смущённый ангел назвался Энгельсом и взвалил на свои хрупкие, подозрительно тощие плечи роль личного телохранителя. Постоянно следовал за мной, объяснял, обучал. А так же отвечал на многочисленные вопросы. И терпел болезненные постанывания, жалобы на головную боль. Сказать, что я устал, значит не сказать вообще ничего. Быть девушкой — невыносимая работа! А быть избранной и того хуже. Ходи, улыбайся, делай вид, что всё прекрасно и ты не замечаешь, как вон тот стрёмный мужик пялится на твою задницу или грудь (которой нет!). Более того, некоторые особо одарённые индивидуумы даже облапать пытаются. И всем плевать, что лапать нечего, и что перед ними избранная. Что она может убить одним лишь взглядом! Стану первым в волшебном мире трансвеститом-феминисткой! Ибо нефиг.       Глухой удар собственной головы об кровать привёл в чувство. Перед глазами закружились звёздочки. А нет, это просто потолок прозрачный, вечернее небо видно. Не врала богиня, лун действительно семь. Две совсем бледные, практически белые. Три светло-жёлтые. Ещё одна потемнее, последняя самая яркая. Комнату подобрали изысканную, в лучших фэнтези-традициях. Просторное помещение с длинными решётчатыми окнами. По углам стоят массивные канделябры. Правда, свечи не горят — мне достаточно света луны. Лун. Бóльшую часть комнаты занимает роскошная кровать. Деревянная, с атласным балдахином и мягким-мягким матрасом. Вот в чём тонуть, так в нём. На полу расстелили мягкий, пушистый ковёр с высоким ворсом. Ух, да в нём спать можно! А ведь это идея… Стащил подушку, кинул на пол, устроился. За этим занятием меня и застал вошедший Харальд. — Что ты делаешь? — осведомился он. — Йогой занимаюсь. Что, не видно?       Демон расхохотался. После резко нахмурился. — Ладно, без разницы. Идём же, Избранная! — он отвесил очередной шутливый поклон, — Уже полночь. Пора провести ритуал союза на королевских источниках! — Ритуал кого на чём? — Ритуал союза. Ты должна искупаться в священном источнике со своими напарниками! — рогатый не смог сдержать смешок, — Так вы вступите в священный союз и сможете победить великое зло. Это традиция нашего народа! Так делала самая первая избранная!