Как могло бы быть

На уроке литературы они обсуждают "Достучаться до небес". Дин не смотрел, но литературичке нравится, а он никогда не бывает против, когда та говорит о чём-то, что ей нравится, вместо того, чтобы проводить очередной тест. В такие моменты он просто выпадает из реальности, думая о том, где опять носит отца, и где взять денег на куртку Сэму. У него есть заботы гораздо важнее тех, о которых идёт речь. А потом учительница заставляет их говорить о том, что бы они стали делать, если бы знали, что скоро умрут. И через что они готовы были бы переступить ради достижения своих целей. По цепочке каждый рассказывал про один поступок, который совершил бы, если бы знал, что впереди только смерть. Кто-то говорил о неосуществлёной мечте, кто-то о том, что не рисковал сделать до этого, кто-то о том, что, по его мнению, должно было быть в жизни у каждого. Джо хотела бы побывать в как можно большем количестве стран. Гарт - обязательно прославиться и стать героем. Руби хотела познакомиться с отцом, которого никогда не видела. Остальных, кто был до Дина, он не запомнил, задумавшись о своей. Когда очередь дошла до него, ему не пришло в голову ничего умнее, чем сказать, что он совершил бы что-нибудь безумное. Что-то, чего никогда не сделал бы в обычной жизни. Кастиэль, спокойный молодой человек, сидевший за одной партой с Дином, сказал, что хотел бы поцеловать того, кого любит. Винчестер понимающе усмехнулся, косясь на Мэг. Та была не в его вкусе, но довольно интересна, многие говорили о том, что Кас в неё влюблён. Наверное, если бы ему хватило смелости признаться, она даже стала бы его девушкой. Страннее всех себя повёл Гордон. Нервный, даже неуравновешенный, он сказал бы, что перед смертью хотел бы победить всех своих врагов. А потом пообещал, что скоро у каждого в их классе будет возможность подумать о том, чего они хотели бы перед смертью. Тогда это казалось глупой шуткой. Потом, сильно позже, они будут недоумевать, как могли пропустить такой явный, яркий сигнал, не предать ему значения, так легкомысленно посмеявшись над словами темнокожего чудика... Потом они будут удивляться сами себе. Те, кто выживет. Дин и Кастиэль были в классе одни, когда всё началось. Они разбирали тетради, укладывали по стопкам и складывали в шкафы, наклеив специальный стикер. Кастиэль, более педантичный и аккуратный, разбирал и клеил, Дин, более сильный, резковатый, относил собранные стопки и укладывал их на нужные полки больших шкафов, стоящих у стены. Он как раз стоял с одной такой стопкой в руках, когда раздался первый выстрел. Дин не был дураком. Он знал, что такое иногда случается, он смотрел новости и видел такое с десяток раз. Отец учил его стрелять, и юноша прекрасно отличал выстрелы от любых других хлопков. И мыслью, которая помогла ему собраться в критической ситуации, была самая лучшая, самая светлая - Сэм уже дома, он отпросился со второго урока из-за поднявшейся температуры. Сэма здесь нет. Кастиэль замер, оглядываясь вокруг, он, кажется, понял, что со звуком что-то не то, по крайней мере после второго хлопка. Он дёрнул головой и отпустил старательно собранную стопку, явно не зная, что делать. Дин понял, что сейчас ему решать одному. Только за себя нельзя, значит, придётся за двоих. Значит, от него теперь зависит не только собственная жизнь. Стол учителя - хорошее место. Сзади, перпендикулярно поверхности, опускается доска до самого пола, закрывает ноги сидящего за столом и ящики с другой стороны. С боку, с того, который открыт классу, ниже столешницы тоже всё закрыто ящиками. Единственная открытая часть почти примыкает к стене. Вот только под столом слишком мало места для двух семнадцатилетних юношей. Дин рывком подталкивает Кастиэля к столу, потому что знает, что в коридор бросаться опасно, а из окна они не смогут выбраться достаточно быстро и достаточно безопасно. Четвёртый этаж, и кто его знает, где сейчас "стрелок", как позже будут именовать этого человека в новостях. Дин почти силой заталкивает второго юношу под стол, заставляя прижаться к его стенке. Кастиэль жмётся и прикусывает губы, чтобы не скулить. Они лежат без движения минут семь, по крайней мере внутренние часы Винчестера утверждают, что прошло семь минут двадцать секунд. Он слышит, как с пинка открывается дверь. Не удивляет. Дин знает, что стрелок придёт, даже знает, кто это. Он не мог не войти в свой класс, он просто обязан был дойти до сюда. Когда Кастиэль понимает, что опасность стоит в дверном проёме класса, он бледнеет и едва не издаёт тихий, отчаянный звук умирающей птицы. И Дин понимает, что если зажмёт ему рот ладонью, будет только хуже. К счастью, их лица достаточно близко, Дин тянется и осторожно, мягко целует, не проникая дальше линии зубов. "Перед смертью я хотел бы сделать что-нибудь безумное, что-то, чего не сделал бы в обычной жизни". Гордон стреляет в потолок. Может, хочет найти жертв по крикам, может, просто вымещает злобу. Издалека доносится визг. Дин не смог бы отличить голос, даже если не был так занят. Позже он узнает, что кричала Джо, но в тот момент плевать. Гордон не уходит. А Кастиэль целует, испуганно, сдержанно, но отчаянно, как будто они всё-таки обязательно умрут. "Перед смертью я хотел бы поцеловать человека, которого я люблю". Дин слышит сирены. Потом слышит, как стрелок покидает класс. Ещё позже - отдалённые выстрелы и крик. Ещё ничего не закончилось, но Дин уже знает, что если теперь лежать тихо, с ними всё будет хорошо. Он отстраняет от себя Кастиэля и тянет его так, чтобы его макушка оказалась у Дина под подбородком. Винчестер жадно вдыхает и жмурится. От волос Кастиэля пахнет жизнью.